Преследуй меня до конца

Пока в других, чужих семьях, которые часто ходят за ручку с ребенком, расцветают улыбки на лицах, в семье Максима все наоборот. Каждый член семьи ненавидит всех, кто живёт в этом доме, хотя и пытаясь выдать хоть какую то эмоцию, что было уж слишком наигранно. Наверное, оскар за актерское мастерство можно было вручить сразу двум — маме и папе. Ведь как только к ним подходит их старший сынишка — закатывают глаза, бубня что-то под нос, но когда к ним подходит их маленькая принцесска — сразу умиляются и делают все, что попросит их золотце, чуть ноги не целуют. Маленький чертёнок часто пользовался такими привелегиями. Но нельзя же осуждать чудо лишь за то, что ее любят все. У Кати, как у младшей сестры, нет каких-то садистских приколов, хотя она могла бы и захватить весь мир, посмотря одним щенячьем взглядом, или ограбить банк, из-за ее незаметности. Конечно, хорошо, что есть любимая семья, друзья, и им можно рассказать все, но одновременно нужно и не проболтаться о своем досуге. Смотря на радостное лицо Кати, сразу промелькнуло, что она опять натворила. — Че, опять конфеты свистнула? — чуть привстал парень, облокотившись на край дивана. — Нет! — оскорбляясь, сказала сестра, но продолжила. — За кого ты меня принимаешь? Слышал, что из других школ будут школьников к вам переселять? Хоть друзей заведешь новых. — А ты откуда вообще знаешь? И руки покажи. Катя сразу сдалась, показывая, что она постоянно мяла за спиной. Это были сухарики. Сразу скривившись, парень отвернулься посмотреть в окно. Солнечно. — Ладно, не хочешь есть — не ешь, но на кухне есть только суп. Заставлять есть не буду, а то ещё настукаешь меня родителям. Довольно продолжительный монолог Кати Максим уже не мог слышать, потому что все мысли были забиты тем, как бы хорошо сейчас он прогуляется. Понимая, что Катьку уже никто не слышит, она потихоньку затихала, как будто нечего она и не говорила, уплетая сочные сухари. — Скажи, что я пошел погулять с друзьями. — Спустя некоторое время все же сказал парень, разрывая невыносимую тишину и похрустывание. — Лучше, что с девочкой. — Родителям? Думаешь, что они поверят, что ты пойдешь гулять с девочкой? — Заливаясь смехом, сказала сестра. — Дело твое, но если он не поверили, что ты общаешься с кем-то из класса, не думаю, что они в это поверят. — Замолчи и дальше ешь свои «Кириешки». Быстро взяв футболку и штаны, Максим пошел переодеваться в любимую ванную комнату. Не будет же он прямо перед сестрой показывать свои развлечения и говорить даты, когда он сделал этот или иной порез на своей молочной коже. Даже от самой мысли становится паршиво и мерзко. Прямо как эти, блять, порезы. Смотря в зеркало, нельзя увидеть хорошего мальчика, с синяками лишь на коленках и то от велосипеда, с радосной улыбкой. Сейчас же можно увидеть недовольного, быстро повзрослевшего дядьку, который вселился в беспомощное тело подростка. Тело, которое в порезах, синяках, ожогах. Он правда пытается от этого избавиться, но почему то получается не очень. Переодевшись, задевая взглядом каждый недостаток тела глазами, парень вышел на улицу. Солнце так же хорошо светило, даже через облака. *** Не забыв взять телефон, парень сразу же набрал его подруге. Одному гулять сейчас вообще не стоит. — Але, да? — Женский голос в телефоне хихикнул, но сразу перешёл на нейтральный лад. — Привет, Даш. А ты случаем сейчас дома? — Случаем да. А что? — Может, ты выйдешь погулять там. Если мама отпустит, конечно. — Саркастически ответил Максим. — Хорошо, уже выхожу. Ждать девушку оказалось не так и долго. Даша — единственный друг, которому Макс доверяет. Они дружили ещё с детства. Девочка первой решила познакомиться, в песочнице. В детском саду дети уж очень сильно любили скармливать песком. Некоторые брали в кулак и быстренько засовывали всё в открытый рот зеваки, пока другие, более гениальные, делали из песка еду. Еда хоть была и не очень съедобной, просыпались манипуляторы, которые постоянно говорили: — По нормальному съешь, а не делай вид! Дети, которым скармливали «творения» уходили или начинали драться, пока другие все же ели. В группе всеядных была и Даша, которая не могла отказать девочке. А Максим, выставив себя главным героем, накормил девочку одуванчиком с крапивой, правда после с ним никто не общался из садика, кроме Даши, но это не суть. — Кхм-кхм — громко покашляла подруга, выбивая из мыслей. — Куда пойдем? — Э. Давай по парку погуляем, время есть ещё. — Отлично! — девушка тут же протянула руку, помогая встать. Прогулка была совершенно обычной, Даша — руководитель диалога и разговоров, а Максим — поддакивал, пытаясь уловить суть всех монологов, иногда добавляя свое мнение. Прогулка была обычной. — Слушай, — Хоть парень и перебил подругу, Даша была счастлива, что он тоже будет разговаривать. — Мне Катя тут недавно сказала, что «переселять» школьников к нам будут, это правда? Все таки иметь общение и дружбу с девочкой, которая знает все — лучше, чем с гопниками. — Да, правда. — Коротко ответила Дарья, сразу дополняя. — Там ещё и Андрей будет. — Какой Андрей? — Ты меня вообще слушал? Я с ним подружилась через брата, милый парень. Сводить тебя с ним не буду, у него тоже друзья есть, может тебе кто-то из них приглянется. — Может хватит уже? Если я не общаюсь с девушками, не значит, что я гей! Фу, противно уже. — Да ладно тебе, не строй из себя гомофоба. Не я то уж видела, как ты на парней залипаешь, и какие фоточки у тебя в галерее. — Смотря на удивлённое лицо, девушка добавила. — Ты думаешь, я твой пароль не знаю? — Нужно поменять. — Тихо пробубнил Максим. — Пойдем на скамейку, я уже не могу ходить. — Ладно, я не против.