это не просто проект

Надутый Мондо пришёл домой, где его ждал старший брат - Дайя, бывший глава банды. Почему бывший? К 20-ти годам он понял, что мотоциклы ему наскучили и вместо того, чтобы ездить самому, он предпочел учить этому своего на тот момент 14-летнего брата(и поебать, что это незаконно). Вообще, Дайя - славный парень, он весёлый и добрый, но матов и подколов из его речи хоть отбавляй, всё таки, 5 лет на байке дают о себе знать. Мондо с кислой миной открывает входную дверь — Че грустный, хуй сосал невкусный? — Дайя, как обычно, встречает брата с дурацкой шуткой. — Заткнись. — реакция была слишком сухой, зачастую Мондо хотя бы несерьёзно посылает или глупо шутит в ответ, из-за чего сразу же было заподозрено неладное. — Серьёзно, что-то случилось? — Нет. — все так же сухо говорит Мондо. Сняв обувь и плащ, он направился в свою комнату, комнату, которая была справа от прихожей. — Но я же вижу, что да. — Дай сначала переодеться. — войдя в комнату, младший поменял футболку и снял штаны с носками, бросив это все на стул.

***

Два брата собрались на кухне, Дайя положил две тарелки обычного куриного супа и начал диалог — Ну, рассказывай. Вздохнув, Мондо начал свое повествование. — Ты в таком тильте только из-за того, что тебе придётся учить какого-то душнилу? — прервал старший на моменте, где рассказчику выпала бумажка с именем Киётаки — Знаешь, мне тоже не всегда хотелось учить тебя-долбоеба ездить на байке — с насмешкой закончил свою претензию тот. — Да блять, это ещё не всё, не перебивай! Мондо доходит до «кульминационного момента» — …Ну и потом он начал затирать что-то по типу «Ощущение, будто тебя вовсе не воспитывали родители.» Ну, у меня пиздец как забомбило, поэтому я въебал ему… — ТЫ ЕБЛАН?! — Дайя дал своему брату подзатыльник, он был несильный и абсолютно безболезненный, сделанный для того, чтобы «вправить мозги» — КАКОГО ХУЯ ТЫ РУКИ РАСПУСКАЕШЬ?! — И ты туда же… — глаза Мондо потухли, по ним было видно, что разочарование и обида только усилились, а не остыли, как предполагалось — друзья со школы сказали тоже самое. — И ПРАВИЛЬНО! — Не ори на меня. — КАК Я МОГУ НЕ ОРАТЬ, ЕСЛИ ТЫ ВЕДЁШЬ СЕБЯ, КАК ГАНДОН? ПОЧЕМУ ТЫ СНИХУЯ ПИЗДИШЬ ДРУГИХ? — такое поведение было удивлением даже для самого Дайи, никому в голову не могло прийти, что он будет так на это реагировать. — В СМЫСЛЕ «СНИХУЯ», ОН ПИЗДЕЛ НА РОДИТЕЛЕЙ! — второй тоже начал сильно кричать. — Откуда он мог меня знать про твое положение? Ты мог поговорить с ним, а не бить! — Дайя все ещё говорил на повышенных тонах, но криком это назвать было сложно. — Конечно, тебе легко так говорить со стороны! — Нет, я понимаю… — НИХУЯ ТЫ НЕ ПОНИМАЕШЬ! - громко перебил своего брата Мондо. — Не перебивай меня! Ты должен извиниться перед этим парнем! — Делать мне нехуй! — Не веди себя как быдло последнее! Я тебя таким не растил… — Ты мне не мамочка, чтобы так говорить! — Будто бы ты знаешь, как говорит мамочка — вроде с агрессией, а вроде с агрессией, не подумав, сказал Дайя, а после того, как подумал, тихонько ойкнул, прикрыв рот правой рукой. И вот опять у Мондо сузились зрачки и напряглись мышцы. Одно лишь отличалось от ситуации в школе: тогда над печальными эмоциями руководствовала злость, а сейчас - обида полностью ослабила его тело, он был неспособен ударить брата или даже накричать. Всё, что он смог сделать - это риторически спросить: «Ты, наверное, тоже не знал о моем положении?» Мондо начал идти к себе в комнату, оставив на половину остывшего обеда на столе, Дайя направился за ним. — Погоди, брат, ты не поня… — голос Дайи был перебит резким и громким звуком захлопнувшейся двери.

***

Весь оставшийся день Мондо провёл в своей комнате, слушая музыку и играя во всякие незамысловатые антистресс-игры на телефоне, дабы отвлечься от своих мыслей. Телефон разрядился, Овада поставил его заряжаться и лёг в постель. В голове крутились мысли о том, как он всех ненавидит: ненавидит свою компанию, своего брата, этого долбоеба-Ишимару, и больше всего он ненавидит самого себя. Ненавидит свою вспыльчивость, свою безответственность и слабость. Внешне Мондо выглядит, как самый сильный парень в параллели(ну, после Некомару), а на самом деле он неуравновешенный, ранимый и тупой, что делает его слабаком. Раздумья прерывает Дайя, который решил проведать брата перед выходом на работу. — Сейчас всего 22.00, как-то рано ты лёг спать — как всегда, немного отшучиваясь говорит только что вошедший. Ответом на это послужили молчание и переворот брата на другой бок, дабы не видеть старшего. Дайя садится на кровать, вздыхает и начинает монолог. — Слушай, прости меня, все те оскорбления, которые я сказал на кухне, я говорил на эмоциях, а не всерьез. Шуток про родителей больше не будет, честно, я очень сглупил. Ты классный парень, а не гандон, вообще, это я гандон. Я был очень зол в первую очередь на себя, вместо того, чтобы научить тебя как совладать со своими эмоциями, я учил тебя байкерству, хотя, как ты видишь, я и сам не очень умею сдерживаться. Да, я тебе не мамочка и не папочка, но раз такое дело, то я должен хоть что-то тебе дать, а я этого не сделал. Я спроецировал негативные эмоции на тебе, чего мне явно не стоило делать, но каждый ошибается, главное - признавать свои ошибки и работать над ними. Ты тоже ошибся, когда ударил того чела, но ещё не поздно исправиться, в любом случае, вам рано или поздно придётся вместе работать. Вообще, я плох в таких речах, надеюсь ты меня понял. — закончив, Дайя легонько похлопывает младшего по спине. — Блять, ты дашь мне поспать? — под этими грубыми словами Мондо имел ввиду «Мне нужно время». Все слова, эмоции и мысли в его голове собрались в кучу, ему стоило отдохнуть. Дайя сгрустнул, встал с чужой кровати, пожелал спокойной ночи, в ответ на что услышал сухое «угу» и ушёл на работу.

***

Для Киётаки приход домой тоже прошел негладко. Он думал, что его отец на работе, и до того, как он придёт, Така постирает вещи, и никто не заподозрит, что он попал под горячую руку байкера, не то, чтобы он сильно боится отца, он не думал, что его накажут или еще что-то, просто не хотелось тревожить кого-то своими проблемами. Однако всё изначально пошло не по плану: Киётака открывает почему-то незапертую дверь, после чего его встречает отец. — П-папа?… — удивился парень, прикрывая локоть, на котором ткань рубашки была пропитана кровью из носа — ты как-то рано… — Киётака, сегодня же понедельник, у меня выходной. — А…! — у него это совсем вылетело из головы… глаза начали бегать по прихожей, а его рука, закрывающее пятно крови, начала его поглаживать — точно… Такааки прищуривается, явно что-то подозревая, и начинает пристально смотреть на поглаживаемое место — Что ты прячешь? — довольно пугающе спросил он. — Ничего…! — Киётака совершенно не умеет врать, поэтому он очень палился. Отец убирает руку своего сына и увидел уже подсохшую кровь на локте — Что это такое? Объяснись сейчас же. — голос был настолько проницательно-холодным, что пробирал Киё до мурашек — Ты подрался с кем-то? — Н-нет… — голос парня, как и его тело, рефлекторно начал дрожать — я просто не поладил с одним одноклассником… я всё объясню… — Мне не нужны объяснения. — А?… — Мне не нужна эта ложь, которую ты щас говоришь — это было сказано всё тем же ледяным низким голосом. — Папа, я не вру, правда… — Киётака знал, как сильно его отец ненавидит ложь, поэтому ему не хотелось, чтоб тот так думал — я хотел с ним поговорить, а он ударил меня… — Просто так ударил? — полицейский поднял одну бровь, на лице было некое отвращение — просто так никто не бьёт. Видимо, ты сказал что-то не то, так еще и дал слабину, подарив ему возможность тебя ударить. Така ожидал любой реакции, но только не такой, он думал, что его отец, как полицейский, не может винить жертву насилия. Ему было стыдно и обидно, он смотрел в пол, колени тряслись. 17-летний парень, который кажется взрослее многих мужчин в возрасте, чувствует себя 5-леткой, которого вот-вот поставят в угол. — И чего ты стоишь? Не смог нормально поговорить с человеком, получил по лицу, попытался соврать и скрыть это от меня, а щас стоишь, как истукан? — Такааки идет в свой кабинет и перед тем, как закрыть дверь он произносит очень четкое и болезненное для своего сына — Я разочарован в тебе. — дверь зарывает, протяжно скрипя в конце. Киётака снял обувь, пошёл в свою комнату, положил дипломат на стол и вместо того, чтобы переодеться, лёг на кровать, затылком уткнувшись в подушку. Нижняя губа начинает трястись, давая сигнал о том, что скоро пойдут слёзы. Педант закрыл глаза ладонями, думая о произошедшем. Такого раньше не происходило, точнее, отец всегда был строг и холоден, он мог говорить что-то на подобии «не разочаруй меня», но, говоря прямым текстом о своём разочаровании, он ужасно обижает сына. Но Киётака долго не обижался, он принял слова отца за чистую монету и решил, что ему нужно исправиться, он больше не даст кому-то себя ударить или унизить, он больше не даст слабину. Собравшись с мыслями, весь оставшийся день он провёл как обычно: обед, стирка, уроки, уборка, душ, ужин и сон.

***

Уже середина школьного дня, после которого начнутся короткие, но долгожданные каникулы. Сония должна найти себе человека, с которым она будет работать над проектом. После урока математики она подошла к учительскому столу, за которым сидела Чиса, расставляя учебники и документы по местам. — Юкидзомэ-сан, я хотела спросить… — нежным голосом начала говорить принцесса. — Да, Сония — учительница отстранилась от бумаг и стала смотреть в голубые глаза ученицы — я вся во внимании. — Я по поводу проектной деятельности, могу ли я присоединиться к какой-нибудь паре третьей, просто, так получилось, что у нас в нечётное количество учеников, и для меня пары не нашлось… Чисе понадобилось некоторое время, чтобы переварить только что сказанное, из-за того, что она не высыпается, воспринимать информацию бывает тяжело, а Сония говорила довольно быстро, поэтому произошло неловкое молчание. — Ам… да! Конечно! — Замечательно!! — абсолютная засверкала — И ещё вопрос: я могу присоединиться к кому-то из 78-ого класса? — Сония хотела получить новый опыт и знакомства по максимуму, поэтому и задала такой вопрос. — Ну… это задание сделано для всей параллели, и нигде не написано о подобных ограничениях, так что, думаю, что да…! — Спасибо, Юкидзомэ-сан!! — ещё больше засверкав, Невермайнд помчалась к выходу из кабинета, возле которого её ждал лучший друг.

***

— Ну что? Какой приказ тебе дала наставница Юкидзомэ? — нетипично для других, но типично для самого себя поинтересовался Гандам. — Всё шикарно! Мне сказали, что я могу присоединиться третьей к кому-то из 78-ого класса! — в глазах Сонии была видна светлая, как её волосы, радость, которая не могла не заряжать собеседника. Гандам ухмыляется, тем самым давая понять, что он рад за свою подругу, после чего у него образуется вопрос, который он оглашает. — И каковыми будут твои партнеры? — ответом на это послужили молчание и ступор, которые дали понять Танаке, что Сония опять сделала что-то, не подумав. Он не всерьёз закатал глаза и предложил — Что ж, пойдем к доске, где написаны имена каждого смертного в параллели. — Да, отличная идея! — та воскликнула, взяв друга за руку и потянув его за собой — Пойдём!

***

Животновод и принцесса пришли к доске учеников 78-ого класса. Сония внимательно осматривает каждого, и её взгляд останавливается на смуглой девушке в спортивной форме. — О! Смотри… — блондинка показывает пальцем на фото, тем самым наводя на него взгляд Гандама — Аой Асахина, абсолютная пловчиха, а я ведь совсем не умею плавать. Думаю, это то, что нужно! — Удача сегодня на твоей стороне… — опять ухмыльнувшись, сказал Танака. Сония мягко улыбнулась. — Пойдём в столовую, думаю, они сейчас там. — вполне логичное предположение сделала принцесса, ведь сейчас середина учебного дня и большая перемена. Гандам «угукнул» и они пошли в столовую, по дороге Сония начала диалог. — А ты уже поговорил с Казуичи? — Хм? — Танака озадаченно поднимает одну бровь — Что ты имеешь ввиду? — Вы же будете работать вместе, а у вас даже нет номеров друг друга. — Его аура настолько черна, что отвращает даже меня. — Гандам нахмурился, на лбу появились морщины — У меня нет никакого желания контактировать с этим созданием низшего класса. — Но ведь это нужно не только ему, но и тебе. Животновод закатил глаза, сложил руки и опустил взгляд, тем самым Сония поняла, что ему явно неприятно от такого разговора. — Я понимаю, что сама виновата в том, что вам приходится работать в паре… — девушка понимает, что раз уж Гандам должен работать с Содой из-за неё, то и ей нужно стоило сделать для него — …давай я буду убирать за твоими питомцами, если ты будешь работать с Казуичи…! — Хм… — бледнокожий задумался и понял, что Сония не несёт за собой ничего плохого, наоборот, она относится к нему с заботой, и она несёт ответственность за свой поступок — Мне не нужна помощь в содержании своих подопечных… — на самом деле, наоборот, даже абсолютный животновод не отказался бы от помощи, тем более, Сония - единственная, кому Гандам бы доверил своих «подопечных», просто, ему неловко просить о помощи. Он вздохнул, потому что его нутро опять не может долго обижаться и приходится идти на уступки — Ладно, я поговорю с ним… — Ты большой молодец, Гандам! — Сония улыбнулась и обняла друга, хотя она была более чем уверена в его ответственности.

***

Ребята пришли в столовую, стоя у порога, принцесса разглядывает помещение, ей на глаза попадается та самая смуглая девушка в спортивной форме, она сидела за столом с впечатляющей девушкой с роскошными чёрными локонами и в готическом платье, поедая пончик и попивая чай. — О! Я, кажется, нашла её. — Что ж, подойди к ней и включись в беседу, она выглядит доброжелательно. — перед тем, как продолжить, Гандам снова несильно вздохнул от того, что он скажет —…а я буду стоять в ожидании этого смертного… — Ты только при встрече называй его хотя бы по фамилии, а не «смертным» — Сония отшутилась и пошла к девушкам из параллели.

***

Сония подошла к столу, незнакомки, сидящие за ним, сразу же обратили на неё внимание. — Извините за беспокойство, это же вы Аой Асахина, известная как абсолютная пловчиха? — Невермайнд нервничала, но своим видом этого не показывала. Конечно, неловко так резко подходить к двум неизвестным тебе людям. — Ам… да… — сказать, что Аой ничего не понимала - это ничего не сказать — а что?… Сония почесывая затылок, объяснила всю ситуацию в мельчайших подробностях. — …Поэтому я была бы очень признательна, если вы меня примите к себе третьей. — закончила та. — Ну, мне несложно учить вас обеих — Аой и вправду была доброжелательна, она вошла в положение и протянула руку помощи — Селес, ты же не против? — Да, я даже буду рада компании… ам… — черноволосая поняла, что не знает имени недавно пришедшей, от чего ей стало не по себе и она чуть-чуть покраснела. — Ой-ой, прошу прощения, я совсем забыла представиться… Я Сония Невермайнд, абсолютная принцесса. — представившись, блондинка несильно поклонилась. — Ого… — Селестия восхитилась талантом Сонии, тк ей всегда была близка жизнь принцесс и она мечтала стать такой же — А я Селестия Люденберг, абсолютный азартый игрок, но можно просто Селес. — протянув свою белоснежную ручку, представилась та, что довольно таки удивительно, потому она далеко не тактильный человек. — Приятно познакомиться. — Сония улыбнулась и накрыла чужие чуть холодноватые тонкие пальцы своей ладонью, кожа была очень мягкой и приятной на ощупь. Если бы не манеры, она бы не отпускала эту руку. — И мне. — мягко улыбнулась Селес. — Что ж, а меня тут все знают. — Аой усмехнулась, после чего последовало предложение перекусить вместе и познакомиться поближе — Угощайтесь! — Асахина подвинула коробку с пончиками к центру стола. Диалог завязался просто, всем троим было легко общаться и так продолжалось до того, как прозвенел звонок на урок, к тому моменту девушки разошлись. Самое главное - это то, что они назначили дату первой тренировки, которая будет через день в бассейне академии, который, на удивление будет открыт.

***

Пока Сония мило беседовала, у Гандама тоже сложился разговор, только далеко не самый приятный. Он заметил, как в столовую идут Казуичи и Ибуки, немного подождав того, как они зайдут, он довольно строго зовёт острозубого. — Сода…! — видимо, он принял шуточный совет своей подруги слишком серьезно. — Блять! — только что названный очень испугался, сердце начало биться как бешеное, а сам он чуть не запрыгнул на руки своей подруги — Хули ты делаешь?! Ты знал, что это ненормально, так поджидать людей?! — Чья бы корова мычала… — проворчал животновод, намекая на такое же со стороны механика к Сонии. — Иди нахуй. — Вообще-то, он прав — добавила Миода, кидая немного осуждающий взгляд в сторону Соды. — И ты иди нахуй. Так, что ты от меня хотел? — когда сердце и сам Казуичи успокоились, он обращается к Гандаму. — Мне нужно раздобыть твой телефонный номер, дабы в любой момент я смог назначить дату встречи, на которой перед нами предстоит работа над проектной деятельностью… — Попросить номер можно было и не так пафосно… Сода продиктовал номер, а Танака его записал. — Вообще, я завтра днём свободен, но домой ко мне лучше не идти… — днём отсыпается пьяный отец Казуичи, который никуда не отпустит своего сына, потому что имеет, мягко говоря, ненависть к гуляющим подросткам, а самому Соде, чтобы встретиться с кем-то нужно тихонько выйти, дабы не разбудить отца и прийти до моменте, когда он проснётся, иначе он, как говорится, получит по ебалу. — Понятно… Я приглашаю тебя в свою хижину, жду тебя завтра в 15.00, ни минутой раньше или позже…! — Договорились — говорит Казуичи, немного улыбаясь. В ответ Гандам выдавил из себя холодное «угу» и направился к кабинету.

***

Уже поздний вечер, весь день Мондо провёл, как гнилой овощ, полностью игнорирую своего старшего брата, хотя и тот не очень то хотел с ним разговаривать, он думал, что ему нужно дать время, чтобы «остыть». От того, что Мондо дуется и ничего не делает, отвращение к самому себе лишь растёт, ибо это так не «по-мужски». Столь непривычное чувство, которое ему явно не по душе, наполняло байкера изнутри. Это его, откровенно говоря, заебало, поэтому он пришёл к выводу, что лучше один раз унизиться, извинившись перед Ишимару, чем постоянно чувствовать себя унизительно. Мондо хотел поговорить вживую, поэтому решил написать Киётаке, но сразу начинать диалог с предложения погулять как-то неловко, поэтому он решил, как ни в чем не бывало, написать клишированное «Привет, ты как?». Киётака уже собирался спать, ибо делать больше нечего, как тут на экране телефона высвечивается уведомление. «Мондч Привет, ты как?» Хлопая своими рубиновыми глазками, он не понимает, шутит ли Овада или он правда интересуется. Если первое, то не удивительно, если второе, то с какого перепугу. В своем сообщении Така выразил всё, что у него было на уме, а именно «?». «Ты долбоеб, что непонятного?!» — именно так хотелось ответить, но мотоциклист поборол это желание и сократил до одного слова.

Мондч Привет, ты как?

Киётака Ишимару ?

Мондч

Что?

Киётака Ишимару Ты пытаешься меня разыграть?

Мондч

Чо, нет. Я просто хотел встретиться и нормально поговорить

Последнее сообщение осталось без ответа. Киётака подумал, что над ним точно издеваются, от чего злость и обида на Мондо возросли ещё больше, и с этими чувствами педант заснул. — Да блять! Ну и как с этим ублюдком общаться?! — крикнул Мондо после того, как его проигнорировали, это услышал Дайя, проходящий рядом с комнатой. — Что случилось? Ты чего орёшь? — чуть приоткрыв дверь, довольно мягко спросил старший. Младший тяжело выдохнул, тем самым чуть выпустив эмоции, и понял, что на этот раз не нужно игнорировать брата, если уж не получилось наладить отношения с Такой то, может, хотя бы с ним получится. — Написал я тому однокласснику, которого я ударил, что хочу встретиться и поговорить, а он проигнорил. — ЛУЧШИЙ!! — Дайя накинулся с объятиями на брата. — Какого хуя?… — Мондо явно не ожидал подобного, он итак редко обнимается, тем более с братом, тем более так резко. — Ты большой молодец, что смог принять свою вину и нашёл силы для того, чтобы извиниться - это главное, а этот чел может игнорить из-за того, что ему нужно время подумать, а если нет, то… — старший вошёл в ступор, только сказал что-то мудрое, так ещё и без мата и шуток, как тут он не знает, как нормально закончить мысль — …то хуй с ним! — Вообще-то, свою вину я принимаю не полностью. — неожиданно для самого себя, руки Мондо начали прижимать к себе Дайю крепче, но не ему как-то не хотелось вести себя так ванильно, поэтому решил подобосрать брата — Да и хуевый совет ты мне дал, лучше бы я ему ничего не писал… Дайя ушёл на работу, а Мондо перестал чувствовать обиду на него, но ощущение того, что он делает что-то не так и есть что-то незаконченное до сих пор не уходит. Мондо не любит и не умеет разбираться в своих чувствах, ему это не по силам, а уже итак был целый день самокопания, на сегодня хватит!!!! Уже поздно, анализировать свои эмоции сложно, слушать одну и ту же музыку и играть в одни и те же игры скучно, остается лишь одно - лечь в постель. Стоило Оваде накрыть себя одеялом и выбрать удобную позу, как он сразу же отрубается, без каких либо усилий.