Она будет только моей

Мы любим, только когда нас отвергают или ускользают от нас. Pov Андрей: - Кисляк, пятьдесят отжиманий! - Крикнул мне Макеев, как только я переступил через бортик на хоккейную площадку. - За что? - Возмущенно откликнулся я, кидая клюшку в сторону, приготавливаясь к своему наказанию. - Чтобы часы в следующий раз не забыл купить. Ты время видел? - Я не ответил, но послушался тренера и стал делать первый десяток отжиманий. Знаю, виноват. Опаздывать вошло у меня в привычку, собственно, как язвить и лицемерить. Возможно, все мои знакомые считают, что мне нравится быть подлецом и полным лгуном, они ошибаются....сильно. Я - избалованный и наглый сынок прокурора города, имеющий крутую тачку, собственную квартиру и кучу девчонок. Разве не повод позавидовать? Делают поспешные выводы, даже не узнав поближе, поэтому я посчитал, что лучше прикинуться тем, каким тебя считают. Так проще... Хоккеист, крайний нападающий, довольно привлекателен, но даже, если бы этого и не было, девушки все равно бы вешались на меня. Деньги - творят чудеса. И только один человек поломал построенную за годы систему. Ей плевать, что я сын прокурора, что у меня полно денег и связей. Хочет увидеть во мне что-то другое, хорошее...зацепила, черт. На катке тоже ничего не клеилось. То шайбу пропущу, то вообще врежусь в кого-то. Что-то сломалось внутри, начало рушиться, и это не дает мне покоя. Надо оставить все в раздевалке, все мысли, не покидающие мою безответственную голову, выйти на лед и показать то, что от меня никак не ожидают. Я сделаю это. После освежающего душа, я начал одеваться, попутно смотря в зеркало на разбитую губу. "Мой герой", - прозвучали такие простые, но оставляющие след на душе, слова. Приятно и до жути льстит. Особенно от нее. - Кислый! - Че? - А, что у тебя с губой? - Спросил Щукин, с подозрением косясь на на меня. - Да так. - Я усмехнулся, надевая белую футболку. - Об тумбочку у кровати ударился. Угол острый, зараза. - Надеюсь эта тумбочка не повлияет на твою игру. - С намеком произнес Егор, направляясь в сторону душевой. - Не волнуйся, Щука. Все будет на высшем уровне. - Надеюсь на это. Я взял сумку и вышел из раздевалки. Черт, капитан нашелся. Всегда ответственный, серьезный, а за Маринкой не уследил. Девочке захотелось чего-то необычного. Мда, жаль мне их. Выйдя на улицу, я вздохнул свежесть морозного воздуха и сразу же вспомнил о фигуристке, которая должна была появиться с минуты на минуту. Вспомнишь лучик, вот и солнце! - Извини, Кисляк, но я опаздываю. Не могу говорить. - Проговорила быстренько брюнетка, пробежав около меня. Но я все-таки умудрился поймать ее за рукав куртки. От Кисляка еще никто не уходил. - Можно полюбопытствовать, куда? - Девушка закатила глаза, но все же сказала: - Тебе правда это интересно? - Я положительно кивнул. - Маме не понравилось, что у меня завал с математикой, поэтому наняла мне репетитора. - То есть тебе в универ? - Ага. - Тогда нам по пути. - Обрадовался я. - Я подвезу. Соловьева заливисто засмеялась. - Почему ты постоянно на позитиве? - Не знаю. - Я пожал плечами, открывая дверцу автомобиля. - Может потому что жизнь слишком коротка, чтобы грустить. Отправив фигуристку на занятия, я пошел в свою аудиторию, стараясь найти нужную дверь. - Кисляк! - Я повернулся, дожидаясь декана, который спешил подойти ко мне. - Вы что-то хотели? - Вежливо спросил я, мысленно надеясь, что он быстро отвалит. - Андрей, почему ты не ходишь на занятия? - Начал он. - За месяц уже больше пропусков, чем положено за год. Если так и дальше будет продолжаться, нам придется принять меры. - Что папочке позвоните? - Нагло заявил я, рисуя на лице саркастическую ухмылку. - Эх, Андрей. -Протянул мужчина. - Голова с мозгами-то у тебя есть, жаль, что не пользуешься. Я улыбнулся, посылая к чертям сегодняшнюю лекцию и, двигаясь в сторону выхода из университета, напоследок бросил: - Исправлюсь! Уже, находившись на улице, я заметил Соловьеву, выходящую также, как и я несколько минут назад из здания. - Я думал у тебя репетитор. - А я думала у тебя лекция. - Не осталась в долгу девушка, хитро прищурившись. - Отменили. - Соврал я. - Заболел. Я усмехнулся. - Тогда предлагаю пойти в кафе. - Причину, надо придумать причину, а то она ведь так просто не согласится. - Принимается. - Легко ответила Аня, чему я несказанно был удивлен. В кафе, куда мы направились, было довольно уютно и просторно. Заказав чашку эспрессо с пирожным, мы уселись за столик у окна. - Чего ты на меня так смотришь? - Удивленно спросила Соловьева, когда я уже минут пять не сводил с нее глаз. А она, действительно, необыкновенна. Черные волосы, доходившие до лопаток, которые сейчас были забраны в хвост, длинные пушистые ресницы, пухленькие губы, румянец на щечках. Но не говорить же это вслух, поэтому я ляпнул первое, что пришло в голову. - Ты очень сексуально ешь. - Идиот, честное слово. - Ты маньяк. - Нет. Я сексуально озабоченный эгоист. - Выкрутился я, припоминая книгу, которую недавно прочитал. - Цитируешь Фредерика Бегбедера "Романтический эгоист"? - Ты читала? - Ага. - Непринужденно ответила брюнетка, делая глоток напитка. А она меня все больше и больше удивляет, заставляя хотеть все сильнее узнать ее настоящую. И послушав внутренний голос, я приподнялся и впился в ее губы сладким поцелуем. Плевать, что сопротивляется, я точно знаю, что я ей нравлюсь.