Добиться своего!

В то время, как Антон сгорал от стыда, провалившись в своём знакомстве с Аней, в больницу вновь пожаловал лейтенант Тихонов. – Я пройду, тёть Света? – из вежливости спросил милиционер, уже зная об ответе старушки. – Конечно, Костенька, проходи! – протянула регистраторша и прошептала, не останавливаясь. – Она, вот, недавно с лекарствами в палатку вернулась. – Ага, спасибо! – уже отвернувшись, отчеканил Тихонов. «Если не сейчас, то придется с её мамкой. Как её там?... Лилия Павловна, вроде», – думал, весьма озадаченный вопросом о допросе юной школьницы- Кати, участковый. – «Таак, надо бы подготовиться к ...», – вспомнил Тихонов и достал из небольшой чёрной сумки две папки: одна- его же новенькая личная; другая- из участка. Их содержимое известно одному лишь Тихонову и некоторым другим причастным расследованию дела... В то же время, в палате под номером два на ранее описанном подоконнике сидели Роман Пятифанов и Смирнова Екатерина. Ромка упёрся спиной к стене по его сторону комнаты- правую, забросив правую ногу на подоконник. Катя же сидела напротив, прижав колени к груди. Её взгляд рассматривал природу небольшого парка, находящегося на территории больницы, за окном- кажется, на зимний период он был заброшен. – Кать, Тихонов пришёл. Будешь с ним говорить? – разразил тишину своим вопросом Рома. Слова об участковом с его допросами вынули Катю из моря мыслей и рассуждений о случившемся с ней, она посмотрела Роме в глаза, зрение затуманили слёзы: – Я ... Я не хочу ... Я не хочу вспоминать это снова! – возможно, сейчас Ромка- единственный с кем она может говорить откровенно. – Но мне ведь смогла рассказать, значит, получится вновь! – мужества Ромке не занимать, – Я поддержу тебя, давай, вставай. Хоть Ромке и хотелось, но он не мог вложить в последние слова те чувства, которые испытывал на самом деле. За долгие годы общения с одним только Бяшей и другими пацанами его речи стало сильно не доставать эмпатических высказываний. Сейчас же, вместо, действительно, желаемой поддержки он проявил некое раздражение. Но, похоже, Кате хватило и этого... – Хорошо, надеюсь, ты не врёшь, – сказала Катя, медленно слезая с подоконника. Боль в покалеченных ногах и температура давали о себе знать, отчего даже небольшие телодвижения давались ей с трудом. «Бля, ну и че она не попросит? Помог бы с радостью, ну!»– думал возмущенный скромностью одноклассницы Ромка. «Тук, тук»,– по палате звонко раздался дверной стук. – Можете войти, – не церемонясь, и негромко разрешил Рома, открыв дверь через секунд десять после стука.