Сериал длинной в любовь

— мне пора собирать на съёмки, но как я пойду туда в таком виде. Ладно по ходу разберусь. *на съёмочной площадке* — где же наша главная героиня? Что-то она опаздывает, на неё это не похоже? — поинтересовался режиссёр, потому, что она никогда не опаздывает. — мы уже как час назад должны были начать съёмку! — извините, извините. Я проспала, прошу прощения. Я бежала как могла. — ладно ничего страшного, но постарайся не опаздывать. — хорошо. — она посмотрела на Селима, и шёпотом сказала. — а я больше не буду гулять до утра. — и улыбнулась. Он ответил ей той же улыбкой. Они оба не хотели, что бы кто-то знал об их настолько быстро сложившихся любовных отношениях. Поэтому пытались находиться как можно дальше друг от друга. Они не разговаривали перед съёмочной группой, но после съёмок не отходили друг от друга. Во время съёмок их совместных сцен, они еле сдерживались что бы не улыбаться друг другу, не обнимать друг друга и т.д. *Через 1 месяц* На площадке проходили съёмки 4 серии «Прощальное письмо», и по сценарию в доме Аланур, во время праздника, должна произойти сцена с поцелуем. Режиссёр думал, что Нургюль с первого раза не сможет записать эту сцену, и предложил ей отказаться от этой сцены, но она согласилась и сказала что сможет сняться в этой сцене. В это время Селим сидел рядом и слышал всё что говорила Нургюль. Он смотрел на неё самыми что нинаесть влюблёнными глазами. Она улыбалась ему в ответ и смотрела с той же влюблённостью в глазах. Наступает время сцены с поцелуем. До поцелуя они должны были стоять рядом друг с другом, прям лицо к лицу. Они начали съёмку. Между ними царила полная идиллия и душевное равновесие. Они смогли хорошо отснять сцену с разговором лицо к лицу. Дальше съёмка продолжалась в небольшом напряжении. Оба напряглись, от волнения. Нургюль не понравилось, что их первый поцелуй пройдёт на съёмке. Она хотела побыстрее отснять и уйти. Но Селим и режиссёр увидел в каком она напряжении, и режиссёр попросил Селима поговорить с ней и успокоить её. Он отвёл Нургюль в сторону и успокоил её. — Нургюль, любимая. Не переживай, ты же будешь целовать не незнакомого мужчину, а своего возлюбленного, почему ты так напряженна? — дело не в том кого я буду целовать, а в том что наш первый поцелуй пройдёт на съёмке. Я не хочу так. Меня это напрягает, что все будут смотреть, а главное снимать то, как я целую тебя. Я только сейчас поняла что сглупила согласившись на эту сцену. А отказываться от неё сейчас, не удобно. — и не надо отказываться. Зачем? Давай мы представим, что это наша репетиция перед первым поцелуем. Представь, что мы не на съёмке, а где-то в романтическом месте. Там нету никаких камер и посторонних людей, которые тебе не понравились бы. Сделай это представив, что наедине со мной. Я, ты и больше никого. Сделай это просто. Я верю в тебя, у тебя получиться. — я постараюсь. Спасибо, что успокоил меня. Что бы я делала без тебя. Они пошли сниматься, и Нургюль сказала что готова, и они начали съёмку. Настал тот самый момент, несколько секунд и Нургюль вот вот его поцелует. В глазах режиссёра Нургюль увидела волнение и страх за то, что она не сможет сделать это с первого раза. Посмотрев на Селима, она увидела поддержку, заботу, которой ей так не хватало в этот момент. Она собралась с духом. Сжала все свои страхи в кулаке. Взяв Селима рукой за голову она потянула его к своим губам и поцеловала его. Она почувствовала, то насколько ей в этот момент хорошо, спокойно. Все её страхи улетучились в мгновение ока. Режиссёр закончил сцену, можно подумать, что они должны были прекратить поцелуй, но… они продолжали целоваться. Все странно на них смотрели. Но их ничто и никто не интерсовал, они чувствовали только друг друга, и их ничего не интересовало. Вдруг режиссёр громко крикнул, они она оба поняли, что опозорились. — ой! А съёмка закончилась? — пбудто бы не понимая в чём дело спросил Селим. — да между прочим! Две минуты назад я крикнул: стоп кадр! Но вы как будто не услышали меня. — извините, я действительно не услышал. — Нургюль тоже не услышала? — давайте ещё больше не будем смущать госпожу Нургюль, господин режиссёр. — заступился Селим. — ладно, на этом съёмки оконченны, можете расходиться. Нургюль после его слов, убежала в гримёрку, ей было очень стыдно, ведь она обвиняла себя в том, что не остановилась. Следом за ней в гриммёрку вошёл Селим. Он взял её за руки и сказала такие слова которые ещё больше удивили Нургюль. — дорогая, может хватит уже? — чего хватит? — скрываться, может хватит? Давай расскажем об наших отношениях режиссёру, что бы он тебя не стыдил. Я как никак твой возлюбленный. Зачем мы должны стыдиться того, что мы поцеловались немного дольше, чем надо было для кадра? Давай откроемся? — ну… я даже не знаю. Хотя это не плохая идея, и мне будет спокойне. Хорошо, я доверяю тебе любимый. — ну пошли тогда. — но у меня есть одно условие. Я не хочу что бы об этом знал кто-то кроме режиссёра. Не хочу что бы поползли слухи, пожалуйста. — как ты захочешь, солнце моё. Он крепко обнял её и они пошли к режиссёру. — господин Хакан, нам нужно кое о чём вам сказать. — почему вы до сих пор здесь все ведь разошлись? Ну ладно что там у вас, говорите. — мы с Нургюль уже довольно давно встречаемся. — Оооо… молодцы, я за вас очень рад, а зачем вы мне об этом говорите? — я не хотел бы, что бы вы давили на Нургюль, она и так еле приняла тот факт, что наш первый поцелуй произошёл на съёмке. Она была к этому не готова. — я понял тебя, я за вас очень рад! И кстати, в ближайшие 10 серий у вас поцелуев не намечается. Так что можешь её обрадовать. — спасибо господин Хакан. — да не за что, что я такого сделал? Желаю вам счастья, до встречи. Передай Нургюль от меня поздравления. — обязательно, до встречи. Он попрощался с режиссёром и подошёл к Нургюль. — ну что? Ты сказал ему о нас? — да сказал, и у меня для тебя есть хорошая новость! — какая? — у нас ближайших 10 серий нету сцен с поцелуями. — так и что же в этом хорошего, наш первый поцелуй может быть и сегодня и завтра, но вот насчёт других поцелуев я же не против, меня напряг только тот факт, что наш первый поцелуй пройдёт на съёмке, и всё. На счёт других ничего не говорила. Ты сказал что это была наша репетиция перед первым поцелуем, не так ли? Но в другие дни я готова целовать тебя хоть вечность, любимый мой. — ого! Нургюль, я даже не знал, что ты настолько жаждишь наших поцелуев. Но ведь ты можешь целовать меня после съёмок, до, во время перерыва, когда захочешь. — чем больше, тем лучше! — ухмыльнулась Нургюль, и чмокнула Селима в щёку. — и что это всё? Ты только, что мне прочитала лекцию про то, как хочешь целовать и целовать меня, а сейчас просто чмокаешь меня в щёку. Ну уж нет, так не пойдёт. Не успела Нургюль ничего ответить, как Селим схватив её за голову потянулся к её губам, и они оба слились в один поцелуй. Нургюль немного удивилась, но всё-таки продолжила поцелуй. Она держала его за щёки, тем самым показывая как она сильно его желает. А Селим охватил Нургюль за талию и сильнее прижал её к себе, между ними не было никаких преград. Вдруг Селим не отрывая губ от своей любимой повёл её в неизвестном направлении и прижал к стене. Их поцелуй стал ещё более страстным.Селим открыл дверь в ванну и затянул туда свою избранницу. Нургюль увидела, как мужчина закрывает дверь на щеколду. — что ты делаешь, Селим? — непонимающе спросила женщина. — все вопросы потом, сейчас только мы. Прошептал и стал снова со страстью целовать ее губы, плотно прижав к стене. Начал расстегивать ее костюм, а она скидывать его пиджак. Потом испуганно отстранилась. — не слишком рано, Селим? Ты совсем немного знакомы. — если ты не хочешь… — хочу! Очень хочу! — проявила инициативу и стала снимать с него рубашку. Можно было и содрать, но это все-таки костюм, в котором идут съемки. Что они скажут сценаристам? То, что провели слишком странные полчаса? Это выглядело бы глупо и опозорило бы их. Спустив комбезнизон, Селим припал губами к ее пышной груди. Верхнего нижнего белья не было, так как в этом костюме оно не нужно, что играло только на руку возлюбленным. Она предстала перед ним совсем нагая, когда тот стянул ее стринги и этого женщина совсем не стеснялась. Цепкие руки Нургюль быстро освобождали мужчину от брюк, а потом и нижнего белья. И вот они уже совсем голые стоят друг перед другом. Член Селима сразу же встал, как только он увидел обнаженную Нургюль. Усадил избранницу на столешницу возле раковины и принялся ласкать ее плечи, ключицы и грудь. Женские руки гуляли по торсу мужчины. Селим раздвинул ножки любимой и резко, но аккуратно вошёл, услышав крик, так каку Нургюль не было мужчины вот уже почти 8 лет. В знак просьбы от прощении, мужчина нежно поцеловал ее и продолжил свои действия. Несколько болевых толчков и сразу же пришло зверское наслаждение. Казалось, что она такое наслаждение не получала никогда, хотя так и было. С мужем она никогда не чувствовала своего наслаждения, была лишь для него утехой и игрушкой. Через время толчки стали быстрыми, прерывистыми и бешеными, но такими же равномерными. Еще несколько минут, и Селим понял что уже скоро конец. Миг — и с громким рыком он кончил в женщину. А та замерла, получая наконец-то долгожданное удовольствие. Тело трясло от легких судорог, а разум было далеко за пределами Стамбула. Оба были очень возбуждены и рады продвижению их отношений на такой уровень.Они не чувствовали никого и ничего кроме друг друга. После, оба спустились напол и крепко обняли друг друга. — я тебя очень, очень сильно люблю Селим. — прошептала ещё не успокоив дыхание Нургюль. — я тоже безумно люблю тебя Нургюль, давай дадим клятву. — Селим взял любимую за руки, и сказал — Что бы не случилось, что бы с нами не произошло, как бы сильно мы не поругались, мы всегда будем рядом друг с другом, и не с кем кроме нас. Всегда будем поддерживать друг друга, помогать с трудностями, и просто быть друг другу опорой. Всегда! Любить друг друга не взирая ни на что! Быть друг другу больше, чем возлюбленные! Ты клянёшься? — клянусь! — ответила не раздумывая и твёрдо Нургюль. — а ты клянёшься? — клянусь! — так же твёрдо и уверенно ответил Селим. Они смотрели друг другу в прямо в глаза. На глазах Нугюль поступили слёзы радости. Она наконец почувствовала любовь, и ощутила чувство того, что и она любима. Их губы медленно приближались друг к другу, пока не соединили их души в одно единое целое. Чувство того, что они вместе, их близость, заставляла их обоих чувствовать счастье. Этот поцелуй искренной любви продолжался бы вечность если бы, не странный шум за дверью. Оба очень сильно испугались, что их могут увидеть. Они пытались сидеть тихо, что бы их не услышали. Они сидели так минут десять, а потом услышали как кто-то вышел из дома. Они с облегчением вздохнули, и начали собираться, потому что боялись что их могут застукать.