Какого цвета твоя любовь?

*****       - Ну, что, парни, поговорим? Сначала мы представимся. Ким Намджун - Верховный глава клана Синеоких, - при этом Джин указал рукой на сидящего Намджуна. Тот кивнул. А я - Ким Сокджин - Верховный жрец клана Синеоких.       Он произнёс эти слова торжественно и переглянулся с таким же серьёзным и торжественным Намджуном. Оба, не смотря на то, что прошло двести восемьдесят лет, прекрасно помнили своё первое впечатление от рассказа их предшественников о Клане Синеоких и их миссии на планете. Помнил, как они буквально, не дыша, внимали этой невероятной истории, и после долго не могли прийти в себя от услышанного. Поэтому сейчас были в предвкушении от реакции Чонгука и Тэхёна.       Начал повествование Сокджин. Он долго и обстоятельно рассказывал парням всё, что услышал ранее от бывших Верховных, всё, что в последствии они с Джуном узнали уже сами и из Всевидящего Камня, и даже от самих членов клана. Он говорил, и слова лились, словно тот пересказывал какую-то древнюю легенду: про то, как появился клан на острове; как помогал сначала просто жителям ближайших островов, а в последствии - жителям Англии и соседних государств. И что, когда про этих великих знахарей, астрологов, врачевателей и предсказателей узнали и на Большой земле – на континенте, стали появляться те, кто хотел захватить все их знания и уничтожить клан. Сокджин рассказывал про участие членов клана в восстановлении практически уничтоженных наций и народностей по всей многострадальной Земле в результате многочисленных войн, природных катаклизмов, эпидемий.       И Сокджин видел, как внимательно те слушали всё, что он рассказывал, молча, не перебивая.       И последнее, что показал им Сокджин, был снова Всевидящий Камень.       - Идите сюда, - парни молча встали со своих стульев и подошли к Камню. Сокджин демонстративно, чтобы оба видели все манипуляции, активировал Камень. Тот сначала показал пустынный остров, затем уже известную всем четверым группу людей, что продолжала стоять возле подножия пика Конахайр. При этом было видно, что господин Дабир что-то активно и резко доказывал Райне, которая лишь уныло глядела себе под ноги.       Чонгук и Тэхён, морщась, разглядывали эту картину, пытаясь понять, о чём же те говорят. Но звука так и не было, а по губам читать они не умели.       Первым не выдержал Тэхён.       - Это, конечно всё очень интересно, - сказал он так, осторожно, видимо, чтобы не обидеть гостеприимных хозяев. - Только я что-то не пойму: чего у вас тут такая техника старая? Прямо вот совсем древняя, чуть ли не тридцатых годов прошлого века. Да? У телика, смотрю, даже нет звука. Сломался что ли? - он с сочувствием глядит на Верховных, которые от шока застыли изваяниями. - Или это просто монитор? Снаружи что, камеры? – и вопросительный взгляд на Сокджина. Затем немного помолчал, что-то обдумывая: - Может, вам помощь какая нужна? Ну, там, финансовая, например. Я готов оказать материальную поддержку на столь благое дело. Всё-таки спасение Земли – дело нужное, - и важно покачал головой. - А то у вас, я смотрю, финансирование так себе. Вы под чьей эгидой функционируете-то? Красного Креста, что ли?       Сокджин слушал монолог Тэхёна, и его глаза делались всё больше и больше. Он перевёл ошарашенный взгляд на Намджуна, тот ответил ему точно таким же. В общем, - поняли оба - разговор будет долгим. Те, видимо, ничего из того, что рассказал Сокджин, не уловили. Поэтому теперь в бой вступил Намджун, надеясь, что в его исполнении всё прозвучит иначе, и что новые Верховные наконец поймут всю важность своей миссии на Земле.       И он стал рассказывать всё заново, снова начиная с древних времён.       - Так, хёны, стоп! Мы всё поняли. Честно. Да, Гуки? – тот лишь молча кивнул. - Вот! Дважды одно и то же нам рассказывать не надо - мы же не дебилы. Вы назовите сумму. У меня состоятельная и влиятельная семья, чем можем – поможем.       И тут произошло неожиданное: оба Верховных, снова встретившись взглядами, вдруг начали дико ржать. Сначала расплылся в широкой улыбке, демонстрируя свои очаровательные ямочки, Намджун, а вслед за ним тут же и Сокджин подхватил эстафету, неожиданно проскрежетав несмазанной телегой. Они-то предполагали, что парни сейчас просто онемеют от всей этой информации. Да только не учли одного: эти двое были из двадцать первого века, а, значит, их ничем не удивишь, тем более какими-то там Кланами Синеоких, инопланетянами, вампирами, оборотнями, и т.д. и т.п. Давно уже вышли в прокат и навязли в зубах «Звёздные войны», «Сумерки», «Чужой», «Другой мир», да даже «Начало» - удивить чем-либо современных молодых людей практически невозможно. И только сейчас это дошло до самих Верховных. Поэтому - тадам…! Сюрприз, блин, не удался́! А, отсмеявшись, стали думать, что же делать дальше.       И Намджун не нашёл ничего лучшего, как просто поставить перед фактом:       - Тогда, значит, так: вот вам, парни, Чертог – живите на здоровье, здесь даже летом прохладно - кондей не нужен; вот вам Клан – бесплатная рабочая сила, сойдут за гастарбайтеров; вот Всевидящий Камень – думаю, вам пригодится мультики смотреть; и вот вам всё остальное, - Намджун обвёл рукой зал, - что прилагается ко всему этому по умолчанию. Всё ваше. Теперь вы тут хозяева. Вы – Верховные. Всё! Землю сдал – Землю принял! Вопросы есть? Вопросов нет! Отлично! Значит, мы с тобой, Джини, можем быть свободны. Ах, да, совсем забыл: вон за той дверью в конце коридора располагается сам Клан Синеоких. Надумаете познакомиться - просто стукните в дверь, и она откроется. И ещё – если захотите, покажу вам, где находятся все нужные и интересные книги, манускрипты, папирусы со всей необходимой информацией. В общем, разберётесь – не дебилы же. Джини, пошли! – и с этими словами Намджун направился прямо в коридор, где, как предполагалось, были их комнаты, чтобы быстренько переодеться в цивильное и в один миг свалить с ненавистного острова.       Вот теперь эти так называемые «новые Верховные» перетрухали. Как это – бросить их одних на произвол судьбы на этом незнакомом острове? Как это – «теперь вы тут хозяева»? Как это – «Землю сдал – Землю принял!»? Не, они на такое не подписывались!       - Эээ, нет! – Тэхён запаниковал и тут же даже разозлился. - А ну-ка, стоп, господа хорошие! Кто это сказал, что мы какие-то там Верховные? Кто? Кто? – он потряс в воздухе рукой. - Где? Где какой-нибудь контракт? Или хотя бы наше письменное согласие? Где? Нет! Так дела не делаются! Я законы знаю! – он уже повизгивал. - Никакие мы не Верховные, и быть ими не собираемся. Поняли? И вообще, мы уходим! Гуки, пошли!       Однако Намджун с Сокджином, словно и не слышали этой пламенной речи с нотками истерики. Правда, Сокджин обернулся, и уже скрываясь в тёмном каменном коридоре, непринуждённо проговорил:       - Кстати, не особо стремитесь отсюда выбраться. Не уверен, что вам дадут просто так уйти. К этим двум нашим бывшим братьям – Дабиру и Улаю – есть большой вопрос: что они здесь забыли? Так что выходить к ним не советуем, - и с этими словами оба скрылись из вида.       И вот тогда Чонгук понял, что надо брать ситуацию в свои руки, а иначе Тэхён всё загубит на корню. Он уже осознал, что шутки кончились.       - Намджун! Сокджин! Хёны! - тот рванул за ними. Из коридора тут же показалась голова главы клана. - Мы всё поняли. Давайте поговорим спокойно.       - Так-то лучше, - Джун выплыл из коридора, а за ним и явно удовлетворённый исходом переговоров Сокджин, чуть улыбаясь, и с видимым превосходством глядя на Тэхёна. Даже не сдержался, показал тому язык, от чего Тэхён вообще выпал в осадок, тихо прошептав: «Дурдом!».       - Тогда опять все садимся, - Намджун снова был серьёзен. - Надо ещё раз всё повторить? – и глядит, прежде всего, на Тэхёна.       - Нет, - тот тихо буркнул. - Не надо. Я всё понял. Просто… запаниковал от всего услышанного. Но, вообще-то, - тут же стал снова повышать голос, - я не собираюсь себя здесь похоронить. Понятно? У меня прекрасная человеческая жизнь, которая меня вполне устраивает. И как тогда быть? – и вопросительно глядит то на Джуна, то на - Джина.       Глава вздохнул:       - Понятно, но выход всегда есть. Никто насильно вас удерживать здесь не собирается. Правда, такого ещё никогда не было, но, как известно, всё бывает когда-то впервые. Если один из вас не захочет быть Верховным, то всё равно обоим придётся сначала пройти ритуал посвящения в Верховные, а затем на следующий день вы сможете отказаться от своих постов. И тогда вам на смену прибудут новые Верховные. Вот, как-то так.       Только он не уточнил, через сколько месяцев, а, возможно, что и лет, те прибудут. Но это уже так: несущественные детали.       - Да? – Тэхён уже улыбался. - Ну это совсем другое дело. Хорошо, тогда давайте рассказывайте, что ещё мы должны знать.       И они поочерёдно рассказали всё, что ещё посчитали нужным и важным. Затем показали все необходимые книги, и объяснили, что в Журнал Земли - да, есть и такой - следует ежедневно вносить сведения обо всех мало-мальски значимых происшествиях, происходящих на Земле и в самом клане.       - Но почему, именно мы? – поинтересовался Чонгук.       Верховные переглянулись.       - А вот этого мы не знаем? И, если честно, вообще есть несколько моментов, которые неизвестны никому.       - Какие, например? – вставил свою вону Тэхён.       - Ну, например, как раз вот это: «почему именно мы?»; или – откуда появился клан?; или - почему именно мужчины?; или – почему Верховные становятся бессмертными на то время, что занимают свои посты?; или – откуда берутся деньги на счетах всех членов клана? И, кстати, как только вы станете Верховными, тут же будут открыты счета и на вас. Мы много думали над всем этим – ничего не нашли в книгах - и пришли с Намджуном к мнению, что кто-то стоит и над нами, кто-то более могущественный, кто оценивает нашу работу и работу всего клана, кто смотрит, как мы сумеем выжить на этой планете, с какими потерями, как сможем применить во благо клану и Земле опыт прошлых правлений Верховных. Такое ощущение, что кто-то проводит какой-то эксперимент. Но мы понятия не имеем, кто это может быть. Мы считаем это Высшими Силами, но ведь всё может быть совсем не так. Может быть, это как раз таки - «земные силы»: какие-то могущественные люди или организации, которые смогли создать такой «отряд скорой синеокой помощи» благодаря каким-то генным экспериментам. Так что, не на все вопросы вы найдёте здесь ответы.       Тэхён и Чонгук сидели задумчивыми, переваривая всю информацию. А как только переварили, их повели знакомиться с кланом. Один стук в неприметную невысокую, тёмную - как и всё в этом Чертоге - дверь, и они оказались в очередной сказке.       Сокджин и Намджун с улыбкой глядели на обалдевших парней, которые, разинув рот, рассматривали всё вокруг. Это действительно был райский уголок: тёплый ветер трепал нежно волосы, лёгкими поцелуями оглаживая разгорячённые лица. Кругом была зелёная трава и россыпь многочисленных, одуряюще пахнущих цветов. Вдалеке паслись козы и колосились хлеба. Небо было ясным, чистым и синим, как и море.       Они шли по дорожке, усыпанной белым гравием, не успевая крутить головами. И вдруг Чонгук увидел знакомое лицо и даже притормозил, глядя во все глаза на идущих им навстречу троих парней примерно возраста самого Чонгука. Вот они поравнялись с их компанией, и один из них вдруг ярко улыбнулся Чонгуку и даже подмигнул.       Ошибиться было невозможно – это был «викинг» из клуба с острова Льюис. Только вместо двух кос его волосы были собраны в хвост, и вместо привычных джинсов и футболки, как, впрочем, и на всех остальных, был длинный белый балахон.       - Это! Это же…, - Чонгук даже стал заикаться. - Это! Я его знаю! Я его видел!       Сокджин обернулся вслед ушедшим парням.       - Знаешь Стэна? Откуда знаешь? - задумчиво глядя на парня. - Хотя, - добавил сам себе, - ты вполне мог видеть его где-то на островах. Членам клана не запрещено покидать ненадолго остров.       - Стэн? – Тэхён как-то так нехорошо посмотрел на друга, но тут же оглянулся, провожая недовольным взглядом широкую спину симпатичного парня. - Ты мне не рассказывал ни про какого Стэна.       - Да я вообще ещё ничего не успел тебе рассказать. Я же говорил, что пока к тебе ехал, словно в сказке побывал, вот этот парень как раз из той сказки и есть, - на что Тэхён лишь недовольно засопел.       - Послушаешь ещё сказку Чонгука, не переживай, - Сокджин улыбался.       Все, встреченные ими люди, были тоже улыбчивыми, спокойными и доброжелательными. Они здоровались с Верховными, улыбались новым лицам, прикладывая левую руку к сердцу и чуть кланяясь, внимательно разглядывая новых посетителей, прекрасно понимая, кто это такие. И что было самым странным: все разговаривали на чистейшем корейском языке, независимо от своей расы. А здесь были и европейцы, и негры, и мулаты, и метисы, и индейцы, и вообще люди с непонятно намешанной кровью.       Тэхён удивлённо глянул на идущего рядом Намджуна.       - Корейский? Почему – корейский язык?       Наджун рассмеялся:       - Это ты слышишь корейский. Каждый здесь говорит на своём языке, и слышит тоже лишь свой родной.       Тэхён удивлялся всё больше и больше. «Словно Вавилонское столпотворение*», - только успел подумать и провести параллель.       Когда же вернулись назад, перемена показалась разительной: там за тёмной дубовой дверью было вечное лето, здесь же в холодном каменном Чертоге царствовала зима.       - Чонгук, рассказывай теперь свою сказку. Мы с Намджуном уже примерно представляем, что это было, а вот Тэхён понятия не имеет, что с тобой приключилось в дороге, - и главный жрец продолжает улыбаться, предвкушая интересный рассказ.       И Чонгук стал рассказывать с того момента, как они расстались в клубе с Тэхёном: прежде всего про то, что куда-то у него вдруг делись два часа после разговора с Дабиром, поэтому и упустил яхту, - кстати, вот этого Верховные явно не знали, потому что сразу нахмурились; рассказал про «викинга» Стэна - Верховные снова были удивлены: член клана работал барменом? Зачем? Странно; а заодно рассказал и про тот свой дебильный разговор с барменом № 2, на что Верховные от души поржали вместе с Тэхёном.        Потом рассказал про паром вне расписания, на котором плыли буквально десяток человек, и с которого сошёл на Хирте он один, – те покивали понятливо головами, но пояснять не стали, кто и как такое провернул, хотя, по-видимому, Сокджин и Намджун уже догадались, поэтому лишь хмыкали и усмехались.       А самое главное припас напоследок:       - Тэ, помнишь, ты рассказывал про тату зайца у тебя на руке, которая вроде как сама появилась, словно по волшебству? – тот кивнул, не понимая, к чему это он. - Вот, гляди, - Чонгук снял свой пуховик, закатал рукав, и у Тэхёна просто полезли на лоб глаза.       - Тигр? Откуда она у тебя?       - Оттуда, откуда и у тебя: не знаю, откуда. Она просто появилась той ночью, когда я спал в комнате отдыха в клубе, что любезно мне предоставил Стэн, и которая потом... оказалась просто туалетом.       - Чем? – Тэхён снова вылупил глаза. - В смысле - туалетом? Ты что, в туалете спал? – он ничего не понимал, тогда как Джин и Джун уже вовсю веселились.       - Да нет, вроде как, в комнате, на диване. Только потом там почему-то никакой комнаты не оказалось.       Поэтому всё же поинтересовался, что не так было с той комнатой отдыха?       - Это всё обычный мо́рок*, - отмахнулcя Джин. - Это несложно. А Стэн на нём собаку съел и не одну.       - Тогда где же я спал? – всё же решил аккуратно уточнить Чонгук.       - А кто ж тебя знает, может, и в туалете, - и Верховные снова неприлично заржали. На что Чонгук лишь закатил глаза.       «Дурдом!», - снова Тэхён про себя. Он уже просто устал удивляться.       И тут Чонгук решил прояснить ситуацию:       - Хёны, а нельзя всё-таки спросить этого Стэна про ту комнату отдыха?       Верховные переглянулись:       - А, собственно говоря, почему нет? - их и самих интересовал вопрос подработки члена клана.       И Сокджин снова сел, расслабляясь и запрокидывая голову. Парни уже поняли, что таким образом он ментально призывает к себе.       - А позвонить – не вариант? – Тэхён всё же решил уточнить. - Знаете, сотовая связь – это очень удобно.       Намджун хмыкнул:       - Умный, да? Ага, из одного измерения позвонить в другое? Как ты себе это представляешь? Ни здесь, - в Чертоге - ни в мире, в котором живёт клан, связи нет. Связь есть только на острове.       И в этот момент, стукнув один раз в дверь, явно, так, для проформы, вошёл Стэн.       Снова левая рука у сердца:       - Глава клана…, Верховный жрец..., - но тут же перевёл взгляд на Чонгука и Тэхёна и опять заулыбался.       - Давай, Чонгук, задавай свои вопросы.       - Я? – тот даже подзавис. Сокджин кивнул. - А можно попросить его сесть? – и снова согласный кивок Джина. - Стэн, присядь, пожалуйста, - парень сел напротив Чонгука и приготовился слушать. - Стэн, меня зовут Чон Чонгук. Мы ведь с тобой уже встречались? Верно? - и даже дыхание затаил.       И вдруг абсолютно неожиданно тот на чистейшем корейском – что стало просто шоком для Чонгука, ведь прекрасно помнил, что тот говорил по-английски – ответил:       - Конечно, виделись. В клубе на Льюисе.       Чонгук сразу же выдохнул облегчённо.       - Всё-таки значит, я с ума не сошёл, это ты был тем барменом, что отдал мне вещи и отвёл поспать в каморку персонала.       - Я, - и снова уже широко улыбается.       - Стэн, а ведь там никакой каморки нет. Там был, - Чонгук откашлялся, - туалет, - улыбка парня стала ещё шире. - Тогда ответь, где же я спал?       - Так в туалете и спал.       При этих словах Верховные, не сдержавшись, снова зашлись в неприличном смехе. Тогда как Чонгук с Тэхёном явно ничего не понимали:       - В смысле – в туалете? А как же диван, стол, холодильник?       - Ну, так… мо́рок же, - как-то неуверенно произнёс парень, стирая улыбку и удивлённо обращаясь уже к Верховным, словно тот говорил о чём-то простом и понятном даже детям, и, явно не понимая этих вопросов.       - И где же я там спал? Правда, что ли в унитазе? – и расстраивается всё больше от этой ситуации.       - Почему, в унитазе? На полу, под раковиной.       - Под раковиной, значит, - и только тут Чонгук вспомнил ржавые разводы и трещины на потолке. Точно такие же были и на раковине.       - А куда бы я тебя ещё положил? – продолжал удивляться Стэн. - Идти тебе было некуда, а поспать нужно было. Вот я и запечатал дверь, да повесил табличку «Ремонт», чтобы никто не рвался к тебе. Там под раковиной оказались какие-то тряпки, я их тебе и постелил, да ещё дал, чтобы накрылся.       Чонгук тут же вспомнил мерзкий запах того странного «пледа», но уточнять, что же это было, не стал, и так понял, что, скорее всего, это была половая тряпка. Аж передёрнуло от брезгливости. Больше решил ничего не выяснять, но тут вдруг пришла в голову одна мысль:       - А паром? Тоже - ты?       - Ну так, естественно, - снова удивляясь, Стэн.       - Таааак, - протянул Чонгук, - и на чём же я тогда плыл? - так и хотелось спросить: «На унитазе, что ли?».       После этого грохнули уже все, включая и Тэхёна.       - На катере же. Нам же надо было обогнать яхту.       - На катере, значит? – Чонгук продолжал удивляться. - Но…но…, - слов просто не было, - но, все те люди на пароме, спящие в креслах? – и ещё вспомнил и оживился: - А сэндвичи? Чай?       - Ну, так, мо́рок же, - словно попугай ладил Стэн. - А сэндвичи… ну, я с собой их взял. Азуру попросил сделать их и чай налить в термос.       Чонгук сузил глаза, разглядывая этого странного парня перед собой.       - А если бы я не захотел чай и сэндвичи? А если бы я захотел кофе и протеиновый батончик, например.       Стэн как-то неуверенно повёл бровями, явно смущаясь.       - Ну, так не захотел же кофе и батончик, - буркнул тихо.       - А если бы? Как ты мог догадаться, что я попрошу у бармена… кстати, бармен на пароме – это снова ты? – усмешка и кивок. - Так вот, как ты мог предугадать, что я попрошу чай и сэндвичи?       - Ну, так угадал же, - и уже улыбается, сверкая жемчугом зубов, под всеобщий смех.       - Тааак, я понял – внушение, - Чонгук как-то нехорошо прошипел.       Улыбка тут же сползла с лица Стэна, и он загнанно уставился на Верховных.       - Ну, так надо же было его накормить, - неуверенно глядя на Намджуна.       Но тот лишь махнул рукой, вытирая от смеха крокодиловы слёзы.       Больше выяснять ничего не хотелось, и Чонгук уже собирался отпустить Стэна, но тут решил Сокджин кое что прояснить:       - Стэн, расскажи-ка, зачем ты барменом заделался? Денег не хватает? - и так глядит подозрительно.       Тот аж хрюкнул от удивления.       - Какие ещё деньги? Надо же было Чонгука встретить, он же за вещами по любому бы вернулся в клуб. Да и потом, я же сказал, что мне его надо было задержать до вечера. А бармена просто подменил временно, - и уже снова улыбается. - Отдохнуть того отправил.        Сокджин понятливо покивал. Вопросов больше не было. И тут снова заговорил Чонгук, вспоминая ещё кое-что:       - Стэн, а тату? Это тоже твоих рук дело?       И вдруг у парня забегали глаза, и все сразу же перестали смеяться, видя его реакцию на простой в общем-то вопрос.       - Это не я, - и уткнулся взглядом в пол.       - А кто? – так нежно поинтересовался Тэхён, и глядит, словно сожрать хочет.       Но тот лишь покачал головой. Верховные на это только хмыкнули.       - Вот, кстати, о чём я вам и говорил, - Сокджин развёл руками. - Это уже не наша юрисдикция.       - А пытать не пробовали? – вдруг на полном серьёзе выдал Тэхён. И парень в ужасе уставился на него. - Ну, да. Здесь, я просто уверен - есть и «Испанский сапог», да и дыба должна быть.       Все перевели взгляды на этого хренового рационализатора и замолчали.       - Тэхён, - неуверенно Чонгук, - я думаю - это лишнее.       И тут Тэхён, расплываясь в неудержимой улыбке, в следующую секунду уже дико сам ржал.       - Ну и морды же у вас были, парни, - и тоже уже вытирал слёзы.       Только тогда все выдохнули и успокоились, все равно как-то странно поглядывая на Тэхёна. Но тут вдруг заговорил Стэн:       - Я знал, что тебе, Чонгук, будут делать тату. Моя задача была под любым предлогом оставить тебя в клубе. Больше я ничего сказать не могу.       И тут вдруг оживился Тэхён:       - А моя тату? Ты и в ней поучаствовал?       - Ага, - парень уже успокоился и снова улыбался. - С тобой, правда накладка небольшая вышла.       - Что за накладка?       - Ну, я когда тебе дорогу показал, где дверь та была… Помнишь? – Тэхён кивнул, вспоминая, что, точно, ведь, именно этот парень тогда и сидел охранником в клубе на этаже. - Так вот, ты туда зашёл, в дверь эту и кое-что увидел, чего не должен был видеть, и поэтому сразу стал драться. Ну, и пришлось тебя немного…успокоить. От этого у тебя, наверно, весь следующий день голова болела.       - Точно. Болела, - вспомнил Тэхён. И вдруг ухватился за слова Стэна: - А что я там увидел такого, что даже драться стал?       Но на это парень лишь снова улыбнулся и промолчал. Больше спрашивать его было не о чем, и того с Богом отпустили.       После этого ещё все четверо долго сидели и переваривали услышанное.       Но вот Сокджин пришёл в себя и решил продолжить свои объяснения:       - Кстати, про тату. Это не просто тату - это пропуск в Чертог и в мир, где живет Клан. Можно сказать - это ключи. И у вас, парни, это парные тотемные татуировки. И да, Чонгук, действительно, зеркальные. Ты же постоянно твердишь, что словно в зазеркалье попал. Туда и попал.       - Откуда они взялись, и что значит, зеркальные? – оба непонимающе уставились на Джина.       - Даже мы не всё знаем, поэтому на вопрос об их происхождении тоже не ответим. А зеркальные - это значит, что у каждого на руке тату, отражающая не его сущность, а сущность партнёра. То есть, Чонгук, ты – Заяц. Тэхен, ты – Тигр.       Тэхён тут же стал тихо и радостно хихикать. Тигром ведь быть престижнее, чем каким-то зайцем, ну?       - И почему это он – тигр? – недовольно Чонгук. - Тату ведь на моей руке.       - Вот так. Это не мы решаем. Мы даже не знали, какие у вас будут тату. Оба ваши символа – знаки Земли. А у нас с Намджуном – знаки Огня, - и они закатали рукава своих балахонов. На плече Сокджина красовался Дракон, у Намджуна – Саламандра.       - И это опять всё надо понимать зеркально?       Джин кивнул.       - Получается, что я – Саламандра, а Джун – Дракон.       При этом они оба как-то странно переглянулись. Только эти их переглядки тут же заметил Тэхён.       - Так, хёны, колитесь, в чём проблема с этими тату?       Намджун вздохнул и теперь решил ответить сам:       - Мы пока ещё всего не знаем. Но дело в том, что это очень редкое сочетание знаков двух соседних стихий – Огня и Земли: я - Дракон, ты, Тэхён, - Тигр. По поверьям, написанным в старых скрижалях, между ними должна произойти битва. Какая-то решающая битва. Только я не понимаю, из-за чего, ведь мы на одной стороне. Но думаю, что скоро разберусь в этом. Надеюсь, что нам с тобой не придётся сражаться друг с другом.       - Да уж, не хотелось бы, - задумчиво Тэхён.       Однако, Чонгук продолжал хмуриться, ему не нравилось, что он - Заяц, тогда как Тэ – Тигр. Поэтому не сдержался:       - Так почему всё же я – Заяц? Я что, трусливый что ли? - и увидел непонимание в двух парах глаз.       - В смысле - трусливый? Это ты про Зайца? Ты что, вообще ничего не знаешь о своём тотеме? - Чонгук покачал головой под всё такое же тихое, бесячье хихиканье друга. - Чонгук, знай, Заяц – один из самых непредсказуемых, хитрых и смелых зверей.       - Да ладно, - тот явно не верил.       - И не только это. Заяц – это основа мужского начала, - хихиканье сразу прекратилось, на что теперь Чонгук стал непроизвольно усмехаться, глядя на друга. - Этот зверь на самом деле принадлежит миру мёртвых, поэтому его очень трудно убить, он сам проводник на другую сторону жизни, и часто прикидывается мёртвым, чтобы потом неожиданно для всех ожить. Любит петлять следы, путая этим своих врагов. Так что это вовсе не простой зверь.       - А Тигр? – Тэхён сразу заволновался. - А Тигр – простой?       - Конечно же – нет! Одно то, что это Повелитель в мире зверей, говорит о многом.       - Лев – повелитель, - уже как-то не слишком уверенно Тэхён.       - Ничего подобного. Лев вообще - ленивый зверь, он даже не охотится сам, ждёт, когда ему добычу принесёт в зубах львица. У льва сплошная видимость: только что большой, и рычит громко, - парни засмеялись. - Тигр же - уникальный зверь: величественный, с отличной защитой ян и инь, именно поэтому легко уживается с таким потусторонним зверем, как Заяц. Тигр – это власть, мужество, сила, благородство, достоинство и жестокость, которая ему просто необходима, чтобы защищать тех, кого любит. Это один из самых сильных тотемов.       При этих словах Тэхён удовлетворённо выдохнул, но на Чонгука посмотрел уже без прежнего превосходства, а просто с нежностью.       - А Саламандра? – Чонгуку было всё это очень интересно. - Она какая?       - Саламандра? Это вечный борец с человеческими грехами: жадностью, гордыней, завистью, праздной жизнью. Она родилась в огне, поэтому в огне страстей и грехов не горит, а становится лишь сильнее.       - Ага, святой ты мой, - подал голос Намджун. И все рассмеялись.       - А Дракон?       - Дракон – прежде всего защитник со сверхестественными способностями, так как это сильное мифическое существо. А ещё он верный, благородный, сильный и мудрый властитель, - и Джин улыбнулся Намджуну. Да так улыбнулся, но неудобно стало сразу троим.       - Тогда, если Тигр – такой мужественный и сильный, и Дракон – мудрый и благородный, зачем им тогда биться друг с другом? – не понимал Чонгук.       - Пока не знаем, но постараемся разобраться в этом. И чем скорее, тем лучше. Мы ведь, пока вы не пройдёте ритуал Посвящения, не сможем уйти с острова. Так что будем изучать вопрос.       - А когда Посвящение?       Намджун с Сокджином снова переглянулись, последний при этом как-то скорбно поджал губы, а у Намджуна нехорошо сверкнули вдруг глаза. И что это было? Чонгук и Тэхён не поняли их реакции на столь простой и лёгкий вопрос.       - Скоро. Но пока отдыхайте. Позже поговорим. Да, и, кстати, вам приготовлены две спальни. Если хотите, можете идти отдыхать. У вас были напряжённые и тревожные дни.       - Две спальни? – Тэхён округлил глаза. - Зачем нам две?       - Так положено. Вы пока здесь просто гости. Ещё - не Верховные. Так что уважайте правила хозяев.       При этих словах оба парня тяжело вздохнули, они ведь так соскучились друг по другу, и так рассчитывали на уединение, как те не понимают? А тут, блин, какие-то грёбаные «правила хозяев». Но тут же Тэхён лукаво усмехнулся про себя – ночью он очень, очень тихонечко обойдёт это «правило хозяев», никто и не заметит. Поэтому уже призывно заглянул в грустные чёрные глаза, от чего те сразу же зажглись надеждой и пока ещё лёгким возбуждением, и подмигнул другу.       …Да только обойти «правила хозяев» была не судьба. Тэхён, дождавшись глубокой ночи, действительно тихонечко слез с широкой кровати с мыслью о Чонгуке, чтобы… напороться на запертую дверь. Тряси – не тряси, замоќ в этой пудовой двери выдержит не только атаку клонов, но и ядерную – тоже.       В такое вероломство и лицемерие верить не хотелось. Да нет, не могли Верховные так поступить со взрослыми людьми! Или могли? Тэхён задумался. Это всё Сокджин, саламандрова его душа! Грёбаный поборник нравственности, борец с человеческими грехами! Да что б он сдох в своём огне! Да что б его Дракон трахнул! Немного подумал – нет, лучше чтобы сожрал!       Ничего не оставалось, как забраться назад в койку, обиженно сопя. Тэхён провозился в пустой, холодной постели почти весь остаток ночи, пока не заснул, злобно скрежеща зубами и проклиная эту "хуеву" ящерицу.       …Чонгук проснулся рано, хотя ночью спал плохо, тревожно, постоянно прислушивался к звукам в коридоре. Но там царила полная тишина. Ждал Тэхёна, да только тот так и не пришёл. Расстроился страшно. Ведь он обещал, пусть всего лишь глазами, но ведь обещал!       Поэтому решил сам наведаться к явно заспавшемуся другу. Дверь оказалась закрытой. Так! Неожиданно! Эти, блин, Верховные блюдут их непорочность, словно они две целочки. Смешно! Нет, грустно! А так хотелось Тэхёна хотя бы обнять. Можно больше ничего пока не делать, просто обнять и дышать клубничным ароматом, этим самым сильным для Чонгука феромоном на свете. Но…облом! Что-то как-то подозрительно много в последнее время стало обломов в его жизни.       Поэтому сейчас, вспоминая прошедшую пустую и холодную ночь, просто в очередной раз вздохнул.       Дверь в спальню приотворилась, и в неё проникла голова Сокджина.       - Доброе утро! – он улыбался.       - Привет, хён! – ничего особо радостного Чонгук на горизонте не наблюдал.       - Вставай, пошли завтракать.       - А где Тэхён? – спросил просто так, из вредности, прекрасно понимая, что тот тоже не откажется поесть, а, значит, за завтраком встретятся.       - А Тэхёна нет.       Сначала даже не понял, что услышал.       - Как это – нет? А где он? – и тут же заволновался. Ведь куда тот мог деться посреди ночи, либо рано утром?       - Дело в том, Чонгук, что вас с ним ждёт ещё одно испытание. И, если честно, не самое лёгкое, - Сокджин уже не улыбался. Он вошёл в спальню и сел на кровать. - Не хотел тебя раньше времени тревожить.       - Что за испытание? – и его тут же стало нервно потряхивать. Неужели недостаточно уже испытаний выпало на их с Тэхёном долю?       Сокджин вздохнул.       - Давай, всё-таки сначала позавтракаем.       - Ага, у меня прямо от твоих слов, хён, зверский аппетит разыгрался. Нет уж, давай сначала о деле.       - Хорошо, - тот снова вздохнул. - Одевайся и проходи в главный зал.       … - Чай, кофе? Бери тосты, масло, булочки, сыр. Не знаю, что ты ешь на завтрак, но мы за эти годы как-то уже привыкли к континентальному завтраку, лёгкому.       - Да мне вообще в рот уже ничего не лезет, - грустно Чонгук, представляя себе всякие ужасы.       Сокджин вздохнул, поглядел внимательно на парня.       - Чонгук, не переживай заранее. Это не что-то такое запредельно невыполнимое. Просто…, - он помедлил, явно подбирая слова, - иногда бывает сложно найти правильное решение. Поэтому ты пока давай, ешь, а я буду тебя вводить в курс дела. Времени у нас не слишком много.       И ничего не оставалось делать, как налить себе хотя бы вот эту чуть тёплую бурду под названием – чай, с запахом старого веника, схватить абсолютно безвкусную булку с мерзко пахнущим несвежими носками сыром. И всё это бросить в рот, долго пережёвывая, словно кусок фанеры.       - Только для начала я хотел бы тебя спросить кое о чём. Можно? - Чонгук неопределённо пожал плечами. - Ты ничего не рассказал, лишь вскользь упомянул, что разыскивал Тэхёна, когда прилетел в Шотландию. А потом нашел его на яхте, где были Хосок, Дабир и Улай. Всё верно? Чонгук, что произошло на яхте?       Чонгук перестал жевать, уставясь на Джина. Тяжело сглотнул, вгоняя внутрь себя эту абсолютно несъедобную трапезу.       - Дело в том, что Тэхён меня забыл.       И вдруг увидел на лице Сокджина просто ужас.       - В смысле – забыл? Что это значит?       И Чонгук рассказал про цыган, про удар битой, и про то, что Тэ его просто-напросто забыл, будто они никогда раньше не были знакомы. И даже рассказал про то, что Хосок увлёкся Тэхёном, а Дабир сказал Чонгуку, что дальше они поплывут без него. Поэтому-то он и догонял на пароме Тэхёна.       Сокджин хмурился и водил глазами, что-то соображая.       - Забыл, значит? После удара? И как же он тебя вспомнил?       Чонгук улыбнулся.       - Я его поцеловал.       И вдруг увидел на лице Сокджина сначала удивление, а вслед за ним расцвела неудержимая улыбка.       - Поцеловал? Ты его поцеловал, и он тебя вспомнил?!       Чонгук кивнул, не понимая столь великой радости, будто это его поцеловали. И вдруг Сокджин тяжело и в тоже время облегчённо выдохнул, положил ему руку на плечо, внимательно вглядываясь в чёрные, широко открытые глаза, и тихо проговорил:       - В таком случае, ничего сложного в этом испытании для тебя не будет. Потому, как ты уже знаешь, что надо делать, - чуть помолчал, словно вспоминая что-то своё, давнее. - Знаешь, мы ведь с Джуном тоже проходили через такое же испытание. Через него проходят все новые Верховные. Непонятно, зачем оно нужно, но уж…вот, как есть. Мы искали с Намджуном ответ на этот вопрос в старых книгах. Ничего конкретного, но, вроде как для того, чтобы Высшие Силы увидели, что один ради другого пойдёт на всё, буквально на все, а второй после всё это простит первому, что бы тот не совершил, - прозвучало как-то странно. - Так вот, нам оно далось очень тяжело, - жрец помолчал, вспоминая что-то явно не сильно приятное. - Я специально решил поговорить с тобой один на один, без Джуна. Дело в том, что во время того испытания Джун…убил человека, - Чонгук ахнул. - Мы с ним после много лет перемалывали те события, соображая, можно ли было обойтись без этого. В общем, в итоге так и не пришли к единому мнению. Поэтому то, что тогда произошло, останется с Джуном навсегда, - Чонгука уже просто трясло, что не ускользнуло от взгляда жреца. - Не переживай, Чонгук, у тебя такой ситуации не будет. Сейчас и время другое, да и люди. Просто у нас всё сложилось так не просто. Я потом как-нибудь расскажу вам нашу историю, - Сокджин снова, уже в который раз вздохнул. И вдруг улыбнулся. - Мне нельзя тебе говорить, что будет в этом испытании, и как тебе надо действовать, но, я думаю, ты уже понял, что тебя ожидает, и как надо поступить.       Чонгук на несколько секунд задумался, но вот понимание пришло, и у парня полезли на лоб глаза.       - Что?! Он снова меня забудет?! Снова забудет?! – Сокджин кивнул. - Да лааадно! Блядь! Да я такого больше не вынесу! Хён, ты представить себе не можешь, через что я прошёл, чтобы Тэ меня вспомнил! Это был полный пиздец!       Сокджин лишь сочувственно глядел на парня.       - Зато ты теперь знаешь, что надо делать.       Чонгук судорожно елозил глазами по лицу жреца.       - Значит, я снова должен буду его поцеловать? – Сокджин кивнул. - Только поцеловать? – и снова кивок.       И тогда Чонгук смог выдохнуть. Он уже это проходил. Если бы только он знал раньше, что надо лишь поцеловать! Может быть, всё было бы куда проще. Чонгук его поцелует. Чего бы это ему ни стоило. Никуда Тэ не денется – прижмёт хорошенько в каком-нибудь тёмном уголке и поцелует. Хорошенько поцелует, от всей души, чтобы тот больше никогда его не забывал, даже под влиянием Высших Сил. Он будет сильнее этих Высших Сил, он их не боится, он их победит! И уже сам улыбался, глядя на Сокджина, отчего тот лишь улыбнулся в ответ и в очередной раз выдохнул, теперь уже облегчённо.       И сразу же появился аппетит, и чай стал очень даже душистым, и булочки – м-м-м – мягкие и вкусные, и сыр этот пикантный - до чего же хорош! И Чонгук навернул от всей души, причмокивая и чуть ли уже не похрюкивая от удовольствия. * Морок (маг.) - в народной магии многих стран - воздействие силой мысли для искажения реальности, создание иллюзий. * Вавилонское столпотворение (миф.) - притча о строительстве Вавилонской Башни людьми всех рас и народностей, говорящих ранее на одном языке.