Правила созданы, чтобы их нарушать. Даже,если это правила наёмников.

      «Хрусть!» …Стоп. Последний звук тоже издал ветер? Севен кладёт руку на рукоять своего меча, оставляя её там, чтоб не терять времени, если разгорится бой с таинственным незнакомцем. Цюань видит настороженность своей пассии, идя по ближе, чтобы если что помочь. Люци это замечает, но виду не подаёт. Странно и как-то чуждо получать такую еле видную, однако заботу от краснозубого. - Хэй, может передохнём? – предлагает Кола, которую поддерживает одобрительным кивком Севен. Все останавливаются около небольшого домика, в котором раньше явно жил фермер. Опустевший амбар стоит в дали, ожидая своего момента, чтоб под его не продырявленной крышей от дождя спрятались зверьки или уставшие путники. Аци разминается, а после идёт за своей подругой, потягиваясь, пока девочка желает лучше рассмотреть деревню, потому проходит в дом. Люций с Цюанем остаются сидеть на крыльце. - Знаешь, а я всё-таки не против совместной тренировки, - говорит седьмой, слова которого отдались приятной теплотой в душе краснозубого. - М? Тогда, когда излечим тебя от яда полностью, я тебе это припомню, - тот немного усмехается, обнажая красные, заострённые зубы. - Хорошо, - парень умиротворённо кивает, прикрывая глаза. Его лицо сейчас расслаблено, выразительные глаза скрыты за веками, а на лице от потока ветра не дёргается ни один мускул. Наёмники часто так отдыхают, когда нужно восстановить силы, а времени на сон нет. Некая медитация, 10 минут которой могут заменить час сна, однако часто таким не попользуешься. - Интересный ты, Люци, - начинает после минуты молчания Цюань, - так просто мне имя своё раскрыл, а ведь я могу тебя предать. - Но ты ведь мне своё сказал в ответ, - на лице умиротворённого наёмника возникает лёгкая улыбка, заставляющая красные глаза зеленоволосого замолчать, сохраняя в памяти этот момент. Буквально неделю назад он думал, что не увидит больше улыбки приятнее, чем улыбка его давней любви, а сейчас…Севен никогда не улыбался, по крайней мере при нём. А сейчас, когда они заговорили про доверие, краснозубому выдалась возможность окончательно влюбится вновь. Он уже и подавно забыл какое это прекрасное чувство, когда у тебя есть тот, кого ты хочешь защитить. Но, как и всё хорошее, эти мгновения подходят к концу с криком Колы о том, что обоим наёмникам нужно кое-что увидеть и срочно. Оба поднимаются, пока неожиданно, во время этого Люций касается плечом плеча Цюаня. Тот не придаёт этому значения, а вот краснозубый наоборот. Для него все прикосновения к Севену – долька радости. Даже вкус крови у Люция выделяется из всех тех, что пробовал Цюань, да и самого наёмника краснозубый был бы не прочь попробовать. Кола стоит перед стволом дерева, в котором виднеется дупло, правда внутри него кромешная темнота. Люци подходит вместе с напарником к ним, спрашивая о причине такого яростного зазыва их сюда, на что девочка указывает в сторону дупла и, взяв камень, кидает внутрь. Аци уже желал что-то возразить по поводу неуважения к местным зверькам, пока подруга на него шикнула. Все прислушались. Камень должен был почти сразу удариться о дно дупла, но такого звука не последовало. - Что за… - хмуриться Севен, подходя к дуплу. За ним подошёл и Цюань, и видно не зря. Краснозубого что-то схватило за руку, заставляя наёмника упереться ногой в дерево, что-то, что резко пожелало затащить в бездонное отверстие зеленоволосого. Будучи с прекрасной реакцией, Люций среагировал так же быстро, ухватывая парня за руку, пока Аци с Колой так же пожелали помочь, однако девочка забыла о своей способности, нечаянно парализуя друга, который уже направил летящие ножницы на то, что схватило Цюаня, однако ножницы просто отскочили, а парень замер. Рука, состоящая из сгустков чёрной смолы, не желала отпускать приглянувшегося парня, однако Севену он понравился явно больше, а потому, тот победил в перетягивании. Рука, разочарованная тем, что не получила желанного, исчезла так же быстро, как и появилась. Наёмники падают. Аци наконец-то освобождается от парализации, получая неловкое извинение от Колы, мол «сори, забыла», а после друзья поворачиваются к лежащим друг на друге наёмникам. Голова Севена лежит на плече краснозубого, спина прижимается к груди, синхронизируя сбитые дыхания, а плотность соприкосновения тел позволяет почувствовать Цюаню бёдра Люци у себя на тазе. Кадык краснозубого дёрнулся от нервного взглатывания накопившейся слюны, пока тот лежал, словно котёнок, которому защемили шкирку, заставляя замереть. Вскоре Севен поднялся, помогая подняться и знакомому, пока на руке наёмника, за которое его тянула та самая загадочная рука, остались чёрные непонятные выделения. - Что это было? – недоумевает парень в белой толстовке. - Не известно, но, чтобы это ни было, нам нужно продолжать путь, - Люций оглядывает дупло, переводя взгляд на руку краснозубого, - с рукой всё нормально? В ответ парень получает положительный кивок, и все продолжают путь. Вскоре кроны деревьев начинают схватываться плотным потолком над их головами, заслоняя вечерний свет красного солнца. Тот самый ветер начинает имитировать шёпот, пока никто не обращает на это внимания, уверенно двигаясь вперёд. Они почти дошли, им осталось лишь подняться в виднеющийся особняк, стоящий на верхушке не особо высокой горы, к которому ведёт прямая, широкая лестница. Неожиданно Аци кладёт руку на плечо Люцию, который, обернувшись, замечает лицо парня с не скрывающейся долькой страха, а вторая рука показывает наверх. Наёмник задирает голову кверху, замирая. Ветви не колышутся…ветра нет, а шёпот продолжается. Смотря на них, краснозубый с Колой так же подняли голову кверху, замечая факт отсутствия ветра. Резкий шорох со стороны и удар нападающего с катаной в руках незваного гостя отражает Цюань, пока Севен немедленно вынимает меч из ножен, нападая на незнакомца со спины. - А вот и совместный сближающий бой, - хмыкает краснозубый. - Быстро, уводи её в особняк, - скомандовал Люций, однако увести Колу в особняк Аци не удалось, так как перед ними мгновенно возник тот самый незнакомец, замахиваясь оружием, которое отражает уже Севен. У наёмников складывается ощущение, что они борются с тенью. По нему невозможно попасть, он мгновенно исчезает и появляется, его мотивы не известны, ни одежды, ни лица не рассмотреть. Просто тень. Фехтует быстро, так, что попасть по ней не может ни Люци, ни Цюань. Даже Аци помогает своими ножницами, но на нападающем так и нет ни одной царапинки. Оба уже без сил, но продолжают бой, являясь поддержкой друг для друга. Один момент Цюань не замечает, лезвие теневой катаны оказывается у его шеи, однако осколки легендарного меча вновь отражают атаку. Приятно чувствовать, что рядом есть тот, кто тебя прикроет. Краснозубый пытался укусить того уже несколько раз, а когда ему это удалось, зубы встретились с чем-то неимоверно крепким, что отдалось болью по челюсти, заставляя её разжать. - Мх…из чего его тело состоит?! – раздосадовано высказывается зеленоволосый, потирая рукой челюсть. - Из чего он весь состоит… - поправляет того Люций, вновь нападая. В один момент им даже удалось окружить гостя, благодаря чему меч, распавшийся на тысячи осколков, изранил тело теневого силуэта, с которого начала капать такая же, как стекала тогда с руки из дупла, субстанция. Нападавший отшатнулся в сторонку, пока Аци успел увести подругу, добежав с ней только до начала лестницы, пока неожиданно силуэт поднял голову в сторону Севена, на мгновение пропадая, а после появляясь уже за спиной наёмника, которому не помогла рука, лежащая на мече. Чем гуще была тень – тем сильнее был данный противник, а сейчас потемнело полностью. Только Цюань смог разглядеть то, что на самом деле произошло. Нападавший не исчезал и не появлялся. Он пронёсся с такой скоростью, которую было не уловить взгляду обычного человека. - Люци! – не сдержал обеспокоенного вскрика Кола. -…Люци, - тихо повторяет имя наёмника зеленоволосый. Севен вздрагивает, пока из появившейся раны начала плескать кровь, текущая так же со рта и множества мелких ран. Взгляд мутнеет, заставляя ноги подкоситься, а руки разжаться, отпуская меч, который у самой земли подхватила рука краснозубого. Тот быстро убирает меч в ножны, вешая их себе на пояс, подхватывая на руки ослабшее тело киллера. - Живо в особняк! – Цюань оборачивается к девочке с Аци, ускоряя шаг до бега. Всем мчаться туда, а стоило им переступить порог приоткрытых ворот, как нападавшая тень остановилась. Силуэт начал кружить из стороны в сторону, но на территорию зайти не мог, будто ему преграждала путь невидимая стена. - Он сюда не придёт? – оборачивается девочка, замечая сквозную рану на теле Люция. - Нет, - с отдышкой отвечает краснозубый, опуская взгляд на парня. Снова он на его руках, снова отхвативший сильнее всего, снова раненный и нуждающийся в помощи. Будь он тут один, возможно, смог бы привлечь меньше внимания и пробраться без такого, но…сейчас это уже не важно. - Так тут эти самые исцеляющие источники? – Аци окидывает взглядом, на удивление ухоженный двор. Цюань кивает, говоря тем, чтоб осваивались тут, но лучше в сам особняк не заходить, а занять один из ряда гостевых домиков, предназначенных для путников, которые решили остановиться тут на время. А если быть точным, тот, который расположен ближе всего к источникам. Те кивают, идя за ним сквозь ряды приятных двухэтажных домишек, заходя в последний, пока Цюань доходит до источников. Уличные (и не только) светильники горят только на территории этого особняка, освещая источники и гостевые домики. Свет не горит только в самой главной постройке. Освещенность – одна из причин, почему нечисть не заходит сюда. Краснозубый снимает с себя накидку, вместе с мечом Севена в ножнах, а после берёт того вновь в руки и заходит в одежде в источник, опускаясь на колени, чтоб вода добралась до главной раны. Как только ручейки лечебной водицы начали останавливать кровь, Люций не сдержал вскрика, хватаясь рукой за плечо Цюаня, кашляя. Тот лишь прижимал того к себе, опуская в воду по горло, но держа его так, чтоб парень не захлебнулся. Люций трепыхался в воде, что-то шипел, но после успокоился. Дальше зеленоволосый слышал лишь болезненные постанывания наёмника в своих руках, который продолжал сжимать его плечо, подрагивая. - Тш-ш-ш-ш-ш, - тихо шепчет краснозубый, поглаживая, как тогда ночью, парня по голове. Пальцы успокаивающе пробираются меж прядей волос, пока ресницы дёргаются, а со рта продолжает течь кровь, заставляя Люция начать захлёбываться в ней. Этим жестом состояние киллера не на шутку пугает Цюаня. Кровь нужно было как-то убрать из дыхательных путей, иначе тот мог просто захлебнуться. Кашель Севена прекращается с тем, как губы краснозубого накрывают губы задыхающегося парня.