"Наш обожаемый игрок"

      …Зал суда?       Обомлев, Лариса огляделась вокруг. Место, в которое она попала, было и знакомо, и незнакомо ей одновременно.       Оно походило на зал суда в Театре Эпиклез, но в то же время разительно от него отличалось. Было более светлым и лёгким. «Акрополь…» – название древнего греческого храма само возникло на языке, хотя единственным, что хоть как-то могло напоминать о великой античной цивилизации, были колонны, созданные в виде девушек. Кариотиды?..       Лариса не сразу поняла, что знает девушку, сотни копий которой теперь молчаливо наблюдали за ней. Она заметила сходство только когда эта девушка лично вышла, чтобы её поприветствовать.       «Или это не она, а просто похожая девушка?.. – задумалась Лара. – Да нет, мне показалось. У этой волосы длинные и платье другое, а персонажи Геншина, как правило, ничем не отличаются от героев из «Финеса и Ферба» в плане одежды. А, нет, зря я обижаю геометрических братьев! У них минимум по два наряда: кроме повседневки есть ещё пижама…»       Когда таинственная незнакомка подошла, Лариса не смогла и дальше отрицать её сходство с леди Фуриной, но предпочла считать, что перед ней её сестра-близнец. Ведь брат уже есть – почему бы не быть сестре?       Только вот что она здесь делает?..       Тело незаконной эмигрантки покрылось холодным потом. Три варианта: либо эта леди узнала, что по её вине её сестра-Архонт попала в неудобное положение, а брату её она нахамила; либо она узнала о всех других её многочисленных преступлениях (например о предложении убить её сестру ради счастья Фонтейна); либо и то, и другое.       Пока Лариса лихорадочно пыталась открыть карту, незнакомка прикоснулась к ней. Только открывшаяся карта схлопнулась, и у Лары поплыло перед глазами.       «Она только что воздействовала на меня?.. – покачнувшись, подумала она. – Но как?..»       – Приветствую тебя, милая убийца.       Лара похолодела.       …Похоже, Арлекино всё-таки решила последовать её совету. И о вмешательстве Ларисы стало известно.       – Тебе есть, что сказать? – спросила сестра Фурины.       – Я не имею к смерти Фурины отношения, – ответила Лара. – Видит Бог, я не тронула её и пальцем.       – Но это благодаря тебе была пролита её кровь. Ты знаешь, что теперь будет с Фонтейном?..       «Если этот мир подчиняется моей жестокой логике, он будет спасён,» – подумала Лара, но ничего не сказала.       – Ты знаешь, что теперь будет с Фонтейном?.. – шёпотом повторила рассерженная сестра.       – Что с ним будет?       Почему-то вопрос прозвучал более грубо, чем Лара хотела.       «Как пишется: завИщание или завЕщание?.. – только и подумала она. – Напишу так: моя последняя воля...»       Только вот сестрица убитого Архонта, вместо того, чтобы казнить или хотя бы арестовать Ларису лишь улыбнулась.       – От того, что кто-то умрёт раньше времени, проблема не решится.       Лариса не поняла, что конкретно произошло. Когда она вновь открыла глаза, то увидела леди Фурину (живую!) вместе с её сестрой со стороны. Поскольку у Лары кружилась голова после перемещения, она впитала только общий смысл сказанного сёстрами.       Фокалорс (та самая девушка, с которой она встретилась только что), представляла божественную часть Архонта, а Фурина – человеческую. Оказалось, всё-таки перед Ларисой были не сёстры-близнецы, а один человек, разделённый на две половины. У Фокалорс был какой-то план, который Фурина мучительно выполняла все пятьсот лет со смерти старого Архонта…       Только вот что это был за план, Фокалорс не говорила.       Мир вновь поплыл перед глазами, и Лариса опять увидела Фокалорс.       – Но моя логика всё ещё сильна, – сразу же сказала Лара. – Пророчество не может исполниться без главного лица – рыдающего на троне Гидро-Архонта.       На этот раз Фокалорс посмотрела на неё с осуждением.       –Попробуем говорить проще. У тебя есть друг – бывший ветерок, правильно?       – Да. И что?       – Как он стал тем, кто он сейчас.       – Поглотил силу, которая осталась от Декарабиана.       – То есть, престол Анемо-Архонта не остался пустым.       – Но престол Гидро-Архонта тоже не пуст. Остаётесь вы. И в случае с Фуриной поглощать нечего, ведь, как я понимаю, она была просто проклята, и никаких сил в ней не было.       – Но без человеческой стороны я как Архонт неполноценна, – возразила Фокалорс. Кажется, её вера в Ларису таяла с каждой минутой, которую они проводили вместе. – Как и королевство без правителя. Как и моей план без того, кто сможет исполнять обязанности Архонта, пока я занята. Поэтому это место должно быть занято. И идеальный кандидат на него – ты.       Лариса оторопела от шока. По-видимому, Архонт приняла это за согласие с её позицией, поскольку она продолжила говорить:       – Понимаешь, у тебя нет места в нашем мире, поэтому тебя можно пристроить на любую роль. Нет, конечно, есть ещё Итер… но ведь ты сама знаешь, что ему не место в Фонтейне, так ведь? Да и преступление совершила ты – ты и должна понести наказание…       «Что значит «понести наказание»?.. – испугалась Лариса. – Какое наказание?.. за что и в честь чего?..»       – Я могу воскресить Фурину, – перебила она Фокалорс. Богиня насмешливо посмотрела на неё:       – Не можешь.       – Да ну?.. если и не сейчас, то позже это точно получится.       Потому что такие, как Фурина, не умирают в сюжете. Из Архонта не сделают Синьору. Рано или поздно она станет игровой – надо только подождать.       – Если я говорю, что ничего не получится, значит, не получится. Поверь, я как никто другой разбираюсь в вопросах жизни и смерти.       Почему-то каждый раз, когда Фокалорс говорила о смерти, выражение её лица становилось очень пугающим.       «Минутку, а зачем ей так нужна Фурина для плана?.. – задумалась Лариса. – Как это видно из отрывка с их разговором, она ничего не знала о плане. Его на себя взяла Фокалорс… при этом Фурина очень важна для плана, так, что если её убрать, ничего не получится… она не произвела впечатление хорошего правителя, очевидно, работал её брат. И она сказала, что от того, что кто-то умрёт раньше времени, проблема не решится… значит, кто-то всё-таки должен умереть! Значит, Фокалорс в нужный момент хочет пожертвовать мной!..»       …Пока Лара думала, богиня говорила что-то ещё. Очень увлечённо. Но разве было Ларе до этого сейчас дело?       «Если я умру – что будет?.. – подумала Лара. – Я ведь неигровая. Меня нельзя будет вернуть. Я никогда не проснусь, не обниму тех, кто мне дорог, не сдержу своих обещаний… Что будет с моим телом? Тела неигровых персонажей остаются… останки Дурина, кладбище у Собора Барбатоса... как-то не вовремя я вспоминаю работы про персонажей Геншина, которых после смерти сделали зомби. Это точно сделает кто-то из моих поклонников, ведь все будут чувствовать исходящую от моего тела радость, которую они так любят…»       Лучше бы Лара выросла в Тейвате. Сама бы она не додумалась до того, что с ней могут делать после смерти поклонники.       А ведь они ни за что не успокоятся после её смерти. Найдут способ если не воскресить, то хотя бы оживить. Будет Цици номер два. Или хуже. После ЕГЭ мозг Лары совсем атрофировался – а значит, она будет гораздо тупее всех зомби Тейвата.       «Но она ведь просто игровой персонаж, – не отрывая взгляда, Лара следила за Фокалорс. – Может быть, Архонт, но… но мы же боролись против Скарамуччи, который почти стал Архонтом. Должен быть способ победить и её…» Под ногами Фокалорс замигала зелёная полоска. Значительная часть её ХР уже была сбита. Осталось всего пятьдесят едениц. Губы Ларисы невольно растянулись в улыбке.       …Несчастный Фонтейн навеки защищён сюжетной бронёй (никто не станет рисовать огромную локацию для того, чтобы её утопить!), а вот Лариса, пускай и занявшая место главной героини – вряд ли.       В любом случае, она сделает всё для того, чтобы никто не пострадал. Просто Фокалорс не понимает, что от её злого таланта влюблять в себя проблем будет больше, чем от наводнения, которое, может, вообще не произойдёт, если главная героиня быстро покинет Фонтейн и откажется принимать участие в дальнейших событиях.       А пока…       – Знай своё место!.. – прошептала Лариса.       Что ж, она не просто так столько времени управляла Странником.