"Наш обожаемый игрок"

      Венти не мог не услышать голос Ветерочка, особенно когда он прозвучал так близко. Уничтожив последний корабль флота, он бросился к Мондштадту. Нехорошее чувство поселилось в душе его. Что там делает Ветерочек – как парни могли не уследить за ней? И что такое произошло, что теперь Ветерочек горько плачет? Кто посмел её расстроить?       …Бард появился из неоткуда. Кэйа готов был поклясться, что минуту назад его не было здесь, на мосту, да и вообще в городе. Он мог бы остановить барда, но не стал этого делать. При власти Барбары Венти был важен… пока не исчез.       Венти нашёл Ветерочка, когда её скрутили рыцари Ордо Фавониус. Гнев на миг закрыл Барбатосу глаза. Как они посмели!..       От его удара рыцари вылетели через мост и плюхнулись в воду (впрочем, не утонули и даже ничего себе не расшибли). Неважно. Сам Венти не озаботился их дальнейшей судьбой. Ветерочек была важнее для него невоспитанных, неотёсанных чад.       – Как ты? Кто тебя обидел? Кто?       – Итер умер… – пробормотала Лариса. – Совсем умер… помоги…       Но чем мог помочь Венти, если и прежде никого не мог воскресить?..       Он прочитал ответ в её сердце.       Итак невысокий, теперь он стал как будто даже меньше – так, что теперь они с Ларисой были одного роста. Но рыцари расступались перед Венти, а кто-то с трудом боролся с желанием поклониться ему. Венти больше не походил на странного, но милого барда, которого они все знали.       Лариса не знала, что он сделал, но он принёс ей тело Итера. И никто не посмел оспорить его право похоронить друга.       Она не заметила, как её подхватили две пары дружественных рук, и они все: она, Венти и Итер, Странник и Нэй, покинули город. Куда они шли?.. это знал один лишь Венти. А может, и он сам не знал, когда шёл.       Они как-то удивительно быстро достигли пика Мыса Веры. Расцвели сессилии. Их пленительный аромат резко контрастировал с распахнутыми глазами мёртвого Итера.       Сердце Ларисы облилось кровью, когда она поняла, что больше никогда эти глаза не посмотрят на неё с любовью. Что Итер никогда не сможет насладиться с ней запахом сессилий. Что он, наверное, никогда не жил по-настоящему… а дарили ли ему когда-нибудь цветы? Угощали ли сладостями, просто так, от всего сердца, а не надеясь на услугу?       Хоть какие-то капли любви он получал только от неё, Ларисы. И то она предала его, пускай и случайно. И ей придётся нести бремя знания всю жизнь.       – По нашим традициям мёртвых хоронят на первый день, – тихо пояснил Нэй. Он присел вместе с Ларисой под деревом, пока Венти и Странник копали могилу. Не потому, что ленился. Потому что боялся, как бы кто не упал с Мыса.       …Когда Лара подошла, Итер лежал в стеклянном гробу. Дрожащей рукой она закрыла его глаза, и поняла, что больше никогда не хочет этого делать. Ни для кого. Когда-то она думала, что долгая жизнь – благо. Теперь, когда она поняла, что, чем больше проживёт, тем больше друзей похоронит, она радовалась, что отказалась от божественности, потенциально способной принести ей это мучение.       – Прощай, – прошептала Лариса. Она не запомнила, как гроб утонул в земле, а Венти благословил ушедшую душу.