Поэма
Суд I На эшафот взойдя смиренно, Был грешник ко всему готов. Державшись ровно и степенно, Он ждал сведения счетов. Ведь мертвеца одно лишь гложет — Узнать последний приговор; И каждый перед ним встревожен, Будь просветитель то иль вор. Вот и герой наш, зубы стиснув, Любого шороха дичась, Хоть и не веровал при жизни, Сейчас стоял чуть не крестясь. Но руки намертво оковы Скрепили. Их не повернуть. И ими овладевши снова, Он рвал бы тлеющую грудь. Но что же совершить такого Могла почившая душа, Не проронившая ни слова И жившая едва дыша? Чем заслужило нахожденье Средь тех, чьё в целом естество Собой являло разложенье, Столь крохотное существо? Ошибке тут не допуститься, Пусть справедливость и бранят, Но наш герой, увы, убийца, Но не других, а лишь себя. И вот, представши перед Богом (Наивный думал так пока), Он усмирить желал тревогу, Скрепляя разума клока. Раздался лязг — оковы спали, Другой — исчезли кандалы; И затуманенные дали Вдруг стали все ему видны. II Пред ним, как будто ниоткуда, Возник мужчина на крылах. То ангел был, властитель чуда, С огромной книгою в руках. Он, приземлившись аккуратно, Не замечая чужака, Прошёл вперёд; рук взмах галантный — Гиена скрылась, облака. Прошло ещё одно мгновенье, Вокруг всё стало сплошь темно. Единственное освещенье Являло взору лишь его. Пройдя ещё вперёд немного, Искусно кресло начертал, И третье уж спустя мгновенье В нём по-хозяйски восседал. III — Ну что же, это заседанье Открытым смело объявлю, — Небес так молвило созданье, Открывши книжищу свою. С недоумением воззрившись На белокрылого посла, Герой наш оглянулся трижды, И в нём тревога возросла. — Где я? — несчастный, вопрошая, Уж не глядел по сторонам. — Твоя душа в святых святая; Тебя сейчас суду придам. Вы обвиняетесь — посмертно — По двум из смертных всех грехов. Так голос молвил чинно, мерно; Так начинался суд христов. — Себя убив, — не унимаясь, Крылатый молвил свысока. — Вы с Раем навсегда расстались, О том такая есть строка: «Кто Богом данный срок уменьшит, Тому не ждать пущенья в Рай. Пусть грешник кается! трепещет! Его на муки посылай!» Как дочиталось обвиненье, Так снова — цепи, кандалы. Несчастного в одно мгновенье Присяжные поволокли. IV Но не в огонь его швырнули (Как будет, грешник полагал), На землю ангелы вернули Того, кто жизнь свою отдал. Ему страшнейшим наказаньем Небесный суд в момент признал Земное продолжать страданье И умереть ко ста годам.
