Без детства ребенком и останешься

Гоэмон проснулся к 12. Ему понадобилось секунд 15 чтобы понять, где он и что происходит. Осознав, что находится самурай в комнате Дзигена, а рядом на кресле спящего стрелка, Исикава покраснел от стыда и смущения. Правда скоро это уже было не от эмоций, а от температуры. Голова начала раскалываться, гудеть и пульсировать. Терпеть это было невыносимо, поэтому единственное, что он мог сделать - зарыться в одеяло, лечь лицом в подушку, при этом обхватить ее же руками и плакать от безысходности. Дзиген проснулся от всхлипывания своего лучшего друга. До конца осознав происходящее, ганмен подошёл и сел рядом. Смутившись, единственное что пришло ему на ум, так это начать гладить его по голове, что он и сделал. - ты чего это?… - попытался осведомится Дайсуке - голова ужасно болит… - вымучено произнес мечник Дзиген принес воды и таблетку от головы. - на вот выпей, полегчает. Гоэмон сел, весь красный. Взял таблетку в руки и понюхал ее, запах отдавал сильной горечью, поэтому положил на место, зажмурил глаза и начал вертеть головой в знак протеста. «Как дитё малое!» - подумал Дзиген, явно раздраженный - а ну давай пей! Исикаве совсем не хотелось и он высунул язык из вредности. Дзиген как обычно дернул за него. - м! - от испуга промычал самурай, жизнь его явно ничему не учила - пей или кое - что другое усмирит его головную боль! - не двусмысленно намекал стрелок Испугавшись, мечник сделал все как приказывали, поморщившись от вкуса этой гадости на языке. Разница в поведении между обычной жизнью и болезнью был заметен. Исикава чаще и сильнее выражал эмоции, а все потому что организм не давал сдерживаться, чтобы не было осложнений. Поэтому во время болезни в зависимости от состояния Гоэмон был либо овощем, либо вел себя как ребенок/подросток. Мимо глаз Дайсуке это тоже не прошло, по началу он смутился, но видеть его таким было лучше чем отстраненным и замкнутым с серьезным лицом, который делает все сам. Это первое время хоть и выглядело забавно, но потом стало ощущаться чем - то тревожным и немного грустным. Очнувшись от мыслей, только теперь Дзиген заметил, что лицо мечника было красным. Достав градусник, он измерил температуру. - 38.9?! Ложись ка давай, а я что - нибудь придумаю… В этот раз самурай послушался и лежал под одеялом покорно ожидал друга, да и делать собственно было нечего, парня все - таки морозило, но лоб горел. Дзиген принес жаропонижающие, аптечку и мокрое полотенце, которое положил на лоб другу. - Потом поешь и выпьешь лекарство Гоэмон уснул, рядом на тумбочке появились лекарства, вода и даже пару моти с онигири на тарелке. Дзиген ушел покурить на балкон. Хоть все это и было грустно, но все же ганмену было приятно наконец позаботится о близком человеке и увидеть его настоящим с живыми эмоциями. От этой мысли мужчина покраснел. Что было неудивительно: оба уже давно испытывали симпатию к друг другу, но Дзиген боялся разрушить их дружеские отношения и напугать парня. А Гоэмон считал себя неправильным, все самураи имели жену и хотя бы одного ребёнка, а он влюбился в мужчину. Поэтому оба тайно любовались друг другом из далека, лишь мечтая об отношениях. Тем временем Исикаве снился очередной кошмар. Весь извертевшись, он все же присел на кровать, весь в холодном поту. Ему опять приснился этот сон: он потерял Тое и Дзигена из-за глупой ошибки. Слезы поступали к глазам, лицо побелело, мечник сильно и громко пытался отдышатся, лишь шепотом произнося: - я опять все испортил…ничтожество… Дзиген из-за жизни в уличных бандах и среди наемников умел прислушиваться к любому шороху. Так и теперь, сначала услышав вороченья, а потом и скрип из комнаты, аккуратно подобрался к своему уголку спокойствия, где застал эту картину маслом. Тут же он подбежал к самураю и прижал к себе. - ну все тише тише! Я здесь, ты в безопасности.. Гоэмон резко вжался и обнял стрелка, теперь слезы лились рекой, а он просто рыдал и всхлипывая говорил. - прости! Я опять все порчу, прости, что не послушал тебя! Я доставляю слишком много хлопот! - это уже было совсем не похоже на обычное сосредоточенно - суровое состояние мечника - нет нет что ты! Ты совсем не доставляешь хлопот! Взяв Исикаву за плечи он начал трясти его. - ты самый лучший в этом мире! Ты никогда не мешал мне и не доставлял хлопот, я рад что ты показываешь настоящие эмоции, хоть для этого и пришлось заболеть… - в эти слова он вкладывал всю любовь и искренность У Гоэ даже немного закружилась голова. Все же ганмен отпустил парня и оба от таких слов покраснели. - есть хочешь - усмирив свою пылкость, наконец произнес Дайсуке - да! - пойду разогрею суп, сиди я скоро Суп грелся на плите, а Дзиген говорил по телефону с Люпеном. - …поезжай ка в аптеку и магазин. Купи лекарства от температуры, всяких японских сладостей! - ну чего это ты так меня торопишь! Гоэ - чан заболел что ль? Хи-хи - да! И если ты скоро не будешь в квартире со всем что надо, я всажу тебе пулю в лоб и суд меня оправдает! - хорошо хорошо! Все будет в лучшем виде! Не горячись ты так! Через несколько минут в комнате оказался стрелок с подносом на котором находились: тарелка мисо супа и новое смочено полотенце. Не хотелось, но пришлось разбудить больного. Дзиген положил новое полотенце на лоб Исикаве. - покормить тебя? - а можно? - ты сегодня у нас ВИП персона - усмехнулся мужчина - ну тогда, было бы неплохо. Самурай сильно покраснел, но за красным лицом это было не видно. После вкусного обеда, парень съел еще один Моти, потом выпил таблетку и опять уснул. Через час прискакал Люпен со всем, что просили. Оставив пакеты на кухне, оба закурили. Дзиген рассказал все утро в кратце, ситуации с больным шокировали Люпена. - ты серьезно говоришь, что наш мистер - самый - суровый - самурай - в - мире умеет испытывать эмоции? Да в жизни не поверю! После этих слов Арсену прилетел подзатыльник. Да еще и ухо Дзиген тянул явно не слабо, что оно аж покраснело - Ай! Ладно ладно верю! - смотри мне, в следующий раз натру уши! - понял, принял, обработал - жалобно проскулил вор - то то же… Уже вечером проснулся Гоэмон. Люпен сразу же начал тискать в объятиях больного, чем очень смущал и нервировал второго. - Гоэ - чаан! Я так за тебя испугался! Как же ты с такой температурой то! Дзиген как и обещал правда натер ему уши, заодно оттащив. - будь тише! Ты мешаешь ему восстановится! - ладно ладно! Уши уши моиии! Потом Дзиген пришел к Гоэ. - Как ты? - ммм…нормально… - это хорошо… Чуть помолчав, мечник так же добавил. - спасибо тебе… - за что же, ничего необычного я не сделал) - впервые…впервые обо мне кто - то заботится так… - да неужели? Даже твои родители так не делали? - нет… - …ясно…хочешь чего - то - решил быстро перевести тему ганмен - в ванну хочу…с пеной и чтобы ты мне голову помыл! - хахаха! Ладно! Позову тебя как наберу! Через 20 минут в ванной сидел самурай, а стрелок натирал ему голову. Дзигена очень смущали эти шрамы на спине, поэтому любопытство перебороло все и он решил спросить. - откуда у тебя все эти шрамы…на спине, на шее и на животе? - ммм…ладно я расскажу тебе… И он правда рассказал все кратко, упуская правда некоторые подробности. - оу…просто что спросил… - да ничего…. Через час, Исикава сиял от чистоты и радости(даже после рассказа всего ужаса). Смотря на это, у Дайсуке загорелись щеки и он отвернулся, заодно чтобы покурить на балконе. Время близилось к полуночи. - иди спать ко мне, а я на диван - давай лучше я, могу вообще в комнату пойти! - нет уж, у меня теплее, так что без разговоров, а я уж точно не заболею - ладно…- трудно было занимать кровать лучшего друга, при этом оставляя его на диване, но заставлять его нервничать было еще хуже. И вот все уже лежали на своих спальных местах. Через час оба уснули и на удивление Гоэмона, ночью его совсем не мучили кошмары, эта была одна из лучших ночей в его жизни.