Разочаруй меня вновь

Иногда жизнь может быть действительно несправедливой. Сначала вы искренне смеетесь и ловите каждый момент своей жизни, а следом может наступить такой момент, что навсегда надломит вас, оставляя глубокие шрамы. Вы уже готовы сброситься с крыши, лишь бы не чувствовать всепоглощающей тоски, что охватила вас с головой в это болото, из которого самостоятельно выбраться почти невозможно. Лишь время поможет выбраться, и то не факт, что вы вновь не угодите в этот вязкий омут негатива и страха. Любовь такое странное и опасное чувство. Оно заставляет вас пойти на многие бессмысленные или импульсивные поступки, заставляет страдать, жить в грезах и нелепых мечтаниях, быть зависимым, быть одержимым… Не всегда вы можете быть с теми, к кому испытываете неподдельные яркие чувства. Обстоятельства, напряженные графики, семьи, материальное положение, скука, несовместимость. Причин на самом деле множество. Но только вы решаете с партнером: Стоит ли продолжать это все?… Вы можете бороться. Вы можете держаться из последних сил. Вы можете преодолеть все трудности, цепляясь за каждую возможность, но… Кто дал гарантии, что это все не напрасно? Возможно, вы отдали все свое сердце и душу тому, кто никогда бы не смог это уберечь. *** Рей просыпается, вскрикивая от резкого пробуждения. Она метается взглядом по комнате и пытается прийти в себя. В горле пересохло, нос заложило, а голова ужасно болела. Ей снится то, чего она боится больше всего. Это всего лишь сны, но пугает в них то, что они слишком реалистичны для простой реализации подсознания. Ее душат. Невыносимо сильно, пытаясь лишить жизни. Человек, чьего лица она не видела ни разу, от того он и скрыт под темным пятном, что построило сознание. Всякий раз этот сон мучил ее каждую ночь после того происшествия. Эта сцена. Эта ситуация. Нелепая неожиданность и ее полная беспомощность перед этим человеком выбила ее из колеи. Она решительно настроена прекратить эти мучения, прекратить эти распри между группировками и, наконец, заполучить то спокойствие, что было раньше. С появлением новой фигуры на этой шахматной доске, сменился весь ход игры. Предугадать дальнейшее развитие событий уже не представляется возможным, как и представить судьбы всех ее участников… Вопрос: «Что же будет дальше?» терзает ее мысли с каждым днем все сильнее, что не дает сконцентрироваться на основной работе. Рей принимает решение, которое может действительно стать рисковым для нее. Это не может сравниться с тем, чем она занималась ранее, ибо это дело может действительно стать для нее последним. Расследование в одиночку было для нее не в новинку. Впутывать кого-либо еще и подставлять под удар она не сможет никак, как и рассказать то, с кем она столкнулась тогда в Йокогаме. Об этом никому и не следует знать, пока она не соберет достаточных сведений для раскрытия столь важных и ключевых событий «игры». В этой игре появление нового персонажа, что напоминал по своей ауре «Главного Босса», значительно пошатнет всю организацию и не только. Устранение этой фигуры - единственное решение здесь. Но как же победить человека, чьего намерения ты даже не знаешь? А знаешь лишь то, что он явно не последний человек во всем перевороте в преступном мире. Предатель Бонтена? Быть не могло. Все подчиненные и сотрудники до смерти боятся Манджиро, что попросту не смогли бы в силу своего страха пойти против него. Да и причин у всех них просто нет. Им некуда идти, некуда бежать и не к кому примкнуть, ибо любая другая сторона не заменит им столь могущественную организацию. Они везде. Они повсюду. Людей Бонтена можно встретить даже на улице, как обычных прохожих, и вы об этом никогда не узнаете. Фраза «Им некуда идти и некуда бежать» уже говорит о многом. Они везде: в каждом переулке, в каждом районе, в каждом офисе и в каждой неприметной многоэтажке. Они живут тихими жизнями, не создавая проблем днем, но ночью способны творить ужасные вещи, что на утро даже и не вспомнят о половине. Ну раз не Бонтен, тогда кто еще мог бы пожелать свержения Короля Преступного мира и его «Королевства»? Люди Якудза? У них для этого могли быть причины, но они не столь существенны. Ведь если расспросить коренных членов организации, они и не поверят в возможную связь Якудза с переворотом. Им попросту незачем вмешиваться в эту идиллию спокойствия, которые сами же строили столетиями из поколения в поколения. Их стратегия схожа с Бонтеном. Они делают дела тихо, без огласок прессы и происшествий, создаваемых панику граждан. Ямагучи-сама спокойный человек в преклонном возрасте и строить подобные козни он не позволит ни себе, ни своим людям. Но тогда кто? Кому они могли быть неудобны? Разве что тем, кому они мешают вытворять подобное в ином режиме. Неужели в этом деле замешаны высокопоставленные чиновники? Депутаты? Они занимались, в понимании Рей, лишь коррупцией и грабежом с общего бюджета государства, но такая же подпольная работа вызывала еще больше вопросов. *** – Вы в этом уверены? – холодно отзывается Манджиро, пялясь в широкое панорамное окно. Уже была глубокая ночь, а Сано и не собирался покидать штаб. Это место давно заменило ему дом. Хоть и признаться самому себе он в этом не мог, но даже ночевать в этом холодном и неживом пентхаусе было до невыносимости тяжело. Да, он был просто огромным, безопасным, роскошным и идеальным для проведения времени. Но… Чувство одиночества и полной тишины сводило его с ума еще сильнее. А его офис, оборудованный им же, казался ему более комфортным, ведь все свое время за последние несколько лет он провел именно здесь. На последнем этаже величественной высотки, где он может находиться сутки напролет. По ночам он особенно любил открывать нараспашку все наглухо закрытые шторы и просто вглядываться в эти необъятные просторы Токио. Ночные огни Токио, шум улиц, бесконечные пробки и рев мотоциклов заставляли чувствовать себя живым и невольно окунаться в прошлое. Когда-то он был малолетним байкером-янки. Мечта завоевать всю Японию и при этом вершить добро была исполнена, но лишь на половину. Правда, ведь спустя столько лет у него это получилось, но рядом уже нет тех друзей детства, что стремились просто находиться рядом, уже нет того желания вершить добро. Это была глупая мечта. До абсурдности глупая. Золотой середины между бандитской группировкой и добром не будет никогда. Манджиро в этом убедился, сотни раз пробуя сотворить нечто подобное. То, что он натворил за все свои тридцать лет не укладывается в голове, а вспоминать все кровавые события прошлого до сих пор пробуждает в нем невыносимую тоску. – Да, господин. Так все и было. – не поднимая головы, отвечает подчиненный. – Какие будут ваши указания? – Пока ничего не делайте. – монотонно выдает Манджиро, безжизненно глядя вдаль. Паранойя Манджиро действительно была не просто шуткой. Каждое «совпадение», которое было связано именно с главой отдела детективов вызывала раздражение до скрежета зубов. Она только попала к ним, даже года не прошло с ее трудоустройства, как поменялось здесь все с ног на голову. Постоянные разборки, нападения с другой группировки, ее случайные связи с ними, что в принципе уже выглядело странно, да и какой-то неизвестный, что оказался рядом с ними в том подвале. В Токио проживают миллионы людей и такие явные совпадения уже не кажутся случайными. А верить ей за такой короткий срок у него нет оснований. То, что ему доложили о ней, было и вправду странно. Каким это образом сразу после пробуждения на ум ей пришел сразу «неизвестный», что находился с ними явно на том месте. Кто же он? О ком она говорила? Неужели это очередное нелепое совпадение? Допрос может попросту спугнуть ее, если действовать резко. Остается вновь просто ждать, но чего им ожидать от нее? *** – Господин, это все документы, которые вы просили. – кладет на стол стопку бумаг сотрудница бухгалтерии. Она кротко сгибается в поклоне, ожидая дальнейших указаний, ведь четко уверена - сделала все, как просил начальник. Хаджиме кидает в ее сторону злобный взгляд, стараясь скрыть скрыть его за безразличием, но выходит крайне плохо. Игнорируя ее присутствие, он продолжает что-то печатать, но увидев, что с места она не сдвинулась, все же решает уделить ей больше внимания. – Это все? – не отрывая взгляд от экрана, спрашивает он. – Да, господин. – быстро отвечает она. – Это отчеты за прошлый месяц. – взяв первый попавшийся лист, утверждает Коко. – Но ведь вы… – округлив глаза, начинает она, но не успевает докончить. К ее ногам падает та самая стопка, что она с таким трудом и точностью собирала, желая угодить боссу. Но это превращается в пыль, что легко смели одним движением. Коконой и не думал говорить ей что-либо еще. В последнее время терпение у него значительно поубавилось. Она сдержанно поджимает губы, пытаясь не закричать от обиды. Глаза накрыла пелена от наступивших слез, запястья сжались в кулаки. Захотелось в тот же миг упасть на колени. Это уже не в первый раз. Каждый раз она выполняет самую грязную работу, что возложили именно на нее, но она молча выполняет все, что ей приказывают. Новое задание - новая порция унижения в свой адрес. Она даже стала записывать все поручения, перепроверять все по несколько раз, пересчитывать все документы, но всякий раз это оказывается напрасно. «Сколько можно?… Что я делаю не так?» – крутится у нее в голове, пока она смотрит прямо в глаза боссу, пытаясь устоять под его убийственной аурой. – Господин, что не так? – ее голос дрожит, а слова заплетаются в порыве эмоций. – Я ведь выполнила то, что вы сказали… – Я просил вас о совершенно другом. – холодно отвечает он, не замечая ее хрупкое состояние и едва сдерживаемые слезы. – Переделывайте. – Почему я должна это делать? – задает она вопрос, но тут же отдергивает себя, не ожидая собственной безрассудности. Хаджиме резко поворачивается к ней всем корпусом, отодвигая в сторону клавиатуру. Он смотрит на нее в упор, прищуриваясь. – Спрашиваете «почему»? – задает он встречный вопрос, ничуть не поменявшись в лице. – Даю вам шансы задержаться у нас подольше, ибо даже простую работу вы выполняете не так, как мне хотелось бы. Вряд ли ведь найдете работу получше. Обычным бухгалтерам не платят и половины того, что получаете вы и весь мой отдел. Вы гонитесь за этим шансом, но никогда не можете его поймать. – Я выполняю лишь то, о чем вы просите. Ничего более. Что вас не устраивает? Вы определенно отправляли запрос на данные прошлого месяца, так ведь? – она переводит тему, стараясь отстоять свою честь, но в порыве эмоций, сказанные слова могут обернуться большой бедой. – По-видимому ты не знаешь с кем ты разговариваешь. Хаджиме, не выдержав собственного гнева, отправляет лежащий рядом степлер прямо в стену, едва не попав в подчиненную. Она успевает среагировать только на звук бьющегося куска канцелярии об стену. – Не нравится - вали отсюда. – выплывывает он ей эти слова прямо в лицо. Заместо человека, ей показалось, что в кресле сидела огромная кобра, что готова была впиться ей прямо в шею. Такого страха девушка давно не испытывала. Он не ударил ее, не накричал, и даже пальцем не тронул. Но одно его действие заставило ее сжаться от страха и собственной ничтожности перед этим человеком. Она быстро извиняется и вылетает из кабинета, закрывая за собой дверь. Подчиненная бежит вниз по лестнице, продумывая как ей написать заявление об увольнении. Сил ее больше не было здесь работать. Да, Коконой был прав. Она больше нигде не найдет работу еще более высокооплачиваемую, чем эта, но терпеть его нынешнее поведение она больше не могла. Деньги она не унесет в могилу, а свою жизнь она еще может спасти, пока не стало поздно. Теперь она понимала свою коллегу с отдела господина Хитто. Никто бы не выдержал такого давления и откровенных издевательств на грани убийства. Господин Хаджиме просто умом тронулся, а причин этому не знает никто. А самое страшное, что ее убийство бы сошло ему с рук. Для него это, как наступить на жука и забыть на следующий день. Для Хаджиме - это обыденность. *** Коко и сам не понял зачем это сделал. Гнев наполнял его тело всякий раз, словно без причины. А жертвами его вспышки злости всегда становились его подчиненные. Такого с ним не было никогда. Он всегда мог сохранять спокойствие, проявлял сдержанность и понимание к ним, но сейчас что-то поменялось. Определенно поменялось. Он чувствует, что скоро и вовсе потеряет весь свой отдел, но отделаться от страшных порывов агрессии было словно невозможно. Как ребенок в пубертатном возрасте, он не контролировал свои движения, свою речь и свое поведение. Даже сейчас он продолжает злиться на это, найдя лишь повод выплеснуть начавшуюся вспышку. Глазами он инстинктивно ищет что-то, чтоб снова запустить в стену, надеясь, что это облегчит его состояние. Всякий раз он вытворял подобное с надеждой успокоиться, но это никогда не приводило к спокойствию, лишь вызывало еще больший стыд за свое поведение. Он обессилено бросается предметами, что попадаются ему под руку. Со стороны он выглядел, как психопат в порыве вспышки дикого психоза, или наркоман в ломке, сводящей все кости. Несчастная мышка от компьютера летит прямо в стену, около кофейного столика. Траектория не совпадает с намеченным местом и мышь яростно сбивает стоящую на ней белую вазу. Хаджиме подскакивает на месте, уже несясь в сторону вазы, но не успевает. Она встречается с полом, разбиваясь на мелкие осколки. Коко замирает напротив разбитой вещицы, немея от осознания утраты. Это была не просто вещь, не просто элемент декора и не просто никчемный подарок. Перед глазами застыла картина из прошлого. Он не может до конца в это поверить. Хаджиме обессилено оседает прямо на пол, беря в руки осколок. Его руки дрожат, лицо побледнело, и в миг к нему приходит осознание вперемешку с всепоглощающей горечью и грустью. Вазу он никак не склеит, не вернет и не повернет время вспять. Прямо как Рей… Рей… «Когда все пошло по накатанной?…» Сотни мыслей крутятся в голове и каждая еще тоскливее предыдущей. Смеющаяся Рей, ее живые и полные радости глаза, остывший жасминовый чай, пионы… Он никогда не забывал ее незамысловатый подарок, никогда не посмел даже брезгливо окинуть его взглядом, лишь печально осматривал его, задумываясь о прошлом. Приятной ностальгии больше не будет, как и приятного прошлого, ведь он порушил настоящее. Их настоящее. Эта последняя утрата, напоминавшая ему о ней стала последней каплей. Возможно, не разбив бы он ее, никогда бы и не понял истинного мотива своих перемен в жизни. Коко действительно чувствует вину. Он хочет хотя бы еще раз поговорить с ней, решить хоть что-то, а не обессилено молчать, как в последнюю их встречу, но на то это был и последний шанс… Он действительно был последний. А шанс Рей уже давала, но он им даже не воспользовался, так и не поняв простых вещей. Уже было слишком поздно что-то решать на данном этапе, но Коко думает иначе. «Ты первая, к кому я буду возвращаться снова, и снова. Ведь именно ты пробудила во мне то, в чем я так нуждался все эти долгие годы. Неважно сколько времени мне понадобится ради этого, но дождись меня. Я обязательно заполучу еще один твой шанс.» Коко сжимает осколок в руках, выпуская алую кровь. Кровь стекает на чистый пол, окрашивая в красные пятна. Коко встает с колен, держа в руке осколок вазы. Моральная боль затмила всю физическую, что глубокий порез не ощущался. Он вертит в руках окровавленный осколок. –«Я не смогу больше без тебя…» – шепчет он самому себе, сжав осколок в руке еще сильнее. Возможно, разбив эту фазу, он наконец осознал чего действительно хочет.