Разочаруй меня вновь

Таблетки не помогают ей. Сколько бы она не употребляла и сколько бы не пыталась выпить, все повторяется вновь. Она боится засыпать, ведь каждый раз ее преследует один и тот же сон с удушением. Так страшно ей не было никогда. Такой загнанной в угол она еще себя не чувствовала. Рей хватается за голову, сжимая волосы у корней. Она действительно не знает, что ей делать теперь. Расследование, которое даже полноценно не началось уже зашло в тупик. Ей нечего искать на него. Никаких зацепок просто нет. Ведь человек, которого она ищет не оставил никаких следов, будто его и не существовало. Словно это был плод ее воображения, бред, галлюцинации. Она действительно начала думать, что это были галлюцинации, но как тогда объяснить весь этот разговор и вкрадчивый монотонный голос, что вызывал животный страх и опасность? Вы не можете искать того, кого даже не увидели в лицо. – та самая фраза, что всякий раз заставляет ее убеждаться в собственной ничтожности и полной безысходности. Рей метается в агонии, не зная как поступить. Это тупик. Остается вариант, который она просто не хочет принять за решение, ведь является самым страшным. Поехать на то место и попытаться найти что-то там. Звучит безумно. Кто осмелился бы приехать на место, где тебя чуть не убили? Еще и ехать в другую префектуру ради этого. Но выбора у нее не осталось, кроме самого неприятного. Вдруг там каждый день появляются его люди? Вдруг они ждут ее там?… Неужели она действительно готова на все, чтоб получить ответы?… Действительно ли… – Китамура? – внезапно отрывает ее от навязчивых мыслей Ран.  Она даже не поняла, когда он успел войти, лишь застав его присутствие рядом с собой. – А.. Да? Что случилось?  Он настороженно смотрит на нее, подмечая сильные изменения в ее внешности.  Взгляд напоминал серую пустоту, лицо заметно побледнело, а синяки под глазами намекали на явный недостаток сна или вообще его отсутствие. Она, словно увядающий цветок, что медленно погибает на глазах. – С тобой все в порядке? – мягко спрашивает он, заведомо зная ответ.  – Д-да, я в порядке, просто не выспалась. – нервно улыбается она, стараясь скрыть свою тревожность. Ему не стоит знать истинной причины, а отвлек он ее не от самых приятных мыслей. – В это мало верится, ты ведь понимаешь? – вздыхая, отвечает он. Рей виновато опускает взгляд, сцепив пальцы в крепкий замок. Она бы хотела рассказать, что гложет ее уже не один день, но связи между ним она не видит… Они не друзья, но и не сказать что просто знакомые, так кто они друг другу? Старший Хайтани заметил сильные перемены между их взаимоотношениями. Раньше они и виделись не часто из-за загруженных графиков, но переписывались почти каждый день. Сейчас, она и вовсе перестала отвечать. Похоже, и телефон не берет в руки, а ее апатичное состояние и болезненный вид натолкнули его на сомнительные предположения. И зная Рей, он понимает, что правду она низачто не раскроет, как бы он не старался.  Попытки быть хоть немного ближе к ней обрываются сразу же под корень, стоит ему спросить об ее прошлом. Сколько бы он не старался, она никогда не говорила о себе лишнего. Его давно начатая игра уже зашла в тупик. Хайтани успел немного позабыть о своих намерениях, но увидев ее вновь, интерес к ней словно и не угасал. Но сама Рей… С ней было что-то не так. – Не хочешь съездить со мной кое-куда? – спрашивает он. Рей вновь поднимает свой взгляд на него, одаривая Хайтани непонимающим взглядом. – Куда?  – Увидишь, если пойдешь со мной. – мягко улыбаясь, отвечает он, заманивая Китамуру за собой. В ней разгорелось неподдельное любопытство. Она хотела продолжить работу над расследованием, но постоянный мыслительный процесс не привел ее к чему-то внятному. Возможно, эта незамысловатая вылазка подарит ей глоток свежего воздуха.  Рей медленно встает со своего кресла, подмечая непривычную боль в коленных суставах от долгого сидячего положения. И вот она уже идет следом за Хайтани к его машине. Тот любезно открывает ей дверь на переднее пассажирское сиденье, а сам садится за руль.  Они трогаются с места и выезжают прямо в город. Просиживая сутки напролет в закрытом офисе и наглухо закрытой темное квартире, она и позабыла, как выглядит уже родной ее сердцу город. Здесь произошло многое. Тысячи воспоминаний и эмоций хранит в себе Токио с самого момента ее переезда. Она плакала, смеялась, искренне сопереживала, боялась и негодовала. Столько разных эмоций, событий и поворотов судьбы связывает ее именно с этим городом, что и представить тяжело. Ран украдкой поглядывает на нее, замечая ее пристальный взгляд в сторону окна. То место, куда он ее везет, было тайным и самым сокровенным, что у него было. Об этом месте знал только он и его брат, ведь это место помогало им всегда в трудные минуты. Постепенно они заезжают в район Роппонги, что мгновенно напрягло Рей. Этот район до сих пор вызывал дискомфорт, но возразить она не смогла. Возможно, этот район был дорог обоим братьям Хайтани, а отзываться о нем плохо, было бы как минимум неуважительно. Наконец, они доезжают до более тихого места в этом районе. Несмотря на дурную славу и обилие ночных клубов, в Роппонги действительно проживали люди. Здесь было, как в любом обычном квартале с многоэтажными домами, но само окружение и вид серых бетонных домов отличался от всех остальных. Будто это место застряло во времени где-то двадцать лет назад. Они были слегка потрепаны и смотрелись не так ухоженно, но все же Ран останавливает машину прямо здесь около невзрачного подъезда. Рей инстинктивно выходит вслед за ним. Она не задает вопросов, лишь идет плечом к плечу рядом с ним. Его взгляд показался ей более теплым, чем обычно. Для чего он привел ее именно сюда и с какой целью? Это было странное место для прогулки или простой вылазки вне офиса, чтоб отвлечься. – Для чего мы здесь? – не выдержав, спрашивает она, как только они заходят в подъезд напротив. – Нам нужно на крышу. – отвечает он одной фразой и начинает идти вверх по лестнице.  На удивление, здесь не было ни консьержа, ни охраны, ни системы безопасности, что оснащала любой жилой дом в Токио. Лифта здесь тоже не прилагалось. Смотря на высоту данного дома, она смело могла предположить, что им нужно преодолеть этажей так пятнадцать, если не меньше. Благо, физическая нагрузка ей сейчас нужна была как кстати, ведь никакой активности она за собой не наблюдала уже давно. Преодолевая каждый этаж ее окутал некий страх вместе с подозрением. Отсутствие людей, полная тишина, запах грязи и бетона, пыльные и старые двери квартир - все это сложилось в одно целое, давая почву подозрениям в сторону истинного мотива Хайтани привести ее сюда в это безлюдное место.  «А если я начну вырываться и кричать, меня ведь никто не услышит…» – шепчет ей внутренний голос, подогревая сомнения. Но это ведь Ран. Он бы вряд ли так поступил с ней, верно? Ему это не нужно, для него бы это закончилось плохо, ведь междоусобицы непозволительны для членов группировки, особенно между приближенными. Ее возникшая паранойя все же дала плоды и такие поспешные выводы насчет Хайтани заставили по-настоящему постыдиться.  «Он ничего мне не сделал, а я подозреваю в плохих намерениях даже его…» – подмечает она, сразу же меняясь в лице.  Это напомнило ей Манджиро, что в силу своей паранойи готов обвинить даже собственное отражение в зеркале. Печально, однако происходит это неосознанно и проработать это выходит с трудом. Наконец, добравшись до последнего этажа, они находят железную лестницу, что вела к закрытому люку, но на удивление вход на крышу был вовсе не заперт и каждый мог туда забраться, что они и сделали. Первое, что она ощутила, был ослепительно яркий свет. Солнце казалось светило еще сильнее обычного. Сомнения вмиг испарились, тепло окутало ее с головы до ног.  Территория крыши была словно оборудована кем-то, чтоб проводить здесь время. Небольшие стулья, маленький столик и навес, но приглядевшись, можно было увидеть небольшой слой пыли, что намекал на полное отсутствие здесь кого-бы то ни было уже долгое время. Пока Рей, оглядывала всю обстановку, Ран успел подойти к краю и молча глядел на город, что был словно на ладони. Здесь было ветрено, солнечно и пыльно, но по своему умиротворенно. Она подходит ближе к Рану, также вглядываясь в прекрасный вид на Токио. – Когда-то, это был наш дом с Рином… – не отводя взгляда, начинает он. – Мы жили здесь с нашими родителями, но те вскоре погибли и мы остались совсем одни. Нам было тяжело, приходилось как-то выживать, чтоб нас не отправили в приют. Когда кому-то из нас было совсем тяжко, мы приходили именно сюда, чтоб собраться с мыслями.  Рей молчит, внимательно слушая его монолог.  – Мы могли подолгу разговаривать здесь с ним. Именно здесь проблемы для нас казались уже не такими масштабными. Мы даже мебель из дома вытащили и принесли сюда. – горько улыбаясь, продолжает он. – Сюда никто почти не поднимался, а сейчас думаю и вовсе никому нет дело до этого места. Многие наши соседи уже давно съехали, но мы все еще временами возвращаемся сюда, чтобы побыть здесь какое-то время вдали от всего. Рей, возможно, впервые увидела искренность, что читалась даже в его интонации. Ран всегда казался ей иным, но сейчас, глядя в его печальные глаза, она замечает его иную сторону, что скрывает он ото всех, кроме своего брата. Но… Почему он открылся и ей тоже?.. – А зачем ты меня сюда привел? Это ведь личное. – Потому что посчитал, что тебе оно сейчас тоже необходимо. – глядя ей в глаза, отвечает Ран. – Я вижу, что ты не в порядке. – Спасибо тебе, Ран. – улыбается Рей. Он не стал спрашивать ее ниочем, не стал вмешиваться или искать правду. Ведь она все равно не захочет говорить об этом, но была и другая причина. Ее лицо отражает радостные эмоции, но в ее глазах он не разглядел того азарта, искры или искренних эмоций. Эта серая печаль и тусклость сразу бросились ему в глаза.  Он искренне не понимал ее, ведь рассказав самое сокровенное, что у него было, она даже не шелохнулась. Он не увидел ни сожаления, ни сострадания, ни жалости. Ран ненавидел жалость к себе, ему это было и не нужно, но надежда увидеть в ее глазах хоть что-то иное была превыше всего. Еще никогда Ран не заходил настолько далеко в рассказах о своей жизни. Ни одной своей даме он не посмел рассказать о себе больше положенного, ясно обозначив черту. Рей действительно не так проста, а за холодным выражением лица не стоит напуганная девочка. Перед ним крепко стоящая на ногах женщина, что знает чего хочет и знает, как с ней должны обращаться.  Приводя ее сюда он надеялся хотя бы растопить лед между ними, но ее мысли заняты чем-то иным. Призрачная надежда сделать их ближе хотя бы на шаг не увенчалась успехом. Искра определенно пронеслась тогда, но она не могла быть односторонней, так ведь? Не могла же?… «Кого я обманываю?» – проносится у него в голове, пока его волосы небрежно сдувал ветер.  Черта уже давным-давно была проведена, но на этот раз не им. Игра и не успела начаться, условий не оглашалось, как и внятного старта. Он задавался вопросом, почему же «игра» пошла не по плану с самого начала? Но дело было вовсе не в схеме, а в том, что Китамура Рей первая затеяла совершенно другую игру. Похоже, она этого не осознавала, даже и не задумывалась, как неосознанно заставляет его думать о ней все чаще и чаще, при этом не делая почти ничего для этого. Эта встреча на крыше словно стала еще одним подтверждением в ее безразличии к нему. Искра словно была лишь чем-то надуманным, ведь сложно было ею не заинтересоваться. Теперь же, для него многое встает на свои места.  «Стоит ли дальше бежать, заведомо зная, что не угонишься?» «Стоит ли продолжать бороться за внимание того, кто тебе не принадлежит?» Только дурак бы не заметил эти косые взгляды, быстрый побег, отворачивающиеся лица и безмолвную борьбу, что творилась между Рей и Хаджиме. Видели это все, кто мог, но вмешиваться не посмел никто из них. И что же делать Рану в такой ситуации? Не в его стиле уступать кому-то, а уж тем более отступать, даже не поборовшись за это. Ситуация сложна настолько в его голове, что он и призадумался, стоит ли это того? Да, он может прямо сейчас воспользоваться ее хрупким моральным состоянием, заполучить ее, переспать и бросить. Он делал это всегда без исключений. Ведь по другому он не мог и не умел. Принесет ли это ему счастье? Какие-то положительные эмоции? Или же наоборот заставит почувствовать сожаление? Гнев на самого себя? Тоску?  Он теперь уже и не уверен, стоит ли тратить силы на такую Рей, что стоит рядом с ним на крыше. Только конченный ублюдок прямо сейчас бы начал давить на нее с чувствами и признаниями, предлагать следующие встречи и страстно возжелать физического контакта.  Ран ублюдок. Он сам это прекрасно понимает и осознает в полной мере, принимая свою сложившуюся личность, но прямо сейчас он не позволил себе проронить и слова.  Рей Китамура идеальный трудоголик, что полностью отдает себя работе и своему делу. Ее сфера деятельности не так заметна и работа воспроизводится из тени, не выдавая многих моментов. Несмотря на это, среди остальных сотрудников, она буквально занимает наивысшую позицию, как один из самых полезных и важных людей в Бонтене. Рей подняла почти весь отдел со дна, раскрыла все дела, за которые бралась, в одиночку нашла Хаджиме, поставила организацию выше своей жизни и близких ей людей. Нормальный человек никогда бы с таким не справился, оставаясь при этом в здравом рассудке. Хоть она порою бывает холодна, как лед и вела себя, словно ходячий труп, без единой эмоции на лице, но работу она выполняла всегда идеально. Не каждый способен на такое и не каждый связал бы свою жизнь с такой профессией, где каждый день ты подвергаешь себя риску. Как бы Хайтани не было сейчас досадно, но у него бы язык не повернулся хоть как-то оскорбить ее. Рей Китамура может быть и не рождена ради отношений и игр, но как профессионал своего дела и истинный трудоголик, ей не было равных. Это короткое взаимодействие между ними возымело больше, чем тысяча сказанных слов между ними. Молчаливое расставание, что даже не успело по настоящему возыметь свой истинный смысл в полной мере, позволит осознать многое за сегодняшний монолог в его сознании. Возможно, Ран пожалеет о своем решении еще тысячу раз, но он никогда не пожалеет о том, что когда-то познакомился со столь прекрасной приближенной, что была в полной мере достойна места под Солнцем. «Возможно, я действительно пожалею о своем решении позднее, но сейчас это не важно. Трудно отпускать оппонента, когда игра казалась столь захватывающей, но… Сыграть нам вряд ли уже суждено.» *** Впервые за такое долгое время, она почувствовала истинное и неподдельное умиротворение. Никакой вид сигарет и ни одна затяжка никогда не давали ей такого эффекта. Это место она посетила впервые, но было ощущение, что приходила она сюда ни раз. Тело казалось таким легким, будто она сейчас взлетит к небу. Неприятная тяжесть в висках утихла, а сдавливающие пальцы в районе грудной клетки испарились. Рей была безмерно благодарна Рану за это, но услышав его личную историю, ей стало неловко. Они ведь не так близки для подобных диалогов, а оказывать непрошеную поддержку малознакомому человеку сулит еще большей неловкостью. Промолчать иногда бывает лучшим решением, и этот не стал исключением. Хайтани взрослый человек, и почти на все сто она была уверена, что спустя столько лет его это уже перестало гложить. Ран для нее лишь коллега, порою казавшийся полным идиотом. Но за фасадом вечных тусовок и похоти скрывался ребенок, что повзрослел слишком рано. Не сказать, что ей было жаль его до слез, но и полное безразличие она не испытывала. Скорее это было некое осознание. Если бы она узнала это на момент их первой встречи, то не за что бы не поверила. Мы всегда делаем поспешные выводы. Ведь можем и не знать, что внутри у человека, с кем видимся впервые в жизни. За грубым и отрешенным человеком, может скрываться глубоко раненый ребенок, что привык бить первым, чтоб не получить удар первым. За манией к деньгам и безразличием, стоит разочарование, что ударило в переломный момент жизни. Время идет, а травмы и рубцы останутся с вами. И только вам решать, вспоминать их с горечью или сделать пройденным этапом.