Birds of a Feather /// Птицы одного пера

"Райские сумерки" гремели тяжелыми басами и извивающимися телами. Эндрю оставался в стороне от происходящего, потягивая виски и смакуя то, как напиток обжигает горло. Он мельком увидел брата и кузена на танцполе, но лишь на пару мгновений, прежде чем они снова скрылись в толпе. — Нам пора идти, — заметил Кевин слева от Эндрю. — Так хочется отказаться от выпивки. Как это на тебя не похоже, — ответил он. Кевин был хмурым ублюдком с тех пор, как на прошлой неделе их исключили из чемпионата. Он даже не играл, но неудачи команды отражались на его слабых навыках тренера. Эндрю почти не видел его трезвым вне тех часов, которые он проводил на корте. Парень вздохнул. — Если мы хотим попасть на стадион завтра до обеда, нам нужно идти сейчас. Конечно, подумал Эндрю. — Иди и этих идиотов с собой возьми, — сказал он Кевину, не поднимая глаз от своего напитка. Эндрю увидел, как тот встал, и принялся наблюдать за толпой, пока Кевин не вернулся с остальной частью их веселой группы на буксире. Он проигнорировал вопросы Ники, встал и повел их к машине GS. Он скользнул на водительское сиденье, упиваясь тем, что сел за руль без влияния лекарств. Он прислушивался к стуку автомобильных дверей, прежде чем выехать с парковки, слегка ухмыляясь, когда его брат пробормотал ругательство. Колумбия пролетела как в тумане, движение было редким для такого позднего вечера. Когда они приблизились к дому, до него донеслось тихое журчание разговора Кевина и Аарона. Он предположил, что они говорили об Экси, поскольку Кевин был физически неспособен вести разговор о чем-либо другом. Спустя несколько минут Эндрю остановил машину на подъездной дорожке, но прежде чем кто-то успел выйти из машины, он заблокировал двери. — Эндрю, что... — пьяно спросил Ники. — Заткнись, — сказал он, глядя на массу, загораживающую входную дверь дома. Она была совершенно неподвижна, не более чем темное пятно. Но, учитывая недавнюю череду "подарков" Рико для Кевина, Эндрю не собирался рисковать. С тех пор как закончился сезон Лисов, Рико пытался запугать Кевина, чтобы он вернулся в Гнездо. Прошло несколько месяцев, и Кевин все еще был с Лисами, хотя бы потому, что Эндрю обещал защищать его. Но Кевин объявил о своем возвращении в качестве нападающего осенью, и они ожидали мести Рико. — Оставайтесь в машине, — предупредил он, прежде чем отпереть свою дверь и выйти. Он проигнорировал протесты своей семьи, пока шел к входной двери. Нож лежал у него в руке будто на весу. Он был прохладным в февральском воздухе, но не настолько холодным, чтобы чувствовать себя некомфортно. Эндрю сжал его покрепче, когда подошел к тому, что казалось телом. Они были совершенно неподвижны, свернувшись в клубок. Если бы не неглубокое вздымание и опадание груди, он бы подумал, что человек мертв. Уличный фонарь осветил незнакомца множеством красных и синих цветов. Его волосы были темно-красными, матовые от крови, совпадающей с ними по цвету. Его кожа представляла собой небрежный рисунок, забрызганный темно-синим и фиолетовым. Время от времени Эндрю улавливал зеленые и желтые пятна старых, исчезающих синяков. Но не травмы юноши привлекли внимание Эндрю. Это был номер, выбитый на его скуле. Это была четверка против двойки Кевина, темное число, обозначающее его место в Идеальном дворе. Но, насколько Эндрю знал, там было только три члена: Рико, Кевин и Жан Моро. Татуировка была темнее, чем у Кевина, новее, если Эндрю должен был угадать. Ему стало интересно, знает ли Кевин этого парня, или татуировка Ворона была сделана так недавно, что даже Кевин не знал о его существовании. Он проверил эту теорию, обернувшись к машине. Он уставился на Кевина, который отпер свою дверь и вышел. Он слегка пошатнулся, но быстро восстановил равновесие, в отличие от Ники и Аарона, которые были слишком пьяны, чтобы идти по прямой, а тем более исследовать своего неожиданного гостя. Кевин замер, как только смог разглядеть парня. Он был еще недостаточно близко, чтобы разглядеть номер, только рыжие волосы. Но паника и узнавание, мелькнувшие на лице нападающего, ответили на невысказанный вопрос Эндрю. — Кто он? — спросил он Кевина, который издал дрожащий вздох. — Нил Джостен. Ворон, который слегка вздрогнул от вопроса Эндрю, затих. Эндрю долго наблюдал за ним, отмечая, как неустойчиво поднимается и опускается его грудь. Он присел возле лица мальчика, держа в руке нож. — Я знаю, что ты не спишь, Четверка. Я не люблю лжецов. Голубые глаза открылись, такие светлые, почти прозрачные. — Пошел ты. Эндрю не смог сдержать ухмылку, которая расплылась по его лицу. Даже когда лекарства почти полностью вышли из организма, пыль от крекеров и алкоголь нарушили его суровый фасад. Прежде чем он успел ответить на менее чем дружелюбное приветствие Ворона, внимание парня переключилось на Кевина. Он прошипел что-то на низком французском, и Кевин вздрогнул, прежде чем ответить чем-то столь же язвительным. — Не надо, — предупредил Эндрю, приблизив нож к лицу Ворона. — Не разговаривай с ним. Джостен застыл, на его тело опустилась хорошо отработанная неподвижность. Эндрю лишь молча наблюдал за ним, и патовая ситуация затянулась на несколько долгих мгновений, прежде чем Ворон наконец прорычал: — Ты собираешься зарезать меня или отпустить? Потому что если мы останемся здесь еще дольше, я истеку кровью на твоем крыльце. — Позвони Ваймаку, — приказал он Кевину. — И скажи ему, чтобы он привел Эбби. Ники и Аарон наконец-то вышли из машины, очевидно, устав ждать, пока Эндрю придет за ними. Он услышал, как пьяная болтовня Ники прекратилась, когда тот увидел избитого Ворона на пороге их дома. — Какого черта? — недоверчиво спросил он. — Кто это? Прежде чем Эндрю успел ответить, Ворон прорычал: — Не твое дело. Джостен попытался оттолкнуться от земли, но его рука соскользнула в медленно стекающую кровь, и он с глухим шипением рухнул обратно на дерево. — Стой, — приказал Эндрю. Рыжий бросил на него вызывающий взгляд. — Или что? — Или ты поранишь себя еще больше, — вмешался голос. Эндрю бросил удивленный взгляд на своего брата, который до сих пор молчал. Очевидно, он был не слишком пьян, чтобы быть снисходительным засранцем. Аарон наблюдал за Вороном с отстраненным любопытством. Он рассматривал раны Джостена, зацепившись взглядом за темное пятно, где кровь пропитала рубашку парня. Он потянулся к Ворону, приглашая Кевина сделать то же самое. Но Джостен отшатнулся назад с такой силой, что явно усугубил свои раны. — Я помогу тебе подняться. Да или нет? — спросил Эндрю, отмечая напряжение в каждой линии тела Ворона. — Нет. — холодно ответил он, глядя на Эндрю, словно ожидая, что Лис все равно схватит его. Эндрю лишь выжидающе смотрел на него, крепко уперев руки в бока. Ворон снова попытался приподняться, а когда это не удалось, испустил дрожащий вздох. Кевин прошипел что-то по-французски, и Ворон ответил ему тем же, в равной степени измученно и с ненавистью. Но он вздохнул и протянул дрожащую руку, которой Эндрю подтянул его к себе. Джостен распределил свой вес между Эндрю и Кевином, а когда тот все еще пошатывался, перебрался на другую сторону. Ворон окинул своего бывшего товарища по команде едким взглядом, прежде чем принять помощь, его стойка была напряжена. Ники поспешил отпереть дверь, с трудом вставив ключ в замок, пока остальные с раздражением наблюдали за происходящим. Наконец, замок защелкнулся, и Эндрю протиснулся мимо них, чтобы затащить Ворона внутрь. Эндрю и Кевин маневрировали в дверном проеме, Ворон стоял между ними, а кровь капала на пол. Каждая капля, падающая на пол, была выстрелом, который заглушался только тяжелым дыханием Джостена. Эндрю старался не обращать внимания на кровь, запекшуюся на его руке, которой он поддерживал туловище мальчика, и сосредоточился на том, чтобы доставить Ворона в комнату Ники. Он услышал, как Аарон вошел за ними в спальню, и Ники последовал за ним по пятам. Эндрю бесцеремонно бросил Ворона на кровать, вызвав ругательства как со стороны мальчика, так и со стороны Кевина, который поддерживал остальной его вес. Джостен с шипением забрался на кровать, его глаза метались между различными членами группы Эндрю. Больше всего он сосредоточился на Кевине, хотя в настороженных взглядах на Эндрю недостатка не было. — Тебе нужно надавить на живот, — прохладно заметил Аарон. Джостен бросил на него презрительный взгляд. — Я не собираюсь истекать кровью. — Если ты не будешь давить на рану, то можешь, — возразил близнец Эндрю. Ворон насмешливо хмыкнул. — Учитывая, что она кровоточила всю дорогу из Западной Вирджинии, я сомневаюсь, что она вдруг станет опасной для жизни. Ники посмотрел между Кевином и Эндрю. — Кто-нибудь собирается объяснить? Почему в нашем доме Ворон? Кевин и Джостен долго смотрели друг на друга, прежде чем Ворон наконец ответил: — Я уйду от вас, как только смогу ходить, не теряя сознания. Кевин возразил ему на французском языке, и они препирались пару минут. Джостен, наконец, отвернулся, насупившись, прежде чем Кевин объявил: — Он останется на следующую неделю. Я хочу, чтобы Эбби осмотрела его и убедилась, что он выздоровел. Ники воспринял это спокойно, вероятно, он был слишком пьян, чтобы беспокоиться. Аарон выглядел более раздраженным, но он не стал спорить и, спотыкаясь, вышел из комнаты, которую они захватили. Эндрю предположил, что он собирается спать, но не потрудился последовать за ним. Он был больше озабочен тем, чтобы присмотреть за их неожиданным посетителем. Джостен выглядел как дерьмо, избитый до полусмерти и как будто в любой момент мог потерять сознание, но Эндрю не доверял ему ни на секунду. Ворон бросил на Эндрю долгий взгляд, но тот явно старался не заснуть. Было ли это от истощения или от потери крови, Эндрю не знал. У Кевина зазвонил телефон, вероятно, звонок от Ваймака, и он вышел из комнаты, чтобы ответить. Эндрю остался наблюдать за Вороном, который терял силы, чтобы не заснуть. Когда через несколько минут Кевин снова вошел в комнату, Джостен уже отключился. И за час, прошедший между звонком и подъездом машины Ваймака, Ворон не шелохнулся. Эндрю мог бы потратить это время на расспросы Кевина об их неожиданном посетителе, но он не хотел рисковать, чтобы разбудить Ворона или еще больше довести Кевина до пьянства. Его усилия оказались напрасными, когда Ваймак громко хлопнул дверью своей машины, разбудив запаниковавшего Джостена. Кевин пошел открывать дверь, прежде чем их тренер успел постучать и разбудить остальных. Эндрю слышал сердитое бормотание Ваймака и обеспокоенные вопросы Эбби, но не сводил глаз с потерявшего сознание Ворона. Он потерял способность соображать, которая была у него раньше, то ли от потери крови, то ли от какого-то другого осложнения травм, Эндрю не знал. Но лицо рыжего побелело, а его глаза были прикованы к двери. Когда силуэт Ваймака заполнил дверную раму, Эндрю понял, почему. Ворон вздрогнул, вцепившись пальцами в покрывало, словно мог защититься от старшего мужчины. Ваймак застыл, рассматривая раны Джостена и татуировку на его скуле. — Еще один? — спросил он Эндрю. — Я не знал, что мы становимся приютом для заблудших Воронов. Парень открыл и закрыл рот, словно пытаясь найти слова для ответа, но не смог. Вместо него ответил Кевин. — Ему нужна медицинская помощь, — сказал он от имени Ворона, бросив взгляд на Эбби и ее аптечку. — Без шуток, — ответил их тренер, рассматривая ушибленное лицо Джостена. Эбби протиснулась в комнату, уже распаковывая свою аптечку. Ворон явно заметил ее, но его внимание не отвлеклось от Ваймака, за которым он настороженно наблюдал с момента его появления. — Мальчики, — сказала медсестра, ее голос был необычайно твердым, — подождите снаружи. — Безопасно ли оставлять тебя с ним наедине? — спросил Ваймак, хотя вопрос был адресован скорее Кевину, чем Эбби. Кевин кивнул. — Он больше рискует собой, чем кем-либо еще. — Пошел ты, — прошипел Ворон, впервые за несколько часов произнося слова. Его бывший товарищ по команде пожал плечами. — Я не ошибся. Ваймак поверил Кевину на слово, окинул Эбби долгим взглядом и сказал: — Если тебе что-нибудь понадобится, просто крикни. Кевин последовал за тренером из комнаты, но Эндрю не двинулся с места. Эбби взглянула на Эндрю в знак порицания, но он лишь злобно посмотрел в ответ. Она вздохнула и вернула свое внимание к раненому Ворону. — Ты больше нигде не ранен? — спросила она. Когда парень не ответил, Эндрю вмешался. — Где-то на животе. Оно кровоточило раньше. Джостен посмотрел на него, но Эндрю проигнорировал ледяной взгляд Ворона. Эбби посмотрела на мальчика, и он кивнул. — Мне нужно, чтобы ты поднял рубашку, чтобы я могла осмотреть повреждения, — сказала она Ворону, потянувшись к его торсу. Он вздрогнул и огрызнулся: — Я сам с этим справлюсь. Дайте мне иголку с ниткой, и я все зашью. — Ни в коем случае, — возразила Эбби. — Я не хочу рисковать тем, что твоя рана заразится или заживет неправильно. Обычно я бы посоветовала тебе лечь в больницу, но, учитывая твою ситуацию, я знаю, что это не обсуждается. Но я не позволю тебе зашивать себя. — Тогда вы меня не лечите, — жестко сказал Ворон. — Я не сниму свою рубашку. Его глаза метнулись к Эндрю, когда он произнес последнюю фразу, и Эбби не пропустила этот взгляд. Ее глаза были расчетливыми, когда она сказала: — Эндрю, уходи. — Нет, — категорично ответил он. Она повернулась к нему лицом, одарив его редким взглядом. — Я не буду повторять это снова. Иди к Ваймаку и Кевину. Эндрю сузил глаза на Ворона — предупреждение, которое парнишка принял близко к сердцу. Постояв немного, он выпрямился и направился к двери. Он не пропустил тихое бормотание Эбби, обращенное к Ворону, и не проигнорировал менее любезный ответ. Он вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Запах крови еще не успел проникнуть в гостиную, и Эндрю на мгновение ощутил запах освежителя воздуха, прежде чем перевести любопытный взгляд на Ваймака и Кевина. Последний отрубился на диване, мертвый для мира по крайней мере до утра. Их тренер, напротив, бодрствовал. Он наблюдал за Эндрю, приподняв бровь, на что вратарь не удостоил его ответом. — Осмелюсь спросить, откуда у нас на руках еще один Ворон? — сухо сказал тренер. Эндрю поднял руку к груди в насмешливой обиде. — С чего вы взяли, что это моя вина? Может, это сделал мой двойник. — Не морочь мне голову, Миньярд, — ответил Ваймак. — Как ты оказался с Вороном, который выглядит так, будто прошел через мясорубку? — Он появился у нас на пороге, — сказал Эндрю, опускаясь на диван. — Подарок от Рико, я полагаю. Может быть, мы отправим тело Четыре в ответ. Тренер закатил глаза. — Мы не отправим его обратно в Гнездо. И мы точно не убьем его после того, как Эбби приложит усилия, чтобы собрать его обратно. Эндрю пожал плечами. — Я умываю руки. Ты и твоя веселая банда дураков можете разбираться с Вороном. Но если он будет представлять угрозу для кого-то из моих, он найдет нож в своем горле. Ваймак ничего не ответил, но долго смотрел на Эндрю. Вратарь проигнорировал его взгляд и устроился на диване на ночь. Пыль от крекеров и алкоголь выветривались, и ему было все труднее оставаться в сознании во время ломки. Через пару часов он проснулся от того, что Эбби рассказывала Ваймаку о состоянии Ворона. Он поправится в течение нескольких недель, но медсестра была категорически против того, чтобы отправлять его обратно в Эдгар Аллан. Эндрю услышал согласие Ваймака, и они составили план перемещения парня в Пальметто на время выздоровления. Ворон представлял собой угрозу. Эндрю должен был справиться с ним до того, как он причинит вред.