Из Бездны к Вечности

      Гаррет приблизился к концу своего восхождения и узрел храм Наруками. Несколько зданий в традиционной стилистике. Арки, стены и даже перилы лестниц были сделаны из красного дерева, на входе в сам храм стояли фонари с изображением кицунэ. Два небольших пруда, где плавают лепестки вечноцветущих деревьев. Вечность проявляется здесь во всей красе: сколько себя помнит, парень не видит ни единого изменения в экстерьере. Но при этом, тут всё также прекрасно. Хотя, тут довольно немноголюдно, лишь несколько жриц блуждают по святилищу Наруками, а посетителей тут просто нет в данное время. Видимо, простой люд боится идти по землям Инадзумы в столь неспокойное время. Но фехтовальщик сейчас ищет не просто каких-то жриц, а свою сестру в первую очередь. Когда он ступает на земли сятилища, то девушки начинают обращать внимание на посетителя, а одна, наиболее свободная, даже подходит к нему, несколько преграждая путь: -Прошу прощения, но сейчас здесь находится не следует, господин, — её голос не строг, но довольно чёткий и ясный. -Но по какой причине? Я думал, святилище Наруками открыто для нуждающихся, жрица, — Гаррет ответил также довольно чётко и ясно, с ожиданием ответа на свой вопрос. -Жрицы сейчас все заняты, лишь ритуалы верховной жрицы защищают нас от порчи и болезней здесь, на святой земле… — она явно хочет что-то ещё сказать, но Гаррет уже сам прерывает её жестом руки и вопросом -Сайгу здесь? Мне нужно, чтобы вы сказали мне, где она сейчас. Это важно -Леди Хакусин сейчас не может прийти по вашему зову. Тем более, что… -Тем более, что она будет очень рада видеть своего брата. Покажи мне, где она находится. Я знаю кое-что о ваших ритуалах и не помешаю, если таковые проводятся. Если на то пошло, то правая рука сёгуна имеет на то право, не так ли? — мужчина поднимает руку с кольцом-печаткой. Девушка побелела от стыда -Я… Прошу прощения, господин, сразу не признала вас. Она там, у пруда. Не велите наказать… -Всё нормально, — он поднимает руки в примирительном жесте. — Я не буду ничего делать, просто увидеть Сайгу мне сейчас необходимо по делам Инадзумы. После этих слов он поклонился девушке, что явно выдохнула, а затем направился к своей сестре.       Лишь пара минут ходьбы, и Гаррет видит Сайгу. Кицунэ всё также вечно молода, вечно держится бодрой и уверенной. Но он знает её, по мелким деталям подмечает усталость девушки: несколько приспущенный хвост, чуть менее изящные движения руками. Эти мелочи выдают её, как бы она ни хотела обратного. Но на звук шагов парня, Сайгу поворачивается и от её усталости не остаётся ни следа. На её лице появляется добрая улыбка, она идёт ему навстречу и обнимает молодого человека, а тот обнимает её в ответ. В её голосе всё также можно услышать усталость от сегодняшнего дня, но даже так, она старалась удержать нотки оптимизма и шутливости: -Братец, я уже начала думать, что ты забыл про меня -Да брось, Сайгу, забыть тебя это грех для меня, — после они отстраняются друг от друга. — Рад видеть тебя. Пусть и пришёл сюда я по нужде -Я тоже рада… А по какой нужде? -Мне нужна твоя помощь. Твои уроки, медитация, связь с иными силами -Ох, разве это та вещь, которая доставит мне неудобства? — она отмахивается, после чего бьёт своим кулаком по плечу парня. Не сильно, но слегка больно и неожиданно. Он даже слегка зашипел и спросил -Ау… За что? -А нечего было так заставлять нас волноваться. Ты бы видел мою панику и состояние Эи. Она, конечно, не показывала, но сильно беспокоилась. Надеюсь, братец, ты успел с ней увидеться? -Ах да… Ещё нет, не смогли пересечься, — парень виновато смотрит в сторону, убрав одну руку к затылку. Он даже и не думал, что непоколебимую Эи заставит волноваться своим истощением. Да, девушка, конечно, куда более эмоциональна, чем показывает себя перед войском или врагом, но это не отменяет опрометчивости Гаррета. -Значит, как закончим, сразу же пойдёшь искать её. Если она не вернулась во дворец, то явно будет об этом знать Мико. -Хорошо, хорошо… — они начинают идти к чуть более закрытому от взора остальных месту, за основным зданием святилища. — А, получается, Мико её фамильяр? -Да, так и есть. -А в чём суть фамильяра? -Фамильяры разделяют связь и силы с владельцем. Они знают об их переживаниях, знают об их жизни. И, самое важное, готовы положить свои жизни ради того, чтобы хозяин продолжил существовать. Это добровольное соглашение, чаще всего. Фехтовальщик не продолжил распросы, переваривая новую для себя информацию. Он знал немало о магии и мистике Инадзумы. Но в последние дни, ему требуется запоминать о магии за пределами его собственного понимания. Возможно, что эта медитация ему поможет освоиться с меткой куда лучше, чем просто возможность телепортироваться и самоубийственная возможность остановить время.       Дойдя до нужного места, перед ним предстаёт достаточно простая картинка: круг, по периметру которого находятся благовония на равном удалении друг от друга, а по центру круг разделён чёткой линией из пчелиного воска. Кицунэ показывает жестом, чтобы Гаррет сел в круг, на что тот соглашается. Он становится по центру круга, после чего садится на колени, складывая ладони в замок перед собой, прижимая их к себе. Но затем поднимает указательный и средние пальцы, прижимая друг к другу. Сайгу садится перед ним, вне круга. Она занимает привычную для себя позу лотоса, расположив обе руки в сторону, кистями на коленях. Привычный шум мира не даёт нормально сосредоточиться, что видно по Гарртеу, пока он елозит из стороны в сторону, пытаясь подобрать положение, которое не даст шумам природы остаться где-то на границе сознания. Кротким жестом и словами его прерывает Сайгу: -Стой. Сосредоточься на мысли об объекте. На мысли о том, с чем тебе нужно пройти. Начни с этого. Потом уже продолжишь сосредотачиваться уже на самом объекте. В медитации важна не форма, но суть объекта. Мысль о ней, есть первый шаг к сути. Фехтовальщик кротко кивает, после чего пытается сосредоточиться на мысли о своих силах. Его главной мыслью сразу предстаёт сама метка. Загадка этой самой метки. Но что есть метка? Катализатор энергии, как Глаз Бога? Или же осколок истинной тёмной магии? Чем дольше парень думал об этом, тем более ясным ему представлялся образ призрака, что ходит без очертаний. Он его не слышал, не видел в привычном понимании, но будто бы ощущал присутствие. Ощущал, как бесформенный призрак в маске смотрит на меченого. Видна протягиваемая нить в сторону молодого человека, как в один миг его как будто выдирают из этого около сонного состояния. Резким звуком, похожим на взрыв энергии. В самом храме неподалёку от них поднялся дым. Это заставило дуэт резко вскочить на ноги и взяться за оружие. И если в руках Гаррета это был клинок и метка, то Сайгу же зажгла пламя на своих ладонях и быстро направилась обратно к центру своего храма.       Парень несколько замешкался, ибо решил не тратить силы на магическое перемещение, а его ловкость не сравнится с ловкостью кицунэ. Тем не менее, в центре храма виднеется существо, внешне напоминающего мужчину-кицунэ. Но что-то тут не так, длинные черные когти на руках, обвисшее одно единственное ухо, красные глаза и безумный взгляд. Парень еле узнавал этого мужчину. Это был некогда величайший литератор Уракусай, что выглядел совсем разбитым. Тёмные волосы перемежались с сединой. Кожа слезала от влияния порчи, он выглядел не просто разбитым, но именно что потерянным, жаждущим помощи. В его безумии мелькало не только безумие, но и страх, детская нужда в помощи от родных. Сайгу сразу же убрала пламя со своих рук, в её глазах читалось сожаление и вина, а по щекам стали идти слёзы. Гаррет знал, что Уракусай был изгнан Сайгу за величайшую ошибку. Но, видимо даже она не знала, чем опасны те земли. «Величайший старик из числа моего клана так сильно сдался перед скверной Бездны? Что-то… Что-то здесь не так…» мысленно произносит парень, видя состояние мужчины. Но его сестра, видя состояние соклановца, быстро подбегает к нему и начинает осматривать, произнося что-то вроде: -Уракусай… Я, не думала. Нет, всё не должно было быть именно так! — она вглядывается в его раны, в его глаза. -Сайгу… Прости за шум, я думал, что перемещусь сюда куда менее заметно, — еле слышно хрипит он, и обнимает девушку, слегка даже повисая на ней. Фехтовальщик заметно выдыхает, а после чего смотрит куда-то в сторону, чтобы оценить обстановку, тем не менее, слушая разговор -Да… Это ты прости меня. Давай, я тебе помогу, что у тебя болит? Облегчу боль, вылечу… Всё сделаю… -Облегчишь… Облегчи боль моей души! — после этого слышно, как когти прорезают плоть, а вслед за этим и вскрик Сайгу. Гаррет сразу же поворачивается, видя как Уракусай отбрасывает раненую девушку на землю, смотря на парня. — Ты, лишь смех для чести клана. Я пролью твою кровь, чтобы излечить души павших! -О нет, старик… Кажется, ты совсем крышей поехал, — фехтовальщик достаёт клинок. При помощи взмаха свободной руки его уносит вперёд, прямо к кицунэ. Гаррёт ощущает импульс, что остался от перемещения, которое он фокусирует в свой удар ногой. Импульс ударяет потоком воздуха, что относит на несколько метров вдаль старика. Меченый смотрит на Сайгу, берёт её за одну руку и телепортируется вместе с ней подальше с поля зрения Уракусая. Сайгу протягивает руку к щеке Гаррета, пытаясь что-то сказать. Но от глубоких ран теряет сознание. Жестом парень подзывает к себе жрицу, та на согнутых ногах чуть ли не подползает к ним, где Гаррет и произносит: -Не дай ей умереть, пожалуйста… -Но… Он же нас найдёт рано или поздно, — слышна паника в голосе жрицы, на что ей отвечают -Я разберусь с ним. Отвлеку его, отведу. Дам время, чтобы Сайгу пришла в себя. Просто сделай это, хорошо? — он кладёт руку на плечо, а та, собираясь с силами, кивает.       Это означало одно, придётся сражаться. Уракусай был величайшим писателем своего времени, но не был воином. Но за свой срок жизни он научился сражаться, так или иначе. Гаррет понимал, что ему придётся надеяться на сверхъестественные силы. Или на помощь кого-нибудь ещё. Кицунэ уже давно встал на землю, а напротив него вышел Гаррет. Оппонент фехтовальщика точил когти, рычал. И пытался задеть: -Никчёмный трус! Лучше бы тебя тогда бросили. Зря Сайгу взяла под своё крыло. Лишь позор для клана -Остановись, старик. ты ничего не сделаешь ни своими оскорблениями, ни своими действиями -Сначала ты… А потом эта тварь… Предательница… -Я предупреждал, — Гаррет встаёт в свою боевую стойку. Выставляет клинок вперёд, упор на правую ногу, готовится не только к наступлению, но и обороне от атак своего противника. Лишь напоследок тот произносит. — Тогда потанцуем. В ответ слышен лишь дикий вой, отдающий чем-то знакомым… Под свет солнца и Бездны этот бой начинается…