Гекзаметр, шешесі. Про зачёты, неуды и вредного Ксено
Прибыл часам к десяти на место рабочее Ксено;
Было в нём что-то такое, страх вызывавшее словно —
Лектор без лекций в главе всё держал, лишь на мозг опираясь;
Хотелось при виде него иль сгинуть студентам, иль стукнуть
По макушке столь умной и светлой, лысеющей с каждым днём, право.
Руки раскинув, стоял он пред ними, о, чудо, красивый:
Лоб высоченный пиздяо, ну образ несказанной дивы.
Тянула Кохаку билет, да глаза её синие стыли
Морями печальными, льдом покрываясь да инеем,
Но «три» не поставит ей ирод, в Вальхаллу студентку отправив —
Истязать её будет, хладнеет пока её тёплое девичье тело;
На первый вопрос нет ответа — уйти она, бедная, хочет,
И Ксено всё видит, прошарен профессор, до науки он пошлый пройдоха;
Ещё два вопроса студенточке флягу совсем уж в край сносят:
Орёт и кричит, что пизда ей была, есть и будет, ребята,
Ну Уингфилд и гонит девчушку оттуда с позором ужасным,
Да чтоб привела негодяйка достойного в стены пройдохи.
Ведёт дева первого: статного, милого Гена,
Идёт он, не горбясь, озёрами хитрыми серыми лыбясь.
Одет он прилично, да что-то на умного тянет ну самую малость,
В сомнениях Ксено глубоких, зовёт к себе Гена и смотрит;
Единственный Сенку смог сдать, и вряд ли Ген так же здесь сможет.
Вот тянет билет, да пальцы того еле бледные дрогнут,
Читает вопрос, тянет лыбу, опять в ответ странно вдруг смотрит;
Молчат долго оба; коль час судный стукнет,
Зачем время тратить: своё и чужое, ну, право?
И рушится мир на осколки и щепочки Ксено:
Выдаёт вдруг ответ Асагири, глазами пресерыми хмурясь;
Да чтоб тебя, Ген, ты как умудрился ответить, чертила.
Второй вот и третий вопрос впереди у несчастного Гена,
«Да ну, он не знает», — уверен практически Уингфилд.
Но как бы не так, фигачит вдруг тот, опять челом сморщенным хмурясь;
Не чует подвоха профессор, разинув свой маленький ротик,
А Ген всё болтает, и чешет, и мелет, уёбок;
Да что с ним такое? Нормально же жил он и глупым, и наглым:
Ничего не учил, заявлялся он пьяненький будто.
«Зачёт, что ли, ставить?» — подумал лопух вредный Уингфилд.
И Сенку в наушнике Гена закон ему дальше, сообщник, лопочет.
