Кинро — паршивый рифмоплёт!

Да как вышел он в поле — богатырь он наш русский, Да как сел на коня он с мечом-то за пазухой — Путь впереди у героя тернистый, смекает: Степь одолеть, со злодеем считаться степени Казахстанских. Надел он кольчугу, духу набравшись, Взор устремил свой наш витязь в края ой как дальние, Дрянны-то дела его, коли три дня скакать До батыра заморского, люд за монеты обманывающего. И отправился в путь Кинро, пыль под ним взвилась, Скакал конь стремглав, гладил его богатырь дланями добрыми: Верен горбун да гривой хорош, милый он, бассенький. Скачет он, скачет, да в море вдруг витязь упёрся: Чёрное, зеницы как ведьмы, как уголь-то в печке! Чёрное, сладкое, совсем уж пузырится. Попробовал Кинро на вкус море батыра треклятого: Падаль такая, языка из «воды» вынуть совсем уж не хочется. Берег песчаный у жидкости чёрной алый, как яблоко спелое, Думает Кинро, что конь его верный в морях таких страшных прозябнет… Построил он мост для себя и для люда, в добро чтоб работало: Бревна таскал ручищами сильными, на горбу, ух, здоровом! И воздвиг витязь путь через море батырское колы, И прошёл по нему без оглядки, два дня и две ночи он шёл. Видит далее — степи просторные, чуждые! Под ветром песчаным трава уж сухая не гибнет, так зыблется. Воды конь испить хочет, да нет ничего у друзей из Руси. И думает Кинро вырыть колодец для люда, на пользу чтоб шло Себе и народу — в добро, не во зло, всем здесь мимопроходцам. Ручищами сильными вырыл он яму, до воды уж добравшись. Из камня — колодец да из брёвен — ведро, Милое дело! Хоть люд в сухостепье с жары не усохнет, паскуды. Испил конь воды, дальше герои. Юрта богатая, в златах стоит на холму-то батырская, Пьёт в ней кумыс одичавший батыр да когда-то герой: Выжил с ума от богатств уж несметных батыр наш бывалый, Грабит с тех пор люд, червонцов ему мало, змеюке! — Борись ты за честность, добро — не корысть, — ты наш светлый батыр Ген! Устремил меч на Гена витязь с Руси, Кинро по бате как век Тэцукенович. И тогда Ген промолвил, надув ланиты свои кумысом обмазанные, Что вернёт он народу награбленное, златом да мясом люд свой с макушки осыпит. Смеётся батыр ой заливисто, звонко. Чешет чело богатырь, не смекает однако. — Уловка моя, милый витязь, ко мне чтоб ты шёл. Не крал Ген богатств, слух пустил-то он сам, к народу воззвавшись. Поддержали героя друзья, коли любит он витязя с краёв очень дальних. Да Кинро вот в шоке, три дня и три ночи вот шёл, но куда… Хоть мост он возвёл, да колодец в степи люду вырыл, парняга. Век будут миру служить, да во имя любви ведь всё строилось!