Тень Феникса

      Мрак. Холод. Одиночество. Это было всё, что окружало его вот уже почти двадцать лет. Время текло ужасающе медленно, и с каждым годом надежда на освобождение всё таяла и таяла. Не было никакого шанса выбраться из этой неуютной, неудобной клетки.       Первые пять лет была лишь злость. Чистая ярость. Жгучее желание вырваться и сжечь в адском пламени всё живое. Это не удивительно, когда ты чувствуешь, что не можешь моргнуть, не можешь вздохнуть, не можешь даже пошевелить пальцем ноги. Ты – просто часть огромной ледяной глыбы в мире, где нет ничего, кроме снега и вечной мерзлоты. Глаза открыты, но перед ними только мутно-синяя толща. И самое паршивое – твой мозг продолжает работать. Невыносимо. Единственное, что его грело – его злость, жгучая, мощная... Он буквально жил этой ненавистью.       Однако за много лет даже самая дикая ярость остывает. Чем больше проходило времени, тем сильнее менялись его эмоции. Он изменился. Его мысли стали такими же чёткими и холодными, как лёд вокруг. Он перестал психовать. Вместо того чтобы представлять реки крови, он начал строить планы. Он разбирал свои ошибки. Создавал стратегию. И идей было много, очень. Вариантов исполнения ещё больше. Но потом, в какой-то момент, причём совершенно внезапно, ему вдруг пришла неожиданная мысль... А надо ли ему всё это?       И к тому моменту, как он, впервые за всё время нахождения в этой тюрьме, услышал какие-то глухие звуки сквозь толщу льда, его планы кардинально изменились.       Извне раздался звук. Он был резким, похожим на пушечный выстрел. Потом ещё один. Маг почувствовал вибрацию – впервые за долгое время его тело что-то ощутило. Снаружи кто-то усердно долбил по его тюрьме. А затем... Трещина. Первая за все семнадцать лет, что он провёл здесь. Звук начал становиться громче, а вибрация ощутимее. Затем короткий треск. Свет стал ярче. Синева начала сменяться мрачным серым цветом внешнего мира.       И вот наконец лёд вновь затрещал, а затем ледяная корка разлетелась с оглушительным звоном. Свежий холодный воздух ударил в лицо. Маг тут же сощурился, остро чувствуя, как же всё иначе на свободе. Совершенно другая жизнь. Ему было непривычно видеть движение, ощущать собственное тело и шевелить им. Он медленно, словно хищник, сделал шаг вперёд, аккуратно стряхивая с плеч ледяную крошку, как обычную пыль. А затем он наконец поднял свои серые глаза и взглянул на тех, кто его освободил.       Перед ним стояли три девушки, вероятно ведьмы. Все в потрёпанной одежде, двое явно подзамёрзшие, но с довольным блеском в глазах. Было видно, что они сами тут не по своей воле – такие же преступницы, которым повезло выбраться из своих ледяных коконов раньше.       — Ого... – выдохнула одна из ведьм, с пышной причëской. — Глядите, какой сохранился. Эй, ты как, жив, здоров? Температуры нет?       Вторая, темноволосая, подозрительно прищурилась, отступая на шаг и тихо говоря:       — Тише ты... Может зря мы это сделали. Смотри, какой у него взгляд... Он нас сейчас съест.       Маг медленно повернул голову. Шея отозвалась приятным хрустом. Затем он сосредоточился на своей силе, пытаясь определить, насколько его потенциал снизился за годы заточения. Огонь внутри охотно отозвался, но, как он и ожидал, нужна была подпитка, чтобы вернуть былую мощь.       — Кто ты, парень? – наконец одна из ведьм, блондинка с высоким хвостом, судя по всему главная из троицы, задала ему вопрос напрямую. — За что сидишь?       — Валтор, – негромко ответил он бархатистым тоном, продолжая неспеша разминать шею, плечи, кисти. Говорить ему тоже было странно непривычно, но он достаточно быстро ко всему привыкал. — За преступления.       — О, это и так понятно, – фыркнула та самая ведьма с пышной причёской. — А конкретно за что?       — Помогал Трëм Древним Ведьмам, – неохотно отозвался он. Очень не хотелось вспоминать своё прошлое.       Ведьмы удивлённо переглянулись, не зная, что и сказать на это. Но, видя, что Валтору не слишком хочется говорить об этом, ими был задан другой вопрос.       — И сколько ты сидел тут?       — Семнадцать лет, – ответил он, скрестив руки на груди, и усмехнулся, когда их лица скрючились от ужаса. — Да-да, семнадцать лет созерцания одной и той же трещины в пяти сантиметрах от носа. Знаете, девочки, это очень даже прочищает мозги.       Видя их нерешительность, Валтор лишь хмыкает про себя. Молодые ведьмы, судя по их виду, ещё не определились, как им вести себя с новым знакомым. Он был им интересен, но при этом они его и опасались, не зная, чего ожидать. Вопрос только, зачем освободили? Он вновь внимательно окинул взглядом каждую. Они напоминали ему трёх ненавистных старух, из-за чего ему было несколько не по себе, однако это чувство быстро улетучивалось. Так как он прекрасно видел, что они не более чем простые магички, вряд ли способные выдать что-нибудь этакое.       Блондинка кажется хотела наконец что-то сказать, но внезапно со стороны одной из ледяных пещер послышался громкий звук, чем то похожий на скрип или даже скрежет. А затем из тëмных тоннелей показали свои головы гиганские ледяные змеи. Ведьмы застыли на месте, судя по всему, не имея понятия, как сражаться с этими тварями. Валтор сделал глубокий вдох, а затем сжал ладони в кулаки, накапливая свою магию. Отправляться вновь в ледяную тюрьму он не имел никакого желания.       И самое время было проверить, на что он сейчас способен.

***

      — Чëрт возьми, когда же уже всё в норму придёт?! – возмущалась Блум, пытаясь в парке Гардении, в безлюдной части, превратиться в фею. Ожидаемо ничего не получалось. Она вспыхивала ярким светом на секунду, но быстро гасла, и при том не превращалась.       — В чëм твоя проблема? Ты же не первокурсница на первом уроке, – Думан щëлкал семечки, сидя на траве неподалёку и наблюдая за ней.       — Да не в этом дело... – махнула рукой Блум, тяжело вздыхая. — Проблема у меня образовалась. Силы плохо слушаются. Со мной перед летними каникулами случилась...неприятная ситуация. Из-за неё я попала в лазарет с истощением. Однако уже прошло много времени, а моя магия ведёт себя отвратительно, – она насупилась, отвернувшись.       Думан посмотрел ей в спину, подумал о чëм-то, хмыкнул, а затем вдруг совершенно внезапно скомандовал:       — Эй! Защищайся!       И следом, без колебаний, запустил в неё магический шар.       Блум резко развернулась, видя, как ей в лицо летит фиолетовая сфера и с испугу вспыхнула, словно спичка, одновременно с этим рефлекторно выставила руки вперёд, образовывая огненный щит, который и принял на себя удар сферы, заставив саму Блум слегка пошатнуться от ударной волны. Пару секунд фея хлопала глазами, шокированная и испуганная, после чего в ней поднялся гнев.       — Ты сдурел что-ли?!       — А что? Зато ты превратилась, – он ухмыляется, ведь Блум действительно от резкого всплеска сильных эмоций смогла наконец принять свой образ феи.       Когда та поняла это, оглядев себя, она чуть подуспокоилась. Но взгляды на Думана всё ещё кидала сердитые.       — Ладно, проехали, – буркнула она, осматривая себя. Вроде всё нормально, привычный облик. Хотя кажется рожки у неё на голове чуть-чуть удлинились, она это почувствовала ещё в прошлый раз. Но без зеркала она точно конечно не могла знать.       Думан, встав с земли, приблизился и обошёл её вокруг, тоже с интересом рассматривая, потому что в его практике таких уникальных фей не встречалось. Бронированная фея. И рогатая. Прелесть.       — Не думал, что увижу когда-нибудь подобное, – сказал он. Хотя он уже видел её в этом облике, но тогда как следует рассмотреть не успел, поэтому пользовался моментом сейчас. — Где костюмчик выбирала? На охотничьем рынке?       — Иди ты... – обиженно надулась Блум, когда он рассмеялся. — Зато защита хорошая.       — Тебе ещё везëт, что у тебя нет крыльев, – сказал Думан уже более серьёзно, но всё ещё улыбаясь. — Это уязвимая штука для фей. Ветром сносит сильнее, а ещё зацепиться можно. Не говоря уже о том, что если поранишь или оторвëшь – то всё, считай, что летать не можешь. Точнее можешь, но мороки больше и силы тратится много.       — Да знаю, – Блум была согласна с этим, она успела давно привыкнуть к своему превращению, поэтому оно ей даже стало больше нравиться, чем стандартные облики фей. — Зато есть лишний атрибут – чëртовы рога. И я даже представить не могу, зачем они мне нужны.       — Чтоб людей отпугивать, – усмехнулся тот, но когда Блум замахнулась рукой, он отскочил. — Шучу, шучу. Для красоты наверное. Они классные. Честно!       — Конечно, – Блум фыркнула. — По-моему у Дракона странные понятия о красоте.       Думан в лёгком недоумении посмотрел на неё, но не стал комментировать, вместо этого перевёл тему, проговорив:       — Зато вот я вообще не парюсь, я могу менять себя как угодно.       — О, ну так продемонстрируй что-нибудь, – тут же заявила Блум, пока сама, не глядя, поджигала у себе на руке пламя и пыталась контролировать его интенсивность, что получалось у неё с переменным успехом. — Я с момента, как узнала о том, что ты маг, ни разу не видела твою силу в действии. Не считая той сферы, что ты в меня бросил, но это не про превращения.       — Да не вопрос.       Думан с секунду подумал, после чего сосредоточился и за короткий миг его тело трансформировалось, плавно перетекая во что-то покрупнее, во что-то звериное. Блум с любопытством уставилась на его превращение, погасив огонь, так как совсем перестала за ним следить. Думан сменив форму и предстал перед ней большим чешуйчатым ящером почти полностью чëрного цвета, что внешне напоминал больше дракона, разве что без крыльев. Жëлтые глаза, огромные клыки, длинные мощные лапы, острый гребень вдоль позвоночника, который был той же расцветки, что и волосы мага в его человеческом обличье... Но если бы Блум не знала, что её друг так может, она бы всё равно его не признала.       — Ну красавчик я, а? – проговорил он, гордо выпрямившись.       — В мире животных, ага, – улыбнулась Блум, обойдя его вокруг и рассмотрев со всех сторон. В её голове вдруг родился вопрос, который она и озвучила: — А как ты управляешь телом в другом облике? Ведь у каждого зверя разное строение, не говоря уже о том, что ты можешь превращаться не только в зверей.       — Это...сложно объяснить, – он снова перевоплотился, на этот раз приняв облик оленя. — Ха, гляди, я теперь тоже рогатый!       — Угу, вижу, – Блум конечно со стороны себя не видела, но понимала, что её то рога более бесполезны, чем у Думана в образе оленя. Олень боднуть может, а у Блум рога кончиками загибались куда-то назад, к затылку. Даже не пободаешься. Обидно. — И всё же, как?       — Я не могу сказать на словах... Это нужно чувствовать... Я просто управляю своим телом так же хорошо, как и в человеческом виде. Я чувствую всё так, будто каждая часть моего тела для меня родная, как своя. Даже если у меня будет десять конечностей... Или вовсе не будет. Не суть, – попытался он объяснить, на ходу вновь меняя форму. Теперь он был огромным восьминогим пауком.       Блум отскочила в сторону, стоило увидеть это чудовище, и тут же замахала руками, восклицая:       — Фу! Фу! Фу! Убери это!       — Ну если ты настаиваешь... – с усмешкой протянул он, а затем сменил форму и стал ещё более страшной огромной сороконожкой.       Блум взвизгнула, взлетая в небо и зависая над землёй на достаточно приличном расстоянии.       — Хватит! Перестань пугать меня всякой гадостью! Неужели нельзя превратиться во что-то более адекватное?!       — Тебе не угодишь, – судя по голосу, Думан словно закатывал глаза на её реплику. Через секунду он всё же перевоплотился в тигра. — Так лучше?       — Так – да, гораздо, – кивнула фея, медленно опускаясь на поляну. Где-то в груди у неё накапливался жар, что не сулило ничего хорошего, поэтому ей стоило бы сбросить своё превращение, но Блум проигнорировала эти звоночки. — Мощный зверь. Когти огромные...       — Вообще это один из моих любимых обликов. Я так довольно быстрый, а когти, как ты и говоришь, огромные. Можно хорошенько покромсать капусту, – Думан поскрëб землю своими тигриными коготками.       — Видимо ты имел ввиду кого-то на капусту? – пошутила Блум, после чего сказала: — А у меня тоже есть когти. Вот! — и выставила свои руки вперёд, выпуская своё дополнительное оружие, которое периодически тоже использовала в сражениях.       — Это? – он скептически посмотрел на то, что она назвала когтями. — Ой, не смеши, это ж просто зубочистки какие-то...       — Да я тебя!.. – Блум замахнулась, стараясь его испугать, но не вышло.       Думан ловко отскочил вбок, после чего рывком бросился к фее, снося её с ног и пригвоздив к земле. Не ожидав такого от своего друга, Блум не успела среагировать, поэтому оказалась под этой огромной тигриной тушей. Он хоть и не на полном серьёзе её придавил, лишь слегка удерживал на месте, ощущения внутри у девушки возникли весьма неприятные.       — Ну хватит, я всё таки сильнее тебя, у меня много опыта, – рассмеялся Думан, не спеша её отпускать. Ему нравилось иногда дразнить Блум, отчего-то он в некоторые моменты начинал чувствовать к ней какую-то родственную привязанность, словно она была его младшей сестрёнкой.       — Отпусти, падла, ну я тебе покажу! – Блум тем временем пыталась хоть как-то выбраться из этой ловушки и мысленно уже прикидывала как ей отомстить. Но вырваться не получалось, из-за чего она только злилась, а пламя внутри разгоралось сильнее.       — Чего покажешь? То, как ты коготками спинку чешешь? Уверен, только на это они и годятся... – он продолжал дразнить её, крепко прижимая лапами обе её руки к земле.       Блум сердито зарычала, попыталась вывернуться, но он лишь прижал её сильнее, не давая ни единого шанса. Его жест вызвал в ней целую бурю эмоций. Раздражение от проигрыша росло, желание отомстить усилилось, а затем... Затем она почувствовала внезапный, неконтролируемый всплеск магического напряжения, которое у Блум в последнее время часто возникало, правда не такое сильное... Магия опять сбоила. Фея чувствовала, как внутри неё пульсирует чистая, бешеная сила, готовая вырваться наружу. Её раздражение за секунду сменилось испугом.       — Хватит! Отпусти! – голос Блум зазвенел от напряжения и тревоги. Жар в теле стремительно увеличивался и вскоре стал таким сильным, что она понимала, что дело плохо и может случиться всё, что угодно.       — Что? – Думан не сразу среагировал, подняв уши. Своими лапами он ощутил исходящее от тела Блум тепло, которое нарастало, превращаясь в обжигающее пламя.       Но он не успел до конца осознать происходящее. В этот момент искра внутри Блум взорвалась. Это был катастрофический выброс энергии, из-за которого мир вокруг ослепительно вспыхнул. Воздух в радиусе десяти метров мгновенно превратился в ревущее пламя. Мощный огненный поток, вырвавшийся из её тела, с силой отшвырнул тигра. Думан даже взвыл от неожиданности и полученного ожога. Пламя было слишком горячим, оно оставило на его шкуре болезненные подпалины. Он поднял голову, силясь понять, что только что произошло.       И он увидел.       Там, где ещё секунду назад лежала девушка, теперь бушевал настоящий огненный смерч. Пламя уплотнилось, обретая форму. С резким, нечеловеческим, торжествующим криком, от которого задрожали деревья, из эпицентра взрыва взмыла птица.       Это был феникс.       Думан с явным шоком наблюдал за происходящим. Всё вокруг было выжжено, кое-где ещё догорала трава. Сила Блум просто поражала. А её способности... Это нечто было за гранью понимания мага. И теперь он наблюдал, как феникс, коим стала эта фея, хищно парит над ним, будто готовясь к атаке. Эта птица выглядела как воплощение живого пожара. Огромные крылья походили на горящее золотое пламя. Длинный хвост тянулся за ней огненным шлейфом, воздух вокруг птицы дрожал и плавился от невыносимого жара. Глаза горели ослепительным солнечным светом.       Думан не успел придумать, как ему поступить в такой ситуации, как феникс спикировал на него и почти зацепил тигра огромными когтями. Его спасла быстрая реакция, он успел отскочить. Но птица вновь набросилась, и Думану опять пришлось уклоняться.       — Хватит, хватит! Я понял! – крикнул он, но это не сработало. Вероятно Блум вообще себя не контролировала, а иначе не пыталась бы убить его.       После очередной атаки, маг сменил форму, приняв облик крупной птицы, похожей на коршуна, и тоже взлетел, уклоняясь от острых когтей и пытаясь остановить и угомонить свою сошедшую с ума подругу.       Птицы столкнулись в воздухе с глухим ударом тел, а после яростно сцепились когтями, пытаясь одолеть друг друга. Думан старался не навредить, видя, что Блум управляет просто голый неведомый инстинкт. В глазах феникса не было осознанности, лишь неконтролируемая сила и ярость. Используя все свои навыки, Думан старался просто поймать когтями свою подругу, которая неведомо как превратилась в эту огненную птицу, но феникс бил мощными крыльями, пытаясь оттолкнуть врага от себя, когда тот оказывался слишком близок к тому, чтобы взять его в захват. К тому же когти у Блум в этой форме были кажется острее, чем он мог себе представить, поэтому в процессе сражения он ещё и лишился половины перьев.       Но долго это всё равно продолжаться не могло. В конце концов Думан всё же изловчился и смог ловко схватить Блум, сжав свои когти на одном из её крыльев. Правда надолго этого не хватило. Через несколько секунд огненная волна буквально с силой отбросила коршуна в сторону, опалив перья и причинив боль. К этому добавилась ещё и боль от падения, когда Думан рухнул на землю, не сумев справиться с бешеной силой, что откинула его от Блум. На мгновение он даже потерял ориентацию в пространстве, но когда пришёл в себя, то обнаружил пустой парк и догорающие остатки травы. Тишина вокруг не предвещала ничего хорошего. Блум исчезла.       — О нет... Этого ещё не хватало... – невольно вырвалось у мага, когда он превратился вновь в человека.       Было ясно, что это сулило ему явные проблемы. А может и не только ему...