Rabbit hole

С раннего утра весь дом пропитался запахом дешевого кальяна. При малейшем намеке о курение сына мать устраивает истерику чуть ли не на весь посёлок. Зато когда папаша дымит прямо в комнате за просмотром телевизора - как будто ничего нет. И с чего вдруг он вообще приехал? Ромка конечно гордился тем, что его отец военный, но было одно НО... -Ах ты сука плешивая. Отвечай чье это?! Кто к тебе приходил, дрянь?! Мать издала странный писк, когда ее схватили за волосы и чуть ли не тыкали найденной вещью, на самом деле недавно купленную для подарка. Но ни она не могла нормально это сказать, ни этот монстр со шрамом не давал ей объясниться, продолжая таскать за волосы по комнате, пока та судорожно, почти задыхаясь, всхлипывала. Снова...школьник отбросил почти собранный портфель, а ведь было всего 4 мать его утра. Знал ведь что так будет, поэтому не уснул. Иногда Пятифанов ловил себя на мысли, что на самом деле боится стать таким, как его отморозок-отец. Он не был самым добрым ребенком - мог пнуть животное, ударить одноклассника, но многие глупые девчонки со всей школы почему-то смотрели на него влюбленными глазами. Как и его мать на своего возлюбленного. Но разве это нормально? Они же будут как она - та, которая только и может реветь, пока над ней издеваются и унижают. -Отпусти ее уже!- Ромка схватил его за руку, отдирая ее от лица несчастной матери. Ему было все равно гуляла она или нет. С таким как он изменить не худшее решение. Но это было чисто его мнение. А дальше все пошло по наезженной пластинке. Отец со всей силы замахнулся кулаком. Стало больно, но не физически - ведь этот отморозок ударил свою жену. -Ублюдок!- завопил Рома так громко, что аж горло зарезало, пытаясь закрыть маму собой. Но его отталкивали и снова били по женскому лицу. Уже раза три, не меньше. Старший Пятифанов в ярости откинул сына куда-то на порог кухни. Тот пошатнулся, ударяясь о стенку. Последняя преграда миновала, как он подумал, но мальчик вдруг воткнул в его руку нож-бабочку. Мужчина завопил, вытащил нож из небольшой раны и откинул в раковину. А потом взял длинный железный рейлинг, который недавно отцепился и лежал столе. Мужчина зарычал не по-человечески, показался еще выше и в два раза больше двенадцатилетнего ребенка. Его волосы взвились словно грива. Он махал руками как сумасшедший, пока не ударил прямо по голове. В ушах пронесся звон. Он ударил так сильно, что мальчишка увидел звезды, больше похожие на галлюцинации. Кровь стекала из носа на губы, окрашивая их, словно помада, в красный. -Бездарность! Неблагодарная сволочь! Собственного отца решил зарезать?! Коридор будто сузился, не давая прохода и даже возможности убежать. А все следующие удары по плечам и рукам, которыми мальчик закрывал лицо, показались пушинками по сравнению с первым. Синяки наверное останутся. Чувство мерзкой беззащитности и беспомощности давило на психику, уже по рефлексу заставляя забиться куда-то ближе к стене, как в детстве. По крайней мере про оставшуюся на кухне мать он забыл. Остальное не важно. Но резкая боль привела обратно в сознание, напомнив, что нужно защищаться, если не хочешь пролежать неделю на кровати. Крик вырвался из горла, как приступ адреналина. Было даже не видно куда он ударил, однако мужчина сгорбился, остановившись. Мальчишка пролез рядом через его ноги и кинулся к двери. Как же он ненавидит это место. Теперь вместо крика в горле поселился комок. Руки сами потянулись к двери на улицу. Мороз ударил в лицо. Еле как схватив ботинки и куртку, Рома выбежал на улицу, ступая на снег почти босыми ногами. Крепкая рука схватила его куртку с другой стороны. Перетянуть ее на себя не получалось, поэтому пришлось отпустить и отбежать подальше. -Стой! Куда в мороз? Ну повздорили мы, чего сразу из дому бежать? Ну? Не буду больше бить. Помрешь от холода! - кричал ему отец, переживая. Но его родительское волнение закончится, как только вспомнится что-то плохое. -Да пошел ты! - глаза заслезились, стало тошно до горькости. Как попало нацепив обувь, Ромка стал убегать. Неважно куда: к Бяше, Пете, да к любому знакомому пацану. Лишь бы подальше отсюда. Очередной рык заставил вздрогнуть и обернуться. Горе-папаня все еще кричал ему в след, но позади него в тени стояло что-то незнакомое. Стоило моргнуть, как силуэт родителя исчез, как и свет в окнах и от фонарей. А непонятный зверь выскочил из ниоткуда, огромный, с мохнатой головой и злыми глазами. Он рычал громко, но почему-то никто из жителей не проснулся. Увесистые лапы оставляли большие следы на снегу. Пятифанов закричал, испугавшись то ли самой опасности, то ли факта, что видит чертова льва в лесном зимнем поселке. Разум твердил, что это невозможно, но несущийся на него зверь говорил об обратном. Все дома были наглухо закрыты, становились узкими, незнакомыми, хотя он точно бежал по известной ему улице. Воздух был настолько холодный, что дышать стало больно, а ступать по сугробам крайне неудобно. Рома обернулся - рыжое животное, которое он видел только в рекламе зоопарков, пропало, а он оказался в самой глуши леса. Пятифанов точно помнил, что никакую дрянь не употреблял, даже не пил. Кажется ему слишком сильно ударили по голове. Единственное, что оставалось это потирать собственные плечи и выдыхать пар. Он даже не помнил в какой части леса растут такие странные и высокие деревья. Как паршиво сложилось. На нем только домашний чёрный свитер, он посреди леса, а солнце взойдёт только через несколько часов. Искать его родаки не будут - посчитают что спрятался у друзей или залез в чей-нибудь гараж. Адреналин спадает, тело начинает неконтролируемо дрожать. Интересно, а может те пропавшие дети тоже померли вот так? Непонятно что хуже : быстрая смерть от маньяка или медленно терять тепло тела, пока не станешь трупом. -Черт, мне всего 12, я не хочу умирать. Черт! Черт! Черт! - ребра в груди сжались, словно живые, - Если бы не эти.. Эти... -Взрослые. Они всегда всё портят, - проворковал девичий голос. -Кто здесь? - Ромка огляделся. -Не бойся, здесь ты не умрешь, - а теперь низкий, храпящий, мальчишеский. -А ну выходите, заразы! Нечего прятаться! Его кто-то тронул за плечо. Подумалось, что после избиений даже такое прикосновение будет вызывать боль, но ее не было. Вообще. Даже нос не кровоточил. И тепло. Четыре смешных фигурки детей в животных масках смотрели на него заинтересованно, с лукавым любопытством. -Полетели с нами на луну, там нет никаких взрослых. Нету их вечных ссор, критики, только веселье, - каждый по очереди говорил свою фразу. -Чего?...- только и смог выдавить потерявшийся в лесу, уже сомневаясь не подсыпал ли ему кто незаконную траву или что там еще жрут наркоманы. Под удивлённый взгляд школьного хулигана, звери взялись за руки и стали водить вокруг него хоровод, напевая. - Папа может, папа может все, что угодно. Врезать маме, ломать детство, много грубить. Папа может, папа может быть кем угодно. Только добрым, только добрым не может быть! -Заткнитесь! - Рома зажал свои уши. -Пошли с нами, ух-у. -Ты наконец-то сможешь повеселиться, аррр. -Да идите к черту. Вы либо какие-то клоуны в масках, либо не настоящие! В любом случае я не настолько тупой, чтобы довериться каким-то косплеерам! Кажется его речь не понравилась детям-оборотням, они стали прыгать в разные стороны на четвереньках. А потом и вовсе через него. Воспользовавшись моментом, Ромка выбежал из круга. Да лучше ходить одному, чем с какими-то чудиками, зная, что поблизости гуляет убийца. Но те не делали отставать. -Ух-у!- пронеслось рядом с его ухом. Сова быстро метнулась вверх, не позволяя даже коснуться себя. Лисица сыпала под ноги конфеты. А волк с медведем иногда толкали его из стороны в сторону. Странно, что их тоже было невозможно тронуть, слишком быстрые. Вскоре они и вовсе открыли свои пасти, показывая насколько они настоящие. Прятались за стволы деревьев, а потом выскакивали перед ним. -Ррр-ар! -Ух-у! -Рома! Прыгали на него, а потом снова прятались по очереди. То лисица, то медведь, то сова, то волк. Теперь еще и заяц. -Рома! -Ррра! -Ух-у! -РОМА! - заяц вцепился ему в плечи, крича его имя, - Рома, чёрт возьми!