Rabbit hole

Антон сел на скамейку у раздевалки, хмуро посматривая на ботинки. Он тут планирует хозяином леса стать, а должен волноваться о какой-то сменке. Еще и звери теперь совсем его не слушают. Даже Алиса не отвечает на зов. Однако и нападений сегодня не было - видимо не догадываются, что рог сломался. Со вздохом, шестиклассник зашнуровал сменную обувь и повешал куртку на свободный кручок. Первый урок длился мучительно долго, даже малюсенькие 15 минут становились адом. Петров всмотрелся в одиноко сидящего Бяшу, от него попахивало волнением. На перемене беззубик поманил его к себе за парту, но Антона отвлекла Полина. С ней время пролетело быстро. Прозвенел звонок, учитель задерживался. -Тоха, - Бяша поманил его к себе за парту. Петров несколько секунд сомневался, но потом подсел к нему под косые взгляды одноклассников. -А где Рома? - спросил он. -Тут такое дело. Я заходил к нему, но его дома не было, сказали, что уже в школу ушел. Я в окно посмотрел, его нет, на. У Петьки тоже нет. -Петьки?... -Да это тоже типо местный главарь. Только из старших. Он часто к Ромке клеится. Почему-то такая фраза зайчику сильно не понравилась. -Но не в этом суть, - Беззубик замялся, сомневаясь доверять ли новому другу или нет, - Ромка иногда когда с родаками ругается в лес убегает. Летом постоянно так было, когда его отец дома жил. А там... В лесу... Бяшу словно залихорадило, он говорил запинаясь и тихо, чтоб никто не услышал. Хотя класс шумел сильно - вряд ли кто хоть слово из разговора понял. Вот значит какой у них секретик. Антон вспомнил большой силуэт Ромкиного папы. Представил как тот злится. Предчувствие было плохое. Волосы чуть не встали дыбом, как у животных. -Слушай, я смогу найти его, - от этих слов Бяша готов был выть от радости, но с недоверием покосился, - Только меня дома накажут, если я школу прогуляю. Бяша растерянно заморгал. Тоша задумался. -Мне нужна помощь. Помоги пробраться в столовку. -Сейчас? -Сейчас, - голос стал строгим, совсем как у мамы, когда та ругает папу. Бяша лишь интенсивно закивал и он выбежали из класса. -Сторожи, чтобы никто не зашёл, - дал наказания Антоша, а сам пролез через массивную дверь на кухню. Бяша сглотнул, молясь, чтобы никто из взрослых не подходил сюда. Через несколько минут стало попахивать гарью, а после по всей школе завыла пожарная тревога. -Уходим, - Тоха схватил его под локоть и утащил за ближайший угол, где прибежавшие работники их не заметили. -Тох, ты че реально устроил ... -Тшш, если будут спрашивать где я, скажи, что упал в обморок или тому подобное, - Антон незаметно пролез в раздевалку, забрав все свои вещи. -Ух ты, на... Он прям как супергерой из комиксов, - Бяша шокированно смотрел в уже пустующее место, пока его не поймал проходивший мимо учитель. Нужно было торопиться. Если он сейчас отдаст его друга Хозяину леса - это будет полнейший провал. Зайчик себе такое не простит. Он чуял, где ОНИ. Он знал, что они с пропавшим. Где скачут его друзья, которые променяли его на нового хозяина. А ведь он кормил их, а ведь он не относился к ним, как к слугам. Теперь его черед менять свое окружение. Оборотни - не просто страшные, они еще и очень хитрые, потому и опасные. Они могут менять сам мир, делая его более сладким и безобидным, но на самом деле ведут по лестнице в преисподнюю. А от галлюцинаций ребенок может запросто позабыть какой мир настоящий. Они ни люди, ни звери. Кем захотят - тем и будут. А поймать их обычному человеку невозможно. Ведь даже решают кто способен их увидеть они сами. А секрет такой силы кроется в их пищи... Антон накинулся на зверей сразу, не разбираясь в их намерениях. -Этот волчонок мой, я его вам не отдам, - прорычал он сквозь зубы. Они начали кидаться друг на друга, как в танце, а Ромка еле как успевал уворачиваться и нагинаться, дабы не быть сшибленным. Если зайчик не усмирит этих зверей, то о лесном троне ему и мечтать бесполезно! А еще одну мечту он потерять не хочет. Он ощутил себя всесильным зверем, мир стал ярче, будто он только что отбил свое право на красочную жизнь. -Тоша-Тоша, - Алиса покачала головой, перед тем, как исчезнуть вместе с другими, но глаза ее были довольные. Антон поймал убегающего от этого дурдома Рому за плечи. Тот стал вырываться, все еще прибывая в шоке от увиденного. Тоша звал его по имени, стараясь вывести из глюков; схватил за руки, а то этот парень рыпкий, и треснуть может. -РОМА! Неприятное жжение в животе вызывала виднеющаяся кровь у того на лице. Кто виновник? Антон стер подзамерзшие ручейки крови с чужих губ ладонью и поднес ее к носу. Принюхался. Не свежая... Вдруг живот снова скрутило, но теперь до боли приятно. Черт, он совсем забыл, что не может контролировать себя, если чует человеческую кровь рядом. На руке Ромы, которую он все ещё держал, тоже виднелись красные следы. Он быстро задрал чужой рукав - царапины с содранной кожей по всей длине. Много царапин. Зрачки сузились, клыки заострились и он открыл пасть, поднося их к уже искалеченному запястью. -Твою мать, Тох, это ты? Антон вздрогнул. Судя по тому, что Пятифанов потер глаза, очухался тот только сейчас. -Ром, ты в порядке? - это был глупый вопрос, - Я услышал, как ты кричишь. Пятифанов снова оглянулся, ищя недавно прыгающих вокруг него чудаков в масках. Но даже лес уже был другим. -У меня башка раскалывается, - решил не рассказывать про глюки Ромка, схватившись за голову. Стоило ему прийти в себя, он ощутил насколько сильно промёрз. Каждая косточка ныла, будто он сейчас коньки отбросит. Но перед Тошкой даже в такой ситуации старался не показывать себя слабаком. Однако Антон сам снял с себя куртку, насильно нацепляя на него, а после и шапку, и даже шарфом лицо укутал. Ему от этого ни хорошо, ни худо, а вот Пятифанов легкой ангиной не отделается, если будет выделываться. -Помереть от холода не самая героическая смерть, - сказал он, чтоб Ромка наконец перестал сопротивляться. И это сработало, - До моего дома ближе будет идти, может туда? -Да куда угодно, только в тепло, - стуча зубами прошептал спасённый. Антон повёл его через лес, незаметно слизнув сладкую кровь со своей ладони. Точно, он вспомнил что напоминал ему запах и вкус его друга. Раньше отец делал натуральное вино из фруктов, оно было одновременно и сладким и горьким, неописуемо вкусным, но слишком крепким для ребенка. Тоша на секунду приблизился к шеи впереди идущего друга, принюхавшись. И сразу отодвинулся, пока тот ничего не заметил. Так вот как от него пахнет - странно и по-взрослому, нелегально желаемо. Тоша откинул животные мысли в сторону, заметив подрагивающие пальцы рядом идущего. Странно: они уже посинели от холода, но Ромка не хотел засунуть их в тепло. Неужели не чувствовал? Пришлось остановить его и взять за руки. Однако тот посмотрел на него как-то брезгливо, хотя кажется и понял проблему. -Э, ну нет. Это уже совсем по-гейски. -Они у тебя синие уже. Вдруг придётся ампутировать? На это Рома сразу изменился в лице, явно передумав. Видимо в медицине он совсем не разбирался. Антон взял его руки и поднес ближе к своему лицу под негодующий взгляд второго. Стоило немного подышать на них горячим воздухом и те уже не казались такими пугающе безжизненными. Значит ампутация не нужна будет. Потом Ромка все же спрятал руки в карман. А то дыхание Тохи было чересчур горячим, прям обжигающим. Наверное из-за резкой смены температур.