Больше, чем можно выразить словами

Летний душный воздух мешал потоку мыслей о недавно увиденной игре (не?)знакомца. Разум отвергал любые зарождающиеся в душе крохи смутной надежды о возвращении в его жизнь Хёка. Вдруг в кармане штанов вибрирует телефон, оповещая о звонке. Чей-то голос судорожно рассказывает о пропаже игрока в их команде – Жнеца, человека, которого Чен всё время провождения в Китае пытался выкинуть из своей головы. Совершенно не раздумывая, Шахматник бросается по лестнице в сторону торгового центра. Мелкий дождь начинает накрапывать, создавая опасность вскоре вымокнуть до ниточки, однако быстро колотящееся сердце заглушает любые другие проблемы в этот миг. Через несколько минут Чен теряется в огромном количестве людей, но позвонивший знакомый сразу встречает его у входа, подробнее рассказывая о произошедшем. Киберспорстмен подбегает к табло о зонах торгового центра на разных этажах. Отыскав беглым взглядом игровую территорию, Чен несётся туда, не сомневаясь, что найдёт пропажу именно в этом месте и не ошибается. Пройдя мимо нескольких игровых автоматов и повернув за угол, парень останавливается, не веря собственным глазам. Знакомая фигура пытается выиграть плюшевую игрушку, но будто почувствовав на себе взгляд Чена, поворачивает голову в его сторону. Губы растягиваются в лёгкой привычной улыбке, а глаза странно поблёскивают. Шахматник уже не видит других людей, окружающих его – всё внимание приковано к вернувшемуся к прежнему занятию Хёку. Медленно подходит к другому автомату, всё ещё не говоря ни слова, и почти одновременно они выигрывают плюшевые игрушки: им достались коричневые медвежата, державшие две идеально подходящие друг другу половинки одного красного сердца. Хёк, увидев это совпадение, лишь чуть смущённо хмыкнул, наблюдая за реакцией Чена. Тот попытался скрыть свою растерянность, в ответ уставившись на давнего знакомого и когда-то учителя, единственного обратившего на него внимание человека, того, с кем он мог просто глупо улыбаться, не обмениваясь ни словом, что и происходило в этот миг. Видя непонимание Чена, Хёк подошёл ближе, протягивая медведя к подобному же в руках Шахматника, соединяя алые сердца.

***

Поставив выигранного медведя почему-то на самое видное место в комнате, Чен пытался расставить по полочкам хаос из мыслей, связанных с вновь и так неожиданно появившимся Жнецом в его только начавшей быть размеренной жизни, перевернув всё внутреннее спокойствие с ног на голову. Впервые понравившаяся девушка, которая, казалось, отвечала взаимностью; родной Китай; успехи в киберспорте – всё сейчас отошло на задний план. Отрешённо глядя в окно, Шахматник запустил пальцы правой руки в волосы, нахмурил брови, вымученно выдохнул. И неосознанно взял телефон, быстро найдя выученный наизусть номер, позвонил.

***

– Я даже немного удивился, что ты предложил мне экскурсию по городу, – крепко держа в руках банку холодной газировки, начал Хёк. "Я и сам удивился" – хотелось ответить Чену, но он лишь выпалил: – Я гостеприимный человек, – а после ощутимой паузы задал вопрос, с их встречи у автоматов создавший большое количество предположений и догадок: – Зачем ты приехал? Даже языка не знаешь ведь... Хёк не ответил, потупив глаза в раскалённый солнцем асфальт. Теперь Чен был ещё больше растерян и выразил это пытливым взглядом на бывшего учителя, однако тот продолжал молчать. – Мог хотя бы предупредить, – комок едва ощутимой обиды образовался между рёбер, грозя превратиться в огромную дыру, но после предложения Хёка присесть на ближайшей скамейке в красочном летнем парке его затмила опасная надежда. – Лучше расскажи, что у тебя нового? Как жизнь в Китае? – посыпались от киберспортсмена вопросы. На это Чен перечислил всё то, что в его комнате отошло на задний план, упомянув и девушку. В этот момент внимательно слушавший Хёк поник, а на вопросительный взгляд отвернулся, но тот успел заметить странную искорку...боли? Досады? Разочарования? Сожаления? – Всё в порядке? – легко касаясь чужой руки, которая лежала на колене владельца, спросил Шахматник. Совсем не задумываясь, Хёк переплёл их пальцы, хватаясь за ладонь ?друга?, словно за спасительную соломинку утопающий. – Конечно, – продолжая глядеть себе под ноги тихо ответил Жнец. – Как всегда. Чен не мог не усомниться в его искренности. Он знал эту скрывающие истинные чувства улыбку – сам такую постоянно надевал, так часто, будто это самая удобная и любимая футболка. Почему-то Шахматник был уверен, что в этот миг ни за что бы не отпустил чужую руку.

***

Духота и палящее солнце вынудили парней отправиться за дополнительными прохладительными напитками. Найдя ближайшую стойку с лимонадами, киберспортсмены стали разглядывать меню. Хёк непонимающе уставился на названия напитков на незнакомом ему китайском, а выбирающий себе холодное спасение Чен и не заметил, что Жнецу нужна помощь, поэтому остолбенел, когда тот неожиданно выпалил: – Я тебя люблю, – на ломаном, но разборчивом китайском. Шахматник резко обернулся и застыл, всматриваясь в сосредоточенное на меню лицо. Чену показалось, что весь мир сейчас был кем-то поставлен на паузу, включая его самого. Сердце громкими и чёткими ударами стучало по грудной клетке, грозясь разломить кости вдребезги; разум потонул в совершенно безумных мыслях, что он мог бы ответить. Продавец куда-то отошёл, поэтому не видел эту странную ситуацию. Наконец через несколько мгновений, показавшихся вечностью Чену, Хёк оглянулся и, увидев исказившееся в миллиарде эмоций лицо друга, поспешно спросил: – Что я только что сказал? – испуганные глаза и столь же быстрое уточнение: – Так напиток называется, если я правильно прочитал. До Шахматника не сразу дошло значение оправдания Жнеца, поэтому он ещё несколько секунд глупо рассматривал непонимающие щенячьи глаза Хёка, и, натянуто улыбаясь, наконец ответил: – Нет, ничего такого. Единственная возникшая после мысль гласила: "Я мог бы ответить взаимностью". И пугала она больше всех остальных.