Я милиционер

Тихонов нервно закусил губу. Как давно все это началось? Ответа он никогда не смог найти самостоятельно, да и не сильно старался его искать. Милицейский нервно стиснул ручку в руках, от чего та бессильно затрещала под давлением крепкой хватки. Сейчас в голове у того метался рой мыслей: "Лишь бы Борис не обернулся именно сейчас! Что я ему скажу если он все увидит? Но, что если он не разозлиться?...". Костя расплылся в легкой ухмылке. Доронина не было рядом с ним, иначе бы мужчина не решился приехать к дому Петровых. В душном бобике уже казалось совсем нет места даже для самого водителя. Константин жалобно выдохнул, запрокидывая голову. Он не мог выйти наружу, не мог подойти к дому где живет обычная и счастливая семья. На руке уже пропечатался неприятный красный след в виде ширинки. Рубашка показалась настолько влажной и прилипшей к телу под курткой, что уже ощущалась как вторая кожа. Такой эффект случился совсем недавно, неделю или чуть больше назад. Костя приехал проверить как поживает семья, ожидая увидеть на пороге Карину. Поговорить с ней, может даже поплакать о прошлом. Однако, уже у самой калитки домика все пошло не так как должно. Его встретил, чистящий лопатой снег, Борис. Яркая улыбка, открытость в жестах, громкий смех и частые похлопывания по плечу. Полная противоположность хмурой Карине, что даже за руку не торопилась здороваться с ним. В тот момент в груди кольнуло первый раз. Мужчина провел милицейского на кухню, где спокойно стоял к тому спиной. Теплая кофта прилипала к мускулистому телу главы семейства, иногда задираясь и сминаясь в локтях и пояснице. Борис общался, с восторгом рассказывал о своем браке и детях. Затем вышла Оля и расспрашивала Тихонова о его делах, о том что происходит там, в большом мире от которого она сейчас спрятана. Сердце снова пропустило удар. На душе было тепло от такой семейной атмосферы, совсем не то что у него в пустом доме. Тихонов хотел забрать служебную собаку домой, да только вот понимал, что на работе за ней уследить ему будет проще, да и срок еще не подошел, чтобы так просто ее забрать к себе на поруки. Оля убежала смотреть мультики. От громкой песни из мультфильма "Русалочка", по лицу проскользнула ухмылка. - Вспомнили что-то хорошее, товарищ милиционер? Ай, да вы небось по делу пришли, а мы тут болтаем лишний раз! Голос Бориса вывел в тот момент мужчину из транса. Он протягивал тому кружку теплого чая, от которой немного шел пар. Широкая улыбка ослепляла, но в глазах читалась грусть. Борис хотел говорить, желал просто болтать, а от такого взгляда Тихонов не то что покраснел, он просто не смог отказать. - Нет, нет... Все в порядке. Я такие беседы слушать люблю. Сразу видно человека становится- Костя мямлил, принимая кружку. Хотя голос его и был уверенным и громко поставленным, но все же было что-то неуверенное сейчас в нем. Возможно, ему просто так казалось. Тихонов и Петров просто говорили. Говорили о мире во всем мире, о том как тяжело чистить дорожку к дому, поддерживали пробегающие беседы с Олей о персонажах, просто смеялись, сидя рядом друг с другом на стульях. Они даже не заметили, как их плечи соприкоснулись. Точнее, Борис продолжал рассказывать что-то о фантиках и дорогих марках, а вот Костя притих. Сердце колотилось словно пойманная котом синица. Тепло, которое не хочется отпускать, но от которого нужно уйти самому. Диалог был прерван Кариной, пришедшей из магазина, и ее сыном, что снова пришел весь мокрый и счастливый после прогулки с друзьями. Костя застонал в салоне старого автомобиля. Он кончил, закрывая головку своего члена ладонью. Тело разлеглась в кресле водителя на столько, на сколько могло. Нет, он не мог себе позволить зайти в дом пока нет Карины. Просто не мог позволить рассказам о счастливой семье прерваться из-за его глупого желания просто побыть с кем-то. Мужчина достал флягу, открывая ту и наотмашь отпивая содержимого. Горячий напиток растёкся по телу и ударил в голову иголкой расслабления. Мужчина лег головой на руль, лениво доставая салфетки и прибираюсь пока в салоне как может. -... Ну почему именно ты, Боря?... Почему именно так и именно сейчас?... Стук в стекло раздался так неожиданно, что милицейский вскочил и ударился коленями о руль. Он ошарашено взглянул в боковое стекло, бледнея за секунду. Борис... Как давно он тут? Что он видел? Теперь он его ненавидит и навсегда прогонит прочь. Словно дворнягу что гналась за ребёнком по двору в надежде пристанища но встретила недовольный взгляд старших и пинок под дых. Сердце чаще забилось, в ушах зазвенело. Первой мыслью было бежать. Вылезти через соседнее сиденье и бежать бросив машину. Долго извиняться перед напарником за то что бросил машину и пахнет снова водкой. Только бы не удары глубоко внутрь... Только бы не от Бориса... Тучный Петров продолжал сверлить взглядом. Он снова постучался в окно, дожидаясь пока обессиливший милиционер откроет сам стеклянную стену между ними. - С вами все в порядке? Я в окно увидел что вы тут, так еще и как-то легли на руль странно. Подумал, может вам плохо стало и скорую надо вызвать... Костя молился чтобы куртка была достаточно длинной чтобы спрятать распахнутую ширинку брюк. Он немного ссутулился, улыбнувшись мужчине. - Все в порядке. Я просто веду наблюдение. Многие говорят что слышали как пропавших ребят лес зазывал, вот я и решил проверить. - Может, тогда в тепле проверите? У нас и окна на лес выходят, а то мне даже как-то неловко что вы тут прозябаете ради нас всех, а никто вам даже чаю не предлагает. Неуверенный кивок, больше как на автомате. Обычно Доронин уходил, видя что мужчина просто кивает на все его слова. Но это не Доронин, и Костя не кивал все это время. Он сказал Борису : "да, я хочу посидеть с тобой". Один кивок и Борис отошел чтобы дверь можно было открыть. Это дало шанс застегнуть штаны, однако Костя впопыхах не заметил взгляда на свой пах и хитрой ухмылки. Снег не долго хрустел под их ногами. Константин первый поднялся на крыльцо, словно по инерции собираясь постучать. По спине пробежался холодок. Куртку приподняли, подло и нагло забираясь руками к рубашке. Холодные пальцы коснулись талии. Тело милиционера вздрогнуло. Он развернулся полубоком и оперся плечом на дверь, видя уже другую улыбку Бориса. Чувствуя на себе крепкий хват рук. Шумное дыхание исходило от обоих мужчин паром, рассыпаясь в снежном воздухе. Лицо Бориса стало так близко, что у Кости почти подкосились ноги. - Дрочил на нее?- тихий и нежный бас стал грубее. Тихонов приоткрыл рот, не осознав сути вопроса- Ты дрочил на мою Карину? Сердце упало в пятки. Нет, это не романтическая повесть где сейчас бы Борис поцеловал его как главную героиню. Нет, все хуже. В глазах мужчины была не любовь, а ревность. Хват на талии стал нестерпимо болезненным, а глаза предательски намокли. -... Б... Борис я... Я бы никогда... Я же... Знаю же как вы счастливы вместе... - Ты отвратительно врешь. Я уже подумал, что ты нормальный. Что мы с тобой подружились... К горлу подступил ком. Пусть он замолчит прямо сейчас, пусть не говорит этого так. Костя проморгался, вжимаясь в дверь и чувствуя как руки переходят с талии на шею. - Боря... Все правда не так как ты подумал... - А как же тогда, если ты не мацал свой хуй приехав к моему дому? Не Карина, так Оля? Может это ты маньяк? Может, если тебя придушить и прикопать в сугробе, все будет счастливы и в безопасности? Хватка на шее стала слабее после первого всхлипа. "Почему я так низко пал? Прошу, не говори так обо мне..."- слабо тлело в голове Кости. Ему уже становилось плевать на то как он выглядит. Мужчина приоткрыл глаза и грустно взглянул четко в бездонные карие зрачки Бориса. - Нет... Боря... Я... Я тут из-за тебя... Я перестану приезжать к вам, перестану... Прошу... Не говори так... Я бы никогда не сделал такого. Петров словно и ждал такого ответа. Мужчина уверенно завел Тихонова в дом, держа того крепко за руку. Скрипнула дверь в чулан, а после и был сдвинут люк в подвал. - Полезай- приказным тоном промолвил мужчина и серьезно посмотрел на милицейского. Радио скандировало новую сказку по программе "Радионяня". Оля давно уснула и лежала рядом с матерью, но прибор выключить пообещался отец семейства. Прихватив с собой хлеба и чаю, мужчина спустился в подвал. В кармане для уверенности шуршали конфеты. Ему хотелось попробовать, он ее маньяк или что-то такое, лишь личный интерес. Тихонов сидел в углу, завернувшись в свою куртку. Петров не ставил условий, не запрещал выходить наружу, не запирал ни одной дверцы. Но в газете уже было объявление недельной давности: " Пропал Константин Тихонов. Одет был в милицейскую форму, глаза карие, рост метр восемьдесят. Звонить по номеру ... ". Разумеется, Борис уже хотел рассказать все, когда прибыл Доронин. Однако перед этим он пересекся со взглядом Костика. Этот грустный, потерянный взгляд, молящий никому не говорить. В показаниях так и было записано что мужчина вышел из бобика и просто ушел в лес. А сейчас потеряшка просто сидит, обнимая колени руками. "Он сдался"- констатировал Борис, подходя и садясь рядом. Глаза милицейского не горели желанием спасти пропавших детей. Руки больше не стремились записать детали всего вокруг. Он просто стал потерявшимся ребёнком. - Костя, я принес перекусить. Хочешь конфетку? У Антона их нашел, видимо в школе друзья с ним поделились. Возьми одну. Тихонов поднял взгляд на мужчину и медленно уложил голову к тому на плечо. Ноги вытянулись по полу. Он, все же, принял странную конфету. "Даже если там мышьяк... Я так рад что ты позволил мне остаться"- мелькнуло в голове Тихонова прежде чем тот проглотил конфету. Борис крепко обнял мужчину и тяжело вздохнул. - Какая-то странная у нас с тобой психотерапия получается. Ты вообще выходить будешь, или так и планируешь есть за мой счёт? -... Боря, я люблю тебя... Петров покраснел, смотря удивленно перед собой. Всю неделю, пусть и в такой обстановке, но они просто говорили как и всегда. Борис поражался как его собеседнику хватает питаться лишь чаем и хлебом, а тот иногда посмеивался, предпочитая не говорить об этом. Сейчас было что-то новенькое. Оба посмотрели друг другу в глаза. - Ты серьезно? - Серьезнее чем кто бы то ни было. И после этой ночи я вернусь в участок... Скажу что заблудился в лесу. Для меня главное чтобы ты знал это... Знал, что ты мне дорог. Страх накатывал с каждым словом, но теперь Костя лишь мягко поцеловал бориса в губы. Борода и усы немного покалывали, но это лишь создавало приятный эффект. Борис медленно опустил руки на ягодицы мужчины и углубил поцелуй по возможности. - Тогда сделаем сегодня это... Но никогда и никому не говори обо всем этом. Особенно Карине и детям - Да, я все понимаю... Куртка упала на пол, превращаясь в подобие простыни. Борис рывком лишил Тихонова ремня и утянул с того брюки. Милиционер стал помогать своему партнеру снять штаны. Однако, Борис того остановил. - Нет, я буду одетым. Мы не любовники и не пара, Костя... Просто друзья -... Хорошо... Я понимаю... Он понимал головой, но взгляд стал снова грустным. Борис наклонился, целуя шею мужчины и трогая того за талию. Оба лишь шумно дышали, понимая что не стоит испытывать судьбу лишний раз. Тихонов крепко обнял мужчину под плечи, утыкаясь носом в колючую кофту. Борис бухтел, болезненно входя в мужчину. Оба просто не знали как это делать правильно. Оба были лишь с женщинами и то, у Кости это был опыт еще с учёбы в городе. Борис, зайдя головкой в анус, резко двинулся и пробился до середины. Ладони на лопатках сжались в дрожащие кулаки. Константин прослезился, закусывая нижнюю губу. Он боялся останавливать потому что партнер мог просто уйти, хлопнув дверью. Ноги задрожали. По телу шла жгучая боль и приятного было мало еще какое-то время. Борис просто продолжал движения, подняв на себя взгляд милицейского и целуя того в губы. На деле он так делал с Кариной и сейчас все произошло случайно. Однако, этого было достаточно, чтобы порадовать Тихонова хоть немного. Борис не соврал. Секс был почти до утра и в разных позах. У Кости голова шла кругом уже к третьему разу, когда те прислонились к стене и Борис заставил мужчину закинуть ногу на себя. Тихонов иногда срывался, но его рот тут же зажимали и кусали за плечи. Медленные движения становились грубыми и резкими, все быстрее и быстрее вминая мужчину в разные поверхности подвала. Пару раз те чуть не уронили какие-то дурацкие соленья, а на животе отчетливо оставались следы трения о железные края крышек банок. Оба сдерживали лишь голоса, но не свое желание выражать как можно жестче и сильнее. Костя грустно вздохнул от того что в момент вышел член и осталась лишь сперма. Борис дал ему воды, помог одеться и подняться наверх, а после уже дело было за самим милиционером. Тихонов пошел через лес, жалея что это точно последний раз когда он решился сказать Борису хоть что-то. Пару раз упав в снегу, на третий мужчина решил полежать. Он обнял сам себя за живот и съежился, прикрывая глаза. "Зачем я возвращаюсь? Почему я был так глуп и думал что смогу все предотвратить... Я не поймаю его, не останусь с Борисом, у меня не будет детей..." - Ты че, ментяра позорный, тут просто бухой дрыхнешь? Пха, типа страну с колен поднимаем, а сами полежим? -... Пятифанов, пасть захлопни... - Да че я то? Ладно, раз вы тут пьяный, значит маньяка еще где поищу! В голове словно щелкнуло. Мужчина присел, осознавая что говорит не с галлюцинацией, что это реальный Ромка и он собирается идти в лес один. В ногах появилась новая сила, Тихонов поднялся, хватая парня за шкирку. - Пятифанов, убил бы!..- он обнял мальчика, отмахиваясь от всего. Новые мысли пришли в голову. Мысли о том, что он должен защитить детей. Дать Ромке шанс стать не уголовником как его отец, дать шанс им всем стать счастливыми взрослыми. Он же милиционер... "Нет, не так- в мыслях промолвил Костя, ведя Пятифанова в участок чтобы накормить и заставить выучить домашнюю работу- Я Милиционер".