Волчок

Я проснулась в хорошем настроении, но к сожалению ночная прогулка дала знать о себе — очень хотелось спать. Немного полежав в кровати, я встала и начала собираться. Надела школьное платье и взяла с собой мешок с обувью. Я подошла к зеркалу и начала поправлять причёску и макияж. Мои непослушные волосы никак не хотели укладываться. «Ну давайте, я не могу опозориться в первый же день из-за гнезда на голове.» Я стала рассматривать себя в зеркало: кудрявые длинные, почти до пупка, русые волосы; небольшой курносый нос; пухлые губы; синие глаза; стройное тело. Вообщем я была очень даже симпатичной. За мной бегало достаточно мальчиков в школе, но я любила пока только Лёшу. Я наконец-то справилась с непослушными волосами. Взяла рюкзак и спустилась по лестнице. На кухне стояла бабушка и жарила что-то. — О, ты уже готова? Доброе утро, внучка. — бабушка улыбнулась мне. — Доброе утрооо, — протянула я, — да. Схватив лямку своего портфеля, я накинула его на плечо, после пригладив свой подол, заскрепя половицами, я вышла из дома. Шагав по тëмной улице, вспоминала вчерашнюю встречу с Алисой, и так в раздумьях дошла до школы. Увидев серое и мутное здание, мое настроение упало. Прошлая школа была в разы лучше. Делать нечего, нужно идти. Я поднялась по бетонным ступенькам, заскрипела входная дверь, и я вошла. Здесь было некомфортно. Я подошла к доске объявлений. На доске висела фотография какого-то мальчика. Пропавший. Сразу вспомнился рассказ бабушки. А вдруг с ним случилось то же, что и с дедушкой? Меня пронзила дрожь. Вдруг устрашающе прозвенел звонок. Я ещё раз посмотрела на доску. «9В-кабинет 11.» Я побежала по коридору в поисках своего кабинета. Наконец показалась заветная дверь. Я подошла и прислонила ухо к ней. Внутри слышались громкие голоса учеников, болтовня и шум. Решив не опаздывать на первый урок, я вошла. Внезапно шум стих, и все уставились на меня. Я почувствовала дискомфорт. Меня изучали с ног до головы, буквально пожирали взглядами. Наконец голос подала учительница: — Так. Ты у нас новенькая? Конечно новенькая, не видит она что-ли? Нет, я классом ошиблась, извините, уже ухожу. — Да, я Варя Рябцева. Учительница внимательно посмотрела на меня. — Да, помню. Твоя бабушка приходила и документы приносила, — она ещё раз осмотрела меня, — садись на любое свободное место. Вон, можешь с Семëном сесть. Я кивнула. Свободных мест было несколько: рядом с каким-то противным жирдяем, косо смотрящим на меня, который похоже и был Семёном, и полностью пустая последняя парта. Высоко подняв подбородок, я хмыкнула и пошла к последней парте. На меня всё также с интересом смотрело множество глаз. Я аккуратно присела и поправила платье. Как только я подняла взгляд на класс, все сразу же отвернулись и стали заниматься своими делами. Ну вот и отлично. Я решила осмотреть своих одноклассников. Вдруг в кабинет постучались, и в класс вошёл мальчик с растрепанными светлыми волосами и в очках. Он выглядел напуганным. Тоже новенький? — Зздравствввуйтете, — заикаясь пропищал мальчик. — О, ещё новенький? — учительница осмотрела его, — как зовут? — Петров Антон, — тихо сказал новенький. — Погромче можно? Я была уверена, что учительница услышала, ведь даже я смогла понять что он сказал, хотя сидела на последней парте. Поиздеваться хочет над бедным мальчиком? — Петров Антон, — уже достаточно громко сказал пацан. Учительница ухмыльнулась и посмотрела в списки. — Странно, нет такого, — она осмотрела свой журнал, — так ладно, постой пока здесь, я сейчас приду. Училка вскочила и выбежала из класса. Антон остался топтаться у доски. Вдруг послышался противный голос. — Доску вытри, мудила, — это тот жирдяй, с которым я решила не садиться, подал голос. Бедный Антон. Весь класс уставился на мальчика, в ожидании того, что тот сейчас будет делать. Но Петров продолжал стоять, слегка дрожа. — Ты не слышишь, что я сказал? Доску вытри, додик. Почти весь класс заржал из-за слов этого урода. Урод. По другому и не скажешь. Я решила помочь Антону. Может я и пожалею, не знаю. Я резко встала из-за парты. Все повернули головы на меня. — А ты че вскочила, даунша? — жирный захохотал, — у тебя болезнь какая-то, когда прыгать надо? Так, ну это уже перебор. Вот такого я точно не потерплю. Я подошла в плотную к жирдяю, посмотрела на него с отвращением. — Так. Во-первых болезнь здесь только у тебя. Ты себя вообще видел? — я изобразила лицо, как-будто сейчас меня вырвет, — не смей даже смотреть в мою сторону, понял? Урод. Я смотрела прямо на него, не моргая. Он опешил, похоже никто ещё не давал ему отпор здесь. Ну чтож, я первая. Я развернулась в сторону второго новенького. — Антон, садись ко мне, — я улыбнулась ему и поманила рукой. Весь класс с ещё большим интересом смотрел на меня. Теперь в глазах у многих ребят я увидела что-то похожее на уважение. Антон неуверенно пошёл к моей парте. Я подвинула вещи и он сел со мной. Я перевела взгляд на Семена: в его глазах было недоумение и злость. Наверное не мог подумать что ему заткнет рот девчонка. Через некоторое время класс снова заполнился голосами. Все обсуждали своё. — Не слушай его. Если ему так надо, пусть сам протрëт доску. Пробежится хоть немного — ему полезно будет. Меня, кстати, Катя зовут. Я протянула руку Антону. — Очень приятно, меня - Антон. — Ну это я поняла уже, — я улыбнулась, — я тоже новенькая, пришла на 7 минут раньше тебя. — Ого, здорово, — он тоже улыбнулся, — спасибо тебе. — Да не за что. Нужно иногда показывать таким уродам, где их место. Мы уже разговорились с Антоном, как вдруг вошла учительница. — Так всё, Антон, — она поискала его взглядом, — а, вот ты. Учишься у нас теперь, всё правильно. Меня Лилия Павловна если что зовут. Я учительница математики и физики и по совместительству ваша классная руководительница. Наконец-то начался урок. Лилия Павловна объясняла корни. Хах. Мы прошли это ещё в начале года. Я посмотрела на Антона. Было видно, что ему скучно — похоже тоже прошёл. Спустя некоторое время наконец-то прозвенел звонок на перемену. Все выбежали из класса, оставив только меня с Антоном. Мы тоже вышли в коридор и пошли к окну. Вдруг к нам подошёл Семëн и ещё несколько человек. Жирдяй резко толкнул Антона, и тот упал. Семён издевательски улыбаясь навис над Антоном. — Ну давай, что же ты сделаешь, мямля? Семён стал давать щелбаны новенькому и ужасно хохотать. Я уже хотела идти на помощь Антону, как вдруг он резко рванул вперед и махнул кулаком прямо в морду Семëна. Вдруг наступила тишина. Жирдяй держался за ушибленное место и изумлённо моргал. Антона обступили дружки Семена. — Лилия Павловна, Петров Бабурина ударил, — послышался мерзкий девчачий голос. Я посмотрела на стукачку: это была девочка с светлыми волосами и высокомерным взглядом. Она одна из тех кто смеялся над словами Семена. Бабурин вплотную подошёл к Антону и с ненавистью на него посмотрев сказал, плюясь слюнями: — Тебе пиздец. Затем резко развернулся и ушёл. Вместе с ним ушли и его дружки. Я посмотрела на них: два пацана, один из них со странной причёской и без передних зубов; а второй брюнет с карими глазами. Второй на секунду задержался, заинтересованно обвёл глазами меня и Антона, а затем хмыкнув ушёл. Я подбежала к другу. — Ничего себе ты ему вдарил, — с гордостью сказала я, — но теперь тебе похоже реально пиздец. Антона похоже сам был в шоке со своего поступка. — Д-да. Я взяла его за руку и крепко сжала. Ему сейчас нужна была поддержка. — Ладно, пошли в класс. Сейчас звонок уже будет. Он коротко кивнул и мы пошли на урок, всё ещё держась за руки. Только около класса я отпустила руку и похлопала его по плечу. На следующей перемене к нам с Антоном подошла какая-то девочка с приятной внешностью, представилась Полиной и сказала, что Антон молодец и что ей очень понравилось, то как он ударил Семëна. Антон лишь кивнул и сказал «спасибо». Полина окинула меня изучающим взглядом и отошла от нас. Вскоре закончились все уроки и мы с Антоном, накинув куртки вышли на улицу. Мы долго бродили по расчищенной дороге, разговаривая и смеясь. — Слушай, а не хочешь ко мне в гости зайти? Просто сестре кое-что пообещал, а с тобой прощаться ещё не хочется, — спросил Антон. Как же всё сложилось, первый день в новой школе, а уже в гости зовут. — Пошли конечно, раз приглашаешь. Мы свернули в сторону леса, по словам Антона, там был его дом. Вскоре, пройдя через лес, мы оказались вдали от посёлка прямо около калитки дома Антона. Перед нами стоял высокий чёрный дом, заслоняемый тенями высоких, огораживающих здание деревьями. Стоявший один, без защиты и совсем рядом с лесом, дом выглядел тоскливо и ненадёжно. Зайдя внутрь, я поняла, что пускай снаружи он и выглядит скучающим, но внутри достаточно уютно. — Поднимайся пока на второй этаж, я к сестре схожу, — сказал Антон. Я в ответ кивнула. Хлипкая лестница вела прямиком на второй этаж к комнате Антона. Смотря на стены его комнаты, было понятно, что он довольно неплохой художник. Вскоре вернулся Антон. — Ну как тебе комната? — приоткрывая дверь, спросил он. — Миленько у тебя тут, но ты разве не боишься жить прям рядом с лесом? Знаешь же, наверное, что люди там пропадают. Антон присел рядом со мной. — Днём-то нормально, а ночью… Ну, не по себе становится. Да и чудиться всякое в последнее время стало. — Антон поправил очки. — Например? — мне поскорее захотелось узнать, что его пугает, у меня так-то тоже в последнее время такое происходит, что складывается ощущение, что не взаправду всё, а только чудится. — Да разное бывает, вот в последний раз видел как кто-то хоровод в лесу водил под музыку. Знаю, странно это, в такое трудно поверить, да я и сам не верю, наверное, просто со страху понапридумывал себе, — замялся Антон. Мои глаза округлились, зубы сжались. Да неужели? И ему тоже? Как много он уже видел? Было так много вопросов, что я терялась. Было видно, как Антон замялся в момент моего молчания, пока я переосмысливала информацию, он скорее всего думал, что я уже приняла его за сумасшедшего дурачка. Но знал бы он, как знаком мне его рассказ. — Под флейту?.. Под звуки флейты хоровод водили? — я посмотрела прямо Антону в глаза, через его толстые линзы в оправе очков. По его реакции было видно, что вопрос я подобрала нужный. — А ты получается тоже видела? После Антон больше не мог подбирать слов, говорил несвязные предложения, задавал неточные вопросы, видимо их было настолько много, что он и не знал, с какого начать. Его глаза будто засияли, засияли от облегчения, что ему наконец верят. Мне тоже скорее хотелось узнать как можно больше, но я не знала с чего начать. Может, он и о пропавшем мальчике знает? Мне стало легче от того, что наконец я смогу узнать хоть что-то. И пока я подбирала правильные слова и вопросы в голове, Антон уже опередил меня. — Не хотел говорить, думал, что ты за дурачка меня примешь. Но знаешь, на самом деле я видел куда больше, чем просто их танцы ночью, — чуть ли не шёпотом сказал Антон. Дальше после бесчисленных вопросов, задаваемых нами друг другу, я узнала от Антона куда больше информации, чем знала ранее. Антон рассказал о своих догадках и предположениях, об увиденном по ночами, а после показал варежку пропавшего мальчика, которую недавно нашёл в лесу. Я ему тоже всё рассказала. Что нас с ним объединяло, так это то, что Алиса к нам обоим приходила. По словам Антона, она назвала его зайчиком. Весь с ним диалог мы проговорили шёпотом, было страшно, что лишние уши могут подслушать. — Ну, в общем, странно это всё, — на этой фразе Антона закончился наш диалог. Я посмотрела на время, было уже поздно. Пора бы мне уже идти домой, не хотелось бы одной брести в кромешной тьме по посёлку. Антон предложил проводить меня, я не отказалась. Мы вышли и вновь пошли через лес. Уже было страшно идти через него, тьма сгущалась. Впереди я заметила странное дерево, сильно расходящееся стволом к земле. Причудливый образ, будто у дерева кто-то. Или там действительно кто-то стоял? Не успела я прищурить глаза, чтобы присмотреться, как послышался свист. От дерева отошли и начали приближаться к нам, а сзади нас послышался надвигающийся хруст снега. Нас окружили. — Ну чё, Антошка, вот ты и попался, — послышался противный голос Семёна — О, а я смотрю, ты и не один тут, на? — послышался шепелявый голос позади. После меня кто-то крепко схватил, оторвав от земли и не давая пошевелиться. — Ты че творишь?! — вырвалось у меня. — Отпусти её! — хотел вмешаться Антон, но ему тут же вмазали. — Прекратите! — Закричала я громче и попыталась вырваться. — Да не рыпайся ты, от пары-тройки ударов ничё ему не будет, — сказал держащий меня. Я думала меня держит шепелявый, но нет, это был не он. Кто же тогда? В темноте я смогла разглядеть у него полосы на штанах и кажется кожаную куртку. Тот брюнет с карими глазами? — В школе то за тебя потаскуха эта заступилась, а щас то некому, — заговорил Семён, ударив Антона коленом в живот. Он загнулся от боли. Мне было жалко смотреть на Антона, хотелось раскромсать до черепной коробки лицо Семёна, так сильно он меня раздражал. Как жаль, что я не могла помочь Антону. — Ну чё, Тох, и даже разок не отмахнёшься? — едко сказал Семён. Антон не отвечал. — Тебя когда человек спрашивает, отвечать нужно! — более громко сказал Семён. — Да тебя человеком то назвать трудно, разве что свиньёй, — оплёвываясь от крови сказал Антон, а после харкнул Семёну в лицо. — Ах ты сволочь! — разорался Семён и вновь замахнулся. Антон увернулся. — Да остановите же вы его! — кричала я, в надежде, что эти двое остановят Семёна, но никто не собирался этого делать. — Не тяфкай тут, сучка, — послышалось мне в ответ от Семёна, и тут же за его слова ему в лицо прилетел удар от Антона. — Знаешь что Семён, иди ты нахуй, — твёрдо сказал Антон. Я опешила. Пока я с изумлением смотрела на Антона, глупое выражение лица Семёна, потиравшего ушибленное место, успело смениться на гримасу пострашней. Он скривил брови и скалясь завопил, — ты труп!!! Его слова тут же раздались эхом по лесу, и он налетел на Антона. Повалив его, начал бить. На снег брызнули багровые струйки крови. Я вскрикнула. — Ром! — послышался голос шепилявого. Кажется обращались к человеку, державшему меня. После меня сразу отпустили, а этот Рома, подошёл к Семёну. — Слышь, Семён, стопайся давай, хватит с него, лежачего не бьют, — взяв за шиворот и оттаскивая от Антона, говорил Рома. — Э, я ещё не закончил.- Ответил Семён вновь замахнувшись, но его удар перехватил Рома, и ударил настолько сильно, что массивный Семён повалился на снег. — Со слухом проблемы? Сказал хватит- значит хватит, — повторил Рома, скрестив руки и смотря на Семёна сверху вниз. Семëн вскочил, плюнул на землю и убежал. Рома хмыкнул: — Трус. После протянул руку Антону, помогая подняться. — Сильно болит? — спросил кареглазый. Антон в ответ помотал головой, что означало нет. Пока Антон отряхивался от снега, я подбежала к нему. Вещи Антона были разбросаны по всей опушке леса, Ромка помог их собрать, а после он протянул портфель, утерянный Антоном в драке, и сказал: — Извиняйте, переборщили. Антон кивнул, принимая извинения. — Круто ты ему вмазал, молодец что не струсил, — похлопав по плечу Антону, сказал Рома, а шепелявый, стоящий за Ромой, покивал головой. Антон смущённо улыбнулся. На душе сразу стало легче. — До встречи, Антон, — напоследок сказал Рома, пожал руку Антону, а после кивнул мне, — пока, кудрявая. — Эй, у меня вообще то имя есть, — нахмурившись сказала я. Рома лишь ухмыльнулся. А шепелявый подошёл ко мне и пожал руку. — А ты смелая, на, — он с уважением осмотрел меня, — не каждая девка сможет дать отпор человеку в несколько раз больше неё. Я хмыкнула, а затем слегка улыбнулась. Во-первых было немного смешно, от его манеры речи, а во-вторых было приятно. — Бяш, ты идешь? После, Бяша пожал руку Антон, и помахав нам, парни ушли. Я начала осматривать побитого Антона. Мне было стыдно, что я не смогла ему помочь, хотя очень была благодарна Роме, который сделал это вместо меня, остановив Семёна. Я заметила, как Антон потянулся в портфель, видимо проверить, всё ли на месте. Вдруг он изменился в лице. Я увидела, насколько бледным стал Антон. Он открыл рот, губы шевелились, будто хотя что-то сказать, но не издавали ни звука. Его руки задрожали, он поднял на меня красные глаза. — Антон, что с тобой? Он молчал. — Что-то случилось? Всё точно нормально? Он продолжал молчать, словно онемел. Что так напугало его? Может, в портфеле что-то увидел? Я заглянула внутрь. Половина странного состояния Антона передалась и мне, когда я увидела то, что было в портфеле. Я потянулась вытащить вещь из портфеля, чтобы разглядеть ближе. В руке я держала шершавую и потрёпанную на вид маску зайца из папье-маше. «Откуда она?» — вопрос крутился в голове, как на старом проигрывателе кассет. Но пугала больше не маска, а записка лежащая в ней. Корявым почерком там было написано: «Нашего зайчика в обиду не дадим.»