Каморка 2×3

      Хмурясь, Му Хён потер висок и закрыл рукой глаза, после чего сделал глубокий вдох и долгий выдох. Открытое окно не слишком улучшало ситуацию в кабинете, солнце пекло прямо в мелированный затылок и жарило шею, так что пришлось скинуть халат и набросить его на спинку кресла. Чай в графине почти кончился, кубики льда почти растаяли, отчего за стеклом виднелась только чуть желтоватая вода с кусочками лимона. Встав со своего места, молодой человек потянулся, оттянул ворот футболки и, отпустив его и пустив по торсу краткий холодок, направился сначала в тенистую часть помещения, а затем и в коридор       По жаре тащиться Джильберто Сфорца явно не хотел, но надо было. Корейский филиал сам по себе был огромен и необычен снаружи, но из-за жары смотреть на местные достопримечательности корейского Фонда не было времени; мужчина быстро-быстро шёл по направлению к нужным воротам. Прикрывая русую макушку офисным чемоданчиком, Джильберто попутно искал пропуск четвёртого уровня. Он приехал сюда в командировку на полгода, ибо в Италии мало что знали об объектах класса Таумиэль, а тут… Тут можно было разжиться информацией на годы вперёд, особенно по крупным объектам, которые содержаться только здесь и нигде более.       Слава Богу, в коридорах работали кондиционеры, а то было бы совсем туго; Хён двигался быстро и тихо, только о кафель чуть слышно шлёпали подошвы кед. В руках была пузатая стеклянная ёмкость — учёный был намерен наполнить её заново, чтобы сто раз не ходить туда-сюда       Сфорца, попав в холодное помещение, довольно выдохнул и зажмурился, замерев на месте. Сопровождающий его конвой не торопился, посему отряд солдат и учёный стояли где-то под кондиционерами, остывая после жаркой улицы.       Десяток метров, поворот, и вскоре мужчина подошёл к барной стойке, чуть приподнимаясь на носочки и заглядывая за неё       — Хей, Сын Мин, ты тут? — на месте бармена никого не было, зато за дверью послышалась тихая возня, шаги, и из кухни выглянула растрепанная тёмная голова       — Приве-ет, чего хотел? — парень расплылся в широкой улыбке и показался полностью, облокачиваясь плечом о косяк       — Сделай мне как в тот раз и стакан, жара с ума сойти можно       — А-а-а… Что ж так жарко, — мужчина обмахнулся папкой из чемоданчика, идя по коридорам Фонда. Надо было найти сотрудника, с которым он созванивался, да отнести парочку рапортов к местному начальству.       — Ну как работается, в голову печёт, а окно закрыть не могу — кондиционер сломался, — облокотившись предплечьями о столешницу, протянул Му Хён, пока наблюдал за действиями друга, на что тот хмыкнул и бросил в кипяток два чайных пакетика, сахар и лимон. — Просто застрелиться…       — Может тебе вентилятор одолжить? хороший, мощный       — Здравствуйте, — Джильберто заглянул в помещение, где миленько беседовали корейцы, после чего немного виновато улыбнулся. — Извините, я вам не помешал? — со своим достаточно высоким ростом, итальянец немного ссутулился, чтобы более-менее показаться дружелюбным. Учёный тут же выпрямился и обернулся, немного покраснев от неожиданности. Несколько секунд мужчина разглядывал пришельцев, после чего быстро соскочил со стула и подошёл к людям       — Здравствуйте, нет. Моё имя Му Хён, вы что-то хотели узнать?       — А, как раз вас я и ищу. Не помните, мы с вами по телефону договаривались о встрече и работе на ближайшие полгода, — Сфорца несколько замялся, после спохватился, протягивая руку. — Джильберто Сфорца, учёный четвёртого уровня доступа. Работаю с классом Таумиэль в итальянском филиале, — на несколько секунд кореец завис, после чего протянул руку в ответ и приветственно пожал чужую конечность, смущенно улыбнувшись       — Да, помню, простите не узнал. Жара такая, что угодно забудешь       — Согласен. У вас не найдётся чего-нибудь выпить? А то сейчас в лужу расплывусь.       — Вам что-то конкретное или главное охладиться?       — Что угодно, — мужчина слабо улыбнулся, немного смешливо хмурясь. Кивнув, Хён отошёл к стойке и, встав на перекладину между ножками табуретки, снова заглянул на вотчину бармена       — Сделай холодный чай, — Сын Мин беззлобно закатил глаза, кивнул и отвернулся к работе. — Сейчас, несколько минут, с… сэр, — ему было трудновато определить возраст незнакомца на взгляд, так что обратился он к нему на западный манер. Джильберто тихо усмехнулся и сложил руки на груди, немного сдув русую прядь в сторону; халат с флагом итальянского филиала висел на согнутом локте, оставляя мужчину в рубашке и брюках с классическими мужскими туфлями. Он немного не привык, что к нему обращались на «сэр», посему даже как-то смущённо зарделся.       — Лучше уж синьор, так привычнее.       — Сколько вам лет? — усевшись на высокий стул, молодой человек повернулся к гостю и слегка кивнул на стул. — Садитесь, или дождемся напитков и поговорим у меня в кабинете?       — Да лучше в кабинете. А так, мне тридцать два, — итальянец заправил выбившуюся из хвоста прядь за ухо, сжимая в свободной руке ручку чемоданчика. Откровенно говоря, он чувствовал себя не очень уютно в слишком больших компаниях, хотя тут кроме него, Му Хёна, бармена и конвоя никого не было.       — Хорошо, я понял, синь-ор, — как раз в этот момент о столешницу стукнуло два стеклянных дна       — Хороших переговоров, оппа, — улыбнулся бармен и только слегка кивнул Джильберто, чьего имени он попросту с первого раза не запомнил. Учёный слез, забрал напитки и подошёл к старшему, смутно опасаясь уронить графин и тихо паникуя по поводу беспорядка в кабинете       — Интересное у вас обращение к старшим, — Берт слегка улыбнулся и забрал один стакан, дабы облегчить ношу новому коллеге.       — У вас тоже, — уголки губ дрогнули вверх, а сам Хён глянул на приезжего снизу вверх, несколько секунд посмотрел и снова опустил голову, так что сверху было видно только отросшие черные корни и шатенистые пряди. — Хотя, простите, для меня звучит странно, — когда у него забрали стакан, Ченг обхватил свою ношу обеими ладонями и тихо выдохнул носом       — Ничего, думаю, потом как-нибудь найдём компромисс, — учёный слегка фыркнул и старался держаться рядом, чтобы не заблудиться в незнакомом филиале. Со своим метр девяносто ростом итальянец с интересом глядел на своего низкого спутника, несколько удивлённо хлопая глазами; Джиль покрепче обхватил стакан и ручку чемоданчика.       — И… я заранее прошу прощения, у меня немного беспорядок, — английский у корейца был немного ломаный, но относительно хороший, а сам парень немного краснел, чувствуя на себе изучающие взгляды с двух сторон       — Бардак не предел для работы, — Сфорца мягко улыбнулся и махнул своему конвою, мол, дальше мы сами. Отряд тихо рассосался куда-то в другую сторону, несмотря на тяжёлую броню, от нескольких мужчин не было слышно ничего. — У меня на родине наоборот, любят творческий беспорядок на столе или в кабинете. Это помогает запомнить, что и где, даже если выглядит как свалка, — проглотив своё мнение, что беспорядок, пусть даже творческий, — неприлично, Му только послушно кивнул и на мгновение остановился у нужной двери, после чего открыл и отошёл, приглашая войти. Сердце колотилось где-то в горле, да и вообще было страшновато. А если учитывать то, что человеком юнец был не особенно общительным, так вдвойне. — Немного невежливо с моей стороны. Забыл взаимно поинтересоваться, сколько вам лет? — войдя в помещение, Берт нашёл свободное место на столе и поставил стакан туда. Было жарковато в помещении, но лучше так, чем запредельная духота снаружи.       — Мне двадцать восемь, — Ченг закрыл дверь и поспешил к столу, чтобы быстро сложить бумаги и мелкую канцелярию и тем самым освободить место. Как такового, бардака особо и не замечалось — кабинет был аккуратно прибран, даже можно сказать, что был почти стерильным. Сумбуром хозяин помещения считал рабочее место       — Не так уж и много разницы, — Берт слегка улыбнулся, аккуратно поставив чемоданчик на диван и туда же сложил в стопку халат.       — Соглашусь, — в голосе послышалась улыбка, а Хён сел на своё кресло, обернулся на окно и отъехал туда, куда солнце попадало меньше всего. Сев туда, где была тень, русый закинул ногу на ногу и откинулся на спинку, шарясь в своём чемоданчике. Надо найти пару папок и документов, которые на данный момент представляли наибольший интерес.       — И так, начинайте, — выпрямившись в струну, учёный закинул ногу на ногу, сложил руки на коленях и тихо выдохнул. Начинать самому было жутко до тошноты, так что пусть гость говорит первым       — У нас в Фонде достаточно мало знают об объекте 1128. Я бы хотел, чтобы вы предоставили всю имеющуюся о нём информацию, — мужчина слабо улыбнулся и пожал плечами, после чего вынул одну из папок по данному объекту. Пролистнув пару страниц, Сфорца продолжил, внимательно вглядываясь в текст. — Сколько он у вас содержится, были ли какие-то нарушения или изменения в содержании?       — Объект одиннадцать-двадцать-восемь содержится уже около пяти лет, насколько мне известно. Насчёт изменений в условиях содержания нужно спрашивать другого доктора, — отвечал Хён честно и относительно без запинок, но румянец на щеках всё равно играл какой-то смущённый       — Объект достаточно крупный, можно сказать, слишком. Вам хватает одного гигантского аквариума для его содержания? — Сфорца склонил голову на бок, пробегаясь глазами по тексту.       — Для объекта отгорожен кусок акватории возле мало населенного берега, так что хватает       — Можно как-нибудь позже сходить к нему? — мужчина поднял глаза на Хёна, после сунул папку в чемоданчик. Поправив халат и высокий хвост на голове, учёный немного потянулся; ему хотелось где-то прилечь и отдохнуть, а то в глазах от жары скакало.       — Думаю вполне, — в горле уже немного пересохло, но Му Хён сидел как сидел и раньше гостя пить не решался. — Только, мне кажется, вам надо сначала немного отдохнуть с дороги, может я вас провожу в комнату досуга персонала? Там диваны удобные… и кондиционер работает       — Было бы прекрасно, — итальянец заправил выбившуюся из хвоста прядь за ухо, подхватив чемоданчик, и встал с дивана.       — Тогда пройдёмте за мной, — Ченг мило улыбнулся и встал, сложив руки за спиной и кивнув в сторону двери. Отсюда комната была недалеко, так что пришли бы они быстро       — Спасибо. Думаю, часа два хватит и можно будет приступить к работе, — скинув халат на подлокотник дивана, а чемоданчик поставив рядом, мужчина довольно растянулся во весь рост. Действительно, в комнате досуга было прохладно из-за кондиционера, да и уютно тут было: пару диванов, телевизор, кресла и кондиционер. Итальянец закинул руки за голову и прикрыл глаза, немного хмурясь от жары. Сам входить в помещение молодой человек не стал, только кивнул, вздохнул и усмехнулся, после чего пошёл обратно в кабинет — пить чай

***

      Глядя на конфеты, которые появились за то время, пока он обедал, Му Хён только глазками хлопал. Молодой человек знал, кто их сюда приволок, но вот что с ними делать, — принять или вернуть, — сильно колебался. Вроде приятно, а вроде за что? Бог его знает, но коробка отправилась в ящик стола до лучших времён для решения       Почти полгода прошло с приезда Джильберто в Корею, а ведь всё равно терялся в коридорах Фонда; мужчина толком то и не понял, как так быстро время пролетело и где чёртов кабинет Му Хёна. Рыча что-то сквозь зубы, учёный шагал по широкому пролёту между двумя зданиями. Корпуса корейского филиала были намного больше, чем в Италии. Сфорца отправили в соседний корпус за новыми личными делами объектов, а посему он сейчас занимался тем, что приходилось прижимать папки к груди. Ранее оставленные конфеты в кабинете Хёна были неким способ привлечения к себе внимания, да и действовал Берт очень осторожно. Времени до отъезда оставалось не очень много — около двух недель, что немного огорчало русого.       Так как почти все двери в корпусе были одинаковыми, Ченг налепил на дверной косяк небольшую наклейку с каким-то корейским айдолом, чтобы «обменник» не перепутал двери. Сам же хозяин помещения сидел в кресле и перебирал заполненные бумаги, собираясь уходить и уже благополучно забыв о сладком       — Привет, — постучавшись, мужчина заглянул внутрь и улыбнулся уголками губ, сдувая прядь куда-то в сторону. — Ты уже закончил?       — Привет, — улыбнулся младший и сложил листы в одну стопку, постучав ребром по бедрам, дабы выровнять. — Почти, надо отнести кое-что и зайти к сорок-шестнадцать проведать. А ты? пойдёшь со мной или занят?       — Пошли, я недавно освободился, — итальянец довольно усмехнулся, опершись плечом о косяк двери. Всё же, слишком мило выглядел Хён за работой в кабинете. Берту нравилось наблюдать за коллегой время от времени, отчего приезжий ловил себя на очень странной мысли — ему такое нравится. Кореец весь зарделся, слегка кивнул и встал с места, прижимая небольшую белую кипу к груди и проходя мимо с немного опущенной головой. Дабы не показывать своё смущение. Сфорца просто шёл рядом, сунув руки в карманы узких джинс. Халат небрежно висел на плечах, мятая футболка была наспех заправлена в край джинс; мужчина тихо насвистывал что-то себе под нос. Учёный шёл медленно, поскольку знал, что Хён не совсем поспевает за высоким итальянцем.       — Джи, не свисти пожалуйста…       — Ладно, — мужчина слабо улыбнулся, перестав свистеть. Уж очень умильно выглядел мелкий кореец на фоне высоких коллег, в том числе и самого Сфорца.       — Спасибо, — тут в голове быстро щелкнуло, этот звук пальцами Му аж в ушах услышал. — Слушай, зачем ты мне сладкое постоянно даришь? — те конфеты случай был не единичный, но в большинстве своём молодой человек забирал домой и делился с сестрой или пил чай с коллегами       — Э-эм… Ну… — мужчина слегка стопорнулся и смущённо покраснел, отводя взгляд куда-то в сторону. Подбирать слова было сложно, поскольку язык стал заплетаться, а мозг, кажется, готов был вытечь из ушей. Шлёпая кедами по кафелю, исследователь мирно ждал ответ. Если собеседнику надо подумать, — пусть думает, им в конце концов не к спеху. Да и хотелось услышать что-то более-менее внятное и связное. — Ты мне нравишься, — выпалил Джиль, кашляя и краснея ещё больше. Было ощущение, что сейчас мозг реально вытечет из ушей; итальянец потрепал карманы джинсы, немного смешливо хмурясь.       — 나는 이해했다, — тихо пробормотал младший, прикусывая губу и опуская глаза в пол. Неловко не стало, но и сказать было особо нечего, посему дальше Ченг шёл молча. Дойдя до нужного кабинета, он жестом попросил спутника остаться в коридоре, а сам зашёл внутрь. Сфорца внутри себя завыл волком, мол, что я вообще сказал. И сам учёный не понял, что ему ответил кореец, посему очень даже сильно испугался, что тот выйдет из кабинета и пошлёт его на все четыре стороны. Сползши по стене, русый сел на пол и закрыл полыхающее лицо руками, самому себе что-то хрипя и ворча. Очень хотелось надеяться, что будет не отказ.       — Теперь к объекту сорок-шестнадцать, — негромко произнёс мужчина, выйдя, и замер, удивлённо хлопнув глазами, когда увидел Джильберто сидящим на полу. — Ты чего? встань, кафель холодный, застудишь себе… там всё…       — Да всё нормально, — тихо выдохнул русый, после аккуратно поднялся с пола и отряхнул джинсы. Совсем неловко было и до спазма в горле стыдно.       — Ты весь красный, — будто между прочим отметил Ченг, быстро оглядывая итальянца и отворачиваясь, чтобы пойти к камере Плетёного человечка. — Пойдем, тут до камеры содержания недалеко идти, — да, филиал был крупным, но для привыкшего сотрудника семьдесят метров было недалеко. На это мужчина не ответил, просто идя рядом. Слишком противоречиво он себя чувствовал, посему немного нервно теребил карманы джинс и рукава халата; Берт прикусил губу, сопя носом, и немного отошёл от коллеги на пару шагов.       — 너도 귀엽고 귀여워. 심지어 내 취향에, — да, он знал, что Берт не знал корейский, так что протараторил это без каких-то особенных эмоций, разве только уши стали малиновыми. Рука парня скользнула к волосам, поправляя их и убирая крашенные пряди с лица       — Чего?.. — мужчина слабо улыбнулся и глянул на красные уши собеседника и замолчал. Кажется, догодался, что к чему; рука несмело легла на плечо корейца, мягко поглаживая, а после снова вернулась в карман джинс. Зачем он так сделал, не понятно, просто захотелось. Хотя, со стороны они вели себя как подростки, только-только познающие прелесть отношений. После касания в юнце будто несколько нервных клеток умерло, а сам он слегка вздрогнул и весь смущенно зажался, слегка обняв себя и сжав пальцы на плечах       — Честно, лучше говори на английском, а то немного непонятно, что ты хочешь сказать, — пожав плечами, мужчина едва улыбнулся уголком губ, снова потрепав застывшего корейца, только теперь по волосам. Мягкие, однако, отчего Сфорца слегка усмехнулся.       — Я не хочу, чтоб ты понимал совсем всё, что я говорю…       — Вон оно как, — итальянец заправил выбившуюся из хвоста прядь за ухо, немного поджимая губы. — Твоё дело       — Ты не обижайся, но и не думай, я не говорю гадости про человека, если он меня не понимает, — младший чуть нахмурился, потёр шею и сглотнул, глядя на запылившиеся кроссовки. На задворках мелькнула мысль, что надо будет их протереть, а лучше постирать. — Слушай, может освободимся сейчас и ко мне? — вообще, гостей Хён не приглашал на всякий случай, но сейчас почему-то всё же захотелось       — Можно, я думаю, — Джиль чуть улыбнулся уголком губ и несколько смущённо фыркнул что-то себе под нос. — Я ж всё равно тут ещё две недели побуду и обратно к себе, — в конце фразы губы у итальянца слегка дрогнули и опустились, стирая улыбку. Действительно, ещё немного и придётся расстаться. Молчание стало ответом, а молодой человек достал пропуск из нагрудного кармана и прислонил его к датчику, после чего вошёл в открывшуюся дверь…

***

      Сфорца чувствовал себя крайне неудобно, когда поднимался по лестнице к квартире коллеги; то и дело пряча глаза за волосами, мужчина пытался разглядывать всё, кроме самого Му Хёна. Учёный до сих пор не мог отойти от столь резкого, со своей стороны, признания, посему периодически жутко краснел и томно вздыхал что-то себе под нос. Небрежный хвост грозился распаться от одного неосторожного движения, да и сам Берт выглядел несколько напряжённо.       — Можешь не стесняться и в принципе быть как дома. Единственное что, сестра у меня довольно активная, так что не пугайся, я предупредил, — в голосе прозвучала виноватая улыбка, а сам кореец стал шарить по карману в поисках ключей. Наконец связка тихонько бряцнула, повисая на пальце; Хён же посмотрел на этаж и вздохнул — ещё один, и он дома. На лифте было бы, естественно, быстрее, но он вчера сломался, так что его сейчас чинили       — У нас в Фонде активный паренёк есть, так что, думаю, всё нормально будет, — Джиль несмело взял коллегу за запястье, немного кусая губу; пальцы обвились несильным кольцом, а сам мужчина просто полыхнул ушами до такой степени, что жарко стало даже в одежде.       — А ещё Джин Хо очень общительная, так что с вопросами может накинуться с порога, — на осторожную хватку младший улыбнулся. Они консервативными особо не были, как их родители, так что такое проявление внимания значило не критично важно, хотя по прежнему оставалось приятным жестом       — Боже, упаси. Мне и на Родине такого добра хватает, — не заметив сопротивления со стороны Хёна, мужчина смелее взял ладонь коллеги в свою, сплетая пальцы в замок. — У нас в Фонде частенько можно увидеть, как кто-то пристаёт с вопросами к другому. Это и забавно, и иногда раздражает.       — Вот и славно, договорились, — рука у Хёна была небольшой и узкой; на замок он только глянул, зарделся и, когда они наконец дошли до нужного этажа, осторожно высвободил кисть, чтобы открыть дверь       Джиль ничего не ответил, только улыбнулся уголками губ, глядя на дверь. Немного трепетно было от страха, да и просто пугала мысль о предстоящем разговоре с сестрой корейца. Если в Италии учёный привык к шумным посиделкам в духе старых баек под алкоголь и шумных детей на улицах города, то тут было всё иначе. Потянувшись к волосам, мужчина распустил хвост и снова его собрал, дабы выглядеть хотя бы немного поприличнее; пальцы с трудом пропускали пряди, но зато расчёсывались.       — 내 동생이 돌아왔다! — пискнул женский голос, после чего, едва только Му переступил порог, у него на шее повисла длинноволосая девушка. Парень тихо крякнул и осторожно обнял сестру за талию, вздохнув и повернув голову, чтобы глянуть на гостя       — 햇빛, 자신을 행동, 우리는 손님이, — тут она с интересом выглянула из-за плеча старшего брата и хлопнула глазками       — Здравствуйте, — Джильберто махнул рукой в знак приветствия, мило расплываясь в улыбке. Честно, смущение придавало итальянцу несколько потерянный вид, отчего тот отводил глаза куда-то в сторону.       — Здра-авствуйте, — отлипнув от родственника, Джин Хо подошла к гостю и снизу вверх стала его разглядывать. Учитывая серьёзно надувшиеся губки и что ростом она только немного уступила первенство брату, выглядело это как минимум забавно. — Как зовут, откуда приехал?       — Джин, дай человеку в дом зайти, потом всё спросишь       — Ничего, всё нормально, — Сфорца мягко улыбнулся и прошёл внутрь, закрыв за собой дверь. — Имя, боюсь, будет невыговариваемым, но всё же — Джильберто Сфорца. Я из Италии, точнее из Венеции.       — Ты прав, не выговорю, поэтому будешь Джи, — тут Му Хён густо покраснел и чуть ли не за шкирку оттянул младшую, ставя её лицом в другую сторону и подпихивая в сторону кухни       — Поставь пока чайник, пожалуйста… — Джин надулась, но ушла, а Му глухо засопел. — Гормоны в голове играют, вот и выкидывает, что хочет…       — Честно, меня так дома тоже коллеги называют, — склонившись к хозяину квартиры, тихо прошептал Берт, после стянул с себя лёгкий плащ и кеды; мужчина довольно легко скользнул куда-то следом за девушкой. Следом с раскрасневшимся лицом прошёл сам хозяин дома; девушка уже вовсю пыталась наладить контакт       — Меня Джин Хо зовут, Джин Хо Ченг. Странно, наверно, для вас звучит. А вы какой чай будете? Есть черный, зелёный, с фруктами, с ягодами       — Чёрный без сахара. И приятно познакомиться, Джин, — итальянец сел на стул, закинув ногу на ногу, и немного склонил голову на бок. Местами хвост всё же остался растрёпанным, посему иногда вылезали непослушные пряди.       — Меня так оппа называет, но тебе тоже можно, — подвела итог младшая, колдуя над чашками. — А ты кстати очень симпатичный, невеста есть?       — 당신은 두 에너지가있는 경우, 당신이 그런 사람들을 훼방 할 필요가 있다는 것을 의미하지 않는다, — недовольство старшего было встречено высунутым языком и жалобным взглядом в сторону Джи, мол меня обижают       — О… Нет, нету, да и особо некогда, — мужчина тихо фыркнул и глянул в сторону Хёна, махнув к себе рукой в жесте «иди сюда».       — А как тебе мой Хён? Вы вроде давно вместе работаете, — молодой человек послушно подошёл к итальянцу и стал рядом, облокотившись к стенке, чтобы если что защищать от выпадов беременной сестрицы       — Кхм… — Брет слегка замялся, после глянул на корейца, мол «помоги, я не знаю, что ей ответить». Действительно, учёный не совсем понимал, что можно было сказать Джин, отчего снова щёки покрылись румянцем, а сам русый несколько виновато отвёл взгляд куда-то в сторону.       — Понятно, — Му Хён тоже не особо успел что-то сказать, так что только приподнял брови и немного угрожающе наклонил голову       — Что ей понятно?.. — тихо прошептал учёный, подняв голову на коллегу. Брови чуть вопросительно приподнялись, а после Берт чихнул в рукав рубашки — волосы в нос залезли; мужчина тихо фыркнул, снова уклончиво отводя глаза на пол.       — Бог её знает… — пожав плечами, мужчина коснулся пальцами руки Хёна, дабы немного и себя успокоить, и его приободрить. Сюр всей ситуации был в том, что Сфорца явно не рассчитал свои действия до прихода в квартиру коллеги, а то был бы более-менее подкован в вопросах личного характера. А так, оставалось только ловить стыдобу за хвост и краснеть как помидоры на местном фондовском огороде.       — Вы красные, как раки, — как будто этого не было заметно самим парням, протянула Джин и приподняла брови, тихо засопев при виде осторожного прикосновения. Не только ей, но и самому Ченгу-старшему на секунду показалось, что есть в этом жесте что-то… интимное, личное. Берт от такого заявления слегка закашлял, складывая руки на груди; синие глаза предательски-беспокойно бегали по поверхности стола, мысленно же учёный старался посчитать в голове от одного до десяти и наоборот. На секунду мелькнула мысль, что лучше бы его сожрал объект из класса Таумиэль тогда, месяца три назад. Чуть поджав губы, девушка поставила на стол две чашки, потом ещё одну; мужчина же вышел в коридор, а вскоре вернулся с коробкой тех конфет, что ему подарили днём. Джин заулыбалась, сменив гнев на милость, и прихлопнула в ладоши. Му вздохнул и почему-то немного виновато улыбнулся гостю. Сфорца мягко улыбнулся в ответ, толкая желание сгрести Хёна в объятия и убраться куда-то подальше глубоко в черепушку. Честно, хотелось уже к себе домой, в Фонд, потому что там учёный чувствовал себя намного комфортнее, чем здесь.