Благородная бабочка и колдовской огонь

Лес из-за тумана был плохо виден. Солнце ещё не встало, но небо было светлым. Юми готовилась встретить новый рассвет своей жизни. Воздух был так холоден, что казалось, у девушки замерзли даже кости. Джоелл попросила ее не стоять так долго на балконе, но Юми не слушала ее. Юная мадмуазель держала в руках письмо и снова испытывала смешанные чувства. Горничная заканчивала собирать вещи в небольшой дорожный сундук, а Юми уже в который раз мелькала глазами по строчкам, написанными на кремовой бумаге: «...милая Юми. Наверное, ты не ожидала получить от меня письмо, но мне очень хотелось написать тебе. Думаю, ты уже познакомилась с моим другом Кейске...» «Надеюсь, ты чувствуешь себя хорошо. Мне так жаль, что все это случилось, Юми». «...Честно, уж лучше б я сам лично пришел и забрал тебя... Знаю-знаю, ты против этого, но единственная мысль о том, что тебе пришлось пережить такое, просто сводит меня с ума. Вероятно, такими темпами у меня появятся первые седые волосы, ха-ха». «...я бы хотел ещё кое-что сказать тебе. Вероятно, ты сейчас в смущении и непонимании, и это нормально. Ты покинешь дом, в котором выросла и родилась – это большой с сложный шаг в жизни каждого человека, и поэтому, если тебе нужно больше времени, чтобы подготовиться к нему...» «Я буду ждать тебя, милая Юми. Не хочу, чтобы ты о чем-либо сожалела. Чтобы сожалела, что выбрала меня, поэтому, не торопись, я всегда буду ждать...любимая». «Горячо обнимаю тебя и целую, дорогая. С любовью, твой месье М.» «Он ждёт меня... И просит не спешить, но...» Юми посмотрела на клумбы, растущие под ее окнами – цветы на них покрылись блеклой дымкой белесого тумана. Они стали совсем серыми и не вызывали у нее никаких эмоций. И ощущение того, что это место больше не принадлежит ей, преследовало девушку с самого пробуждения. Будто невзрачное полотно тумана смешалось с тонким ощущением пустоты, которая витала здесь всегда. Это было странное и немного пугающее чувство для девушки, ведь, все же, дорогое сердцу в этом доме было для нее. Были ее друзья, несколько милых прислуг, просторный сад, забавы в старой беседке... Хлипкий заборчик, ограждающий огород, мелкие цветочки вдоль тонких тропинок, заброшенный сарайчик, дерево яблони, обросшие плюшем стены... Столько маленьких вещей есть в этом замке, которые так нравились Юми, и особенность которых она смогла почувствовать только сейчас. Чувствовала ли она огорчение или сожаление, что так осознанно, но все же спонтанно решила покинуть все это? Скорее...Юми чувствовала некую болестную благодарнось этому месту за то, что в некоторой степени повлияло на то, каковой она является сейчас. Возможно, родись она в бедной семье, то никогда бы не увидела столько прекрасных цветов, столько прекрасных нарядов и украшений. Не посмотрела бы множество интересных пьес, не прочитала бы кучу книг и даже не получила бы образование. Но на все хорошее и светлое, что связывает тонкими ниточками ее с домом, найдется вдвое больше болезненных и печальных воспоминаний... «Наверное, это нормально», – подумала Юми, последний раз пробегаясь по строкам письма с лёгкой улыбкой на устах. Она сложила листок, заходя в комнату. Все было готово к ее отъезду-побегу. Как и она сама. – Госпожа, Вы уверены, что поедете в этом платье? – горничная кинула скептический взгляд на платье молочного цвета с голубыми и розовыми акварельными цветами. – Да, а что? – Снаружи может быть сыро и грязно... – Ничего. Я хочу поехать в нем. Не осмелившись противиться настойчивости госпожи, Джоелл отступила, вежливо поклонившись. Когда девушка уже хотела взять сундук и понести его вниз, она вдруг остановилась. – Госпожа...? – Да? – Позвольте Вас обнять. Юми вмиг согрелась от тепла любимой Джои. Теперь холодный туман у нее будет всегда ассоциироваться с теплом и добротой подруги.

***

– ...Ты не видела Френсиса? – обеспокоенно спросила Юми, когда они спускались по хлипкой деревянной лестнице, которую использовали, чтобы обойти замок с другой стороны. – Простите, ещё не предоставилась возможности пересечься с ним... – Понятно... Юная мадмуазель прикусила губу, останавливаясь. – Прости, донесешь сундук сама? – Да, конечно... – Мне ещё нужно кое-что сделать. Я быстро. Мелкими, но быстрыми шагами, Юми направилась наверх. «Если все заканчивать...то заканчивать до конца». Серые стены замка стали ещё серее и темнее. Пол, потолок и воздух – все поблекло, и только большая дверь в графские покои была идеально белой и чистой. Золотые ручки и искусно выполненная лепнина внушали, в свете общей серости и невзрачности, неприятный трепет в душу девушки. Скрип петель. Знакомый резкий запах духов и алкоголя. – Эмма, ты что-ли? Выйди, я ещё сплю! – Прощай, мама. Передай папе, что я больше не вернусь. Быстрыми, но мелкими шагами Юми побежала обратно, не оборачиваясь на возгласы из родительских покоев. Теперь все закончится. «Прощай, этот большой, вонючий, злой и красивый дом. Прощайте те, кто звался мне родителями... Мама, папа...» Холодный воздух хлестко ударил по нежному личику юной мадмуазель. Из-за столь густого тумана она даже не могла разглядеть пейзаж вокруг - белые облака укутали холодом только прогревшуюся от солнца землю. «Френсис, где же ты. У меня не так много времени. Прошу, найдись!» – Юми побежала к грядками, но там никого не было. Возле больших клубм тоже, а к цветникам, что рядом с самим замком бежать было опасно – вдруг кто выйдет из-за угла и заметит ее. Джоелл, с багажом виконтессы и экипаж уже ожидали девушку в назначенном месте. Только Юми еще не было. – Мадмуазель, скажите, как скоро придет Ваша госпожа? – несколько отстраненно спросил камердинер маркиза Баджи. – Пологаю, уже совсем скоро. Прошу, подождите ещё немного. Парень молча кивнул, возвращаясь ближе к лошадям. Через несколько минут на тонкой песчаной тропинке появилась нежная и воздушная фигура несколько запыхавшийся девушки. Юми бежала быстро, ртом хватая холодный воздух, придерживая полы платья, чтобы не запачкать их. – Ох, надеюсь, меня не слишком долго ждали... – взволнованно спросила пришедшая, пытаясь отдышаться. – Нет, Вы как раз вовремя, госпожа, – нежно улыбнулась Джоелл, стараясь не обращать внимания на испепеляющий ее спину взгляд молодого камердинера. Который в свою очередь уже вышел вперед. – Приветствую Вас, мадмуазель. Я камердинер маркиза Кейске Баджи – Мацуно Чифую. Сегодня я доведу Вас к месту назначения. К сожалению, времени у нас в обрез, так что попрошу сесть в экипаж, – приятным, но сухим голом вымолвил светловолосый парень, открывая перед девушкой дверь. Но увидев, что юная виконтесса колеблется, глядя по сторонам, удивился и спросил: – Все в порядке? – Да, спасибо Вам, просто... – Юми не закончила фразу и уже поставила одну ногу в карету, как со стороны тропинки, послышались громкие звуки шагов и шуршание кустов. К ним вышел никто иной, как сам Френсис Габен. – Неужели, госпожа, ты думала, что я так просто отпущу тебя? – нарисовавшаяся на его лице самодовольная ухмылочка, показалась Юми смешной и забавной, но чтобы скрыть это она просто закатила глаза. «Френсис, ты такой Френсис!» Уже через несколько мгновений они с парнем уже сидели в одноместном экипаже. Девушке пришлось сесть лакею на колени, чему она была не особо рада. – Ты зачем со мной залез? – недовольно вопила Юми, бесцеремонно ворочаясь на его коленях. – Хватит ерзать. А что, я должен был просто помахать тебе ручкой и все? – Ну да, я же забыла, что это не в твоем стиле. Пока они ворчали друг на друга, камердинер и горничная уже упаковали вещи Юми. В окошко кареты коротко постучали. – Ох, Джои! – резко выпалила Юми, видя фигуру подруги. – До свидания, госпожа. Удачи Вам. Будьте счастливы! Лязг поводьев, тихое фырканье лошадей и колеса медленно тронулись по песку и гальке. – Джои! – в сердцах выкрикнула Юми, растерявшись и не зная, что сказать. - Спасибо! До встречи! Смотря как тонкая фигура подруги все больше и больше отдаляется от нее, юной мадмуазель все тяжелее было держать улыбку на лице. На глаза наворачивались горячие слезы. Горячие и горькие, потому что даже если у нее была надежда встретиться с Джоелл однажды, то все равно никто из них не знал, случится ли это на самом деле. Френсис почувствовал, что Юми сейчас нелегко, поэтому обнял ее, слегка прижимая к себе. Он бы с радостью утер девичьи слезы, но не хотел, чтобы она начала кричать: «Не лезь своими грязными руками мне в лицо!» – так что его желание осталось просто желанием. Колеса все громче гримели, экипаж раскачивало из стороны в сторону, но парень все равно услышал, как Юми несколько раз всхлипнула. Он прислонился к ее спине несмело, стискивая в объятиях сильнее. Она молчала, никак не комментируя это. Пейзаж сменялся быстро - вот они уже заехали в самую глубокую часть леса, где все выглядело как-то жутковато и мрачно вместе с нависшим одеялом белого тумана. Френсис никак не знал, как ему начать разговор с Юми. Хотелось поддержать ее, сказать столько слов, что все они смешивались в один огромный ком и в итоге ему оставалось лишь молчать, тихо дыша ей в спину. Но чем дольше продолжалось их молчание, тем дискомфортнее становилось парню. Стены теперь такой малюсенькой кареты начали неприятно давить, в голове мутнело, в носу плясал приятный запах девушки - если он сейчас же не соберется и не выдавит из себя хотя бы какое-нибудь, пускай даже, позорное словечко - Френсис съест себя заживо. Однако, к его великому счастью, уже бывшая виконтесса, сама начала говорить: – Френсис...ты все еще злишься на меня? «О, господь всемогущий! Да как я могу!» – О, Юми, нет конечно. Уже нет. Я...я как раз хотел сказать... Девушка слегка дернулась в его руках, пытаясь заглянуть к нему в лицо. В ее глазах явно читались недоумение с некой искрой радости. – Как ты сказал...? – Что? – Скажи еще раз. – Э-м... Я не злюсь уже и хотел сказать... – Да нет! С начала, как ты назвал меня! От смущения или от поднявшейся температуры в его теле – Френсис весь покраснел, чувствую, как щеки его горят огнем. Он только сейчас понял, что впервые назвал Юми по имени. Для него это было так естественно, ведь в мыслях парень всегда к так к ней обращался, но сейчас, осознав всю ситуацию, у Френсиса задрожали кончики пальцев. – Ну...я сказал: «Ю-юми»... Улыбка, которую он увидел на ее лице была невероятна. Парню показалось, что в один момент в карете засветило солнце, ослепившее его своими яркими лучами и отнявшее напрочь дар речи. И тогда он понял, что таким, на самом деле, является счастье... Юми расслаблено откинулась на Френсиса, утирая остатки слезинок. – Я тоже хотела сказать... Хотела извиниться, что обидела тебя. И что так долго не подходила мириться. Было столько всего, я так замоталась с этими уроками, а потом еще и эта помолвка... Это все оправдания, но...мне правда было сложно все это время. Я, конечно, все еще считаю, что ты дурачок, что ничего не понял с самого начала, но мне очень жаль, что все это случилось. Почему-то, когда девушка была так близко к нему и говорила тихо и неспешно, Френсису вспомнилось детство, приятный солнечный денек, колыхание травы, аромат цветущей липы... Ему стало так хорошо, что на несколько коротких мгновений он позволил себе закрыть глаза и прожить эти светлые чувства снова. – Эй, ты слушаешь?... – несколько встревоженно спросила Юми, не услышав ответа от него. А Френсис всего лишь задремал под ее нежный голос. – Д-да, да, я слушаю. Слушаю... Мне тоже очень жаль и я понимаю, что, зная тебя, не должен был так реагировать... Просто... Он умолк. – Просто что? – Просто мне казалось, мы будем всегда вместе. Будем всегда творить всякие шалости, трепать нервы твоим преподавателям, делиться мыслями, просто проводить обычные спокойные дни в том замке... – неожиданно для себя Френсис понял, что его голос изменился, а перед глазами все размыто. Юми хотела посмотреть на него, но парень лишь закрыл ей глаза ладонью, не давая увидеть, как он вдруг размяк. Он и так для Юми всегда был тряпкой, мямлей и вечно нервным Френсисом, так что, хотя бы напоследок, пусть она не увидит его слабости. – Эй...Френсис, ты чего?... – голос Юми тоже как-то завибрировал иначе. – Нет, ничего. Все хорошо, просто я не заметил, как мир вокруг начал меняться. Как мы уже выросли, как изменилась ты. И... Френсис снова замолчал, а Юми, воспользовавшись моментом, убрала его руку и увидела чуть порозовевшее от слез лицо друга, который сейчас отстраненно и задумчиво смотрел в маленькое окошко экипажа. Она не стала больше расспрашивать его о чувствах, поэтому просто откинулась на него, сонно закрывая глаза. В этот момент ей подумалось, что карета едет значительно медленнее, чем бежит волк. – Обещай, что ты всегда будешь моим другом, Френсис. – Обещаю. И ты пообещай. – Обещаю. Пока они ехали, начался дождь. Гремел гром, даже где-то далеко заблестела молния. По сильному шуму листвы было понятно, что поднялся ветер. «Как переменчива все же погода», – подумалось Юми и сонливость еще больше одолела ее. – Ты что, собираешься проспать встречу с твоим месье? – одернул девушку от сладкого забвения парень. – Да нет, мне нужно немного отдохнуть. С утра самого бегаю. Спать охота... - прожевала последнюю фразу Юми, ворочаясь на Френсисе, чтобы найти более удобное положение. – Вот все же угораздило тебя усесться со мной в эту коморку! – Я думал, мы этот вопрос уже решили. – ...ладно. Ветер все усиливался, ветки безжалостно ломались под колесами и в один момент их экипаж встал. – Что за чертовщина? – выругался Френсис, которого напугала резкая остановка. В маленькое окошко к ним выглянул камердинер Чифую. – Прошу прощения. Кажется, наш экипаж застрял в грязи. Я выйду, чтобы посмотреть что случилось и сразу же доложу о ситуации. Размеренный тон молодого камердинера успокаивал, но не настолько, чтобы Юми не переживала об их поездке. «Вот бы мы поскорее тронулись снова».

***

Эта неприятность полностью лишила Юми сна. Она могла бы немного вздремнуть, пока камердинер занимался вытягиванием колеса из грязи, но внутренняя паника не давала девушке покоя. Ей подумалось, а что вдруг, если охрана замка уже последовала за ними, если мать уже выслала людей на поиски беглой дочери? Что Юми делать, если сейчас за ней примчится вооруженная толпа вояк? С этими мыслями покой стремительно покидал юную мадмуазель. А вместе с ней и без того неспокойного Френсиса. От волнения у парня на лбу выступила испарина, волосы взмокли, и он не мог перестать теребить пальцы. Ситуация еще усугублялась тем, что возможности открыть дверь кареты не было, так как дождь мог запачкать красивое белое платье Юми. Поэтому двоим друзьям приходилось терпеть нарастающую духоту внутри катеры. – Ю-юми, ты как?... Девушка скривилась, ведь из-за паники Френсис снова стал заикаться и даже не мог нормально произнести ее имя. – Нормально. Главное, чтобы с этим было поскорее покончено, – она устало потеряла переносицу, стараясь успокоить внутренний гомон эмоций. Звуки дождя то нарастали, то стихали, но желаемых новостей о состоянии экипажа так и не было. Поэтому Юми постучала в маленькое окошко, подзывая камердинера. – Скажите, как скоро мы сможем поехать? – громко спросила девушка, высматривая мутную фигуру беловолосого парня. – Простите, кажется, мы сильно застряли. Это потребует немного больше времени, чем планировалось. Безнадега без капли утешения. И как теперь им быть? Что делать Юми? Они проехали большую часть пути и так не вовремя вляпались в столь непонятную передрягу. Решение нужно было принимать быстро. И, к большому удивлению девушки, пришло оно из самого неожиданного источника. – Слушай... У меня есть идея, но мне потребуется твоя помощь, – придав своему голосу толику твердости, начал Френсис. Юми было удивленно раскрыла рот, но тут же собралась, вникая в суть дела. – Что за план? – Если ты сможешь указывать мне дорогу, то я бы мог...донести тебя на себе к твоему месье. За дождь не волнуйся, я дам тебе свой камзол, чтобы прикрыть тебя. В теории, это был хороший план, но также было несколько нюансов. – Но сможешь ли ты донести меня? Это же нелегко и тем более под дождем. Френсис почесал влажную макушку, прикрывая глаза, будто морально собираясь с силами. – Ради тебя, я все смогу. Прошу, не сомневайся во мне. Даже если я больше не твой слуга, то как друг сделаю все возможное, чтобы помочь тебе. Запальной, немного буйный блеск во взбудораженных глазах парня поразил девушку. Вместе с появившейся в его карих радужках уверенностью и решительностью, в сердце Юми затеплился нежный огонек надежды. – Хорошо. Я верю тебе, Френсис. Но... – Что? – Как быть с моим багажом? – ...Мы можем попросить месье Чифую привести его тебе, как только он справится с поломкой. Поразмыслив с минуту над этим, Юми утвердительно кивнула, более не имея никаких сомнений - они смогут преодолеть это препятствие вместе.

***

Выходя из душного экипажа, Френсис наткнулся на всего мокрого и испачканного в земле камердинера Чифую. В глазах того читалось отчаяние и заметное волнение. – Месье, моя госпожа приняла решение, что мы своими силами доберемся к месту назначения. Молодой парень ошарашенно подорвался с места, откидывая насквозь промокшую челку назад. – Но как?! Вы не сможете идти в такой дождь, тем более, путь здесь нелегкий, все же, мы в лесу, не говоря уже про грязь вокруг. Прошу, дайте мне ещё времени и мы сразу тронемся! Для камердинера маркиза Баджи довести знатную мадмуазель к достопочтенному колдуну Манджиро Сано, о котором он был премного наслышан от своего господина, было делом чести. Узнав о том, что ему доверено такую важную задачу, парень дал себе обещание, что любой ценой выполнит это поручение, поэтому столь поспешное решение юной мадмуазель было для него препятствием. – Мы и об этом позаботимся. То есть, я позабочусь, – не без толики гордости сказал это Френсис. – Я понесу госпожу на себе, прикрыв от дождя ее накидкой и моим камзолом. А Вы, как закончите с ремонтом, сразу же отвезете багаж моей госпожи по месту назначения. Мацуно всегда думал, что его господин безрассуден и порой чрезмерно своеволен, но теперь... Он понимал, что есть люди, способные составить маркизу Баджи конкуренцию в этом. Не успел камердинер что-либо возразить против этого, как лакей перед ним откланялся и снова залез в карету. – Итак... Юми, давай сначала наденем на тебя твою накидку, потом... – сейчас для Френсиса важно было придумать, как закутать девушку так, чтобы ни одна капля дождя не попала на нее. – Я уже в ней, давай свой камзол! – несколько резко выпалила из-за нервов Юми, после добавив в конце этой фразы, «пожалуйста». Она переживала за него, ведь Френсис не был особо сильным, крепки и выносливым. Она хорошо помнила, как парень в детстве чуть ударившись или поцарапавшись о ветку начинал плакать и звать маму. А теперь... Ее хилый друг собирается понести ее сорок с небольшим килограмм на себе, еще и в такую омерзительную погоду. «А вдруг он заболеет... И он не сможет работать, и его накажут...» Но более думать Юми об этом не могла, так как Френсис уже протянул ей свой темно-каштанового цвета камзол. – Ну же, давай. Ты же хочешь поскорее добраться к месье Манджиро. Последний раз обдумав и взвесив все «за» и «против», девушка несмело приняла одежду парня, встретившись с его глазами. – Прошу, доверься мне в последний раз. – И... – И обещаю не ныть, не жаловался и не плакаться. Она ответила на его слова улыбкой с небольшой смешинкой. Даже если Френсис не самый сильный в мире, но с ним у нее получится достичь своей цели. Очутившись снаружи Юми тотчас же почувствовала контраст температур – запах дождя и свежей земли ударил ей в нос, но тело неприятно сжалось от просачиваемого холода. Даже несколько одежд, к сожалению, мало спасали ситуацию. Однако юная мадмуазель более не смела отступать. Как бы ее не пытались в этом переубедить... – Г-госпожа, пожалуйста! Одумайтесь! Э-это слишком опасно. Позвольте мне выполнить свой долг перед Вами и моим господином! – все безудержно продолжал тараторить под проливным дождем Мацуно, уже начав заикаться от холода. – Месье, я премного благодарна Вам и не считаю, что Вы не выполнили обязанности, возложенные на Вас, так что прошу, зайдите внутрь и переждите этот дождь, а после отправляйтесь обратно к достопочтенному маркизу. Вы до нитки промокли, мне больно на Вас смотреть, – присущим Юми важным, как и полагается знатной мадмуазель, тоном, она осекла молодого человека, смиряя мягким, но напористым взглядом. Отчаявшись возыметь успех в сопротивлении, камердинеру Чифую больше ничего не оставалось, как преклонить голову перед девушкой и пропустить вперед, не смея более задерживать. На последок он произнес слова благодарности бывшей виконтессе, за ее доброту, а она пожелала однажды еще встретиться с ним. Так и разошлись пути маркиза Кейске и его камердинера с Юми и ее верным другом Френсисом. – Ну наконец мы тронулись, – облегченно вымолвил Френсис, который уже с несколько минут держал Юми на спине. – Кто-то мне обещал не плакаться и не жаловаться, – саркастично ответила она. – Да я просто констатирую факт! – Да я шучу. Идем, нам прямо, а затем налево. Дождь был непостоянным. То стихая, то снова набирая силы, он будто испытывал путников на прочность. Юми отметила, что лес, напитанный влагой, по-особенному красив и наполнен таинственной атмосферой чего-то неизвестного и даже волшебного. Будь на ней подходящая одежда, она бы с удовольствием прогулялась по нему в такую погоду. Тем более, шум капель приятно заглушал все остальные звуки, давая возможность побыть намного наедине с собой и своими мыслями. Однако такого удовольствия девушка сейчас себе позволить не могла, так как прямо под ней был ее друг, который, вероятно, сильно мучался сейчас. – Френсис, ты как? – поинтересовалась Юми, заглядывая ему через плечо. – В порядке, – которое ответил он, добавляя: «мне сейчас лучше много не разговаривать, чтобы не тратить силы». – Хорошо... – сердце девушки больно защемило, так как из-за нее Френсису приходилось очень не сладко. Она представила, как холодно ему тащить ее в жилете и рубашке, как болят спина и ноги, как неприятно дождь мочит голову. «Он, конечно, сам предложил это, но...мне все равно грустно». А затем в голову юной мадмуазель пришла одна мысль, которая, казалась, совсем очевидной. – А давай сделаем передышку! Найдем место – какой-нибудь пенек или поваленное дерево и отдохнем там, – бодро предлагала Юми, в надежде, что это хоть как-нибудь облегчит участь Френсиса. К счастью, он согласился и через десяток миль нашлась подходящая для них коряга. – Ты ведь точно знаешь куда идти, да? – решил осведомиться Френсис, чтобы унять внутри себя неприятные волны тревоги. – Да, я запомнила дорогу, когда... Когда возвращалась домой с Манджиро... – Юми было немного неловко говорить имя возлюбленного при парне, поэтому произнесла его тише. Это позабавило Френсиса и он даже усмехнулся. – Интересно мне с ним повидаться, с этим твоим «месье М.» – Полно тебе! Все, пошли дальше! Да, не стоило все же этому юнцу шутить с Юми... Погода, как на зло, не менялась. Было все так же зябко и слякотно. Юми уже мечтала, как попадет в теплые объятия Манджиро, как крепко он ее обнимет, поцелует, закружит... И было действительно интересно – как эти двое, Френсис и Манджиро, отреагируют друг на друга? «Прекрасная роза и... И нежный одуванчик», – посмеялась своим мыслям девушка, сравнивая мужчин с цветами. Манджиро изящен, красив, он покрыт тайнами, как шипами. Он ярко сияет на солнце, он пленит взгляд, заставляет думать и думать о нем, воспроизводя воспоминания о нем снова и снова. А Френсис...он, как легкий и непостоянный одуванчик. Да, он бывает лучезарным, бывает так светло улыбается, что на сердце становится веселее. Но также, Френсис мягок, даже слишком мягок, что единое дуновение ветерка может уничтожить всю его легкость и юношескую непосредственность. Двое этих мужчин такие разные, но оба для Юми важные. И она благодарна, что в ее жизни есть такие чудесные, по-своему неповторимые, цветы. «Но, как оказывается, одуванчики бывают смелыми. А еще безрассудными, внимательными, но не совсем сообразительными. А розы... Ах, что говорить о них... Роза – горит огнем безудержной, но животворящей энергии. Роза греет мне сердце. С розой хорошо, спокойно, надежно и приятно проводить время. Одуванчик... Воздушный и от него веет приятными воспоминаниями». Вдруг Юми почувствовала сильное жжение в груди и как-то горестно прикрыла глаза. Она не знала точно, что так сильно впечатлило и задело ее, но эти чувства были как нежными и теплыми, так и печальными, покрытыми вуалью легкой щемящей тоски. Прикрыв глаза, девушка смогла немного уйти в себя и отдохнуть. Переживания о Френсисе ушли на второй план. Дождь уже пропитал ее с ног до головы, ветер неприятно звенел в ушах, но, подобно свече, горящие чувства в сердце грели ее и давали сил бороться дальше. Так она и не заметила, как они почти подошли к дому ее любимого...

***

Будет ли удивлением, что все эти дни Манджиро был сам не свой? Он не мог ни есть, ни спать, ни думать о чем-либо еще, кроме его милой Юми. Где она? Как она? Все ли с ней хорошо? Не было покоя колдуну даже в работе. На время, пока он не позаботиться о благополучии Юми, мужчина решил, что работать не будет. Все его магические дела он оставит на потом. В день ее отбытия Манджиро предчувствовал дождь и сожалел, что не почувствовал этого раньше, чтобы сказать девушке взять с собой что-нибудь, чтобы прикрыться. «Однако, она поедет в экипаже, так что, все должно быть хорошо...» «Она будет здесь сегодня... Сегодня». Волнение и трепет, которые испытывал мужчина было сложно передать словами, ведь в его жизни сейчас происходит большой переворот. Большие изменения. В его жизни появится новый человек. Человек, за которого он будет в ответе, кого обещал защищать и оберегать. Человек, женщина, которую, в конце концов, хочет сделать счастливой. «Юми, сердце мое. Мое счастье. Внутри все так сильно бьется...так трепещет. Это...настоящее чудо. Хочу поскорее увидеться с тобой». Стол был аккуратно застрелен новой белой скатертью с нежной розовой вышивкой. Два высоких канделябра украшают место трапезы теплым мерцанием свечей. Чашки с чаем ароматно паруют, ужин ожидает на новую жительницу этого дома. А в вазе красовались свежие ромашки, добавляя атмосфере нежности и романтичности. Да, Манджиро знал про особое отношение девушки к сорванным цветам, но не всегда у цветов есть лишь одна участь. Они могут быть использованы с пользой и в итоге прожить свою жизнь не зря. «Тем более, эти цветы с небольшим секретом», – растянул в ухмылке уголок губ мужчина, колдуя над цветами, из-за чего они стали еще более расцветшими и пышными. – «Они еще долго не завянут. Вот увидишь». Вдруг прогремела гроза. Белый свет от молнии отразился в стеклах окон и Манджиро снова стал серьезным. Сделав глубокий выход, он принял решение и вышел наружу.

***

– Черт, этому дождю, кажется, нет конца, – прокряхтел Френсис, отчаянно неся девушку на себе. – Еще и молния сверкает... – Тебе страшно? – Нет!... Просто опасно в лесу, когда молния... – Это верно... Тогда, нам стоит поторопиться! И Френсис попробовал ускорить шаг, однако, чуть не поскользнувшись на размокшей земле, едва избежал того, чтобы вместе с Юми не искупаться в грязи. Отдышавшись от короткой вспышки испуга, девушка предложила: – Давай...я все же сама пойду. Так быстрее будет. И твоим спине и ногам тоже. – Ну уж нет! А как же твое обещание верить в меня! Неужели хочешь предать свои же слова! – в миг воспламенился парень, переживая, что не сможет оправдать ожиданий подруги. – Господь всемогущий! Френсис! Какой же ты все же упрямый. А если за нами погоня? Или группа охранников матери разделилась и рыскают по лесу в поисках меня? Тогда нужно делать ноги как можно скорее, а не испытываться судьбу на твою прочность и выносливость! Юми резала его без ножа, однако, нельзя было не признать правдивость ее слов. Тот путь, что они проделали с усилиями лишь одного парня, они могли преодолеть в несколько раз быстрее, если бы шли каждый по отдельности. И тем не менее... – Ну знаешь, я мог бы пустить тебя идти саму, но ты так вырядилась!... Что только ступишь, превратишься в... В... – Ну же, в кого я там превращусь!? – а Френсис, слишком осмелев, сейчас очень рисковал остаться без волос, ведь Юми уже подобралась пальцами ближе к его голове. Пока они ругались, в небе появилось что-то необычное, подобное то ли молнии, то ли лучу солнца. Парень первым заметил это и по своему обыкновению, эмоционально воскликнул: – О, матерь божья! – Да что опять?! – не менее вспыльчиво кинула Юми, уже оттягивая мокрые пряди парня. – Там! Смотри, быстрее, это...!! – он указывал куда-то в небо, где над ветками деревьев парил яркий комочек света. – Ох!... – Юми сразу поняла, кто это и испытала огромное облегчение. Но вместе с тем и волнение, ведь ее друг был не посвящен в дела колдуна. – Ф-френси, это...я думаю... Но она не смогла окончить фразы, так как он ее опередил. – Держись крепче, мы пойдем за этой птицей! – с внезапно выросшей в нем уверенностью сказал парень, сильнее придерживая ноги Юми. Он сделал несколько широких шагов, пытаясь перейти на бег, ведь уже догадывался, откуда могла бы прилететь эта дивная пташка.