Коммандер Пятого Крестового Похода

«Говорят, самых достойных бойцов в Аду делают дьяволами. Если так, то это справедливо. Посредственность может уйти на покой. Но для тех, кто действительно полезен, смерть — не повод оставлять службу»

- Регилл Деренге

- Пустите, расступитесь, дайте пройти, несем раненного! Слова. С одной стороны, он понимал что сказали, но это явно не английский, хоть и какие-то части и были на него похожи. Странно, возможно его переводчик был сломан, учитывая его общее состояние на момент… Стоп. Но он ведь тогда погиб на Цитадели! Он был жутко изранен, да и взрыв его накрыл. Ну и учитывая количество имплантатов в его организме по нему тоже должно было ударить. Наконец открыв глаза, Джон увидел над собой голубое небо. С трудом повернув голову, он увидел небольшую толпу, что собиралась вокруг него. Вот только, они все были одеты в старомодные костюмы и доспехи, времен средних веков. «Какого черта?» – пронеслось в его голове и отозвалось болью, с некоторыми… воспоминаниями? Но это были не его воспоминания. В этот момент к нему подбежала женщина, явно воинской профессии, и зычным голосом обратилась к толпе: –Эй, кто-нибудь, здесь раненый! Есть тут хоть один целитель? Шепард привык замечать выбивающиеся из общей картины вещи, и, решив отложить воспоминания, которые ему пришли, обратил внимание на толпу. То тут, то там он видел очень низких людей, с яркой окраской волос, у кого-то были заострены уши. Да и еще вместо привычного врача, или доктора, слово целитель. Куда он попал? –Ну и видок. Но зачем же тащить раненых на праздничную площадь? Отнесли бы его куда-нибудь, не знаю, в лазарет или в канаву бы скинули, - с ярко выраженным презрением и брезгливостью высказался паренек в богатых одеждах и с золотыми волосами. Буквально золотыми. –Ну-ка все, два шага назад! Так, в чем дело, что с ним случилось? – послышался суровый и грубоватый пожилой голос мужчины. Он был одет в полный тяжелый доспех, скорее всего из стали, но движению его это не мешало. Грубое, усталое лицо, с ярким шрамом на левой щеке. Вместе с ним подошли двое мужчин, видимо его свита, одетые в более легкий доспех, но с тканевой штукой поверх него, белого цвета на которой был изображен знак в виде меча с украшением в виде… солнца? «Слуги Иомедай. Стоп, какой Иомедай?» – пронеслось в голове у Шепарда. Мужчина же продолжил его осмотр. – Хм, рана серьезная, кто же его так? – спросил мужчина у карлика, который видимо и привел носилки с ним сюда. – Демоны, прелат. Мы нашли его еле живым у самых стен Кенабриса, - оперативно ответил карлик, быстро бросая взгляды по сторонам. - У самых стен? Это плохо – так близко враг к городу обычно не подходит. Надо бы усилить оборону… - последнюю фразу прелат произносит уже тихо, после чего обратился уже напрямую к Джону. – А ты – крепись, не умирай, мы тебя вытащим! Сейчас мы тебя подлатаем. Вот только, стража, заберите у него оружие, раненый не раненый, на празднике не положено с оружие бродить. Заберет его, когда все закончиться. После его слов, те, кого он назвал стражниками, быстро забрали оружие, которое, как оказалось, было у Шепарда. Правда, он не особо успел понять, что за оружие, но это явно не его верный пистолет. После чего прелат начал читать молитву, и от него пошел свет. Здесь что, и магия есть? - О Наследница, предводительница наших полков, острота мечей наших и крепость лат наших, Иомедай. Молю тебя, ниспошли свою милость, излечи его раны, – после окончания молитвы, луч света сорвался с рук прелата и ударил в рану Джона, но почти не принес облегчения. Все что остаётся Шепарду это молча стиснуть зубы, чтобы не растратить немного приобретенных сил на крик боли. – Моих сил здесь недостаточно. Кто-нибудь, позовите Теренделев! Эй ты! – он обратился к девушке в богатых одеяниях и с заостренными ушами, смотрящую на рану с интересом, от которого у Джона пошли мурашки.–Да вот ты – хватит стоять столбом и пялиться, принеси хоть какую-то пользу – бегом за ней! – Прелат! – с напускным удивлением она поднимает голову,– здесь наверняка найдутся более достойные личности, чтобы исполнять ваши поручения! Вне поля зрения Джона послышался другой женский голос, но более грубый: – Я приведу ее. Теренделев! Кто-нибудь ее видел? –Давай поживее, а то поздно для него будет, - немного поморщившись, ответил прелат. – Ну а ты кто будешь? Я тебя не помню, а память на лица у меня очень хорошая. Джон немного скривился. Говорить свое настоящее имя не вариант. Но учитывая боль в голове, он может попытаться изобразить амнезию. Благодаря ей вполне можно будет спокойно расспрашивать о темах, которые знают все в этом мире. Но заставлять ждать прелата явно не стоило. – Я не помню, – хриплым голосом произнес Джон. Прелат на такой ответ лишь хмуро покачал головой. – Прямо таки не помнишь? Ну ладно, может у тебя в вещах найдется, чем твою память простимулировать. Осмотрите его рюкзак, – последняя фраза относилась уже к его свите. Те спокойно взяли лежащий рядом с Шепардом рюкзак, и аккуратно рассматривали его содержимое. Через пару минут к ним подошла женщина в красивых серебристых латах, с неким укором посмотрев на прелата, который задавал ничего не значащие на первый взгляд вопросы, глянула на рану Джона. – Почтенный прелат, прошу вас – ради праздника перестаньте мучать расспросами этого несчастного. Ему и так досталось. Идите, я позабочусь о нем. – Как только определю, кто он, уважаемая Теренделев, – он перевел вопросительный взгляд на одного из своих помощников, который читал бумажный свиток, взятый из рюкзака. Взяв свиток из рук помощника, и быстро прочитав его, он недовольно фыркнул, и показал жестом, чтобы все вернули на место, свиток в том числе. – Интересно. Но да ладно, вы наша хранительница, да и тем более дракон. Вам виднее. Но будьте начеку, его ранили демоны, да и еще под стенами Кенабреса. А шпионов сейчас развелось… Другие могут и расслабиться в этот праздничный день, но не мы с вами, не защитники города. Поклонившись женщине, прелат ушел, недовольно бурча о том, что из-за этого раненого наверняка будут проблемы в городе. Над Джоном же склонись необычайной красоты женщина, чье лицо не подверглось воздействию возраста. Но глаза явно выдавали древнее и мудрое существо. А еще, там была видна старая печаль. «Может она и действительно дракон? Были же истории, где драконы могли становиться людьми» – пришло в голову Джону. Тем временем Теренделев начала совершать пасы рукой и произносить что-то. – Да отступит боль, да восторжествует над тенью смерти, да отринет тело страдание, – чем дольше она говорила, тем большей силой наполнялись ее слова. Шепард почувствовал, что ему стало гораздо легче, да и рану уже не было видно. – Вот так. – Спасибо за помощь, – сказал Джон, автоматически накидывая на себя какую-то чешуйчатую рубаху. –Я принимаю твою благодарность. Но моя работа еще не завершена, – покачала головой Теренделев. – Извините меня возможно за грубый вопрос, но вы действительно дракон? – Джон все еще не верил, что он в другом мире, хотя боль была отрезвляющей, да и проявление «магии» через молитву прелата и стихотворение этой Теренделев. – Не веришь? Может мне принять свой истинный облик и обдать эту площадь своим ледяным дыханием, – Джон, представив это, немного побледнел (хотя куда больше), на что драконица мелодично посмеялась.– Пусть тебя не смущает это обличье, я принимаю его среди горожан. В истинном обличье проводить праздник было бы в разы труднее. – А что вообще за рана у меня была? И насколько она была опасна? Теренделев с сомнением посмотрела на Джона и произнесла: - Я пока не знаю точно, и это меня тревожит. Рана не простая, и явно нанесена демонами. Я избавила тебя от боли и вернула силы, но только время тебя полностью излечит. Пока же можешь идти, развлекайся и будь осторожен. Рано или поздно боль вернётся. Завтра приди в храм, и мы найдем способ как тебя полностью излечить. А пока веселись на празднике, ведь на войне они бывают не часто, а веселье лучшее лекарство. Теренделев ушла, и толпа зевак рассосалась сама собой, поняв, что интересного больше ничего. Оглядевшись вокруг, Джон решил сначала проанализировать ситуацию, в которую попал, а потом действовать. Итак, у него есть чьи-то воспоминания, есть вещи, в которых, похоже, лежит документ наподобие паспорта. Изучив содержимое рюкзака, которое не было особо богатым, несколько пайкой для путешествия, бутылёк со слабым зельем лечения, чистая сменная одежда, и собственно сам свиток. Развернув, он начал читать его, в очередной раз, подмечая, что он понимает язык. «Возможно, что тут то же самое, что и с протеанскими маяками, только что записало мне это знание?» - подумал Шепард, погружаясь в чтение. В данном документе было написано имя некоего Джонатана Крестхилла. Он является оруженосцем ордена неких Рыцарей Преисподней, а именно Ордена гвоздя. Судя по воспоминаниям, которые он получил, эти рыцари являются помешанным на порядке и законом личностями, а Орден Гвоздя занимается в основном расширением и соблюдением цивилизации на фронтирах. В основном охотой на всяких монстров. Так же в документе написано, почему он был направлен в Кенабрес – дабы оценить общую ситуацию на фронтире с Мировой язвой, и определить настроение среди общества живущих на фронтире. Прочтя и запомнив все, Джон решил посмотреть воспоминания, параллельно решив занять тело чем-нибудь. Он заметил парочку мест, где можно этим заняться. Первым из них были две мишени и заборчик, возле которого стояли несколько человек и упражнялись в метании ножей. Второе это соломенные чучела, к которым порой подходили, под улюлюкивание зевак, местные и били их. Решив сначала попробовать вспомнить учебку, он пошел к мишеням. Взяв один из ножей, что торчал из забора, он прикинул траекторию полета ножа, с учетом веса, и легким движением послал его в полет. Стремительно пролетев, нож попал прямо в центр мишени. Параллельно этому Шепард анализировал. Это тело – не его. Он не чувствует ту же силу, он не чувствует усиления имплантами. Да и те воспоминания, что оказались ему подкинуты. Похоже, что каким-то образом сознание Шепарда записали на разум парнишки, и так как оно было более развитым и опытным, он подавил прошлого обитателя тела, оставив только знания в виде воспоминаний. От личности парня были только некие файлы с информацией, записанными в его мозг. Но возникает множество вопросов, один из которых, как к кому-то попал слепок его сознания, и где он на самом деле? Если судить по воспоминаниям парнишки, который получил неплохое (по меркам этого мира) образование, сам мир называется Голарион, и судя по всему это типичный мир из каких-нибудь сказок и мифов. Гномы, эльфы, люди, орки, гоблины, драконы. И магия, самая непонятная вещь из всего этого. Но которая объясняет, почему в большей части мира прогресс остановился на средних веках. Зачем придумывать антибиотики, когда можешь сходить к жрецу и он тебя молитвой и силой богов (которые реальны в этом мире, и которым можно даже стать) излечит от любой хвори? Или зачем тебе мушкет, если можно зачаровать арбалет так, что он будет пробивать любую броню, да еще и поджигать врага? Сам Джон никогда особо не верил в богов и всякую мистику. Почти всегда находились логичные объяснения происходящего. Хотя для жителя магического мира, наверное, и магия абсолютно логична, как и божественные силы. По крайней мере, Крестхилл не сильно волновался об этом всем, истинно веруя в силу Божьей Длани, пантеона которому часто поклоняются Рыцари Преисподней. Обычные боги, которым поклоняются многие обыватели, но с их спецификой. В любом случае, сам парень был тренирован очень хорошо, хотя до уровня N не доходит. В этом Джон убедился, оставив ощутимые вмятины на чучеле свои ударами. Что интересно, кулачному бою обучали, но так же и обучали бою с множеством другого оружия. Но как итог, основным направлением стал бой с помощью цепа и щита, чаще башенного. Понимая, что винтовки на эффект массы он вряд ли найдет здесь, Джон решил довериться в будущем тому же оружию. Все же рефлексы у тела остались, а прибавив воспоминания он сможет более менее сносно драться. А там посмотрим. Но чему частично был рад Шеп, так это тому, что он не был магом. Ни капли в нем не было, чистый боец. Он и ранее всякой биотике не сильно доверял, хоть и согласен, что биотики это сильное оружие на поле боя, так тут еще более сомнительная вещь. Более менее разобравшись с общими деталями, подробности Джон решил рассматривать уже позднее, благо, что друзей у Крестхилла не было, а знакомые были только в ордене. А это значит, что вести он себя может, как ему привычно было в своем теле. Главное не пытаться танцевать, а то примут за демона и зарежут. Стоя чуть в стороне от всех, Джон услышал мерно нарастающий гул, и отмахнулся от какого-то насекомого. В котором он, через мгновение, с удивлением признал саранчу. Откуда она в центре поселения? И после этого разверзлись врата в Ад. На площади (да и похоже по всему городу) начали появляться из каких-то проколов в пространстве отвратительные твари, мирные жители вокруг забегали в страхе и ужасе, солдаты же вступили в бой. Понимая, что шансов в бою с демонами (а это были они) без оружия у него нет, Шепард спрятался за перевернутым столом, осматриваясь вокруг, думая как ему действовать дальше, и анализируя ситуацию. Стражники и местные рыцари сражались с демонами, с переменным успехом, Теренделев метала боевую магию. - Дескари, повелитель саранчи! ПРОЧЬ. ИЗ. МОЕГО. ГОРОДА! – раздался крик, перетекающий в рык, Теренделев, и в тот же момент она преобразилась в прекрасного серебряного дракона.… Который был прибит огромной тварью сверху, полусаранчой полугуманоидом с помощью своей косы, вторым движением которой он отрубил ему голову. - Да начнётся пиршество! – раздался отвратительный голос от этого существа. Сам Дескари, демонический повелитель саранчи прибыл сюда. С каждой секундой Шепард понимал, что он в дерьме. Оружия нет, потенциальные союзники погибают, еще и сущность, чрезвычайно мощная сюда прибыла и убила главную защиту города (как он мог понять по разговорам и речам). Тут к нему подбежал знакомый вроде гном, который командовал стражниками, притащившими его на площадь. Сам он был забрызган кровью, и к тому же увешан оружием как елка игрушками. - Сам Дескари приперся, охренеть не встать! Была у нас драконица – раз и нету ее! Что делать будешь? Драпать или драться? Если драпать, то есть у меня один свиток хороший с защитным заклинанием, могу поделиться. - А какова вообще сейчас обстановка в городе, не учитывая того что здесь на площади резню устроили? – спросил Шепард, с удивлением приметив, что на них двоих не обращают внимание. - Никто не знает! Все горит, кругом погром, похоже, целая армия напала! Нас режут как цыплят! – эмоционально жестикулируя, высказал свое мнение гном. Обдумав ситуацию, Джон решил, что не слишком доверяет странным свиткам с магией. Плюс из воспоминаний Крестхилла он подчерпнул, что гномы нередко устраивают подляны, развлечения ради. А с оружием он, если что, разберётся. - Давай оружие, если и встречать смерть, так хоть не безоружным, - после чего поймал кинутый ему заряженный арбалет и колчан. - Держи! Лучший арбалет из моих запасов! Мастер, который его делал, говорил, что и шкуру лорда демона пробьет! – после последних слов гном ему подмигнул и куда-то исчез. «Значит и шкуру лорда демона пробьет. Ну что же, проверим на практике» - прицелившись из арбалета, Шепард выстрелил в Дескари. Выстрел был неплох, несмотря на то, что из арбалета Джон особо и не стрелял никогда, да и не было помогающих целиться имплантаты. Похоже, что мастер не врал – болт пробил шкуру. Вот только чтобы убить лорда-демона нужно нечто большое. Издав вскрик, Дескари яростно вынул болт из раны, и его голос снова зазвучал на площади: - Смертная мошка пыталась ужалить владыку саранчи. Размахнувшись, владыка саранчи ударил своей жуткой косой в каменное покрытие площади. От места удара пошла жуткая трещина, с каждой секундой расширяясь, и в которую порой падали люди – гражданские, крестоносцы. Данная судьба не обошла и Шепа. Перед тем как он упал и погрузился во тьму, он услышал голос Дескари: - Смотри Иомедай! Смотри на смерть, что я сею!