стейнкрафты правят миром/зарисовки.

Вечер. Каждые семь дней этот юноша приходил сюда. Но этот раз должен был быть последним для юного Иоаннеса. Он снимает с себя белоснежный хитон, аккуратно складывает его на валун. Его голубые глаза печально смотрят на море. Они не морского цвета. Они небесно-голубые. А море сине-зеленое, так еще и тёмное. Иоаннес ненавидит море и морского бога. Ненавидит всех богов, презирая их мелочность. Он не верит, что они действительно велики, раз Посейдон позволил себе отдать на казнь маленького Уинфилда, который посмел сказать, что Посейдон не так уж важен для него. Но умирать за него будет старший брат, Посейдон разрешил. Вот так вот.. Живешь себе достаточно мирной жизнью, разводишь виноград, а вот уже по прихоти бога готовишься к собственной смерти. Но это еще ладно. Главное, морское чудовище съест его, а не младшего брата. Юноша не плачет. Он вынимает из свертка ткани хлеб, что испекла его мать, затем неспешно съедает его, наслаждаясь последней трапезой. Неплохо бы еще запить вином, но сойдет и так. Иоаннес входит в темные воды, ощущая мерзкие и скользкие щупальца, что начинают обволакивать его ноги, а затем и тело по мере погружения в воду. Наконец он уже прошел достаточно, чтоб поплыть, и он поплыл на встречу смерти, пока щупальца обволакивали его сильнее, тяня на дно. Смертнику оставалось только надеяться, что он умрет от нехватки воздуха, а не съеденный монстром. Но он дышит. Он дышит, дышит полной грудью, но вода не попадает в легкие, пускай он уверен, что находится под водой. Щупальца закрывают ему глаза. Они плывут долго, слишком долго, но вот наконец Иоаннес получает возможность открыть глаза. И он застывает в немом шоке. Перед ним стоит замок, что прорублен в горе. Вокруг так же темно, но юноша всё равно видит, что вокруг даже не размыто. — Нравится..? — бормочет кто-то. Иоаннес оборачивается и смотрит на мрачного вида длинноволосого мужчину. Он изучает "смертника" своими равнодушными фиолетовыми глазами. — Кто вы? — тихо говорит он. — Тот, кому ты был обещан, зови меня Говард, — кривится мужчина. — Так вы будете меня убивать? — улыбается юноша. — Нет. Изначально так и планировалось, но я решил, что ты выйдешь замуж за меня. Дело в том, что ты мне симпатизируешь, — неохотно сообщает Говард. Ему явно неловко. — Э. Я мужчина, спешу напомнить, — его не смущает, что его отдают замуж. Лучше такое, чем смерть. — Это не проблема. Это.. Это же лучше, чем смерть? — Ну, наверное, — Иоаннес ухмыляется. Кажется, ему будет интересно.