Отражение

Земля затянута лёгкой дымкой предзакатного тумана, на небосклоне розовеет половинка солнца. Мелкий раздражающий всех дождь только начал срываться. Каких - то полчаса и станет совсем темно. Ага... Полчаса и начнётся самый настоящий ливень. Впрочем... Жители Санкт - Петербурга привыкли к этому также как к картошке, появившейся с 1765 года. На самом деле, закат - самое интересное, что можно встретить в СПБ. Это вроде как ещё не ночь, но уже и не день, а оглянуться не успеешь как стемнеет. Да...Темнеет тут резко и неожиданно. Цокая каблуками по плитке, шла девушка: тёмные волосы развевались по ветру, зелёные глаза внимательно высматривали нужное место, тонкий кожаный плащ едва волочился по земле. Она шла медленно, словно настороженно, по тропинке, ведущей прямо к воротам кладбища. Не самое лучшее время для посещения столь мрачных мест. Мол, предрассудки и все связанные с ними вещи. Ей плевать на предрассудки и мнение людей, она должна попасть сегодня к одному очень важному человеку. Вернее, попасть к нему на могилу. С каждым шагом по протоптанной сотнями ног тропинке сердце билось истошней, голова тяжелела невесёлыми мыслями, а дыхание немного спирало. Сегодня у него день рождения, нужно почтить память. Как - никак, они были друг для друга не последними людьми. Дождик уже заметно начал срываться, а волосы брюнетки стремительно намокали с каждым новым раскатом грома. Вот он, чёрный намокший могильный камень с мозаичным изображением Михаила Горшенёва — всё так же завален цветами, пачками с сигаретами. У основания камня стоит фотография, где улыбающийся мужчина смотрит прямо в объектив камеры... Карие сверкающие глаза смотрят словно в самую душу, просвечивая насквозь, будто рентгеном. Она слишком хорошо знала этот взгляд, столько раз испытывала на себе гипнотическую силу тёмных зрачков, тонула и забывалась. Горшенёв был её главным наказанием и главной слабостью - с ним она могла позволить себе расслабиться, быть свободной. Однажды он сумел заполнить собой зияющую дыру в сердце, ворвавшись в жизнь Гертруды бешеным ураганом. У них было всё : и ночные посиделки с разговорами о важном, и бурный секс на кухонном столе, и горячие поцелуи, разжигающие огненную страсть. У них было столько жизни в одном дне, но так мало дней в жизни. А потом он вдруг резко ушёл навсегда и на месте сердца вновь образовалась дыра, больше, чем прежде... Разглядывая фото Михаила, перед глазами Геры проносились счастливые моменты жизни. Положив букет гвоздик к остальным цветам, девушка прошептала: — Ну здравствуй, Миша. С днём рождения, — по щеке невольно пробежала слеза, девушка вытерла её рукавом плаща. Он не выносил слёз, особенно женских, его это приводило в ступор, а затем начинало злить. Поэтому, если ей и случалось проронить слезу, она старалась сразу это скрыть. — Миша... Если б можно было тебя вернуть, я бы сделала всё. Гром и молния раскатились с новой силой, заставляя ливень резко участиться. Девушка вздрогнула от неожиданного звука. Вода предательски попадала под плащ, заставляя прежде сухую одежду намокать, а тело покрываться тысячью мурашками. Рядом, прям над ухом, раздался звон то ли колокольчика, то ли бубенчика. Герда почувствовала, что сейчас не одна и обернулась назад. Никого не было и брюнетка повернулась к памятнику. — Я бы сделала всё, Горшочек, - повторили её слова противным писклявеньким голосом, добавив, — Какая драма! Ты слышал это, Горшочек? А, точно, ты же сдох. Прямо перед девушкой материализовалось нечто вроде как напоминающее человека - в костюме с чёрно - красными ромбами, с острой бородкой и маленькими голубыми глазками. На голове восседал шутовской колпак со звонкими бубенцами на концах. Гертруда испуганно отшатнулась. Видать, не зря предупреждают по кладбищам не гулять вечерами, можно демонов встретить. Ну, теперь уж будет знать. — Ты... Ты кто такой? — Кто я такой? Ну, милочка, так дело не пойдёт, — существо подлетело к ней и заглянуло в глаза. От этого холодного взгляда Геру едва не замутило. Она еле удержалась на ногах. — Меня вызвала и спрашивает очевидные вещи. Я Шут, дорогая моя. Проказник - скоморох, — карлик принялся крутить колесо прямо в воздухе, бубенцы резвились при каждом движении. — Шут? Это как?.. Где тогда Король? — чёрт захихикал и подлетев к могиле, уселся прямо на ворох цветов. — Вот твой Король, лежит себе, отдыхает, — показал на мозаичный портрет Михаила. Брюнетка глянула на памятник и нахмурилась, задавая вопрос : — Так ты тот самый чёрт, о котором говорил Миха? — На-а-адо же! — Шут оказался в двух сантиметрах от лица зеленоглазой, зависнув вверх ногами в воздухе, — А ты не так глупа, как кажешься. — Да, — кивнула Гертруда, — Миша говорил, что ты грубиян. Ладно, хорошо. Шут значит? Какого хера тебе тогда от меня надо?! Я в ваших играх никогда не участвовала! — Ну - ну, милочка. Не будь так груба. Я ведь хочу тебе помочь... — В чём, блядь, помочь?! Не нужна мне твоя помощь! - голос девушки срывался на крик. — Да ну? А кто только что просил всё вернуть? — Но это ведь невозможно! Так не бывает! — Ещё как бывает, дорогуша. И не такое бывает, — Шут расхохотался, закружившись вокруг головы Герты. — Зачем ты пришёл? Ты ведь правда демон? — от вопросов Шут расхохотался, взял с основания памятника букет цветов и начал вырывать оттуда лепестки, устраивая цветочные салюты. — Нет милочка, демоны с рогами и хвостами. А пришёл я по твою душу, — Шут подлетел к застывшей Гере и взяв за руку, начал водить по ладни пальцем. — Тяжёлая у тебя доля, вижу. Да-а, до конца дней тебе одинокой быть, — Гера отдёрнула руку, глядя на существо с неприязнью. — Тебе - то откуда знать? — Шут отрывисто рассмеялся, держась ладонями за живот. Вместе с ним звонко смеялись бубенчики. — Мне знать, милочка, очень хорошо. Даже знать, как тебе встретиться со своим Горшочком, — девушка скептически глянула на Шута . "Наверняка он потешается надо мной. Шут, он и в аду Шут. Как он сможет оживить неоживляемое? Ладно, выслушаю его, а потом решу, что делать — соглашаться или отказать". — Ну давай, говори уже, — Шут покачал пальчиком, мол, не так быстро. — За эту маленькую услугу ты должна будешь кое - что отдать мне. Так, пустяки. Ты ведь хочешь увидеться с ним? — Гера нерешительно кивнула. Просит отдать что - то, но что это будет? Стоит ли идти на сделку с этим не внушающим особого доверия существом? Девушку привлекала призрачная возможность вновь увидеть Мишу, ощутить его запах, почувствовать прикосновения ладоней... Она решилась. — Хорошо, я согласна, — Шут хлопает в ладоши, в его глазах играют озорство и скрытое предвкушение. — Сейчас закинем тебя в прошлое. На раз - два, — зависнув над головой девушки, Шут покружился и снова хлопнул в ладоши. Гертруду сразу же засосало в какой - то странный водоворот, где быстро сменялись картинки, события и моменты, а она сама перемещалась назад во времени.