Согрей меня, Федь

Федор торопливо вошел в квартиру, отряхивая смятые листья с ботинок. Конец октября в Питере - тихий ужас. Холод, дождь и слякоть. Бр-р-р. Сняв башмаки, Достоевский захватил пакетик с лекарствами, купленными в ближайшей аптеке и прошел в комнату. Гоголь все так же лежал на кровати без сознания, только тихонько постанывал, беспокойно вертясь на кровати. На висках блестели бисеринки пота, одеяло свалилось на пол. Подойдя к кровати, Федор заметил, что Колю бьет озноб. Достоевский быстро подхватил с пола одеяло, накрыл однокурсника и погладил его по белоснежным волосам. Шепнув: «Подожди немного, я сейчас вернусь», Федор пошел на кухню и заварил чай с лимоном. Подумав, он добавил три ложки сахара, ибо Коля был тем еще сладкоежкой, в отличие от Достоевского. Сделав все приготовления и взяв все нужные лекарства, «чудо-дохтор» прошествовал обратно в спальню. Он аккуратно потряс Гоголя, тихо позвав того по имени. Коля беспокойно завозился и слегка приоткрыл глаза. Увидев перед собой лицо Федора, беловолосый дернулся и попытался вскочить, но лишь снова упал на подушку, зашедшись в приступе сильного кашля. — Тихо-тихо-тихо. - Достоевский придержал Гоголя за плечи, шепча успокаивающие слова. - Лежи, Коль. Тебе отдыхать надо. Как ты заболеть-то умудрился, а? — Федя?.. - хрипло сказал болеющий. - Заболеть… ну, ты же знаешь Питер… - он тихо рассмеялся. - Вчера под дождь попал, а потом ураганище начался. Прости, что не написал сегодня, с самого утра в отключке лежу… — Все хорошо. - Достоевский тепло улыбнулся и чмокнул Колю в лоб под предлогом проверки температуры. - Держи, это надо выпить. - он протянул Гоголю таблетки и чай. Тот поморщился, но Федора ослушаться не посмел. Проглотив лекарства, Коля откинулся на подушки, посмотрел на своего «спасителя» и спросил, иногда покашливая: — Федь… а почему ты здесь? У тебя же дела наверняка есть… — Вот дурачина. Да я сегодня все нервы истратил, так за тебя волновался. Ты обычно пары не пропускаешь, а тут еще и не отвечал ни на звонки, ни на смс. После универа к тебе помчался сразу, прихожу, а тут ты из комнаты вываливаешься и падаешь без сознания. Я тебя на кровать положил и в аптеку пошел. У тебя же нет совершенно ничего, даже банального жаропонижающего! Хотя это можно простить, болеешь ты крайне редко… Но все равно, лекарства должны быть! — А… я понял. Хорошо. Федь… спасибо тебе. — За что? — Ну… за то, что возишься тут со мной. Тебе же наверняка это не надо… - Коля слабо улыбнулся. — Я не вожусь. Я за тебя переживал, Коль. - серьезно ответил Достоевский, смотря в гетерохромные глаза напротив. Гоголь застыл, неверяще уставясь на Федора. — Переживал?.. За меня?.. — За тебя. Ты мне дорог, даже, может быть, не как друг. Я люблю тебя, Коля. — Что?.. - Гоголь не успел закончить, как его притянули в поцелуй, нежно поглаживая беловолосую макушку. Несколько секунд Коля оторопел таращился на однокурсника, а потом прикрыл глаза и прильнул ближе. Когда они отстранились, Гоголь укоризненно глянул на Федора и сказал: — Простудишься же, Федь. Я ж больной. — Не больной, а болеющий. И не простужусь, потому что я тебя люблю. — Тогда я от тебя заразился. — И чем это? - поднял брови Достоевский. — Любовью, Федя. - Коля взъерошил темные волосы однокурсника. - Я тоже тебя люблю. Достоевский улыбнулся. Увидев его улыбку, Гоголь просиял. Он давно заметил, что Федя улыбается чаще рядом с ним. И старался делать все возможное, чтобы улыбка появлялась на уставшем лице больше. — А теперь, Коль, тебе отдохнуть надо. Лечиться будем. - Федор нежно провел пальцами от виска Гоголя к подбородку, слегка задев губы. - Не против, если я у тебя сегодня останусь? — Нет, конечно! - сверкнул улыбкой Гоголь. - Можно на диване тебе постелить… — Зачем на диване? Я с тобой могу. - предложил Федор, немного розовея щеками. Коля вспыхнул и спрятал лицо в ладонях. — Угу. - глухо прозвучало оттуда после утвердительного кивка. — Точно? Тебе будет комфортно? — Да. - беловолосый отвел руки от лица и серьезно посмотрел на Достоевского. — Хорошо. - Федор облегченно выдохнул и обнял Гоголя, обвивая руками изящную шею. - Коль. - окликнул он спустя минуту. — А? - отозвался тот. — А можно… можно я тебя заплету?.. - спросил Достоевский, утыкаясь носом в плечо Николая. — Заплести?.. Почему нет? - отстранился Гоголь. - расческа на тумбочке. - он указал длинным пальцем на прикроватный столик. Федор взял гребень и расплел растрепавшуюся косу. После этого он причесал непослушные белые волосы и принялся отделять пряди. Коля тихонько подрагивал от удовольствия, когда чувствовал прохладные пальцы на своей макушке. Спустя несколько минут на голове Гоголя красовалась изящная длинная коса, спускающаяся ниже лопаток вдоль спины. Беловолосый осмотрел результат в зеркало напротив кровати и пропищал: — Уи-и-и, Феденька-а! Это так красиво! Спасибо тебе. - он чмокнул зардевшегося Федора в губы, слегка лизнув. — Да не за что… - пробурчал польщенный Достоевский. - А теперь отдыхай, тебе поправляться надо. Я тоже скоро приду, уже ведь девять вечера. — Уже? - удивился Коля. - Долго же я валялся… Приходи поскорее, Федь. - он мило улыбнулся и плюхнулся на подушки. Достоевский накрыл его одеялом и погладил по щеке. Через пару минут он сидел на кухне и пил чай, а из комнаты доносилось тихое посапывание Гоголя.