В оковах туманной тишины

2 месяца назад после битвы с четвёртой низшей луной. Собрание столпов. Поместье Убуяшики.

      Поместье главы истребителей демонов выглядело воистину величественно, поражая своими размерами любого новоприбывшего истребителя (Если, конечно, он был удостоен чести посетить обитель главы). Комната, в которую Кагая Убуяшики созвал всех столпов, была маленькой, хорошо освещённой светом ламп, расставленных по периметру. Сам лидер организации вместе со своей женой сидел на татами с извечно безмятежной улыбкой. Его болезнь из года в год прогрессировала и распространилась уже наполовину лица, отбирая возможность видеть у мужчины. – Я очень рад приветствовать всех Вас, мои дети, в моей скромной обители. Спасибо, что так быстро среагировали и прибыли сюда, – тихий, безмятежный голос Убуяшики разлился по комнате. Столпы замерли, затаив дыхание, и слушали своего господина. – Уверен, вы уже знаете об изменениях, произошедших с одним из наших товарищей. – Все бросили быстрые взгляды на Токито. – Но прежде, я хотел бы спросить у тебя, Муичиро-кун, что ты почувствовал, когда получил метку? – Метку? – отозвался столп тумана и наклонил по птичьи голову, показывая своё недоумение. – Во время периода Сэнгоку несколько мечников были в шаге от того, чтобы положить конец жизни Кибутсуджи Мудзана. У них у всех были метки, похожие на демонические гербы различных форм и степени распространения по телу, – сказал Кагая Убуяшики. Все столпы неожиданно напряглись. – Эти сведения передавались из уст в уста. Быть может, кому-то из здесь присутствующих об этом уже известно.       Столпы все как один отрицательно качнули головой. – Почему скрывали от нас информацию? – спросил Санеми. – Потому что множество людей считали это выдумкой или ложной надеждой на победу над демонами. Однако, несмотря на их убеждения, все равно продолжали распространять информацию про метки. Со временем сведения стали расплывчаты. К тому же организация охотников огромное число раз была на краю гибели. Возможно, линия преемственности прервалась. Одно нам известно наверняка: «метка, появившаяся на одном человеке, начнёт распространяться на других, будто резонируя». – Так её распространил один из Мечников первоначального дыхания, – впервые с начала собрания подала голос Амане Убуяшики, пока её муж переводил дыхание от столь длинной речи. В последнее время Кагае всё тяжелее долго говорить без отдышки. Поэтому на помощь мужу приходит Амане, продолжая рассказ со своих уст. – Сейчас по великому счастью человеком, получившим метку, стал столп, сидящий здесь. Муичиро-кун, расскажи нам всё. – Мне не было известно о метках. Но вспоминая о прошлой битве, я понял, что кое-что отличалось от обычного боя. Если выполнить некий ряд условий, то, думаю, каждый из нас сможет получить метку. Позвольте рассказать Вам, как это действует. – Муичиро говорил как всегда в своей обычной тихой манере, однако, если раньше его взгляд был стеклянный и говорил он только ту информацию, которую ему буквально сказали пару минут назад, ибо забывал постоянно ее, то сейчас это был осознанный отчёт о прошлом бое, а серьёзность в его тоне придавала ценность его словам. – Во время битвы я был отправлен и не мог двигаться. Чтобы удалить яд из кровотока, я использовал свои дыхания. Однако этим я сделал себе только хуже и уже был на волоске от гибели, как пробудились мои старые воспоминания, а прояснение в голове и небольшую лёгкость придало противоядие Кимико, но, если подумать, оно не особо помогло в нейтрализации яда. Потом я почувствовал небывалую злость и, к сожалению, потерял контроль над эмоциями. Думаю, мой пульс был больше 200 ударов. В теле ощущалась лёгкость, словно я нисколько не вешу, а на щеках было жжение. – Когда отряд зачистки притащил тебя, то один из них доложил мне, что твоя температура была больше сорока градусов и сбить её никак не могли всю дорогу до моего поместья. Как ты мог двигаться и ощущать лёгкость, если твоё тело горело адским огнём? – изумилась Шинобу столь интересному феномену. Остальные собравшиеся молча внимали словам мальца. – Ну, поэтому я и считаю, что можно это использовать как индикатор, – пожал плечами Токито. – Умрёшь ты или нет? Именно это состояние является разницей между теми, на ком появилась метка, и теми, кто её не получил. Ты должен осознанно распрощаться с жизнью.       Кагая Убуяшики открыл рот, вобрав воздух в лёгкие, чтобы задать вопрос, как изошелся в кашле, согнувшись в три погибели. Он вовремя успел подставить руку ко рту, чтобы сплюнуть туда кровь. Амане тут же бросилась к мужу, подавая платок. Столпы вместе воскликнули «Глава!» и замерли на местах, когда Кагая поднял другую чистую ладонь вверх, как бы говоря «Спокойно. Всё хорошо. Не стоит переживать». Столпы в смешанных чувствах наблюдали, как Амане помогает убирать остатки крови с лица своего мужа. Кровавый кашель временно отступил, дав возможность спокойно закончить собрание. – Значит, пульс был больше двухсот ударов в минуту... И температура тела больше сорока, – хрипло протянул глава охотников, задумчиво склонив голову. – Да, всё верно, Ояката-сама. Когда я занималась лечением Муичиро-куна, то измерила его температуру. Термометр показал сорок пять градусов. На протяжении двух дней сбить её не удавалось. На третий день температура пришла в норму, – сказала Шинобу, вспоминая недавние события. – Неизвестно, это подействовали мои лекарства или же она прошла сама.       Муичиро кивнул, как бы подтвержая слова Кочо, ведь сам помнит, что его лихорадило некоторое время. Сбоку раздалось цыканье Санеми: – Так легко? – Завидую тому простаку, который считает это лёгким, – бросил в ответ Томиока. – Что вякнул? – тут же среагировал столп ветра, поворачивая голову в сторону Гию и испуская кровожадную ауру вокруг себя. – Ничего, – ответил спокойно Томиока, включая тотальный игнор индивида под именем Санеми. Последний в свою очередь хотел уже подправить личико одному охреневшему, сугубо по мнению столпа ветра, пареньку, как вспомнил, где находится, и решил отложить сие действо до выхода из дома главы, возвращая своему лицу невозмутимость. – Значит, получение метки теперь станет первоочередной целью для столпов, – заключил Обанай, а змея на его шее согласно шикнула. – Согласен. Ояката-сама, мы займёмся этим. Можете на нас положиться. Пожалуйста, отдыхайте и набирайтесь сил. Мы будем молиться за Ваше здоровье, – сказал Гëмей. Все столпы согласно покивали. – Спасибо Вам, дети мои. Прошу Вас только об одном: пожалуйста, получите эти метки все, у кого её нет, без исключения, – промолвил Кагая, склоняясь в поклоне. Амане следом за мужем поклонилась столпам, которые тут же принялись просить из поднять головы, потому что они и так знают, что обязаны сделать.       На этом собрание столпов подошло к концу. После него все выходили с тяжёлыми думами в головах. Однако Санеми было не до мыслей. Сейчас он планировал осуществить задуманную трепку кое-кому. На его губах заиграл оскал. Когда хашира выходили из поместья, то по счастливому стечению обстоятельств Томиока шёл сзади Санеми. В теле появилась неожиданная бодрость. Столп ветра резко развернулся на пятках назад, но за его спиной никого не было. – Да ладно, слинял что ли?! Вот же ж говнюк!       Недовольство Шинадзугавы подхватил ветер и вместе с несколькими листьями дерева развеял по небу, унося в далёкие края.

*****

«Пение птиц раздавалось где-то вдалеке. Шум листвы деревьев над нашими головами и шорох травы успокаивали разум, подобно сладкой колыбели. Волосы развиваются от дуновения ветра. Солнце медленно заходило за горизонт, небо окрашивалось в огненный оттенок. Облака разных форм и размеров проплывали по небу, уносясь в неведомую даль. Я вдыхаю воздух, заполняя лёгкие во весь объём, и на миг прикрываю глаза, чтобы насладиться моментом. Он что-то буркнул себе под нос. Я открыла глаза, поворачивая голову в его сторону, и тут же попадаю в плен зелёных глаз, что сейчас неотрывно смотрели в мои. Кажется, мир вокруг замер, потерялся где-то на фоне. Звуки окружающей природы стихли. Стало слышно только, как бьются наши сердца, сливаясь воедино. В этом мире остались только я и Он. Мы смотрели друг на друга, не в силах отвести взгляд. Он уверенно пододвинулся ближе. Его зелёные глаза хитро сузились, а на губах заиграла ухмылка. Он положил руку мне на щеку, поглаживая большим пальцем, продолжал смотреть только в глаза, ища в них крупицу простеста. Однако всё было с точностью да наоборот, и дабы показать это, я тоже придвинулась к нему, и теперь мы вплотную были друг к другу. – Знала бы ты, как я себя сдерживаю, чтобы прямо здесь и сейчас не вжать тебя в землю и не зацеловать до головокружения, – с лёгкой хрипотцой произнёс Он, кидая беглые взгляды на мои губы. – Ты всегда себя сдерживаешь только на словах, – усмехнулась в ответ я, соприкасаясь своим носом с его, – а действуешь как вздумается. Тихий смешок сорвался с его уст, а после наши губы соприкасаются. По телу пробегает приятная дрожь. Его руки нежно окольцовывают мою талию, прижимая ближе к себе. Он терзал мои губы, пока не закончился кислород в лёгких. Он отстранился, кидая на меня слегка затуманенный взгляд, а после начал -...» – КИМИКО-О-О! – ДА НЕ КРИЧИ ТЫ, ИДИОТИНА! МЫ ЗДЕСЬ НЕ ОДНИ!       Приглушённые женские крики раздались за дверью, жестоко отрывая меня от книги. Я резко вскинула голову на дверь. Кажется, пока читала момент в книжке, забыла о необходимости дышать, из-за чего сейчас в срочном порядке пыталась выровнять дыхание. Черт, это ж были голоса Макио и Суны! Судорожно осматриваю комнату в поисках места, куда можно спрятать рукопись. Ничего умнее мне не пришло в голову, как положить под подушку. Вот кто меня дёрнул за язык попросить Тосио принести какое-нибудь чтиво?! Нервно поправляю подушку, проверяя, не видно ли книгу. Принимаю непринужденную позу, поворачиваю голову к окну, делая задумчивый вид. Надеюсь, мои щеки сейчас не пылают, иначе всё будет насмарку. Вот надо им было появиться на таком интересном моменте в книге?! С трудом подавила вскрик разочарования и прислушалась к приближающимся шагам. Спустя несколько секунд в комнату не зашли, а ввалились Сума и Макио. Они, не медля времени, кинулись ко мне, обнимая со всех сторон. Где-то сверху раздались завывания Сумы: – Кими-чан, малышка наша, ты умираешь? – Ты совсем идиотка?! Живая она, живая, родная наша! – прорычала Макио и, прижав к себе ближе, прописала смачный щелбан Суме, отчего она снова заскулила и упала мне на колени, недовольно что-то бормоча себе под нос. Мне ничего другого не оставалось, как в знак поддержки и утешения положить руку ей на голову и, еле касаясь волос, погладить. – Девочки, не шумите вы так. Кимико покой нужен, – шикнула на обеих Хинацуру, качая головой. Она улыбнулась мне и присела на стул, который Узуй-сан предварительно галантно пододвинул, а сам стал за её спиной, с высоты своего роста наблюдая за нами. – Как ты себя чувствуешь? – Да-да, как ты себя чувствуешь? – Сума и Макио поддакнули. – Судя по виду наш маленький бриллиант идёт блестяще на поправку! – воскликнул наставник, наклонив по-птичьи голову, он внимательно осматривал меня.       От такого повышенного внимания большого количества людей я неловко посмеялась и застенчиво провела рукой по затылку, отводя взгляд. Отчего-то на душе стало мерзко, что я подвела учителя и не смогла показать достойно себя в схватке с демоном. Однако вслух сказала другое: – Замечательно себя чувствую! Ничегошеньки не болит,хоть сейчас в бой! – Так! Никакого боя! Сиди смирно и выздоравливай! – Макио как всегда строго зыркнула на меня, остужая пыл. Сума и Хинацуру согласно закивали. – Полностью поддерживаю своих великолепных жён! Тебе стоит восстанавливать силы, чтобы потом всех ослепить своим светом! – с важным видом, как будто вещает что-то невероятно ценное, сказал наставник. – Ах, Ками-сама, что я вижу? – Хинацуру коснулась моих щёк и легонько потянула их в стороны, расплющивая мою моську. – Здесь оказывают плохое лечение нашей Кими-чан! Вон как она исхудала здесь! Даже её милые щечки исчезли! Может заберем её к нам, мой Тенген? Мы о ней хорошенько позаботимся! – О-о-о, какая блестящая идея! Я тоже считаю, что под нашим неусыпно неотразимым присмотром наша Кими поправится быстрее! Мне стоит обязательно поговорить по этому поводу с Шинобу. – А может просто её украдем, а опосля оповестим, что она у нас? – внесла свою лепту Макио, подмигивая мне. Э-э, ребятки, а может не надо? – Так же нельзя, – спокойно отреагировала на эту затею Хинацура. – Поднимется шум, когда обнаружат пропажу Кими-чан. Давайте хотя бы записку оставим? – Чур пишу её я! – Сума подняла руку и махнула ей, обращая тем самым на себя внимание.       Ханацуру и Узуй-сан одобрительно кивнули, Макио просто хмыкнула, но ничего не сказала. Что же касается меня, то я молча наблюдала, как моя судьба решается без моего участия. Мне, как никому другому, прекрасно известно, что если эта семейка что-то задумала, то обязательно это осуществит и затопчут любого на своём пути, кто решиться встать между ними и целью. Далее эти гении преступного мира стали ПРИ МНЕ ЖЕ обсуждать в деталях, как меня похи-.., то есть "благородно спасут".       Вдруг в коридоре раздался громкий писк, следом за ним крик: «Аккуратно!» и что-то с грохотом упало, разбиваясь в дребезги. Предположительно ваза. Все обратили внимание, как буквально через секунду в комнату забегает розово-зеленый ураганчик, проникновенно крича: – Кимико, ты очнулась!!! Я так скучала!!!– Митсури оставливается в паре метров от койки, замечая присутствующих. – Ой, простите, я не знала, что есть ещё посетители.       Жены Узуй-сана стали отнекиваться, говорить, что всё в порядке и, наоборот, рады, что столп любви присоединилась к нам. Тогда Митсури выдохнула, снова заулыбалась и, никого не стесняясь, заключила меня в теплые объятия. – Простите за беспокойство!       Следом за Митсури появился Ренгоку-сан с неизменно уверенной улыбкой на лице. Митсури отстранилась от меня, усаживаясь на кровати рядом с Макио. Что-то моя большая койка вмиг перестала быть таковой. Только сейчас замечаю, что в левой руке Ренгоку-сан держит красный мешочек, а уже потом до меня доносится сладкий запах сакура моти - любимого блюда Митсури. Невольно тихо усмехаюсь. Ничего другого от подруги и не ожидала. Она всегда всех угощала именно этим кондитерским изделием.       Однако лишь сейчас обращаю внимание на тишину в помещении. Ëк-макарек, так тут явно пахнет жареным! Ну вот почему именно сегодня все шумные личности решили собраться в столь маленькой комнате?! В частности это касается двух опасно зыркающих друг на друга столпов, которые в последнее время из всего делали соревнования. Будь-то поедание еды или кто быстрее уложит противника на лопатки. Или это было так два месяца назад. Всё же я выпала с реальности на долгий срок и за это время многое могло измениться. Можно, но не желательно, вспомнить того же столпа тумана и его метаморфозы. – Рад видеть, что ты как всегда ослепительно сверкаешь, мой дорогой друг! – воскликнул столп пламени. Он отвёл руку с открытой ладонью в сторону, как будто собираясь прописать наставнику пощёчину. – А я как рад видеть твой пламенный запал, мой любезный друг! – ответил Узуй-сан и тоже отвёл руку в сторону.       И тогда с силой толкнулись в приветственном рукопожатии два столпа. Вокруг них поднялся ветер, который тут же ринулся во все стороны, сдувая вещи со шкафов, что стояли возле стенки напротив моей кровати, покрывала и простыни с соседних кроватий, шторы на окнах ходили ходуном. Макио, Сума и Митсури прижались ко мне, чтобы уж и нас не сдуло. Хинацуру присоединилась к нам. Теперь мы просто наблюдали, как воинствующие ауры окутали столпов. Их рукопожатие стало только крепче. Вены у них на руках вздулись. Создавалось впечатление, что они устроили армреслинг. – В прошлый раз нам блестяще помешали закончить. Что думаешь, мой пламенный друг, может быть закончим все здесь и сейчас? – протянул Узуй-сан. Его губы растянулись в оскале. – Мой блистательный друг, неужели ты читаешь мои мысли? – сказал Ренгоку-сан. Ауры вокруг них стали распространять по всей комнате.       Ой-ой, что-то мне дурно становится! КТО-НИБУДЬ остановите это безумие! Мы ж так помрем здесь!! Только я открыла рот, чтобы попросить жён Узуй-сана и Митсури остановить столпов, как женщины сами всё сделали без моих слов. Вмиг жены столпа звука отлепились от меня и оказались возле наставника, подпрыгнув, каждая из них приписала подзатыльники ему. Митсури тоже не отставала от них. Столп любви возникла перед Ренгоку-саном и сердито сказала: – А ну-ка, прекратите здесь баловаться, Кëджиро! Вы только ухудшите состояние Кими! – Вот именно, мой Тенген! Здесь не место для соревнований! Если так хотите продолжить состязание, то идите на улицу! – вторила Хинацуру словам столпа любви, выталкивая из комнаты вместе с Макио и Суной наставника, который, судя по виноватому выражению лица, осознал свою ошибку. – Нашей Кими нужен покой, а вы тут балаган устроили! – разгневанно бурчала Макио. – Вы плохо себя повели, мой Тенген! Поэтому останетесь сегодня без окономияки*! – тоже ругала наставника Сума.       Узуй-сан протестующе стал извиваться в руках любимых жён, что уже почти вытолкнули его за пределы комнаты. Он успел бросить мне:« Блестяще извини, Кими-чан» и его массивная фигура скрылась в коридоре. – Не волнуйся, Кимико. Мы за тобой ещё придём. Выздоравливай! – сказала Макио напоследок, и дверь за ней закрылась. Больше всего меня пугает, что они придут не «ко мне», а «за мной». Может стоит свалить по-тихой куда-нибудь? Я и так чудом смогла от них съехать сюда, в поместье бабочки, так они меня обратно пытаются утащить в своё логово, пока я не в силах дать хоть малейший отпор! Тц, хитрожопые какие...       Пока семейство Узуй-сана экстренно покидало зону, где сражения под запретом, Ренгоку-сан извинялся передо мной и Митсури за своё поведение. Он неловко чесал затылок и громко смеялся с собственных необдуманных действий. – Мы тогда тоже пойдём, Кими. Тебе и правда нужен отдых, а тут заявились мы всей толпой и продыху тебе не дали. Прости уж нас, – сказал столп пламени. А Митсури раздосадованно выдохнула и кивнула. – Надо было раньше приходить к Кими...– буркнула она, а после снова засияла: – Мы тогда пой-... А что это у тебя за книга выглядывает из-под подушки? Ты любишь читать, Кими? А какие жанры тебе интересны? А о чем эта книга, которую ты читаешь?       Кажется, у меня начался нервный тик и сердце отказалось от своих прямых обязанностей биться и просто остановилось. Я повернула голову в сторону подушки и заметила, что из-под неё выглядывает бордовый корешок книги, на котором золотыми буквами написано:«Танец страсти». Вмиг моё лицо обдало жаром, и я тут же пристыдливо ринулась прикрывать книгу подушкой. Не дай Ками-сама они прочитают название! – Э-это?... Мне её Тосио дал... Да-да, он! Поэтому к нему все вопросы, – заикаясь, смогла вытащить из себя хоть какие-то слова. Митсури, чье любопытство просто так не удовлетворить, хотела уже кинуться ко мне и распросить буквально обо всём, что связано с этой книгой, как Ренгоку-сан схватил её за шкирку и остановил. – Тогда мы заглянем к тебе в скором будущем и ты нам расскажешь, о чем это книга! У тебя замечательно получается пересказывать содержания! А сейчас нам пора. Набирайся сил! И хорошо питайся! – сказал он, и вместе с Митсури они покинули помещение.       Я облегчено выдохнула, привалившись спиной к изголовью кровати. Кажется, парочку седых волосинок за сегодняшний день у меня точно появилось. Желание читать книгу пропало. Всё, что мне сейчас хотелось – это вздремнуть пару часиков. Поэтому, не медля, я исполнила свою прихоть.

*****

      Знаете, что-нибудь про то, что в жизни человека есть белая полоса и чёрная? Они, как многие говорят, равномерно распределяют между собой обязанности, чередуясь, чтобы человек мог познать и счастье, и горе в примерно равных дозах. Так вот, кажется, на мне эта система дала сбой! Потому что объяснить, каким чудом я оказалась главным объектом в поле зрения Муичиро Токито, можно только бесконечно чёрной полосой проклятий! – Мелкая, ну чего ты такая угрюмая? Ну давай, улыбнись! Вот так..        Объект моих негодований обогнал меня, встав передо мной, из-за чего пришлось остановиться и наконец-то одарить его взглядом, который безусловно сейчас говорил, куда столпу тумана стоит пойти. Указательными пальцами рук он ткнул в уголки своих губ и растянул их в улыбку, издав при этом звук «Ы-ы-ы» и полностью игнорируя мой злой взор.       Я точно сейчас его чем-нибудь ударю!       Однако на ум пришла иная тактика – пропускать мимо ушей весь его трëп. Авось, поймёт, что реакции от меня не дождётся и наконец-таки отстанет. Мысленно кивнув самой себе, я обогнула назойливого столпа и пошла дальше по коридору. Сегодня в моих планах была обычная прогулка по саду в гордом одиночестве и любование небом из-под тени дерева. Только вот один индивид явно пытался разрушить мои планы, вклинивая свою персону. Одного понять не могу, чем я заслужила такое повышенное внимание? Когда я задала этот вопрос непосредственно столпу, то получала загадочную улыбку и пожимание плечами. Ну и как это прикажите интерпретировать?!       По-видимому, Муичиро не особо понравилось, что его нагло проигнорировали, но замолчал и теперь в тишине продолжил за мной идти, подобно тени. И это повторялось уже неоднократно.       После того, как два дня назад меня навестили три столпа и жены наставника, я решила, что мне до смерти скучно ничего не делать. Даже книгу не хотелось дочитывать, а там явно разворачивался интересный сюжетец. Поэтому я решила, что лучше будет чем-нибудь себя занять, чтобы одновременно скорее восстановиться и приступить к тренировкам, а также не показаться лентяйкой со стороны, правильно же? Вот и так думала и поэтому напросилась у госпожи Шиноби на лёгкую работу по дому. Будь то подмести во дворе либо же убраться в поместье. Всяко лучше простого сидения на пятой точке. Только я не учла одного: что снова и снова в мои планы два дня подряд нагло будет врываться столп тумана. Он, словно привязанный ко мне, шёл следом за мной, пытался говорить и...коснуться меня как бы «случайно». Только его довольная лыба выдавала его с потрохами, что это было задумано. И это неимоверно бесило!       Вчера, к примеру, я наводила порядок в чулане, в котором, похоже не убирались со времён постройки поместья, ибо пыли там было до бесконечного чиха много. Однако столп тумана не побрезговал и тоже вместе со мной прибирался в чулане. И вот значит, стояла я на табуретке, вытирала пыль с верхних полок стеллажей. Всё было спокойно, мирно, до того момента, как я не подняла какую-то коробку и оттуда внезапно не выпрыгнула игрушка в виде лисёнка, испугав меня до чёртиков. Я потеряла равновесие и начала падать. За пару секунд успела сгруппироваться и приготовиться к падению, но меня поймал столп тумана. Он крепко прижал меня к себе. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Хашира задумчиво хмыкнул и вместо того, чтобы как можно скорее поставить меня на пол, он слегка подкинул меня и удивлённо сказал: – Ты и так мелкая, так ещё и ешь мало, что ли? Лёгкая, как облачко. Если продолжишь в том же духе, то ты так никогда не вырастишь, Кимико.       Кажется, мои щеки предательски обдало тогда жаром. В смысле мало ем? В СМЫСЛЕ МЕЛКАЯ?! – Я растущий организм, чтоб ты знал! – воскликнула тут же, дергая за щеки парня. – Ещё раз мелкой обзовешь, не посмотрю, что ты столп, искалечу как следует! – Ай-ай, больно! – пискнул хашира и в этот раз подкинул меня выше, из-за чего я вскрикнула и отпустила его щеки. Он довольно ухмыльнулся, когда я вцепилась ему в шею из боязни, что меня уронят. Вот же ж скотина...       На этом я отказалась дальше находиться в его обществе и ушла, сказав напоследок, что видеть его больше не хочу. Да, тогда с уборкой мы не закончили. Я объяснила всю ситуацию госпоже Шинобу и вместо того, чтобы посочувствовать мне, она покачала головой и улыбнулась иначе, чем раньше... Словно мать своему ребёнку, что ли? До сих пор не понимаю, что значила её улыбка и слова:«Ах, как быстро дети растут. Уже скоро из гнездышка улетишь в другой дом». – Ты не можешь от меня остать и мучать своим присутствием кого-нибудь другого? – наконец-то подала я голос, когда мы почти уже дошли до полюбившегося мне дерева в саду. Сидя в его тени, можно было почти всем взором обхватить двор поместья и полюбоваться небом. – Нет, я уже выбрал тебя! – радостно воскликнул парень, поравнявшись со мной. Я его точно сегодня придушу! Подавив хнык разочарования, что сегодня одной мне не быть, я приземляюсь возле ствола дерева, прислонившись спиной к нему, и прикрываю глаза. Муичиро, судя по звукам шуршания травы, садится рядом, плечом к плечу. В тишине мы просидели, как мне кажется, достаточно долго. Меня даже начало клонить в сон. – Честно признаться, я рад, что смог сегодня с тобой посмотреть на облака. Не знаю почему, но то как они безмятежно плывут над нашими головами, успокаивает меня. Даже иногда забываю про время, просто смотря на них, – тихий голос столпа красиво слился с шумом листвы дерева, нарушая тишину. Нет, по-другому, его голос идеально вписался в окружающую нас атмосферу умиротворения. Медленно открываю глаза и поворачиваю в сторону столпа голову. Его задумчивый взгляд устремлён в небо. Стыдно признаться, но не могу отвести взор от его профиля. Неужели он и раньше был..таким красивым? Когда Муичиро почувствовал, что я на него смотрю, то отрывается от созерцания небосвода, уделяя своё внимание полностью мне. Его мятного цвета глаза без смущения смотрят в мои, не отрываясь и даже не моргая. Отчего-то сердце пропустило пару ударов и замерло. Мне абсолютно не хотелось отводить взгляд..       Почему... – Почему ты такой?       Вопрос скрывается с моих губ неосознанно. Столп вздрагивает от неожиданности, отводит на несколько секунд взгляд в сторону, а потом снова возращает его. – Ты меня вытащила из мрака, окружавшего меня на протяжении трёх лет. Ты вернула мне воспоминания. Ты изменила моё мировоззрение. Ты изменила мою душу. – Хашира медленно пододвигался ко мне, с каждым предложением всё громче выделяя местоимение «ты». И вот, когда он упёрся своим лбом об мой, сказал: – Поэтому стоит задавать вопрос по-другому:«Из-за кого я такой?»       Серьёзный, тихий тон, пробирающий до дрожи. Пара мятных глаз, что сейчас были так близко, смотрели в мои без прежних искр веселья. Даже не было старого доброго безразличия во взгляде. Было что-то иное... Неизведанное до сегодняшнего дня странное чувство.. «Мы смотрели друг на друга, не в силах отвести взгляд. Он уверенно пододвинулся ближе. Его зелёные глаза хитро сузились, а на губах заиграла ухмылка...» «...Тихий смешок сорвался с его уст, а после наши губы соприкасаются. По телу пробегает приятная дрожь. Его руки нежно окольцовывают мою талию, прижимая ближе к себе. Он терзал мои губы, пока не закончился кислород в лёгких. Он отстранился, кидая на меня слегка затуманенный взгляд...»       Отрывки текста из книги промелькнули в моей голове. Только сейчас до меня дошло, в каком положении мы сидели. Вскрикнув, я отшарахиваюсь назад, делая перекат, встаю на ноги, чуть ли не спотыкаясь ногой об ногу и снова не падая на пятую точку. – Я-я.. Н-ничего такого н-не дел-лала!.. Я...Ты сам! – дрожащим от смущения голосом промямлила я и как можно скорее побежала в сторону поместья. Что это вообще сейчас было?! Какого чёрта он творит всё это?!       Когда я ступила на порог поместья, то уверена, УВЕРЕНА, что слышала тихий, насмешливый смешок, который ветер донёс до моего слуха. Спиной я чувствовала, как меня прожигают взглядом. Прикусив до боли нижнюю губу, заскакиваю внутрь здания. Да не в жизнь я ещё раз останусь тет-а-тет с этим волком в овечьей шкуре!! Чтоб он провалился под землю искуситель хренов!