В оковах туманной тишины

      Сквозь царившую вокруг тишину пробивались стрекотание цикад и отдалённый лай собак. В нос резко ударяет запах трав. Где я? В поместье бабочки? Неужели меня смогли спасти и это не очередной кошмарный сон?       Чувствую лёгкое, почти невесомое, словно пёрышко, прикасание к моим щекам, а после как подушечками пальцев кто-то ведёт линию от глаза до скулы, смахивая что-то мокрое.       Кто это?       Я медленно открываю глаза. Всё предстаёт расплывчато. Несколько раз проморгавшись, начинаю видеть более чёткие очертания деревянного потолока. Поворачиваю голову вправо. Из окна на меня приветственно смотрела тьма. Луна сегодня была скрытая за облаками, поэтому чернота скрывала в себе деревья, силуэты которых сейчас выглядели весьма жутко и устрашающе. Окно было приоткрыто, пропуская свежесть ночного воздуха в помещение. Странно, обычно его закрывают на ночь...       Продолжаю осмотр комнаты, поворачивая голову влево. Я поражённо замираю, встречаясь с безжизненными, горящими во тьме бирюзовыми глазами, чей цвет казался сейчас намного глубже, чем обычно и плавно переходил в мятный. На спокойном фарфоровом лице не проскользнуло ни одной эмоции. Поза человека расслаблена. Но взгляд... Появилось ощущение, что он гипнотизировал меня, затягивая в свою пучину. Я вздрогнула от этого чувства и невольно воскликнула: – О, Ками-сама, святые помидорки!       Незнакомый доселе голос с лёгкой хрипотцой вырвался из груди. Мозг дал команду телу дернуться от объекта на стуле в сторону, но, по неведомым причинам, тело в наглую проигнорировало главный штаб, оставаясь в исходном положении. Чуть лучше вглядевшись в черты лица, я узнала человека. Но легче от этого не стало. Возле моей койки, ближе к изголовью сидел Муичиро Токито. Его брови поползли вверх, а глаза расширились в безмолвном удивлении. Пару секунд мы смотрели друг на друга, как будто впервые встретились и уже смогли оказать неизгладимое впечатление один на другого.       Неожиданно хашира издал лёгкий смешок. – Святые помидорки? Это ты здорово придумала! – красивый смех смешался с трелью цикад, создавая невообразимую мелодию, которая ласково касалась ушей. Я поймала себя на том, что не могу оторвать взгляда от столпа, что сейчас предстал передо мной в совершенно ином свете, чем до этого. Более...уютном? Успокоившись, он спросил: – Как себя чувствуешь?       Я ощутимо вздрогнула, повертела головой в разные стороны, пытаясь сбросить наваждение. Это что сейчас происходит? Может это сон? Или это иллюзия, навеянная демоном? Демон.. Точно! Значит, я все-таки не смогла выжить и умерла. Тогда получается это рай? Но почему этот мерзавец здесь? Он меня даже в загробном мире преследует, паршивец! Что ж я тебе такого сделала?!       Чтобы уж точно убедиться, что это сон, я ущипнула себя за руку, не задумываясь, и тут же зашипела от боли. ЭТО НЕ СОН! ЭТО РЕАЛЬНОСТЬ! – Кимико-чан, что ты делаешь?! – Токито тут же подскочил, аккуратно схватил меня за руку и осмотрел место щипка. Оно немного покраснело. Токито нежно провёл кончиками пальцев по этому месту. – Зачем ты это сделала?       Он укоризненно посмотрел на меня. А я.. А что я? Я продолжала на него смотреть, как на иноземный объект и не могла ничего ему сказать. В голове гулял ветер, из-за чего слова просто не складывались в разумные предложения. Но хашира похоже не ожидал от меня ответа и, всё ещё держа мою руку, сел обратно. Между нами возникла тишина. Если я просто не находила слов, чтобы высказаться, или толком не могла пошевелиться по вполне разумным причинам, то объяснить, почему этот странный тип с лицом ненавистного мне человека сидит тут и кусает нервно нижнюю губу, кидая на меня мимолётные взгляды, словно пытаясь тем самым что-то донести, – мне не особо понятно. Токито бесшумно выдохнул, набрал побольше воздуха в лёгкие и смелым взглядом посмотрел прямо мне в глаза. – Знаешь... Я хотел бы извиниться перед тобой за своё ужасное поведение. Я смутно помню события прошлого, но это не является оправданием всему тому, что я тебе сказал и сделал. Мне это прекрасно известно, но.. Прости меня, пожалуйста. – мягким, тихим голосом говорил хашира. Он отвёл взгляд в сторону, с улыбкой продолжил: – Когда я в первый раз хотел тебя навестить, меня чуть ли Узуй-сама не загрыз! Представляешь? Пришлось к тебе залезать через окно! Он неловко посмеялся, смолк на несколько секунд, собираясь, видимо, с мыслями, а потом снова продолжил: – Благодаря тебе ко мне вернулась нечто очень важное: память о моей семье. Как-то Оякато-сама сказал, что когда я вспомню своё прошлое, то обрету настоящего себя. И это правда! Знаешь, Кими-чан, на душе так легко стало. Я наконец-то увидел мир совершенно под другим углом и он теперь был не серых цветов как раньше, а приобрёл целую палитру красок! Я даже стал запоминать, что происходило вчера и позавчера. Это так удивительно! Спасибо тебе, что открыла для меня мир! Я безмерно благодарен тебе!       Я, не перебивая, слушала его, почти не двигаясь, почти не дыша. Потому что, во-первых, дискомфорт в виде жжения внутренностей и боли в пояснице проявлял себя во всей красе! А во-вторых, я до сих пор находилась в потрясении от подобного откровения со стороны столпа тумана. Под конец его речи меня потянуло в сон. Перед взором стало всё расплываться, а глаза закрываться. Как бы я не хотела остаться в этой реальности, у меня это не получалось. Токито, заметив это, улыбнулся уголками губ, аккуратно положил мою руку на кровать, поправил одеяло и выпрямился. – Спасибо, что выслушала, Кими-чан. Я тогда пойду. Отдыхай.       А после я провалилась в оздоровительный сон. Только в этот раз обошлось без картинок из прошлого.

*****

–... И я ей такой говорю:«Девушка, вы безусловно красивы. От одного Вашего взгляда сердце замирает. Однако прискорбно Вам сообщать, но... Мы не созданы друг для друга!», – сквозь пелену сна пробирался драматический голос Тосио. Он медленно возвращал меня в реальность. – А потом в порыве отчаяния схватился за своё сердце и весь в слезах убежал от неё! Надо было видеть с каким офигевшем лицом она застыла!       После этих слов раздался смешок, но быстро стих. – Жаль, что ты этого не видела... Интересно, чтобы ты сказала? – грустные нотки, что так не свойственны были образу Тосио, проскользнули в его голосе и повисли в воздухе. – Сказала бы, что ты идиот, – отозвалась я, открывая глаза и поворачивая голову в сторону друга. Он сидел на том же месте, что и Муичиро, и с задумчивым взглядом крутил... мой кунай?       Ах ты, мелкий паршивец! Только я открыла рот, чтобы сказать всё, что о нём сейчас думаю и как сломаю его руки, чтобы напрочь отбилось желание брать чужие вещи, как я изошлась в сухом кашле. Горло словно изнутри царапали кошки, оттачивая свои коготки о мою плоть. Вода. Мне срочно требовался глоток воды. Кое-как на дрожащих руках я приподнялась и бросила взгляд на прикроватную тумбочку, где стоял стакан со спасительной жидкостью. – Да, именно так ты бы и сказала! – радостно воскликнул Тосио и наконец-таки обратил на меня внимание. Он заметил мое рвение добраться до воды и горящий взгляд, направленный на неё, поэтому быстро спохватился, вскочив со стула и подав мне стакан. Я тут же схватила его и с дикой жадностью начала поглощать содержимое, чуть ли не умудрившись подавиться в самом начале. – Эй, никто её у тебя не заберёт! Пей медленнее! – воскликнул друг, наблюдавший со стороны. Его слова я полностью проигнорировала и в последующие четыре больших глотка выпила всю воду.       Я с блаженным наслаждением выдохнула. Внутри чувствовалось, как прохладная жидкость приятно разливается внутри, вызывая стадо мурашек по всему телу. Спиной упёрлась об изголовье кровати и повернула голову в сторону Тосио, который терпеливо ожидал, когда всё моё внимание будет направлено только на него. – С пробуждением, принцесса! Я уж думал, что надо тебя поцеловать, как в сказке, чтобы пробудить ото сна, – весело сказал он и упёрся руками о колени, наклонив корпус ближе ко мне.       Что-то было не так... Его веселье и улыбка были..наигранными? Или же мне так просто кажется после пробуждения? Тем временем Тосио продолжал разглагольствовать: – Ты два месяца провалялась в отключке! Помнится мне, ты жаловалась, чт-... – Сколько?! – воскликнула я, перебивая его. Уверена мои глаза сейчас были с размером блюдца. – Два месяца ты дрыхла! А нечего так на меня таращится! Подробностей мне не говорят, но если судить по невзначай брошенным словам, то тот яд демона, что был у тебя в крови, слишком быстро распространился по телу и впитался в клетки, пожирая их и уничтожая тебя изнутри. Если хочешь более детального описания всей картины, то Госпожа Шинобу тебе с превеликим удовольствием всё распишет на пальцах, – под конец его голос стал тише, а задумчивый взгляд сместился с меня вниз, на его руки, что сейчас были сжаты в кулак и покоились на его коленях. Да и сама поза моего друга из непринуждённой превратилась в напряжённую. Неужели что-то и вправду случилось? Этот вопрос почти соскучилась с моих губ, как Тосио тихо с всхлипом сказал: – Я уже думал, что ты не откроешь глаза... – Т-Тосио? – Госпожа Шинобу тоже немного начинала сомневаться, хотя и продолжала верить, что ты очнешься... Когда.. Когда я тебя увидел бледную, с синими губами, с которых стекала кровь, то почувствовал как почва уходит из под ног...Знаешь... Я очень-очень рад, что ты проснулась! – сказал он и рывком кинулся на меня, заключая в крепкие, воистину медвежьи объятия. Он тихо всхлипывал мне в шею, доверительно продолжая шептать на ухо, что рад моему пробуждению. На глаза у меня тоже начали наворачиться слезы. Всё ещё дрожащими от слабости руками я обвила его тело, утыкаясь носом в его тёплую грудь. До меня донёсся запах свежескошенной травы, обволакивая и успокаивая своим ароматом. – Тот демон... Он был из двенадцати бесовских лун. Я не могла даже толком атаковать его... Я.. Я оказалась на деле такой слабой! Какой прок от усердных тренировок, если мне они не принесли никаких плодов! – я сжала ткань хаори Тосио в кулак и только сильнее разрыдалась от собственного бессилия. Признаю: если бы не Токито, то меня бы точно сожрал демон. И как бы не хотелось это ощущать, но я бескрайней благодарна столпу за своё спасение. – Неправда! – воскликнул мне в шею Тосио, а потом отодвинул немного за плечи, чтобы взглянуть в глаза. – Рано сдаваться! Тренировки не принесли плоды?! Если бы ты всё бросила в самом начале, то не взялась изучать яды вместе с Госпожой Шинобу и не разработала новые каты. Не брала бы с собой противоядие, которое спасло Вам жизни! Именно ты спасла жизнь хаширы и свою! Поэтому не смей говорить, что весь твой труд напрасен! Вот увидишь: мы вместе станем сильнее и блестяще всех уроем!       С губ сорвался смешок. И снова в меня вселяют веру, что всё будет хорошо и сдаваться рано. До того часто мне это говорили, что хочется разразиться в истерическом смехе и провалиться сквозь землю. Однако вместо этого я смахиваю слезы и выдавливаю улыбку: – Да, ты прав, дружище! Так что нам стоит прекратить заунывно рыдать и лучше всего сменить тему. Например, расскажи, что случилось новенького?       Тосио кивнул в знак одобрения, удобно устроился рядом со мной на кровати и, набрав воздуха в лёгкие, начал свой рассказ. – Опять-таки скажу сразу, всех подробностей я не знаю. Даже если у меня статус Цукуго столпа ветра, я знаю только чуть больше информации, чем простые истребители. – Он прокашлялся в кулак и продолжил. – Итак, после того, как вас нашли, то доставили в поместье бабочки. Как обмолвилась Аой, твоё состояние было тяжелее, чем состояние хаширы. Ему потребовалась буквально неделька, чтобы оклематься и снова вернуться в строй, не без помощи Шинобу-сан... Какие же столпы до жути сильные. Аж мурашки по коже бегут. Бр-р-р... Так вот, у столпов потом было собрание. О чем на нём говорили и что решили делать дальше после событий –неизвестно. Санеми-сан молчит, как будто во рту у него вода, да зубки свои скалит, если пытаюсь выведать какие-нибудь подробности. Плюсом ко всему хаширы решили проводить тренировки для всех истребителей независимо от ранга, дабы подтянуть новое поколение сопляков на более сносный уровень сил, чем сейчас имеется... Вот такие пироги.       Тосио выдохнул и, видимо, с чувством выполненного долга положил голову мне на плечо, что-то бормоча себе под нос, пока я переваривала информацию. Значит, когда я отключилась во время боя, со стопом тумана произошли какие-то изменения? Хотя это и так заметно, если вспомнить момент, когда он заявился ко мне в палату. Он...выглядел иначе, чем было до этого.       Покамест я рассуждала над этим, Тосио тыкнул легонько меня в бок, спрашивая: – А чего этот хмырь неожиданно стал тереться возле тебя? – М-м, о ком ты? – Токито-сане. В последние два месяца твоего пребывания здесь он часто заглядывал сюда, спрашивая о твоём состоянии. Пару раз я с ним, конечно, сталкивался, но про остальные его приходы мне малявки доложили. Подозрительно это..       Получается он не единожды сидел возле меня, пока я была в отключке, и сверлил тем взглядом? Батюшки... По спине аж холодок побежал. Я схватилась руками за предплечья, растирая их, чтобы сохранить медленно покидающее меня тепло. – Он... Он приходил ко мне ночью. Даже поговорили немного, – тихо сказала в ответ. Хотя я сильно преувеличила, назвав то, что было разговором. Скорее это был монолог с его стороны и молчаливое офигевание с моей.       Тосио с минуту молчал. Я скосила глаза в его сторону, удивлённо подмечая, что он сидел с офигевшем выражением лица. Его взгляд так и говорил:«Нихрена себе что на свете творится!». А потом он с наимилейшей улыбкой пролепетал: – Если что, я всегда на готове. Один твой знак и я мигом ему патлы отрежу... И причинные места на всякий случай тоже. – Что? – Что? – удивлённо воскликнул друг, поведя плечом. – Хрен знает, что у него в башке творится! Он в последнее время слишком улыбчивый ходит да излишним дружелюбием всех осыпает! – Ками-сама, какой же ты... Ладно, спасибо. Ты тоже как-нибудь обозначь, если Шинадзугава-сан твёрдо решится тебя прикончить. Помогу, может быть. – Хах, обнадёживает. Однако это мой пёсик и драконить мне его нравится.       Я нервно выдохнула. Какой учитель, такой и ученик. Не удивлюсь, если в скором будущем Тосио с катаной наперевес будет носится с улыбкой маньяка, ища себе жертву. Неожиданно дверь в палату со скрипом приоткрылась и показалась голова Аой: – Тосио, время посещения на сегодня окончено, – будничным тоном начала она, а как только заметила меня, то воскликнула: – Кимико?!       Аой несколько секунд изумлённо на меня смотрела, а потом с громким хлопком закрыла дверь, за которой послышался её крик: – Шинобу-сан, девочки! Кимико очнулась!       После этого Аой ворвалась обратно в помещение, открыв нараспашку дверь, и бросилась меня обнимать, попутно говоря Тосио: – Тосио, ты дубина! Просили же оповестить, когда Кими очнётся!! – Прости, прости, Аой. Я был настолько счастлив, что позабыл обо всём. Прости! – он виновато чесал затылок, неловко посмеиваясь, пока Аой крепкой хваткой ломала сросшиеся кости. – Аой, тяжело...       Девочка ойкнула и отскочила, внимательным взглядом окидывая меня. Её взгляд был теплее, чем обычно, и немного уставшим. Одежда как и причёска были в вечно опрятном виде, только синяки под глазами выдавали свою хозяйку с потрохами: она плохо спит в последнее время. Интересно, из-за чего? Бессонница? Вскоре сбежались все остальные обитательницы поместья во главе с Госпожой Шинобу. Тройняшки облепили меня со всех сторон, оттесняя Тосио и Аой. – Проснулась! Ну наконец-то! – пропищала Нэко. – Больше нас так не пугай, Кимико! – поддержала свою сестру Суми. – Ты же обещала вернуться целой и невредимой! – прохныкала Кими. – С пробуждением, Кими-чан! Как себя чувствуешь? – мягкий голос раздался сбоку от меня. Я вскинула голову по направлению звука, встретившись с фиолетовыми глазами. Госпожа Шинобу с лёгким налётом интереса смотрела на меня, оценивая моё состояние. На её губах играла извечная простодушная улыбка. – М-м, как будто меня избивали... – Оно и понятно, ты без движения два месяца пролежала. Полная атрофия мышц у обычных людей происходит через месяц постоянного неподвижного лежания, а у истребителей слегка позже, но и они не избегают этой участи! – столп насекомого как всегда в жизнерадостном тоне вещала информацию, не зависимо от её содержания. – Поэтому я попросила девочек время от времени делать тебе лёгкий массаж, чтобы, когда ты проснулась, ты могла хоть конечностями мало-мальски двигать. – Спасибо за заботу...       Шинобу-сан бросила беглый взгляд в сторону Тосио, как бы взвешивая, стоит ли при нём говорить чуть больше о моём состоянии. Видимо, она мысленно одобрила его присутствие в качестве слушателя и продолжила говорить: – На самом деле тебе и Муичиро-куну очень повезло. Демон больше предпочитал отравлять жертву ядом, а потом смотреть за её мучениями, нежели наносить ей физический урон, потому что так он меньше сможет позабавиться с «пациентом». Единственной проблемой для нас было – это как можно быстрее и качественне вывести яд. Если в случае с Муичиро-куном, по неведомым доселе мне причинам, вывести отраву было легко, то у тебя, Кимико-чан, случай был тяжелее. Так как яд был сделан на основе крови демона, то смешаться с твоей кровью ему было нетрудно, а проникать в клетки, уничтожая их, ещё легче. Твои лёгкие были почти наполовину поглощены, точно также ситуация обстояла с другими органами. А когда ты пыталась с помощью полной концентрации замедлить циркуляцию яда в кровотоке, то только усугубила своё положение, – жизнерадостный тон и улыбка Шинобу-сан как всегда не вязались с её словами, из-за чего по спине пробежали мурашки. Это её чёрта всегда меня пугала. Было в ней что-то наигранное. – Однако уже не стоит об этом переживать! Ведь ты благополучно проснулась, а это значит, что мои противоядия и капельница возымели эффект.       Госпожа Шинобу в задумчивости приложила указательный палец к губам и произнесла: – Думаю, что еще два-три денька тебе стоит окончательно прийти в себя, набраться сил, а потом, очень тебя прошу, начать ходить на восстановительные тренировки. – Уфф, жду не дождусь, когда ты на своей очаровательный шкурке прочувствуешь все прелести заботы бабочек, – злорадно прохихикал Тосио, скрестив руки на груди и вскинув подбородок. Он смотрел на меня с превосходством сверху вниз, как будто учитель на своего непутёвого ученика. Только вот стоило ему проронить свои слова, как на него уставились обитательницы поместья. Их взгляды не сулили ничего хорошего уже для его шкурки. – Я это в хорошем смысле говорил! – нервно воскликнул друг, пятившись боком в сторону выхода. За каждым его движением внимательно следили. – Не беспокойся, Тосио-кун, мы с нетерпением будем ждать дня, когда ты снова посетишь нашу скромную обитель, – чересчур медовым голосом пролепетала Госпожа Шинобу, от чего Тосио заметно передёрнуло. Он пропищал слова извинения и поспешил как можно быстрее ретироваться из опасной зоны. – Как резво ускакал! – хмыкнула Аой, скрестив руки на груди. – Ну ничего, ничего, далеко не уйдёт, – глаза Шинобу-сан на пару секунд заволокло жуткой дымкой, из-за чего они приобрели более глубокий оттенок, а потом столп насекомого снова вернула благодушный вид, обращая внимание на меня. – Мы тогда пойдём, Кими-чан. Если что-то понадобится, то не стесняйся – проси. Девочки к тебе вечером ещё заглянут с лекарствами. Отдохни хорошенько!       Я кивнула. Шинобу-сан вышла из комнаты, следом за ней направились Аой и Канао, которая всё это время молча стояла возле окна и наблюдала за всем. Тройняшки напоследок меня крепко обняли и побежали за старшими, прикрыв за собой дверь. Я осталась одна. До чего же тишина сейчас приятно ласкала слух, убаюкивала, растворяла и расслабляла.