Заметки о Мифах Ктулху / советы по написанию фанфиков по Мифам Ктулху

      Старший Знак (Elder Sign) — нововведение Дерлета, мистический символ, весьма запоминающейся по виду, надо сказать, появляющийся в качестве своего рода вторичного бренда Мифоса. Это искривлённая пентаграмма с подобием горящего не то глаза, не то ромба в центре. Он появляется за пределами непосредственно творчества Дерлета, потому его следует разобрать. Далее вы узнаете, как он работает, исходя из концепции тех или иных авторов. У самого Лавкрафта Старший Знак выглядит там какая-то неведомая веточка и какой-то определённой функции в сюжете не выполняет. У одного из поздних продолжателей, не помню какого, утверждается, что Знак создала богиня Нтсе-Каамбл, Разбивающая Миры, похожая на Афину.       Начиная от самого Дерлета, его и придумавшего, Старший Знак существует в двух ипостасях — это начертанный символ и камень-звезда древнего М’нара. В «Затаившемся у порога» Дерлета (по мотивам одного из черновиков Лавкрафта) Знак используется именно в варианте начертания для того, чтобы запечатать одного из отпрысков Цаттогуа. Биллингтон совершил такую страшную ошибку, которую уже нельзя исправить, после чего был сожран Злым Духом, который спустился с Небес. Изгнать этого духа обратно уже невозможно, поэтому старейшины племени вампанугов схватили его и держат там, где был Каменный Круг. Они выкопали яму в три локтя глубиной и два шириной и с помощью заклятий засадили в нее Злого Духа, после чего закрыли яму… (неразборчиво)… и вырезали знак, который называется Знаком Страших. Потом они… (неразборчиво)… закопали яму. Старый индеец сказал, что никто не должен подходить к этому месту, иначе Злой Дух выберется из ямы, если только кто-то случайно сдвинет камень с изображением Знака Страших.

— [1]

В дальнейшем у Дерлета возникает проблема, которая также возникает в любых историях про вампиров и нечисть, где заявлено, что она боится святых символов. Если скрестить две ветки и этого будет достаточно, чтобы напугать вампира, то согласитесь, это слишком читерно по отношению к нечисти. Точно так у Дерлета: если достаточно намалевать эту кривую звезду где попало и это будет отпугивать монстров, то, согласитесь, это слишком читерно по отношению к космическому ужасу. Потому Дерлет ввёл Знак в формате талисманов — каменных звёзд М’нара, небольших, какие легко можно носить в карманах, только такие камни обладают сверхъестественной силой, и нельзя / сложно создать какие-то дополнительные. «Ибо в пятиконечной пещере из серого камня, в древнем Мнаре, лежит оружие против ведьм и демонов, против Глубоководных, и дхолей, и воормисов, и чо-чо, и мерзких миго, и шогготов, и валусианцев, и всех тех, кто служит Властителям Древности и их Отродью, но против самих Властителей это оружие бессильно. Тот, кто владеет пятиконечным камнем, сможет подчинить себе всех, кто ползает, плавает, ходит или летает к источнику, откуда нет возврата. На земле Йих и в великом Р’льехе, в Й’хан-тлеи и в Йоте, на Югготе и Зотхике, в Н’каи и на К’н-йане, на Кадате в Холодной Пустыне и на озере Хали, в Каркозе и на Ибе, везде будет Его власть; но как гаснут и умирают звезды, как остывают солнца, как растет расстояние между звездами, так слабеет власть — заклятие пятиконечного камня, наложенное Старшими Богами на Властителей, и придет время, как уже было однажды, и все узнают, что: Не то мертво, что вечность охраняет, Смерть вместе с вечностью порою умирает».

— Серия «След Ктулху», «Дом на Кервен-стрит» [2].

Я от себя добавлю, что в число тех, против кого работает Знак, у нас Дерлет вводит ми-го и рептилоиды (валусианцы). Если вторых ещё можно назвать расой творений / потомков Йига, то первые — просто инопланетная раса, которая самим Г.Ф.Л. не привязывалась к кому-либо из божеств.       Здесь возникает другая проблема, связанная с этими Знаками. Я уже говорил, что Дерлет решил, что если Старшие Боги будут постоянно прилетать с Ориона на помощь и побеждать вселенский ужас, то это тоже будет не ахти. Потому Шрусбери вынужден сотрудничать со слугами Хастура — бьякхами. И звёздами М’нар отпугивать слуг Ктулху. Бьякхи спокойно взаимодействуют со Шрусбери, когда он их призывает с помощью свистка, возят его либо в материальной форме, либо в форме астральной проекции туда-сюда. И Старшие Знаки никак этому не мешают, что выглядит ужасно странно. Наши Знаки обладают какой-то системой распознавания хороших слуги Древних от плохих? Более того, в «Чёрном острове» Шрусбери минирует Р’льех на пару с героем-рассказчиком, Старший Знак даже не позволяет слугам Ктулху подойти к ним на десять метров, главным образом это глубоководные. Потом Дерлет делает тивист «Тени над Инсмутом» — главный герой-рассказчик оказывается наполовину глубоководным. Спрашивается, как он может выносить присутствие Старшего Знака? Опять система распознавания?       Ламли — главный продолжатель Дерлета — решил объяснить принцип действия Старших Знаков: — Результат промывки мозгов, Анри! Старшие Боги не смогли бы заточить таких могучих и грозных созданий, как божества Кхултху, при помощи обычных физических препятствий. Они заточили разум Великих Древних, не только их тела! Они имплантировали ментальные и генетические блоки в самую сущность сил зла и всех их приспешников, так что при виде определенных символов, или слушая эти символы, воспроизводимые в звуках, мерзкие твари не в состоянии вырваться из своей темницы! Этим объясняется, как действуют сравнительно простые предметы, например — мнаранские звездные камни, и почему если камни удалены от мест заточения, некоторые гимны или письменные символы могут снова заставить злые силы отступить.

— Трилогия о Титусе Кроу [3].

Ещё Ламли затронул проблему взаимодействия Старшего Знака с добрыми монстрами. В «Исчадии Ветров» его герои оказываются на Планете Ветров — Бореи. Туда Итаква приносит похищенных людей и разводит их как своих домашних питомцев. Часть людей отказалась ему подчиняться, мятежники укрылись в катакомбах плато, под которым ранее был запечатан Итаква. Там находятся многочисленные Старшие Знаки. Главный козырь мятежников — Арманда, дочь Итаквы и смертной женщины, которую они воспитали враждовать против отца. Хотя Старшие Знаки ограничивают Итакву, они также обжигают людей Бореи — все они были адаптированы Итаквой для экстремальных условий на поверхности этого небесного тела. Но в целом эти трансгуманированные люди всё ещё могут схватить Старший Знак руками (он их обжигает), а сама Армандра может комфортно чувствовать себя в их окружении, не смотря на то, что она является дочерью Итаквы. Ранее, как показывает профессор Писли, Старший Знак работает вот так: — Я возьму пистолет, — объявил я. Мне надоело просто так стоять и ждать. Только я отвернулся от поручней, Писли схватил меня за руку. — Это глупо, де Мариньи, — взорвался он. — Пистолеты, чем бы они ни были заряжены, бесполезны против этих тварей! — Но где же она? — я попытался рассмотреть чудовище. И словно в ответ на мой вопрос, вся в радужных брызгах, черная сияющая колонна из чего-то, похожего на грязь или смолу, покрытую осколками многоцветного стекла, поднялась из клубящегося над рекой тумана. Выскочив, как пробка, из воды, огромная — восьми футов шириной, и не меньше двадцати высотой — тварь нависла над «Морским бродягой»… и на нас уставились множество глаз ужасной твари! От существа исходила невыносимая вонь! Нет способа выразить словами невероятный запах, исходящий от него. На память мне снова пришли строки из Альхазреда: «По запаху вы узнаете их» — теперь я понял, что имел в виду сумасшедший араб! Это был запах зла. Дважды, за последние несколько часов, я столкнулся с ним, и вряд ли я смог бы вынести это еще раз! Слава Богу, что этот глубоководный кошмар вынырнул с подветренной стороны, и легкий ветерок относил благоухание чудовища к противоположному берегу реки… А еще у шогготха были рты… Множество ртов, но я увидел их только мельком, когда тварь резко качнулась в сторону судна. Потом я бросился вниз за пистолетом Канта. Что бы там ни говорил Писли, я не хочу встречаться с такими чудовищами без оружия! Лучше иметь малоподходящее оружие, чем не иметь никакого. В панике я совсем забыл, что мы вовсе не безоружны и обладаем самой лучшей из возможных защит! Пистолет мне найти не удалось. Куда я его дел? Судно снова качнулось, значительно сильнее, и я выбрался по ступенькам на палубу с пустыми руками. Здесь моему взгляду предстала следующая, в чем-то даже забавная картина: уцепившись одной рукой за поручни, Писли вытянул другую в сторону шогготха, сжимая пальцами камень-звезду. Он что-то то ли пел, то ли кричал, обращаясь к чудовищу. А тварь тем временем медленно отступала, готовясь к новой атаке на мой плавучий дом. Мое внимание разделилось между профессором и нелепым телом твари, торчащим из тумана. Писли проворно распевал: — Прочь, слизь морей! Уходи в свое темное подводное логово. Я приказываю тебе властью Старших Богов. Прочь, и оставь нас в покое! Его голос звучал уверенно. Тощий старик казался высоким и сильным, и это придавало словам заклятья почти физически ощущаемую мощь. Пока Писли не начал своих магических манипуляций, утреннюю тишину реки нарушал лишь шум взбаламучиваемой чудовищем воды. Но теперь… Немыслимая тварь неожиданно завопила, очевидно от ярости. Ее голос оказался очень высоким, похожим на едва различимый тонкий писк, но по мере того, как профессор снова и снова повторял слова заклятья, писк сменился низким утробным рыком такой силы, что я невольно заскрежетал зубами и зажал пальцами уши. Никогда в жизни я не слышал такой какофонии всевозможных звуков, и молюсь, чтобы подобное больше не повторилось! Чудовище вопило — в основном на высоких тонах, наподобие свистка паровой машины. А потом свист сменился совершенно невоспроизводимыми на бумаге хлопающими вздохами вроде тех, которые издают рептилии и большие лягушки. Тварь еще дважды попыталась пробить невидимый барьер, но тщетно. Затем она повернулась, погрузилась в воду и поплыла, поднимая волну, среди быстро рассеивающегося тумана в сторону Лондона. Наступила благословенная тишина. Только небольшие волны разбивались о корпус судна, и еще слышалось наше тяжелое нервное дыхание и бодрый щебет замолкших было птиц. Наконец раздался голос Писли. Профессор говорил гораздо спокойнее, чем обычно. Смысл его слов дошел до меня уже после того, как профессор кончил говорить: — Как там насчет завтрака, Анри? Он не сгорел?

— там же [3]

Ламли указывает, что можно сделать ещё знаки на основе фрагментов старых (см. там же): В 1979 году в Мискатонике, в печах для обжига, начали производить камни-звезды — или, точнее, их дубликаты из бисквитного фарфора. Процесс был усовершенствован молодым профессором Сэндисом и к 1980 году все члены фонда были обеспечены камнями-дубликатами. К сожалению, первые рукотворные камни-звезды оказались бесполезными, но вскоре обнаружили, что если к ним прикреплять хотя по одному крошечному осколку камня из древнего Мнара, то они действуют столь же эффективно! При этом тупо начертание знаком у Ламли не очень фурычит. Вся эта концепция Ламли подозрительна.       Во-первых, Ламли объясняет, что источником антагонистической силы для Древних является вовсе не сам материал, из которого изготовлен знак — а непосредственно сам символ, так как Старшие Боги загрузили Древним на подсознание такую штуку: если Древний видит этот знак, то они не могут пройти дальше — это распространяется на всех потомков Древних и на существ, которых они изменили. Спрашивается, почему тогда непосредственно нужен материал из М’нара для того, чтобы эти Старшие Знаки работали? Почему нельзя просто нарисовать их на бумаге и обклеить этими бумагами всё вокруг, чтобы монстры шарахались как чёрт от ладана? Если важен сам символ, который они видят? Из этого также следует, что если монстры этот символ не видят, он на них не влияет. Я потом объясню, к чему это должно привести логически. Я только обращу ваше внимание, кто один из героев Ламли побеждает Итакву в ментальном бою, просто представив этот Старший Знак в уме, сам при этом будучи изменённым человеком-борейцем. Как у него башка от этого не взорвалась, непонятно. Можно конечно сказать, что на изменённых эти Старшие Знаки действуют значительно в меньшей степени, чем на самого Итакву, но тем не менее они могут их обжигать. Снова вопрос — если Знаки это якобы что-то ментальное, то как они могут наносить физический урон?       Во-вторых, Знаки создают только ментальную переграду? То что будет, если тот же шоггот возьмёт и волной перевернёт их посудину? Бросит дерево? Ну не пущает его эта звезда дальше, но если нет никакого материального барьера, то что мешает запульнуть чем-нибудь?       В-третьих, в заключительном опусе Ламли — «Элизия — пришествие Ктулху!» — выяснятся, что каменные Знаки всё же обладают некой силой, которая сама по себе зависит от положения звёзд. Так к чему была вся эта попытка свести их действия якобы к подсознательной программе? Можно сказать, конечно, что там два метода работают, но это скорее запутывает читателя, чем разъясняет. Судя по тому, что Древние не шарахаются от фальшивых знаков, важен именно материал из М’нара.       Но это не главная проблема. Ламли обратил внимание, что Знаки работают также на потомков Древних, одновременно он сослался на то, что источником органической жизни на Земле, в его версии Мифа, является Уббо-Сатла. Спрашивается, почему эти Знаки не действуют на всю земную жизнь как таковую, если она — потомство Древнего?       Оставим Ламли и перейдём к другим версиям Мифоса. У Тирни эти Старшие Знаки не просто защищают или обжигают — они убивают монстров нахрен как имбо-сюрикены: Яг Содхи выхватил свой огромный меч. Симон остановился в нескольких футах от него, настороженно наблюдая за странным танцем жреца в чёрном тюрбане перед ним, раздвоенные копыта которого стучали по плитам. Сатироподобное существо ловко перебрасывало меч из одной руки в другую, время от времени подбрасывая его и ловя как жонглёр, проделывая всё это со сверхчеловеческой быстротой и не сводя при этом горящих глаз с самаритянина. Симон уже встречался с подобными ему слугами Стража Врат и знал, что мало кто может надеяться одолеть их в бою. Затем он увидел, как Нил решительно пополз к существу, поднимаясь и приседая, словно готовясь к прыжку. — Проклятье! — Симон перекинул свой нож из правой руки в левую, пригнулся, словно готовясь к бою, но вместо этого вытащил из сумки тёмный пятиконечный предмет и метнул его одним плавным движением. Эта штуковина, вращаясь, стремительно летела по прямой как атакующая летучая мышь, и с глухим стуком вонзилась в грудь жреца в тюрбане. Яг Содхи взревел от боли и отшатнулся, дым и пламя вырвались из того места, где предмет вонзился в его плоть, а затем тяжело рухнул на пол. Его огромный меч со звоном ударился о плиты рядом с ним. Какое-то мгновение копыта жреца стучали по камню, пока он корчился в предсмертных судорогах.

— «Столпы Мелькарта» [4].

      В «Легенде злого бога» Старшие Знаки просто запечатывают сверхъестественные силы Древних и связанных с ними существ, но не причиняют физического вреда. В одной из историй манги, злой колдун повязал Нагису Хошиму и насильно натянул ей на лоб цепочку со Старшим Знаком. Сам по себе он её не обжигал и не убил, она даже смогла его превозмочь. Иронично стоит также отметить, что Знаки тут не действуют на бьякхов. В конце, когда Шрусбери, одержимый Ньярлатхотепом, посылает против Нагисы своих мордоворотов в чёрном, ей прилетают на помощь бьякхи и рвут нафиг этих агентов, пытающихся тыкать им в рожи звёздочки на погонах. Ещё тут пытались кинуть Знак в Тёмную Молодь. Дитяко Шуб-Ниггурат выпустило из щупалец бабу, которую пыталось схарчить (или что похуже), что-то поморщилось, а потом дальше пошло себе в атаку. Короче, тут этот самый Знак не имба, а фигня.       В Demonbane Старший Знак работает главным образом как магический барьер, который с одной стороны полностью защищает от любых физических и сверхъестественных воздействий. Старший Знак полностью блокирует любые физические воздействия — профанное оружие, способное распылять горы, не способно оставить ни малейшей трещинки на этом магическом щите. Местные сильные маги могут пробивать конструкции, чьей чистой прочности, если сравнивать их с титульной мехой главных героев, достаточно, чтобы выдержать эквивалент того астероида, который убил динозавров.       В ролевой игре The Cruel Empire of Tsan Chan действие происходит в далёком будущем, Ктулху проснулся и погрузил в безумие всю планету, кроме некоторой территории в Азии, где базируется Империя Цан Чана — там построен гигантский Старший Знак. Армии безумцев и слуг Ктулху, главным образом глубоководных и тхо-тхо всё ещё могут штурмовать эту территорию физически, но их ментальные силы там не действуют. В том числе на стороне Цан Чана сражаются рептилоиды Йига и, выведенные в качестве супер-оружия, гибриды людей и Иных Богов, вроде Ужаса Данвича. То есть, по этой версии, Старший Знак защищает только от ментальных воздействий, но зато может быть какого угодно физического размера. Он может работать даже, когда настанет Странный эон, когда Ктулху сможет проснуться — по версии Дерлета и Ламли, в момент Эона Старшие Знаки утрачивают свою силу [5].       В «Детях Древнего Бога» в сюжете кратко фигурирует та самая Нтсе-Каамбл. Богиня даёт одной из главных героев щит с изображением Старшего Знака и утверждает, что он никогда не будет пробит. Ньярлатхотеп потом его ломает. Старший Знак в виде кулона оказывается эффективен против Хастура — будучи накинут на шею актёра, изображающего Короля в Жёлтом, Старший Знак полностью подавляет силу Древнего и запечатывает его в теле этого несчастного. Именно запечатывает, обращу ваше внимание, а не изгоняет. Старший Знак в дальнейшем демонстрирует возможность отражать магические/энергетические атаки, используемые с помощью силы Древних, однако в остальном метафизически развитые люди, которые используют силу этих самых Древних, могут его касаться, их он одним фактом соприкосновения никак не запечатывает — потому что они, по сюжету, свои. В конце главные герои так вообще забороли Ктулху, окружив его пятью своими мехами и начертив силовыми полями Старший Знак. При этом сами мехи являются клонами Уббо-Сатлы и черпают силу от ранее побеждённых Древних.       Итак, мы уже убедились, что проблема Старших Знаков в том, что они подчиняются соображениям Дойла, а не Ватсона, на вопросы которого даются ответы, вызывающие ещё большие вопросы.       Как именно Знаки работают? — Обжигают, но позволяют себя коснуться. Это мало полезно, например, против шоггота — шогготу этот ожёг будет как слону горошена. — Влияют на сознание, либо в силу одного факта своего наличия, либо в силу факта осознания. В первом случае шоггот усилием воли никогда не проползёт под влиянием Знака, но если шоггота как следует пнуть (это может сделать более крупный монстр), то шоггот полетит снарядом и задавит владельца Знака, пусть хоть субъективно, думаю, шогготу придётся пострадать. Во втором случае шоггот может с самого начала закрыть глаза — если он Знак не видит, то для него этого Знака как если бы нет. — Возможно, создают физическую преграду, которая, первый вариант, пропускает всю остальную материю, но не пропускает органическую материю тела монстра, либо, второй вариант — не пропускает ничего, это самый обычный магический барьер из фэнтези. В первом случае тот же шоггот мог бы бросить сквозь неё валун или вырванный ствол дерева. — Уничтожает цель, с которой соприкасается, буквально взрывает изнутри. — Лишает возможности использовать сверхъестественные силы. То есть шогготу будет по барабану, так как он исключительно «физический юнит», но вот отпрыск Итаквы не сможет управлять воздухом, если рядом этот Знак. — Умеет распознавать своих и чужих.       Это где-то все показанные возможности, как видите, они зависят только от соображений сюжета.       Теперь что я придумал, когда писал свои фанфики? Для начала я решил описать, благодаря чему штука работает.       Во-первых, она использует силу верховных Богов сеттинга: — Простите, а почему именно пять элементов? — поинтересовалась Икуно, рассматривая ту кривую пятиконечную звезду с подобием кривого же не то глаза, не то ромба в центре. Она видела этот же знак у NERV и он появился, когда Зеро Ту, Хиро, Синдзи и Каору сокрушили Нхимбалот. — Точнее сказать шесть, — поправил Клеф, —… Каждый элемент олицетворяет здесь каждого из тех, кого Альфа назвал Хаотической Шестëркой: Азатота, Йог-Сотота, Ньярлатхотепа, Шуб-Ниггурат, Нëг-Сотепа и Магнум Тенебросум. Азатот всегда олицетворяет того, кто в центре. Они — величайшие высшие силы, которые допускают нам изменять правила нашего мира. Для наших целей.

— [6].

По моей версии, Старшие Боги появились как самоотрицание Иных Богов, так что силы Старших исходят первично от протогеноев, диалектически, и потому могут побивать Великих Древних — гармонично порождённых потомков Иных Богов.       Во-вторых, Старший Знак существует в двух видах — талисманы и в начертанной где-либо форме, в том числе просто в воздухе; во всех случаях за Старшим Знаком стоит чья-то метафизическая воля, именно она оказывает на монстра антагонистический эффект. Оный эффект может варироваться в зависимости от ситуации и удобства пользователя. Выглядит это так: коллективная воля Старших Богов заимствует часть силы от Иных Богов, потом воля оккультиста заимствует силу Старшего Знака от коллективной воли Старших Богов. Наиболее эффективное использование Старшего Знака требует задействовать собственную волю его пользователя. Это позволяет опытному оккультисту задействовать Знак для разных целей: в одном случае талисман взрывает монстра при соприкосновении, в ином — просто лишает его силы, в третьем — кастует барьер, в четвёртом — усиливает удар. Спрашивается, может ли Знак распознавать своих и чужих? Метафизическая воля, в рамках моей интерпретации, окрашена в разный спектр — у Древних и у Старших он разного «цвета», потому между ними начинается перманентное антагонистическое взаимодействие — но можно внести коррективы [7]. Рэндольф может сделать так, чтобы та же Нагиса носила при себе Знак как талисман, её силу он ограничивает и защищает от других Древних и их слуг. Если Нагисе надо будет сражаться своей силой исчадия Хастура, она может этот Знак снять. Он её сам по себе не взрывает и не обжигает.       Как я сказал выше, Знак можно ещё начертить и наполнить метафизической волей. Например, выгравировать на пулях: — Пожалуйста! — закричала приличного вида молодая девушка, позади неё плакал большеглазый лысый малыш в жёлтом. — Пощадите ребёнка! — И не подумаю! — Эш отправил пулю в лоб женщины. Людское лицо — не более чем восковая маска, «оживлённая» иллюзией — слетела с эллипса, оснащённого извивающимся усиками. Ментальные волны Эша препятствовали нормальному существованию чужеродных чудовищ, потому няня-монстр, испуская смрад, рухнула замертво. Усики замерли. — «Исчадие Короля в Жёлтом!» Эш стрелял дальше в кричащего Малыша в жёлтом. Получив первую из пуль промеж глаз, он моментально принял свой демонический облик. Коричневое существо, чьё тельце отдалённо напоминает собой фигуру запеленованного младенца — у него коричневые крылья в форме ромба, его ноги сросшиеся и очень вытянутые, заканчиваются подобием морской звезды — с воздетыми красно-коричневыми окончаниями. Шкура коричневато-желтоватая, глаза — горят бледно-жёлтым, физиономия пугающим образом выглядит как лицо человеческого малыша, очень хищное. Малыш в Жёлтом ревёт, пытается напасть — пули Эша оставляют на нём сияющие печати Старшего Знака, плоть вокруг ран раздувается, после чего лопается. Вспышка жёлтого света! Эш видит перед собой гневное око Хастура, подобное солнцу, смотрящему из другого измерения, окружённое жёлтым ложноножками! Спустя секунду всё пропадает. Малыш в Жёлтом испускает дух посреди детской, как обычно, плоть подобных демонических гибридов не имеет никаких костей и начинают очень быстро разлагаться. Эш с отвращением сплюнул и покинул комнату. Визуально она напоминала обычную детскую — рисунки звёзд и планет, игрушки, но всё это воплощает в себя оккультную символику, хорошо знакомую тому, кто посвящён в тайные знания о тёмной стороне мира… [8] Но, в отличие от Ламли и Дерлета, в моей версии Знак не всегда эффективен — слуги Иных Богов могут его пересилить.