от ненависти до любви

      Матвеева застыла, казалось, что-то внутри неё остановилось. Она не могла произнести ни слова, поэтому продолжала молчать, смотря в сапфировые глаза. Парень также не нарушал тишину, пытаясь прочесть что-то в её взгляде, но не удавалось, и тогда он оставил эти тщетные попытки, продолжая просто рассматривать её глаза. Девушка отвечала тем же.       Что говорить? Никто не знал, да и слова, будто застряли в горле. Однако, это сосредоточенное молчание всё же пришлось разрушить, словно стену. И сделала это Соня.       — Зачем? — Девушка не стала задавать множество интересующих её вопросов, только один. Самый важный для неё. Его ответ сейчас мог многое изменить, поэтому Соня и не отводила взгляд от сапфировых глаз, стараясь уловить малейшую перемену во взгляде. Однако он был всё также непоколебим и сосредоточен. — Зачем тебе чужой ребёнок?       Альтаир устало опустил взгляд, собираясь с мыслями. Парень хотел многое объяснить ей, но не знал, как это сделать, потому и решил сказать так, как есть, не раздумывая. Надеясь, что она сможет его понять. Он перехватил её запястье и повёл к стоящей рядом машине, как и всегда открывая перед ней дверь, пропуская вперёд. Ведь парень не хотел, чтобы их разговор был услышан множеством людей, потому что он касался только их двоих.       — Почему же чужой? — Пожав плечами спросил Альтаир, занимая место водителя, оборачиваясь к девушке и беря её ладони в свои руки, жадно всматриваясь в омут голубых глаз. — Я расскажу тебе кое-что, прошу выслушай.       Парень ненадолго замолчал, собираясь с мыслями и устало выдыхая. Он надеялся, что ему не придётся вспоминать эти моменты своей жизни, однако ради близкого человека ему пришлось сделать это вновь.       — Раньше я никогда не рассказывал тебе о себе. На то были причины, одна из них моя семья. Как ты знаешь сейчас моя мать больна и серьёзно, впрочем, теперь не об этом. Когда-то она была влюблена в одного человека, достаточно обеспеченного, возможно, он тоже любил её, не знаю. Ну, а дальше всё произошло, как в дешёвой мелодраме: моя мать забеременела и рассказала об этом моему отцу, только тот не поверил или не хотел этого делать. Моя мать хотела сделать аборт, но не смогла, а потом ей пришлось уйти из университета и по нарастающей. Ничего, мы выжили, трудно и бедно, но нам хватало. И через несколько лет, когда я уже был подростком, моя мама встретила очень хорошего мужчину, который, действительно любил её. Меня он не особо-то жаловал, однако, вреда не причинял и обеспечивал, за это я ему благодарен, даже, вроде, называл его папой. Я просто привязался, однако, 2 года назад его не стало. Глупая смерть — автомобильная авария, он был пьян. Мама переживала это очень тяжело, однако смирилась, она у меня сильная женщина. Правда, потом мы узнали о её болезни. Денег, которые остались после отчима перестало хватать, я пошёл работать, ведь не хотелось закладывать квартиру, в которой мы жили, в такси много не заработаешь — это правда, но если подвозить «особенных» персон, то выйдет вполне прилично, да и мне удалось продать один дом в Подмосковье. Отчим хотел подарить его маме, но не успел. Оставались какие-то драгоценности, ещё от моего родного отца, которые он дарил, их тоже пришлось продать. Потом, когда уже совсем прижало, я разыскал своего родного отца, мама же об этом не знала, всё-таки старые связи не ржавеют, и её подруги всё мне выложили. Скажу тебе правду, я не хотел его видеть, знать, нужны мне были только его деньги. Мне кажется, за столько лет отсутствия — это справедливо. Мне толком не удалось с ним поговорить, как ты понимаешь, денег он мне не дал. И как раз в тот вечер, они срочно понадобились, и я, словно чудо, встретил тебя. Однако, на этом все чудеса не закончились. Мой отец, скажем так, всё же нашёл информацию о своей старой любви и понял, что я не врал. Он хотел видеться со мной, но я не смог я его простить. Видимо, он всё это рассказал своей жене, ведь она позвонила мне с деловым предложением. Я также продолжаю не влезать в их вполне обеспеченную семейную жизнь, взамен получаю такую сумму, которая мне нужна. Я никогда не хотел знать своего отца, потому и собирался на это согласиться, только не тут то было, на встречу пришёл он и отдал мне деньги, извиняясь за всё. Сказал, что если потребуется, продолжит оплачивать лечение матери. Я хотел уйти, но отец предложил мне нормальную работу у Матвеева, понимая, что я мало на что соглашусь лично от него. Так я и оказался рядом с тобой.       Соня была просто ошарашена тем, что услышала. Казалось, что это и не даёт ей произнести ни слова. Глаза в удивлении распахнулись, дышать стало тяжелее. Девушка не понимала к чему клонит парень, что хочет этим сказать.       — То есть… — Попыталась что-то произнести Матвеевв, но голос предательски задрожал, а сердце и вовсе грозилось пробить грудную клетку. Грудь девушки часто вздымалась от нервных вздохов, а глаза щипало от непролитых слёз. — Но если так, то зачем тебе я?       Парень истерически ухмыльнулся, подбирая слова. Её взгляд был испуганным, словно у ребёнка, натворившего какую-то шалость. Однако, Альтаир продолжил говорить важные для них обоих слова, стараясь выглядеть спокойным, только в душе бушевал настоящий пожар.       — Я видел в этой жизни многое. И как предают родные люди, и как незнакомые помогают подняться с колен. И знаешь, — парень устало провёл рукой по её щеке и намотал на палец локон чёрных волос, — я понял одну вещь. Нет деления на родных и чужих, есть просто дорогие тебе люди. И мне не важно, кто отец этого ребёнка, потому что он прежде всего твой ребёнок. Это ребёнок той женщины, которая вернула меня к жизни. Я полюбил тебя не за внешность или деньги, я полюбил тебя за твою чистую душу, так почему сейчас должен отказываться от тебя? Я всегда буду любить этого ребёнка, как родного, и никогда, слышишь? Никогда и никто не сможет этого изменить.       Из глаз Сони покатились слезы. Ей стало так тепло от его слов, будто она всё-таки нашла себе пристанище, она по инерции ещё секунду продолжала смотреть в его глаза, а потом легонько поддавшись вперёд коснулась его губ своими. Это был другой поцелуй. Он был со вкусом горечи на устах, может быть потому, что он снова курил, а может быть потому, что всё то, что он сказал, будто смывало с неё всю ту грязь той злополучной ночи.       Казалось, у них было одно дыхание на двоих, и сейчас не надо было другого. И сердце билось от того, что тонкие девичьи пальцы зарывались в волосы парня, а нежные губы ловили в неистовом танце его губы, распаляя огонь желания.       — Я завтра же заберу тебя отсюда, слышишь? — Сбивчиво прошептал Альтаир между поцелуями, сильнее стискивая в руках осиную девичью талию. Матвеева так и не поняла, как оказалась у Альтаира на коленях, да и это было совсем неважным, когда мужские пальцы мягко поглаживали её спину, а губы шептали что-то, чего она не могла разобрать за маленькими исключениями. Спустя секунду Соня отстранилась от его губ, позволяя рукам обвить мощную шею и уткнуться носиком в её изгиб, словно там был единственный источник кислорода. — Если ты этого хочешь.       Девушка сбивчиво закивала, теснее прижимаясь к нему, словно пытаясь выразить жестами насколько сильно желает и как хочет уйти.       — Не представляешь насколько.

***

      Странно, но ночью девушка не смогла уснуть, всё время снились какие-то кошмары. Как только она устало прикрывала глаза, то ей казалось, что кто-то угрожающе нависает над ней. И Матвеева испуганно вздрагивала от этого липкого ужаса.       Матвеева сама попросила отвезти её после их разговора в квартиру мужа, чтобы собрать какие-то вещи, да и просто подумать. Чувство вины терзало её, словно израненный в клетке зверь. Вина перед родителями, но впервые девушка осознала, что за всё это время они ни разу не позвонили ей, не спросили о том, что с ней происходит, ведь так им было проще, а сейчас ей уже всё равно. Картинки из детства мелькали перед её глазами, как калейдоскоп, но она ничего не могла с этим поделать. Только пальцы дрожали, а сердце сжималось от страха, поэтому Соня всю ночь и просидела в постели, обхватывая руками колени, притягивая их к груди.       Наверное, поэтому когда наступило утро девушка вздохнула с облегчением и, наконец, успокоилась. Ей предстояло многое сделать, а прежде всего поговорить с мужем. Однако, сил почти не было, бессонная ночь давала о себе знать. Поэтому Матвеева захотела пройтись с Альтаиром и подышать свежим воздухом, чтобы привести свои мысли в порядок, делая их менее спутанными.       Соня переоделась в чёрное платье и в любимых кроссовках вышла на улицу, вдыхая аромат свежего воздуха и улыбаясь первым лучам осеннего солнца, которые падали ей на лицо. На улице она увидела знакомую машину и любимого человека в ней. Ей думалось, что ничто больше не сможет омрачить этот день, однако она ошиблась.       И стоило ей только зайти в машину, как тревога охватила девушку. Возможно, шестое чувство что-то подсказывало ей, Соня хотела посмотреть на Альтаира, только вот обернуться не успела.       А потом лишь почувствовала боль от удара. И темнота застелила глаза. Только слух уловил какие-то слова.       — Я выполнил твое поручение. Что прикажешь теперь делать с ней, Кристина?