This is Not an Act of Spite / Это Не Акт Злобы

Ладно, может быть, прийти на собеседование с парой сломанных ребер было плохой идеей, но какой у него был выбор? Просто не приходить и продолжать быть безработным? Учитывая обстоятельства, во время его собеседования могло произойти несколько плохих вещей. В здании, спроектированном Вулканом, был искусственный интеллект, который не только не допускал нежелательных людей внутрь, но и сканировал людей на наличие любого несанкционированного оружия или травм. Также существовала проблема с его нелегальными документами, поскольку он не был настоящим взрослым. Но самый большой риск заключается в том, что эта работа в геройской организации. И он линчеватель. Которые в высшей степени незаконны. И когда он стоит перед огромным зданием, он начинает сомневаться, действительно ли ему следует это делать. Ответ был для него очевиден. Да нет. Итак, он выпрямляет осанку и входит, изо всех сил стараясь не морщиться от боли в груди. Он улыбается секретарше за стойкой регистрации, когда она поднимает на него глаза, почти молясь, чтобы искусственный интеллект не просканировал его. "Здравствуйте, я пришел на собеседование на должность ассистента?" – он не хотел, чтобы это прозвучало как вопрос, он хотел казаться уверенным в том, что говорит, но нервы брали верх над ним. Дама (судя по бейджу с ее именем, ее зовут Кристин) улыбается ему в ответ, и его нервы превращаются из грохочущих волн во время шторма в мягкие капли дождя, и он чувствует тепло. Она заглядывает в ящик стола и достает оттуда ключ-карту. "Пожалуйста, надень это себе на шею или сделай так, чтобы она всегда была видна Генри, чтобы он мог просканировать", он предположил, что Генри был ИИ. Она даст тебе доступ к этажам, на которые тебе нужно подняться, и срок его действия истечет после того, как день закончится, и если вы получите работу, то получите новый бейдж для доступа на большинство этажей здания." Кристин продолжает, пока Томми надевает бейдж на шею: "Пройдешь через эту дверь, – она указывает на дверь в нескольких футах слева от нее, – повернешь направо, и там будет лифт, – она поворачивается к нему. Зал ожидания для собеседования находится на 46-м этаже, просто иди по коридору, там будет комната с ожидающими людьми, когда назовут твоё имя, направляйся в комнату с табличкой «Комната для Интервью», у тебя там будет собеседование.” Томми кивает ей, переваривая полученную информацию, и его улыбка становится шире: "Спасибо". Он идет к двери, на которую указала Кристин, после того как получил удачи от неё. По коридору идет множество людей, некоторые в костюмах, некоторые в лабораторных халатах, он изо всех сил старается не врезаться ни в кого из них, прокладывая себе путь, в конце концов добирается до лифта, который на удивление пуст – он заходит в него и нажимает кнопку 46-го этажа. Он подносит руку к груди, когда его пронзает особенно острая боль. Он практически вскрикивает, когда слышит мужской голос: "У вас, кажется, сломаны два ребра и ушиб живота, эти травмы причиняют сильную боль и требуют лечения в больнице, должен ли я уведомить больницу Л’Манберга приехать и забрать вас?" Значит, это был Генри. По крайней мере, его не просканировали на стойке регистрации. "О нет, все в порядке, я обращусь за медицинской помощью, как только выйду из здания." Он морщится от того, как дрожит его голос. "Понятно, и все же, согласно протоколу, я должен сообщить вышестоящему руководству о ваших травмах." Когда он попытался накричать на искусственный интеллект, чтобы тот, пожалуйста, ради любви к Прайму, никому не рассказывал. Генри не ответил, оставив его в напряженном молчании, поскольку он всерьез думал о том, чтобы уйти прямо сейчас, дабы не испортить свои возможности получить работу еще больше, чем уже. Так что ему ничего не остается, как ждать, когда он доберется до своего этажа, и когда он входит в зал ожидания, то понимает, что, возможно, неправильно оценил, сколько людей претендовало на эту должность. Помещение было похоже на залы ожидания в больнице: ряды стульев, на которых в общей сложности могло разместиться по крайней мере 40 человек, но прямо сейчас люди стояли, потому что все места были заняты. Он нервно стоит у входа в комнату, как можно дальше от других людей и нежелательных разговоров, которые могли бы быть. Несмотря на это, разговоров было немного, большинство людей с тревогой просматривали бумаги, бормоча что-то себе под нос, в то время как другая часть людей выглядела такой же уверенной, как всегда, и смотрела друг на друга так, словно каждый из них совершил ужасное преступление. Люди были одеты в модные костюмы, несомненно, чтобы произвести хорошее впечатление, и он чувствует на себе взгляды, когда они оценивают его простую толстовку с капюшоном и джинсы. В его защиту, у него действительно были более важные вещи, на которые можно было потратить деньги, чем на глупый модный наряд. Он почти засыпает там, где стоит, и его ноги начинают серьезно сводить судороги от того, как долго он там ждал, должно было пройти не менее двух часов, он должен был ожидать этого от шестидесяти с лишним человек, которые ждали, когда он зашел в комнату. Он был уверен, что единственная причина, по которой он не засыпал, заключалась в постоянной боли в груди с каждым вдохом, который он делал. Он подпрыгивает, когда слышит, как Генри называет его вымышленное имя, что вызывает пристальные взгляды людей, все еще находящихся в комнате. Он быстро выходит из комнаты, не в силах оставаться там дольше, чем необходимо. Как только он заходит в лифт, он колеблется, прежде чем нажать кнопку 50-го этажа, он переносит вес с одной ноги на другую по мере того, как лифт поднимается, приближаясь все ближе и ближе к месту назначения, и он также просто приближается к тому, чтобы впасть в приступ паники, но он концентрируется на всем, что он может увидеть и услышать, чтобы заземлиться и обрести силу благодаря этому. Он двигается почти автоматически, когда открываются двери, и прежде чем замечает это, оказывается перед комнатой, подготовленной для его собеседования. Он смотрит на нее, изучая дверь так, словно это самая интересная вещь, которая когда-либо существовала, он скручивает руки, дыхание становится немного тяжелее, а грудная клетка пульсирует, когда он делает более глубокие вдохи. "Вы, кажется, испытываете сильный стресс, не хотите ли, чтобы я с кем-нибудь связался, чтобы помочь вам?” Он возвращается к реальности, когда раздается голос Генри, он делает несколько небольших вдохов, чтобы успокоиться: "Нет, все в порядке, я в порядке, не нужно никого звать." Дрожащим голосом он заявляет, поднимая глаза к потолку, как будто именно там должен быть Генри. "Если вы так говорите, сэр, если вам понадобится помощь, просто назовите мое имя." Томми что-то промычал в ответ и, не думая дважды, стучит в дверь перед ним. Когда он получает подтверждение на вход, он делает последний глубокий вдох, от которого его торс пронзает боль, и входит в комнату с новой уверенностью в себе, как будто всего несколько мгновений назад у него не было панической атаки у двери. Эта уверенность рушится, и он чуть ли не падает на пол в слезах, когда видит, кто сидит за столом в комнате, готовый взять у него интервью. Герой номер 4, Спектр, также известный как Уилбур Сут, сидит там, просматривая какие-то бумаги, которые, как он предполагает, принадлежат к его досье. Он чуть ли не плачет, когда герой смотрит прямо на него, – Томас Андерскор, верно? Пожалуйста, присаживайся. Когда его ноги снова начинают работать снова, он подходит и садится напротив героя. – Вы, должно быть, знаете меня как Спектра, но я бы предпочел, чтобы вы называли меня по имени, Уилбур, – Герой, Уилбур, натянуто улыбается ему, вероятно, устав от множества людей, у которых он брал интервью. Томми кивает мужчине, на его лице появляется собственная натянутая улыбка, а его возящиеся руки выдают его тревогу. – Ладно, перво-наперво, мне нужно знать, готов ли ты справиться с любыми опасностями, которые могут возникнуть с этой работой, – глаза героя, кажется, ищут... что-то. – Я пойму, если вы скажете "нет", это мешает многим совершить сделку. Через мгновение до Томми доходит. Он бросает ему вызов. И, он клянется Праймом, Томми не из тех, кто отступает, когда ему бросают вызов. – Я не против опасностей этой работы, в конце концов, – он дерзко улыбается герою, – опасность – это мое второе имя. Уилбур опускает взгляд в его досье, прежде чем подавить смешок, прочищая горло, чтобы попытаться скрыть его. – Я вижу, что ж, следующий вопрос, как ты справляешься с ситуациями сильного стресса? Томми воздерживается от того, чтобы наклонить голову, – Ну, я полагаю, это зависит от ситуации, если вы говорите о сроках и тому подобном, это не такая уж большая проблема, если это связано с преступлением, как, скажем, похищение, я уверен, что был бы способ связаться с вами, а если нет, то у меня были занятия по самообороне, – он делает паузу, глядя герою в глаза. – Я могу постоять за себя в бою. Герой, сидящий перед ним, кажется, переваривает полученную им информацию, и Томми понимает, что, возможно, он слишком много наговорил. Хорошо. Блять. Таббо по меньшей мере полдюжины раз говорил ему, чтобы он отвечал коротко, не болтал слишком много. Что ж, вот и весь план. – Почему ты хочешь здесь работать? – наконец спрашивает Уилбур. – Когда я был моложе, я хотел быть героем, позже, когда у меня не развилось никаких способностей, я сдался, но я полагаю, что ближе всего к этому была работа с героями. Уилбур, кажется, оживляется, услышав это. – У тебя нет никаких способностей? – он снова заглядывает в досье Томми, перечитывая его. – Нет, но я считаю, что это никоим образом не должно повлиять на мою работу, – Томми пытается проглотить комок в горле. Была ли ложь о его способностях правильным ходом? Уилбур улыбается ему, это первая искренняя улыбка, которую он увидел у этого человека, – Я тоже так считаю. – Хорошо, – Уилбур закрывает папку на своем столе. – Ты хочешь сказать что-нибудь еще, или мы на этом закончили? Томми почти спотыкается на словах, которые так и норовят сорваться с его губ. И это все? Три вопроса, и это все? Неужели он так сильно облажался? – Я... О, нет, это все, спасибо, что уделили мне время- – На самом деле, сэр, у Томаса, похоже, сломаны два ребра и ушиб живота. Тишина. – Хренов стукач. Он так и не получает эту работу.