Wicked Game

      Шухуа сделала глоток голубого коктейля и равнодушно посмотрела по сторонам. Клуб, который Юци назвала «лучшим в этом захолустье», только в деталях отличался от потрёпанного временем бара в их городишке. Танцпол был чуть больше, и бармен обслуживал людей быстрее, но в целом – всё те же пьяные ребята, уверенные, что она ляжет к ним в постель за одну «Маргариту», и отвратительная выпивка.       – Лукас! – Юци упала на барный стул и пьяно улыбнулась. – Можно ещё «Секс на пляже»?       – Не слишком ли много для такой маленькой милой девочки как ты? – Спросил он, ставя перед ней бокал.       Девушка игриво подмигнула ему, делая глоток.       – Что это было?       – О чём ты?       – Этот парень… Ты с ним флиртовала. А что с Соён?       – Мы расстались, – пожала плечами Юци.       Шухуа понимала, что не должна удивляться этим словам. Сводная сестра расставалась со своей девушкой так же часто, как обещала бросить школу и сбежать с рок-музыкантами в Сиэтл. Итог всегда был один – она несколько дней ходила как в воду опущенная, а после они снова сходились. Это были сложные отношения – полные ссор и непонимания, но Соён любила её так сильно как могла, а Юци отвечала взаимностью.       – Почему на этот раз?       – Она похожа на живой труп, Шу. Нет, серьёзно, мы вместе почти два года, а она до сих пор дрожит, когда я прикасаюсь. Я даже не намекаю на секс, а просто держу её за руку, но она трясётся как осиновый лист на ветру.       – Раньше тебя это не волновало.       – А сейчас волнует. В любом случае, это неважно, я больше к ней не вернусь.       Юци допила коктейль и скользнула заинтересованным взглядом по толпе, выискивая особенно привлекательных парней и девушек. Шухуа знала, что чаще всего её глаза останавливаются на миниатюрных брюнетках, и она мысленно матерится.       – Тебе тоже следует найти кого-нибудь. Меня бесит твоё бурчание. Трахни любую горячую девушку и заткнись.       Шу покачала головой. Когда Юци злилась, то требовала, чтобы её «любимая сестрёнка» наконец нашла себе кого-нибудь и закрыла рот. Шухуа в ответ на это только пожимала плечами – ей нравились те редкие поцелуи и встречи «на одну ночь», которые у неё были. Это помогало расслабиться, не задумываясь об обязательствах, которых в жизни и так было достаточно. Школа, забота о младших братьях и сёстрах и внеурочная деятельность и так отнимали слишком много сил и времени.       – Я отойду покурить.       – Как хочешь.       Огни красных ламп у служебного входа тускло освещали переулок. Шухуа прижалась к стене и закрыла глаза. На улице было душно, от остывающего асфальта поднимался пар. Со стороны пляжа, от ряда баров, доносилась музыка – попса и хип-хоп, идеальные для танцев на открытом воздухе. Шу не сразу заметила, что чуть поодаль от неё остановилась девушка.       На вид ей было около двадцати, чёрные, как сажа, длинные волосы вились на кончиках, под левым глазом милая роднка. Одета так же, как и другие посетители клуба, – белый топ и джинсовые шорты, но Шухуа вдруг почувствовала, как тепло наполнило низ живота. Нет, никто в этом клубе не смог бы сравниться по красоте с этой девушкой.       – У тебя нет лишней сигареты?       Шухуа дрожащей рукой протянула тонкую никотиновую палочку. Незнакомка сжала её губами и порылась по карманам в поисках зажигалки.       Когда она тихо ругнулась, Шу поняла, что та либо потеряла её, либо вообще не брала.       – Иди сюда.       Девушка наклонилась к зажигалке в её руке, и Шу смогла заглянуть ей в глаза. Они напоминали два огромных чёрных озера, в которых Шухуа почти мгновенно захотелось утонуть. Тонкие пальцы мягко прикоснулись к коже на тыльной стороне ладони. Незнакомка затянулась, прикрыв глаза от удовольствия.       Когда она прислонилась к стене совсем рядом, Шухуа окончательно убедилась, что эта девушка самая красивая из всех, кого она когда-либо видела. Заинтересованный взгляд по плавным изгибам тела незнакомки, задержался на пирсинге в пупке. Пальцы покалывало от желания скользнуть в шикарные чёрные волосы, притянуть к себе, чтобы впиться в пухлые губы страстным поцелуем.       – Родители не учили тебя, что пялиться невежливо?       Шухуа смущённо отвела взгляд.       – Извини.       – Боже, не красней так, – девушка рассмеялась. – Это даже приятно, знать, что кто-то думает, что ты привлекательна.       – Я уверена, что каждый, кого ты встречаешь, говорит, что ты привлекательна.       – Может быть.       Она сделала очередную затяжку. Шу заворожённо наблюдала за тем, как она обхватывает губами сигарету и выдыхает в душный воздух полупрозрачный дым. Чертовски красиво.       – Ты выглядишь очень молодой. Сколько тебе?       – Восемнадцать.       – Не верю.       – Мне всё равно, не верь.       – Просто не хочу проблем, когда сделаю это.       В следующую секунду она, выронив из пальцев сигарету, прижала Шухуа к стене. Губы соприкоснулись. На вкус незнакомка была как вишня. Шу провела языком по нижней, наслаждаясь терпким привкусом алкоголя на её коже. Девушка открыла рот, и их языки сплелись.       – Скажи хотя бы как тебя зовут, – прошептала Шухуа между поцелуями.       – Суджин.       – Шухуа.       – Мне плевать.       Девушка потянула её за собой в сторону невысокого здания из белого камня недалеко от пляжа и ночного клуба. Над входом кроваво-красным сияла вывеска «отель». Администратор, очевидно, знал Суджин, потому что совершенно не обратил на них внимания.       Они стояли друг напротив друга в тёмной комнате дешёвого отеля и целовались, исследуя языками рты. Пальцы Суджин были в её волосах – скользили, поглаживали, тянули. Стоны тонули в звуках страстных поцелуев.       Когда они дошли до кровати, девушка вдруг отстранилась и тихо, почти застенчиво спросила:       – Ты уверена, что хочешь?       Шухуа кивнула. Тело дрожало от приятного предвкушения, горело от нетерпения. Шу думала только о том, как уложит Суджин на спину, стянет одежду и насладится потрясающим телом.       Пока Шухуа расстёгивала пуговицы на джинсовых шортах, Суджин скинула с себя топ. Губы впились в шею, спускаясь всё ниже, оставляя за собой розовые следы и отпечатки дешёвого блеска. Шу не могла не подумать о том, как идеально они сочетались с бледной, словно бы фарфоровой кожей случайной знакомой.       Осторожно, словно дорогую куклу, Шу опустила её на кровать и стянула с себя футболку. Девушка под ней провела кончиками пальцев по подтянутым мышцам живота, остановилась на поясе шорт. В её глазах золотыми, как мёд, огоньками блестело восхищение. Шухуа некстати подумала, что она напоминает фарфоровую статуэтку, и ей вдруг захотелось быть с ней просто невероятно нежной.       – Я нравлюсь тебе? – Спросила Суджин, нерешительно обнимая её.       – Конечно. Ты прекрасна.       Она поцеловала её так мягко как умела. Суджин была произведением искусства. Такие, наверное, следовало бы выставлять в Лувре или Эрмитаже, но Шухуа до боли за лестницей рёбер хотела оставить её себе – просто спрятать ото всех в нежных объятиях и наслаждаться ею. Целовать её губы, тело, слушать стоны и просьбы не останавливаться, чувствовать, как короткие ногти впиваются в спину.       Шу осторожно оттолкнула её от себя, укладывая на спину. Руки легли на грудь, лаская, сжимая.       – Чертовски прекрасна.

***

      Когда Шухуа открыла глаза, солнце уже встало. Очень громкое семейство шло мимо открытых окон к пляжу, обсуждая потрясающую погоду, кто-то в коридоре ворчал, что стоны за стеной не дали ему нормально выспаться. Суджин лежала на груди, обнимая её за талию. Тёмные волосы разметались по плечу и подушке, и Шу осторожно погладила их, улыбаясь.       Это определённо была лучшая ночь в её жизни.       Вдруг экран телефона замерцал. Шухуа осторожно, стараясь не разбудить девушку, подняла его. Юци писала, что, если через двадцать минут, она не появится у клуба, они с Минни уедут домой без неё.       «Умеешь же ты портить момент», – мысленно хмыкнула Шу.       На секунду Шухуа задумалась, не следует ли ей оставить Суджин номер, но резко одёрнула себя. Кем бы ни была эта девушка, она определённо заслуживала кого-то лучше, чем сиротка с проблемами с концентрацией внимания, вспыльчивостью и кучей долгов, которая за восемнадцать лет сменила восемь приёмных семей и ещё больше школ. К тому же она вряд ли хочет чего-то серьёзного.       Выскользнув из нежных объятий, Шухуа быстро оделась.       Уже у двери её сердце вдруг сжалось. Взгляд снова опустился на девушку, спящую на кровати.       – К чёрту это, – шепнула Шу, возвращаясь, чтобы осторожно поцеловать её в лоб. – Спасибо.       Выбравшись из комнаты на цыпочках, она закрыла за собой дверь. Лучшая ночь в её жизни закончилась. Им с Юци нужно было возвращаться домой.