Wicked Game

      – Вставай!       Юци привычно напрыгнула сверху, начав слабо, скорее для шутки, стучать кулачками по спине. Будильник наполнял комнату отвратительным писком. Шухуа громко выругалась и зарылась глубже в подушку, закрывая глаза.       «Это сон», – мысленно повторяла она. – «Это просто блядский сон».       Нет, это не было сном. Лето закончилось слишком быстро, и теперь им нужно было, как и весь тоскливый год до этого, собираться в школу.       Начинался выпускной класс – важный для Юци и обычный для Шухуа. Она не ожидала чего-то особенного – Юци наверняка уже записала их обеих в программы углублённого обучения самых идиотских школьных дисциплин, необходимых ей для колледжа, и она должна была просто сопровождать её, стараясь не облажаться. Всё так же, как и последние несколько лет.       – Я ненавижу тебя, Сон Юци.       – Нет, ты любишь меня. Давай, собирайся, Минни заедет за нами через час. Не заставляй её ждать.       Умывшись и почистив зубы, Шухуа привела в порядок волосы и вытащила из шкафа любимую зелёную футболку и потёртые джинсы. Юци натянула огромную толстовку и зауженные брюки, зашнуровала кеды. Каштановые волосы забавно вились на кончиках, и она заплела их в два густых хвостика по обеим сторонам головы. Шу никогда бы не признала это вслух, но это выглядело мило.       По крайней мере, для кого-то настолько раздражающего, как Юци.       Минни встретила их обеих с улыбкой.       Они познакомились пять лет назад, когда Юци и Шухуа впервые переступили порог дома очередной приёмной семьи. Для Юци она была четвёртой, для Шу – восьмой. Первыми пришли поприветствовать соседи – милая семья из трёх человек: отец, мать и девочка на пару месяцев старше их самих. Её звали Ниша, но из-за рисунка мультяшной мыши на футболке и любви к Диснею Юци начала звать её Минни.       Сейчас они с семьёй переехали на другой конец городка, но девушка до сих пор каждое утро заезжала за ними, чтобы отвезти в школу.       – Ну, какие сумасшедшие предметы ты будешь изучать в этом году?       – О, в этот раз ничего особенного – углублённые программы по экономике, английскому, математическому анализу и философии. Всё остальное стандартно.       – Философии?! – Шу слабо ударила по её голове. – Дурочка, для чего тебе философия?       Юци пожала плечами.       – У всех этих философов такие сложные судьбы. Я не знаю ни одного, который умер нормально, не сойдя с ума. Думала, будет весело это изучать.       – Чокнутая…       – Да брось, Шу, это просто очередной курс, ничего серьёзного. Это плюс в моё резюме для колледжа.       – И минус в моё! Я в жизни не запомню столько древнегреческой и древнеримской херни! А эти течения всех веков?! Мне пиздец, Юци!       Сон только рассмеялась.       – Не драматизируй. Я помогу тебе, а если не выйдет, просто запишешься на другую программу. Я слышала, что остались места на уроках французского и менеджменте.       – Я тебя ненавижу.       – Я тоже люблю тебя, сестрёнка.       Юци планировала поступать в какой-нибудь престижный колледж, возможно даже из Лиги Плюща, а Шу мечтала просто начать нормальную жизнь где-то подальше от системы и приёмных семей. Она думала, что уедет в город покрупнее типа Портленда, найдёт работу, снимет небольшую квартирку и просто осядет, превратившись в такую же маленькую скучную единицу общества, как и сотни тысяч подобных ей. В её списке на жизнь не было наполеоновских планов, просто банальные желания типа машины, собственного дома и зарплаты, которой хватало бы на еду и развлечения. Иногда, конечно, ей хотелось подумать о красивой девушке, которая стала бы её женой, но она быстро отталкивала эти мысли. Отношения с людьми казались слишком сложной вещью для кого-то столь нетерпеливого, как она.

***

      День тянулся медленно, со скрипом. Во время занятий Шухуа думала о Суджин. Прошло почти два месяца с тех пор, как она оставила её в постели номера отеля. Больше они не возвращались ни в тот клуб, ни в город у моря. Сперва Шу надеялась, что девушка найдёт её в социальных сетях, напишет, но с каждым днём в это верилось всё трудне. В конце концов, она пришла к выводу, что была для Суджин просто очередной девочкой на одну ночь. Что ж, так, наверное, было даже лучше, никаких обязательств.       На философии они с Юци снова сели вместе.       – Минни сказала, что у нас новый преподаватель.       – А что со старым? Наконец-то развалился?       – Ушёл на пенсию. На его место пришла девушка, только из колледжа. Директор просил Минни проследить, чтобы ученики не приставали к ней.       – Хах, ничего не могу обещать.       Новая преподавательница была одета в брючный костюм и белую блузу с кружевным воротником. Тёмные волосы идеальными волнами рассыпались по плечам. Шу не видела её лица, но по фигуре и умению себя держать могла сказать, что она привлекательна. Когда девушка обернулась, Шухуа вздрогнула – она узнала эти губы, эти глаза и эту родинку.       Блять…       – Юци…       Сон отмахнулась.       – Юци, мать твою!       – Что?       – Это она! Это Суджин…       Юци перевела растерянный взгляд с учительницы на сестру.       – Блять…       Когда их взгляды встретились, дыхание Шухуа застряло где-то в гортани, а сердце упало в пятки. Паника навалилась на плечи, накрыв собой словно многотонным свинцовым одеялом. Звон в ушах в одну секунду стал громче всех звуков на свете. Она вцепилась в руку Юци, ища поддержки.       – Мисс, простите, моей сестре плохо. Могу я отвести её к школьной медсестре?       – Конечно.       Прежде чем Суджин сумела отправиться от шока, Юци вытащила Шу из класса и повела за собой в сторону кабинета медсестры.       – Не туда, – вдруг пробормотала Шухуа. – Мне нужно умыться.       В школьном туалете, как и всегда, было пусто. Е плеснула в лицо холодной водой, стараясь привести мысли в порядок. Прохлада вместе с каплями прошлась по шее, спине, заползла под тонкую ткань.       – Позвони Соён.       – Зачем?       – Мне нужно поменять класс. Лучше французский или менеджмент, чем Суджин.       – Звони сама.       Шу села на пол, прислонившись спиной к холодной плиточной стене. Юци опустилась рядом. Она знала об этой девушке по скудным рассказам сестры. Это были небольшие отрывочные предложение в стиле «она горячая…» или «да, это был хороший секс, а теперь отвали, Юци!», но Сон всегда хватало. До этого момента.       – Чёрт, я, конечно, люблю лесбийские драмы, но вы с Суджин какой-то новый виток.       – Никаких нас с Суджин нет, о’кей? Я просто поменяю предмет, и мы больше никогда не встретимся. Позвони Соён, чтобы я могла договориться.       Юци протянула мобильный.       – Звони сама.       Соён взяла трубку после первого гудка.       – Юци? – Спросила она дрожащим голосом.       – Нет, извини. Это Шухуа. У меня есть к тебе дело. Ты в кабинете?       – Да.       – Мы сейчас придём.       Когда Юци замотала головой, Шу закатила глаза. Они жили в маленьком городке, где избегать друг друга было невозможно, но её сестра всё равно умудрялась обходить свою бывшую стороной. Когда она появлялась на вечеринке, Юци сбегала с неё через заднюю дверь, когда встречались на улице, переходила на другую сторону. Она даже уговорила Минни возить их в клубы в других городах, чтобы не столкнуться с Соён. Шухуа была уверена, что за два с половиной месяца, прошедших с момента расставания, они не сказали друг другу ни слова.       Сперва это забавляло, но сейчас поведение её сестры переходило все границы.       – Она заслуживает лучшего, чем просто игнорирование с твоей стороны. Вы были вместе два года, может, стоит попробовать остаться друзьями?       – О, в тебе проснулся эксперт по отношениям? Надо чаще встречать бывших любовниц.       Шу хотела ударить её, но не было сил. Она с трудом встала и, покачиваясь, поплелась в сторону кабинета школьного совета. Соён уже ждала её.       В первые дни обучения эта девушка казалась ей жуткой – она держалась в стороне от других учеников и почти не снимала большие чёрные наушники. Шухуа не понимала, почему Юци так сильно хотела с ней подружиться. Но чем ближе они становились, тем яснее Шу осознавала, что эта маленькая, суровая на вид девочка – одна из самых заботливых и добрых людей на земле.       Сейчас, после их с Юци расставания, Соён снова превратилась в далёкую Снежную Королеву с острыми, как льдинки, глазами.       – Привет.       – Садись. Что случилось?       – Хочу поменять один из предметов по выбору. Философию.       – Одна? Без Юци?       Шухуа кивнула. Соён нахмурилась, но выудила из горы бумажек на столе списки учеников и выборных курсов. Взгляд быстро прошёлся по ровным строчкам.       – Если хочешь что-то серьёзное, что могло бы красиво смотреться в документах, то придётся подождать. Я и так сделала для вас с Юци исключение, оставив места на самых престижных выборных программах.       – Я знаю, Соён, и спасибо, но это очень срочно. Я должна сменить предмет.       – Могу предложить столярничество и французский, но я бы не советовала. Твой интеллект выше среднего, но там требуется концентрация, собранность, и, давай будем честными, это не твои сильные качества.       – Может, что-то типа астрофизики? Соён, это вопрос жизни и смерти.       Президент школьного совета никогда не могла ей отказать. Она снова просмотрела документы, задумчиво потёрла щёку и, вытащив из стопки чистый лист, протянула его Шухуа:       – Пиши заявление, я добавлю тебя в очередь. У нас есть лист ожидания на случай, если кто-то решит, что не потянет или просто захочет поменяться, я попрошу методиста вписать тебя туда. Ещё могу поговорить с парнем с курса астрофизики, он, кажется, хотел взять философию, но ничего не могу обещать.       – Спасибо, Соён!       Сдержанный вскрик радости застрял у Шу в горле. Все внутри сжалось. Неужели наконец-то получилось избежать неприятностей? Ей что, впервые повезло?       – Не за что. А теперь иди, Минни уже ждёт вас на парковке, я видела, как твоя сестра шла к её машине.       Шухуа кивнула на прощание и выбежала из кабинета.