Рассказы

Котику Соноко.

             …помнил лишь его песочного оттенка локоны и красивый голос. Ещё – что он француз, а характер имеет – отвратительный. Ядовит как скорпион. И столь же незабвенен, стоит признать. Но это все лирика, вернёмся к сути дела.       Я бы сказал, что имею честь быть другом самого Генри Моргана, но грехи с некоторого времени начали тяготить меня. Однажды на Ямайке, где Кровавый Генри был вице-губернатором… ладно, это слишком долгая история, вернёмся к той, что я начал.       Мы не виделись много лет, но я узнал давнего знакомца, стоило лишь ему подойти поближе. Меня связали перед абордажем, связали и оставили одного в каюте.       – Ты собирался на Кубу, Грег? Ну, так добро пожаловать. Сантерия предполагает жертвоприношения, знаешь ли.       – Сантерия? Которую черные зовут лукуми? Не помню, чтобы в жертву приносили людей.       Фыркнув, мой собеседник ничего не ответил. “Эй, – хотел сказать я, – у нас ничего не вышло, но между нами искрило в юности, а теперь ты хочешь меня убить?” Но, само собой, промолчал. Глупо надеяться, что он стал лучше за прошедшее время. Да и я, пожалуй, не стал.       Дальше все было как в тумане: невыносимая жара, а меня не то что покормить – напоить не удосужились. Пришел в себя уже на, дьявол ее побери, церемонии “кормления” священных камней. Заподозрив, что меня вот-вот прирежут, чтобы кровью окропить камни, позорно лишился чувств. Кажется, говорил что-то бессмысленное, вынырнув из тошнотворного морока.       Очнулся я на роскошной кровати под балдахином, но – совершенно голый. Натянул на себя простынь, полежал пару минут, однако поняв, что в спальне никого больше нет, потянулся к кувшину, стоящему возле ложа (в нем оказалась восхитительно прохладная и чистая вода. Напившись вволю, я решил, что обязан действовать, несмотря на чёртову слабость.       И тут вошёл мой скорпион.       – Проснулся? – поинтересовался он.       Подобным тоном говорят: “Как жаль, что ты ещё не сдох, скотина”.       – Очнулся, – буркнул я.       – Видишь ли, – заявил мой мучитель (как его звали-то? Франсуа? не-ет, вряд ли, ему это имя не идет), – рабы уверены, что твоими устами говорило божество, а это ключ к… – он осекся. – Буду краток. Я предлагаю тебе сделку.       – Почему я голый? – перебил я.       Не-Франсуа ухмыльнулся:       – А ты ничуть не изменился за прошедшие годы.       – Ты тоже, – парировал я. И уточнил: – Такой же въедливый.       Он сощурился. Долго смотрел на меня, странно улыбаясь, потом стал приближаться.       – Что за сделка? – спросил я наконец хрипло, не выдержав того, как раскаляется между нами воздух.       – Ты был смелей, Грег, – почти промурлыкал он.       – Я был молод и глуп, – отрезал я.       – Напомни. Я подзабыл, знаешь ли.       Какого дьявола этот за…              21 июля 2024 года