Твоя судьба в моих руках

Я ничего н-не вижу! Куда все исчезло?! – Н-нет…Нет. НЕТ. НЕТ! НЕТ! НЕТ! Ч-что…это?! Проклятье! Ничего не было слышно, кроме невозможно быстро бьющегося сердца. Ничего не было видно, кроме непроглядной и пугающей темноты. Где все? Где он? Где? – К-Кадзуха, ты…Ты…здесь? Ч-что со мной? П-прошу…отве..ть… Дышать стало совсем тяжело, воздух будто бы больше и не поступал в легкие. Скарамучча всеми силами пытался поймать ртом хоть каплю кислорода, казалось он вот-вот задохнется. – Я…умираю? Так страшно… Мысли начали покидать голову, а тело словно сковывало и было больше не подвластно ему. Вместе с тем, появилось стойкое ощущение, будто он провалился и летит бесконечно долго куда-то в пустоту. – Это конец? Кто-нибудь…прошу… – Эй, Скара! – послышался отдаленный голос. Что это… – Эй-эй, ну же, все хорошо! Этот голос…другой… Он не был похож на тот ужасный, что слышал до этого. Этот был таким знакомым и обеспокоенным. – Мучча! Давай, открой уже глаза! Аякс..? Он все же начал чувствовать прикосновения. К плечам, лицу, рукам. Но вокруг все еще ничего не было. – Проснись, Скара! Сильное покачивание и резкий поток свежего холодного воздуха заставили Скарамуччу все же открыть глаза. Над собой он увидел рыжую макушку друга, что нервно улыбался и в чьих глазах читалась тревога. Было уже утро, лучи солнца, ставшие редкостью в это время года, только начали проникать в комнату. В это же мгновение, он внезапно подскочил, лихорадочно пытаясь вобрать в себя как можно больше воздуха и отдышаться. Темноволосый посмотрел на свои руки, которые пробирала дрожь, сам он был бледным и взмокшим от холодного пота. Он пробежался глазами по сторонам, пытаясь убедиться в том, где находится. Сон..? Неужели он говорил все это сквозь сон? – Мучча, все хорошо, – чужие руки обхватили его за плечи, затягивая в крепкие объятия, – тебе снился кошмар. – А-Аякс…Э-это… это тоже сон? Откуда ты здесь? – Нет-нет, это все по-настоящему. – рыжик начал успокаивающе поглаживать его по голове, – Я пришел вчера вечером, но ты уже спал. – Ты..ы…В-вообще где был? – Скарамучча все еще говорил с придыханием и запинанием, поскольку дыхание восстановилось не до конца. – Расскажу позже, тебе нужно прийти в себя. С этими словами они улеглись обратно, укрывшись одеялом, чтобы не замерзнуть от чуть приоткрытого окна. Они некоторое время лежали в тишине, Аякс продолжал легко и аккуратно водить то по голове, то по спине друга, убирал спадающие и липнувшие к лицу пряди. – Это и правда был кошмар... – уже более спокойно начал Мучча, – Но все казалось таким реальным, все чувства были такими настоящими… – Такое бывает. Ты просто устал физически, от переизбытка эмоций и переживаний. В ответ тот лишь сильнее уткнулся куда-то в шею друга, промычав что-то неразборчивое. Он, наконец, смог понять, что это, действительно, был лишь кошмар, поэтому было уже не страшно. Более того, сон теперь казался даже бредовым, по сравнению с реальностью. Его веки снова стали тяжелеть, а тело расслабилось под успокаивающими объятиями Аякса. Так он и заснул. – Всё хорошо, поспи ещё. *** На этот раз Скарамучче ничего не снилось, что не могло не радовать, и ему удалось хотя бы немного выспаться. Глаза открывались с трудом, но и спать уже было слишком поздно. Все же, распахнув их, он увидел сидящего рядом друга, который что-то писал в своем телефоне, задумчиво сведя брови к переносице. Как только Мучча зашевелился и потер глаза, словно все еще не веря тому, что это не сон, Аякс внезапно переключил на него свое внимание, а на его лице появилась радостное выражение. – Кажется, в этот раз тебе спалось лучше. – Да…– задумчиво ответил тот, разглядывая рыжика. Прищурившись, он встал и потянулся к его лицу. Сначала дернул за локон, спадающий на лоб, затем начал мять своим пальцем чужую щеку, а в конце – ущипнул за нос. – А-а-ай! Какого черта? – заворчал Тарталья, поражаясь бесстыдству друга и отодвигаясь от него подальше, – Какой бездновский бес тебя укусил? Скара по-доброму усмехнулся и все же оставил друга в покое. – Настоящий. Легкая и живая улыбка на лице товарища заставила Аякса расслабиться. – Конечно, все взаправду, не переживай! Однако, она была совсем мимолетной, темноволосый снова поник и безутешно улегся обратно, утыкаясь лицом в подушку. – Ты не собираешься вставать? – поинтересовался тот, чуть толкая его в плечо. – Мм-м…Не хочу. – Ты же знаешь, что должен мне рассказать все. В ответ Скарамучча лишь недовольно пробубнил что-то неразборчивое, явно давая понять, что совсем не желает говорить об этом. – Эй, Мучча, – Аякс попытался расшевелить его и оторвать от подушки, – я не могу читать мысли, и не смогу помочь, если ты будешь молчать. – Лучше убей меня. – Ну уж нет, ты так просто не отвертишься. В эту же секунду, на лице рыжеволосого заиграла хитрость, а его руки молниеносно потянулись к чужим бокам. Темноволосый опомнился, как только почувствовал их на себе, но было слишком поздно. Да и Аякс был больше и сильнее. – Н-не-ет, не с-смей! – он начал дергаться и отбиваться ногами, проклиная себя за такую слабость, – А-ха..хаха..Ая-кс, рыжий ч-черт, блять!…а-ахах…отвали от…от меня. – Это тебе за вредность. Несмотря на все сопротивление и беспорядочные удары ногами, тот и не думал останавливаться. – Л-ладно-ладно, только…т-только прекрати. Довольный Тарталья все же оставил его в покое, поднимаясь с кровати. Он принялся подбирать какие-то раскиданные вещи друга и ставить их, как он думал, на место. Беспорядок в комнате не давал ему покоя, лишь раздражая взгляд и уж тем более, учитывая, что Мучча был тем еще чистюлей и привередой. Что такого вообще произошло, что он наплевал абсолютно на все? – Сначала расскажи, – начал темноволосый, наблюдая за действиями друга, – где тебя носило все это время? Я тебе писал и звонил. – Меня срочно вызвали в командировку в ЛиЮэ, – Аякс поднял свой телефон, чтобы найти переписку, – и я тебе об этом сообщал. Ты ничего не ответил, только звонил всего раз. Мучча замер и задумался, пытаясь вспомнить, действительно ли он писал ему. – Что?! Я точно помню, что писал. – Смотри. – рыжик протянул ему свой телефон. Тот пролистал диалог и заметил, что, в самом деле, был только один входящий звонок. – Странно…– темноволосый снова нахмурился, но в ту же секунду будто бы что-то вспомнил, – А-аа…Я только пытался написать. – Пытался? – Ты не взял трубку, и я разбил телефон. – с невероятным спокойствием ответил он. – Ты что?! – Я не мог себя контролировать тогда. – он посмотрел на свои истерзанные руки и опустился на подушку. – Я думал, что ты бы мог помочь мне. – Прости за это. У меня не было и минуты покоя, – с грустью начал Аякс. Он присел на кровать и взял чужую руку в свою, внимательно ее рассматривая и поглаживая, – Прости, что не был рядом. – Ты не виноват ни в чем, в отличии от…от меня. – Мучча…Что произошло? Темноволосый тяжело вздохнул, прикрывая глаза и прокручивая в голове все произошедшие с ним события. – Тебе станет легче, если расскажешь, – рыжик лег рядом, закинув ногу на ногу и устремив взгляд куда-то в потолок, – Я ведь знаю, что ты все снова держал в себе. В ответ тот лишь хмыкнул и посмотрел на сосредоточенного друга. Вероятно, тот приготовился внимательно слушать. Ладно, бежать некуда. По крайне мере, от него уж точно. Он выждал пару минут, собираясь с мыслями, в горле образовался ком, но он все же начал. – Тогда я тебе звонил, потому что совершил ужасную ошибку... *** Все то время, пока Скарамучча рассказывал ему все, что произошло с ним за последние пару недель, рыжик молча слушал, попутно анализируя и делая какие-то мысленные заключения. На некоторых моментах он хмурился либо изумленно смотрел на друга, пока тот не видел, или же просто прикрывал глаза. И даже когда тот закончил свой рассказ, он продолжал задумчиво разглядывать пространство перед собой. Ему так плохо от вины за то, что сорвался на Кадзуху… Будь это кто-то другой, едва ли бы он так мучился? На самом деле, проблема легко решилась бы обычным разговором. Но слишком много всего свалилось на его плечи за один раз. Скара не мог справиться, учитывая, что во взаимоотношениях с людьми у него есть трудности. Он не понимает не то, чтобы окружающих, а зачастую и самого себя. Но он не виноват в этом. Всё же, все мы разные… У каждого своя степень восприятия и понимания. У Муччи просто-напросто нет опыта в этом. Людей, с которыми он общался в полной мере, пожалуй, можно пересчитать на пальцах одной руки. Но тем не менее, нельзя сказать, что он совсем ничего в этом не смыслит. Он достаточно чуткий. И, в отличии от отношений с людьми, он удачно проникается окружающими явлениями. Отчего, в основном, и пишет стихи о них. Хотя, часто пытается выразить через них свои чувства и ощущения. Пытается разобраться. Но, кажется, в их копилку добавились совершенно новые. Те, о понятии которых он совершенно не смыслит. Вина, сильное давление, небывалая злость, избегание и… Хотя. Нет. Пока рано утверждать. Если бы я только мог помочь ему тогда… Все бы имело другие последствия и разрешилось бы гораздо раньше. Но ничего не поделать, остается только… – Эй! Ты так и будешь молчать? – все же нарушил тишину Скара. Аякс переключил на него свой взгляд, слегка вздохнул и переместился в сидячее положение. – Ты ведь и так знаешь, что нужно делать. – Пойти и…– темноволосый сразу напрягся, – нормально поговорить. – Верно. Видишь, решение лежит на поверхности. Мне даже не нужно было говорить это. – уголки его губ приподнялись. Скарамучча в этот же миг снова поник, рассматривая простынь перед собой и нервно сминая край одеяла. Рыжеволосый не мог не заметить его напряженного состояния, поэтому продолжил. – Но прежде, чем ты сделаешь это, я должен кое-что тебе объяснить, – он встал с кровати и направился к столу. Мучча тут же начал наблюдать за всем, что делает его друг. – Ты часто изображаешь свои чувства в строчках, они получаются просто великолепными, и это бесспорно. Но… Аякс снова взял в руки лист со вчерашним стихотворением. Он несколько раз пробежался взглядом по нему, а затем посмотрел на темноволосого, на лице которого, пока что, читалась лишь неясность. – Думал ли ты когда-нибудь, что именно это за чувства? Что они значат? Что с ними делать? Как другие с этим справляются? Размышлял ли ты о них, через призму причинно-следственных связей? Вина за сказанное – необходимо извиниться и получить прощение. Твой страх необоснован – тебе ничего не угрожает, нельзя вестись на поводу у ложного чувства. Да, некоторые чувства, наоборот, могут вводить нас в заблуждения. Боишься, что стал как твоя мать? Но ты никогда не станешь ею, Мучча. Потому что ты – это ты, и никто другой. И ты сам в праве строить свою жизнь. Злость – она скопилась от переизбытка негативных факторов. Здесь сложнее. Ты в принципе достаточно вспыльчивый от природы. Я не знаю, с чем это связано, правда. Но одно дело, когда твое недовольство и лёгкая раздражительность – твоя особая черта. А другое, когда это злость, что скопилась в тебе, туманящая твой рассудок и переходящая все границы. Ее нельзя копить в себе. Научись контролировать и разделять это, не позволяй ей взять верх над собой. Можно попробовать как-то отбрасывать это, например, не придавая значения источнику раздражения, ограждать себя от него, а также найти способ, который быстро успокоит именно тебя. Здесь тебе все же нужно разобраться самому. Избегание…Мучча, нельзя убежать от проблем. Они существуют у всех и будут происходить всегда. Если не можешь их решить – ты всегда можешь обратиться за помощью. А от себя и подавно нельзя убежать, потому что ты – единственный, кто будет с тобой до конца жизни. И пока ты не найдешь единства, то спокойствия тебе не видать. Рыжеволосый замолк, наблюдая за реакцией товарища, тот тоже молчал, вероятно, анализируя только что услышанное. Выждав пару минут, Аякс собрался с мыслями и продолжил. – Не ведись слепо на поводу у эмоций. Сначала разберись в них. Может они обманчивы или легко решаемы. Конечно, у тебя не получится все сразу, не выйдет сразу к этому приспособиться. Со временем, да. К тому же, твоё состояние сейчас больше, я бы сказал, нестабильное. Обычными словами и методами тут не поможешь в полной мере. Но об этом позже. Не пытайся осмыслить все это разом. На тебя взвалилось и скопилось внутри слишком много всего. Но чтобы этого не происходило и не доводить до этого, как я уже сказал, нужно уметь распознавать, понимать, принимать и направлять возникающие эмоции и чувства. – он вернулся к кровати и присел. – Ты уставал от нового темпа учебы. Но ведь ты сказал, что Кадзуха предлагал тебе дополнительные выходные и помощь. Ты думал, что это может навредить ему, но думал ли ты, что он действительно может дать это, без вреда для самого себя? Да даже если и не он, то можно было бы найти другую помощь или выход. Перестань взваливать все на себя и доводить до крайности. Тебе станет легче, если ты научишься разбираться в непонятных тебе ощущениях, не копить негативные эмоции, находить решения. И тогда будет легче и в общении с людьми. Вновь повисла тишина. Скараммуча сосредоточенно и неподвижно смотрел в окно. Я никогда не думал об этом настолько… – Кадзуха явно не держит зла и хочет продолжить с тобой работу. Поговорите. Может, у него в тот день также что-то случилось? Случилось..? – Хорошо, я…я постараюсь с этим разобраться… – Ты ведь знаешь, что всегда можешь обратиться ко мне. – рыжик одарил друга мягкой улыбкой и потрепал его волосы. – А если меня не будет, то почему бы тебе не рассказать о том, что тебя волнует тому же Каэдэхаре? Вы ведь стали достаточно близки. Близки… И как только он во всем этом разбирается? – Спасибо, Аякс. – он посмотрел на друга, а уголки его губ также приподнялись в ответ. Скара снова опустился на подушку. – Я очень благодарен тебе. – Рад помочь, Мучча, – Тарталья поднялся с кровати. Затем, прихватив свой свитер, направился к двери, – Я на балкон, а ты пока приведи себя в порядок. Ты же не поедешь в таком виде? – Подожди! Я с тобой. – Ну уж нет, тебе хватит. Что-то мне подсказывает, что ты накурился на всю жизнь вперед. А еще, мне нужно позвонить. С этими словами он оставил друга, который в ответ лишь недовольно хмыкнул и скрестил руки на груди. Кажется, тот еще вчера практически сразу догадался, лишь войдя в комнату, пропитанную табачным запахом, какое неимоверное количество пачек тот успел выкурить. *** Капли воды, падающие с кончиков волос, стекали по его лицу и телу. Скарамучча стоял перед зеркалом, и то, что в нем отражалось, ему явно уже не нравилось. В глазах читалась усталость, а под ними виднелись круги. Губы потрескались, местами даже сильно, а на нижней все еще оставался след, появившийся от того, что тот с силой прокусил ее. По телу в некоторых местах были небольшие синяки и маленькие царапины, непонятно откуда взявшиеся. Кажется, он даже немного похудел. Он опустил свой взгляд уже на кисти рук, раны и кровоподтеки на которых все никак не проходили. Ужасно. Я же не могу появиться в таком виде? Кажется, у меня был свитер с удлиненными рукавами. Скарамучча вздохнул и умылся прохладной водой, а затем, принялся сушить волосы, не забыв затем уложить их как следует. Выйдя из ванной, он заметил, что Аякс уже вернулся и был собран, поэтому просто сидел на ковре и игрался с неугомонным Куро. Он направился к шкафу, чтобы найти нужные вещи. Перевернув все верх дном, ему все же удалось откапать тот свитер – обычный, просторный, темно-синего цвета. Мучча надел самые простые темные свободные брюки, нацепил свитер, просунув большие пальцы в специальные прорези на рукавах и снова присмотрелся к отражению. Теперь не так сильно бросается в глаза. Вроде. Рыжеволосый некоторое время уже наблюдал за тем, как его друг крутится у зеркала, поправляя то волосы, то одежду, то намазывая что-то под глаза. Но его выражение лица все еще было хмурым. – Мучча, и так все отлично, не переживай. Скоро все заживет. – послышался голос рыжика, который вдруг появился за его спиной. – Пойдем, нам еще нужно заехать кое-куда. В ответ тот лишь одобрительно кивнул. *** На улице было пасмурно, но дождя не намечалось. Погода была непостоянной, сменялась то дождем, то солнцем, но при этом было холодно. Вот-вот уже наступит декабрь. Машина подъехала к какому-то месту, где были различные здания с магазинами, больше похожее на торговую улицу, и остановилась возле входа в один из них. – Подождешь здесь? – спросил Аякс, открывая водительскую дверь. – Только быстрее. – Я скоро! Мучча никак не отреагировал на это, продолжая безучастно разглядывать улицу за окном. Поскольку сегодня выходной, то и людей здесь было достаточно. Все гуляли с семьями, друзьями или возлюбленными. То и дело веселились, несмотря на такую нерадостную погоду. Некоторые покупали что-то у уличных торговцев – сувениры, закуски. А кто-то, наоборот, предпочитал зайти в магазины или посидеть в теплом кафе. Дети носились от одних лавочек к другим, звонко смеясь. Картины, представшие перед темноволосым, ничуть не утешали его, а лишь заставляли еще больше нахмуриться. Не желая больше наблюдать за этим всем, он потянулся в карман куртки, где ничего не удалось отыскать. Кажется, Скара совсем забыл, что телефона у него нет, а привычка брать его в руки в любой непонятной ситуации или когда скучно, снова вернулась к нему. Черт! И что мне делать, пока он шляется непойми где? Надо было напроситься с ним. Хотя бы музыку оставил, и на том спасибо. Что это вообще за хрень? Мучча принялся перелистывать странные песни на панели, пока не включилось что-то более-менее приятное его слуху. Если он будет слишком долго, я его у… – Заждался, дорогой? – Аякс запрыгнул на свое место, держа в руках небольшой пакет. На его лице заиграла хитрая улыбка. – Что ты только что сказ… Он не успел договорить, как в это же мгновение, рыжик протянул ему небольшую коробочку с телефоном. Скарамучча приоткрыл было рот, чтобы что-то ответить, но тут же закрыл его, не находя слов и не веря своим глазам. Он удивленно смотрел то на вещь, что все еще была в руках друга, то на него самого. – Не смотри на меня так, это в качестве извинения за мое отсутствие. – Да кто вообще дарит телефоны в качестве извинений?! – Влюбленные парочки? Мучча цокнул и закатил глаза, демонстративно отворачиваясь к окну и складывая руки на груди. Аякс, в свою очередь, звонко рассмеялся. – Ладно-ладно, тебе все равно нужен новый. Я еще и симку восстановил твою. – Он положил коробочку на колени друга, а затем и сим-карту. – Номер остался тот же. – Что?! Как ты это сделал? – Скарамучча снова изумленно посмотрел на друга. – Секрет. Нужно знать места и людей. – Тарталья состроил хитрую и, в тоже время, довольную улыбку. Темноволосый всегда поражался тому, какие связи есть у его друга. А также его способности влиять на людей и договариваться практически обо всем. Иногда это даже пугало. Как такое вообще возможно? Сила слова? Эмоции и жесты? А может, просто привлекающая внешность? Или все сразу? Тем не менее, Аякс не использовал никакие из этих уловок на близких людях. Хотя, может те просто и не замечали этого? – Спасибо. – вздохнул он и все же принялся распаковывать белую коробку. – Большое…спасибо. – А еще, – Аякс протянул что-то, а затем потянулся назад за бутылкой воды, – выпей это. Скара замер и нахмурился, рассматривая упаковки каких-то таблеток. Написанное на них название и действующее вещество, конечно же, ни о чем ему не говорило. Но, почему-то, одна из этих пачек показалась ему знакомой. – Что это? – Лекарство, которое стабилизирует твое состояние, и успокоительные. Как я тебе и говорил, твое состояние выходит за обычные рамки, а идти к врачу я бы точно не смог тебя заставить. Точно, тогда я видел одну из них дома у Каэдэхары… А вторые…впервые вижу. Вроде, я уже чувствую себя лучше, неужели мне действительно это нужно? Рыжик, видя, как друг с недоверием пытается взять лекарства, глубоко вздохнул. – Не волнуйся, тебе правда станет легче. Ты забыл, что моя мама – врач? Именно ей я и звонил утром. – Аякс подбадривающе улыбнулся и положил препараты и бутылку воды на колени друга. – Точно...Спасибо еще раз. – Одну таблетку в день вот этих и четверть вон тех. – сказал он, показывая сначала на одну упаковку, потом на другую. В ответ тот лишь кивнул в знак понимания. Рыжик завел машину и возобновил движение. Пока они ехали, Скарамучча успел выпить таблетки, но пока никакого эффекта не почувствовал. Он достал телефон, покрутил его со всех сторон, вставил сим-карту и принялся восстанавливать аккаунт. А он взял ту же марку, что была у меня. Я смогу возобновить все данные с прошлого телефона. Тарталья также рассказывал то, что с ним приключилось за то время, пока они не виделись, а Мучча внимательно слушал, иногда отвечая и спрашивая, попутно разбираясь с новым гаджетом. Когда загрузка и обновление Итадаку закончилось, выскочили диалоги с множеством новых сообщений. Их скопилось достаточно, и это неудивительно, он не заходил больше недели, а то и больше, ведь и до разбивания телефона он заходил в сети редко из-за сильной занятости. Одним из первых среди всех чатов был с рыжиком, но он не стал его открывать, поскольку уже видел переписку у него самого. Да и внимание привлек совсем другой диалог, где скопилось больше всего сообщений. Мучча потянулся к нему пальцем, чтобы отрыть, но тут же замер. Каэдэхара? Он писал мне…? Вот черт. Столько сообщений… Как-то неловко, я так долго не выходил на связь… Он прикусил нижнюю губу и нахмурился, ему было безумно интересно узнать, что же такого ему написал литератор, и, в то же время, страшно. Может, тот просто переживал за него, а может, наоборот, написал о том, какой он невыносимый, плохой и так далее по списку. Но тут же вспомнил слова Мико о том, что тот, кажется, все еще хочет с ним работать. А также речь Аякса. Взяв себя в руки, он все же открыл переписку. Kazuha: Скарамучча, с тобой все в порядке? Не злись, прошу Давай поговорим? Я не передумаю работать с тобой Если тебе нужно время, чтобы успокоиться или отдохнуть, то я совсем не против Тебе нужно было еще раньше взять выходные Ничего страшного бы не произошло Kazuha: Привет, как ты? Надеюсь, что ты действительно отдыхаешь от всего А не просто игнорируешь…

*Пропущенный звонок в 21:40 58с*

Kazuha: Хэй, у тебя точно все хорошо? Тебя нет в сети уже несколько дней Я немного волнуюсь… Пожалуйста, ответь если будет возможность

*Пропущенный звонок в 15:25 55с*

Kazuha: Мучча Почему твой обычный номер недоступен? Нам правда стоит поговорить Я же не могу так просто заявиться к тебе домой Что случилось? Kazuha: Я пока продолжу писать роман сам Но, Мучча Я не справлюсь сам слишком долго Без тебя, я не смогу писать Прошу, ответь хоть что-нибудь… Kazuha: Госпожа Яэ сказала, что если бы с тобой что-то произошло, то она бы уже знала Мучча… Ты больше не вернешься? Kazuha: Я так не хочу работать с кем-то другим Не хочу быть один в этой квартире И спать один… Мучча Прошу… Не игнорируй Kazuha: Я так скучаю по твоему звонкому смеху и твоим стихам Я надеюсь, с тобой все хорошо Яэ пообещала узнать, случилось ли с тобой что-то На этом диалог обрывается. По всей видимости, последний раз Кадзуха писал пару дней назад. Чем больше Скарамучча читал, тем сильнее у него перехватывало дыхание и расширялись глаза. А дочитав все, его и вовсе стало потряхивать. Блять. Как я мог?! Ужасно. Ужасно. Ужасно. Все вышло еще хуже, чем я тогда думал, когда уходил от него. Ну почему все так? Что со мной не так? Кажется, он снова начал закипать, препараты все еще не начали действовать. Сильнее сжав телефон в руке, он прикусил нижнюю губу. Опять! Опять! Опять я выхожу из себя и теряю контроль. Что, черт возьми, делать?! Аякс тут же заметил состояние друга и, не отрываясь от вождения, второй рукой выхватил гаджет из его крепкой хватки. – Эй-эй! Мучча! Ты что? Только не ломай телефон, он ведь совсем новый. Машина остановилась на светофоре, и рыжик мельком прочел переписку. Он вздохнул, а затем вернул вещь на колени темноволосого. – Успокойся, ничего страшного не произошло. Видимо, Каэдэхара просто волновался о тебе. – Я заставил его переживать. – Да, но… Я думаю, он поймёт все, когда вы поговорите. – А если нет? – Скара прислонился головой к окну. – Поверь мне, все будет хорошо. Не накручивай себя почем зря. – Рыжик подбадривающе улыбнулся и аккуратно потрепал тёмные волосы друга. Тот лишь облегчённо выдохнул. Они ехали совсем недолго, Мучча старался ни о чем не думать, просто пролистывая новости. Отвечать литератору не было смысла, поскольку они вот-вот увидятся. Он слегка вздрогнул, когда услышал голос друга. – Приехали. Он посмотрел на дом, возле которого остановилась машина. Тот же самый подъезд, возле которого он ждал Кадзуху перед автограф-встречей. Прошло столько времени. А он до сих пор видит тот счастливый блеск в глазах литератора, что появился во время этого события. Вспомнил, как тот был одет в плюшевую куртку, как Каэдэхара заметил, что он замер, разглядывая его. Вспомнил их нелепую игру, под названием «Как застать друг друга врасплох». Хоть они ее так и не называли. На секунду уголки его губ слегка приподнялись. Он не заметил, как долго он сидит, просто вцепившись в ручку двери, не решаясь её открыть. – Ну же, Мучча. Я с тобой не пойду. Ты должен сам. – рыжик коснулся чужого плеча, немного расталкивая, чтобы привести в чувство. Тот посмотрел на друга васильковыми глазами, в которых читалось волнение. Все же, он понимающе кивнул и открыл дверь. Не успев подняться, он снова услышал успокаивающий, но в то же время, серьёзный голос. – Только, прошу, не сбегай снова. Просто поделись сам и выслушай его. Чтобы ни случилось, ты в силах с этим справиться. В ответ темноволосый одобрительно угукнул. Дверь машины закрылась с обратной стороны. *** Все то время, пока Скарамучча пропадал, Кадзуха продолжал работу. Да, пришлось дописать главу самому, и даже целиком написать новую. Но, а что оставалось делать? Он просыпался каждое утро, сразу проверяя, не появился ли тот в сети. Но каково было огорчение снова видеть «был в сети … дней назад». Литератор не мог позволить себе впасть в отчаяние из-за этого. В отличие от студента, он хорошо справлялся с возникающими негативными чувствами. Не позволял им брать верх над собой. А некоторые и подавно были чужды ему. Например, те же злость и раздражение, были не свойственны ему, поскольку от природы он был крайне спокойным. Конечно, его терзали когда-то другие эмоции, но сейчас он в состоянии с ними справиться. Не считая того одного дня в году, который напоминал о смерти друга. Тут он непроизвольно давал себе слабину, предаваясь воспоминаниям. Можно сказать, что за последние годы Кадзуха стал достаточно силен духом, даже не смотря на болезни. Он просто смирился и принял эту судьбу. Не мог бросить то, о чем так долго мечтал. Не мог так просто сдаться и позволить себе провалиться на дно. Ради Томо. Ради себя самого. И вот внезапно появился еще один лучик света в его непростой жизни, и так же резко исчез. Конечно, литератор не мог так просто смириться с этим. Но и поделать, по сути, ничего не мог, раз тот не выходит на связь. Единственно, что он решил сделать – разузнать у Яэ Мико, все ли с ним хорошо. Но пока ответа так и не получил. Он снова остался один. Его снова мучили кошмары, но изо всех сил старался держаться. Писать одному было крайне сложно. Каэдэхара успел отвыкнуть от этого. Поэтому, как только сел за главу, боль в руках дала о себе знать. Она с каждым днем только усиливалась. Пришлось снова перевязать эластичным бинтом руки. Но был ли от них смысл? Эффекта не было и от обезболивающих, которые он снова начал принимать в больших количествах. Это тоже стало иметь свои последствия, поскольку имело сильное воздействие на жкт. Кадзуха не мог сдаться, ведь писательство – это его цель жизни, детская мечта, которая, наконец-то, стала явью. Его призвание и дар свыше, который он не мог упустить. Практически все время он стал проводить за написанием романа. Писал до изнеможения, пока совсем не выбивался из сил. А его постоянная усталость только все усугубляла. Он фактически засыпал за столом или сидя под котацу, пока работал. В отличии от Скарамуччи, он не чувствовал вину или что-то такое, он просто не понимал, что конкретно произошло, хотел нормально поговорить обо всем. Конечно, он осознавал, что тому было тяжело от такого давления на учебе, но внезапное исчезновение просто застало его врасплох. Несмотря на то, что они достаточно много времени проводили вместе, все равно знали друг о друге не так много. Понять, о чем думает и что чувствует человек, просто глядя на него, было не так просто. Здесь нужен двусторонний диалог. Кадзуха мог только догадываться. Поэтому он и предлагал студенту немного отдохнуть, взять выходные или помочь хоть как-то с учебой. Даже если и не смог бы писать, то мог хотя бы дать совет. Но тот отказывался и не хотел вмешивать литератора в свои трудности. Так одиноко, в этой пустой и зачастую холодной квартире, лишь котацу и Тэнка могли его хоть как-то согреть. В один момент Каэдэхара поймал себя на мысли, что начинает скучать по темноволосому. Его стихи, смех, голос, шутки, недовольное личико, которое тот строил по пустякам, их нелепая игра. Он чувствовал одиночество просто находясь дома. Не чувствовал тепла рядом, когда засыпал. Хотя, не сказать, что вместе они спали слишком часто, но тем не менее. Знать хотя бы, что в соседней комнате кто-то есть, уже было большим счастьем для него. Особенно, если этот кто-то – Скарамучча. Шарф, что тот подарил блондину, некоторые вещи, что он так и оставил у него, постоянно напоминали о нем. Хоть Каэдэхара и не выходил на улицу все это время, но все же иногда укутывался в подаренный шарф, чтобы почувствовать приятное тепло, и чтобы одиночество не ощущалось так сильно. Кадзуха понял, что темноволосый не так прост, еще при первой их встрече, а впоследствии все больше убеждался в этом. И это притягивало блондина к нему. Хотелось по-настоящему понять, о чем думает этот человек, что чувствует. Хотелось также поделиться и своими переживаниями и даже прошлым. Но пока он не был готов решиться на это. Литератор также осознавал, что по какой-то непонятной причине их обоих тянуло друг к другу, именно поэтому они так быстро нашли общий язык и сблизились. Всего каких-то пара-тройка месяцев, и они стали будто бы родственными душами, двумя вишенками на одной веточке. Конечно, сам Скарамучча, скорее всего, не замечал этого. Кадзуха мог предположить, что тот, вероятно, просто не силен во взаимоотношениях с людьми, не сильно разбирается и в самом себе. На это указывало слишком много фактов. Поэтому ему и хотелось узнать о нем побольше. Блондин совсем недавно начал замечать, что внутри него что-то загорается, и, кажется, он давно позабыл это чувство. В груди что-то приятно трепетало и замирало, когда он видел темноволосого, когда тот улыбался или о чем-то увлеченно рассказывал. Когда тот со всей сосредоточенностью занимался работой. Еще до того, как у студента начались проблемы в учебе. Кадзуха рассматривал его со спины, диктуя нужные предложения, а сам непроизвольно улыбался, сидя на подоконнике и прислонив голову к стене. И теперь, когда их разлучила нелепая ссора, это приятное ощущение все больше укреплялось в душе белобрысого. Это…Я так давно не чувствовал чего-то такого… Неужели в самом деле? Мучча…что же ты со мной делаешь? Влюбленность? Кажется, тот действительно успел позабыть это чувство. Но стоило убедиться. Да и он не был уверен, испытывает ли Скарамучча тоже самое. И если нет, то это может стать препятствием в дальнейшем. Нужно для начала разобраться с их возникшим недопониманием, а потом уже решать и этот вопрос. Конечно, Кадзуха не мог обижаться и злиться на студента, за те его слова, что, вероятно, были сказаны не специально, ведь, очевидно, что его состояние стало совсем нестабильным. Но и утверждать, что они совсем не задели, тоже не мог. С тех пор, как двое больше не виделись, дни стали тянуться долго. Литератор не унывал и верил в то, что Мучче всего лишь нужно время, чтобы отдохнуть и прийти в себя. Хотя, в последние пару дней, он все больше стал терять эту надежду. Ведь ответа так и не получал. Ни от самого студента, ни от Мико. Остается только смириться..? *** Скарамучча подошел к знакомой двери и неуверенно постучал. Кажется, звонков в этом доме не было практически ни у кого. Никакого ответа не последовало. Может, слишком тихо? Он собрался было вновь постучать и непроизвольно дернул за дверную ручку. Какого было его удивление, когда дверь оказалась не заперта. Что… Сначала темноволосый даже напрягся и нахмурился. Но сразу подумал о том, что, возможно, тот просто забыл закрыть ее или, может, ждал кого-то? Все же, собравшись с духом и вдохнув поглубже, он вошел в квартиру. Обстановка была той же самой, что и тогда. – Кадзуха? Он нервно выдохнул, разделся и запер дверь. Пройдя в кабинет, он не заметил никого, только открытый и светившийся ноутбук стоял на столе. Видимо, совсем недавно литератор работал за ним. Мучча сразу повернул голову в сторону спальни и увидел светловолосую макушку, что выглядывала из-под одеяла. Уснул пока работал? И даже не закрыл дверь? Это ведь опасно. А если бы пришел не я? Его немного потряхивало, легкими и тихими шагами он направился в комнату. Подойдя ближе, он коснулся чужих мягких волос. Каэдэхара крепко спал посреди бела дня. Из-под одеяла виднелась лишь верхняя часть головы. Скарамучча не хотел будить его. Он вернулся в кабинет и заглянул в ноутбук, пролистывая новые главы. Он так много написал! И все сам?! Архонты, какой же я… Мучча сильно прикусил нижнюю губу и сжал пальцы. Нет. Нет. Нет. Только не сейчас! Только не снова…Я не должен терять контроль. Все ведь хорошо, да? Так говорил Аякс? Присев за стол, он начал читать написанное. Постепенно, вдруг возникшие эмоции начали отступать, а тело – расслабляться. Кажется, препараты начали действовать. Почувствовав сильную сонливость, он все же встал и вернулся в спальню. Литератор все также спал, но уже не так спокойно. Его брови были сведены к переносице, а зрачки под веком нервно бегали из стороны в сторону. Неужели, снова кошмар? Что же делать… Он обошел кровать и осторожно лег на свободную сторону, укутываясь в одеяло. В это же мгновение, Кадзуха зашевелился, перевернулся к нему лицом и пробормотал что-то неразборчивое. Глубоко вдохнув, Мучча притянул его к себе, заключая в крепкие объятия. Он начал успокаивающе поглаживать блондинистые волосы одной рукой, а второй – спину. Слишком близко. Горячее дыхание литератора обжигало шею темноволосого, от чего его собственное на секунду замерло. Он мог услышать даже, как необычайно быстро начало биться его сердце. Но уже не от волнения. Кажется, сон того начал становиться более спокойным, а вскоре его тело и вовсе расслабилось в чужих объятиях. Мучча прикрыл глаза и прижал литератора еще крепче и ближе к себе. – Прос..ти… Прости меня, Кадзу… – прошептал он, тут же проваливаясь в сон.