Твоя судьба в моих руках

*** – Скарамучча, рада тебя видеть! – воскликнула рыжеволосая женщина. – Какими судьбами? – Здравствуйте, Аякс еще не приезжал? – Нет-нет, он писал, что еще не скоро вернется. Мучча сначала нахмурился, а затем увидел младших, выглядывающих из-за угла комнаты впереди, и улыбнулся. – Он давно связывался с вами? – аккуратно спросил он, чтобы не заставлять мать друга волноваться почем зря. Женщина чуть задумалась. – Ну…Последнее время он и правда ничего не писал и не звонил. Но я думаю, что он очень занят, поэтому так. – …Занят? – тихо и задумчиво повторил Скара. – Что ж, это понятно. Я тоже так думаю. – Ты хотел ему что-то передать? Не хочешь зайти на чай? – Нет-нет, спасибо, – Мучча помахал головой в стороны. – Все в порядке, я пойду, извините за беспокойство! – Ну что ты! Тогда приходи в гости, когда Аякс вернется. – Обязательно, спасибо. Как я и думал, дома его тоже нет. Черт тебя, Аякс! Куда ты пропал? Хоть бы что-то ответил. Скарамучча нахмурившись сидел на кровати, пока Кадзуха проверял комнаты, чтобы ничего не забыть. Его взгляд устремился к окну. Привычных фоторамок на подоконнике уже не стояло: их они тоже взяли с собой. На дворе был уже последний весенний месяц – май. Сакура почти вся отцвела, деревья украшали молодые и выразительные зеленые листья, солнце светило невероятно ярко после серой зимы. Птицы звонко пели, прыгая с ветки на ветку и греясь под теплыми весенними лучами. Вся эта картина за окном заставила Скарамуччу отвлечься от переживаний, поэтому он даже не заметил появления Каэдэхары и чуть вздрогнул, услышав голос. – Я все проверил, можем ехать. – А? Хорошо, тогда я вызываю такси. Литератор сел рядом, всматриваясь в черты любимого. – Тебя что-то беспокоит? – М-м…Да о Тарталье всё думал, – Скара оторвался от экрана телефона и замер, заглянув в алые глаза. – Не переживай зря, я тоже считаю, что он просто заработался. – Я прибью его, – хмыкнул темноволосый и вновь уставился в телефон. – Ну, не злись, – Кадзуха поднял его голову рукой и улыбнулся, заглядывая в васильковые хрусталики. Он ловко приблизился, оставляя на чужих губах короткий, но нежный поцелуй. – Пойдем? Блондин тут же встал и начал ловить Тэнку, который сразу заподозрил неладное и взбодрился. Скарамучча улыбнулся представшей картине, затем оглянул полупустую квартиру, пройдясь по всем комнатам. Надеюсь, ничего не забыли. Вещей они взяли не так много, как казалось, но в итоге получилось целых 2 средних чемодана, еще Тэнку и ручная кладь. Скара вздохнул, увидев в коридоре весь этот багаж. Белый комочек благополучно оказался пойман в переноску, а литератор уже завязывал шнурки. – Кстати, – вдруг сказал Мучча, – получается, квартира будет просто пустовать? – А? – Кадзу поднялся и задумался. – Ну…это решать не мне. Темноволосый в удивлении приподнял брови. – На самом деле, – блондин вдруг растерянно заулыбался. – Это не моя квартира. – Что?! – Это дом Бейдоу. Она сказала, что я могу оставаться здесь столько, сколько нужно. Когда она приезжает в Инадзуму, то предпочитает оставаться на корабле. Скарамучча продолжал удивленно хлопать ресницами и наблюдать за литератором. Кадзуха вдруг рассмеялся. – Неужели это настолько неожиданно? – Нет, но…Я всегда думал, что она твоя. – А, ещё Бейдоу хотела приютить нас и в Лиюэ, когда узнала, что мы приедем. Но я, конечно, отказался. – Да, так будет правильнее, – Мучча улыбнулся и начал обуваться. – Она прям как твоя…мама. Его слова сразу поглотила тишина. Скара тут же понял, что сказал не подумав. Кадзуха задумчиво смотрел куда-то перед собой, улыбка так и застыла на его лице. Мучча резко поднял голову, виновато смотря в алые хрусталики. Он понимал, что по какой-то причине литератору тяжело говорить о семье, а тут он внезапно ляпнул про это. – Думаешь? – усмехнулся блондин. – Было бы неплохо. – Извини… – А? Тут не за что извиняться. Может... Скарамучча вздохнул и отвернулся к выходу. – Тогда…Пойдем, машина уже приехала, – он потянулся к ручке своего чемодана, но чужая рука перехватила его собственную. Кадзуха развернул его и сократил расстояние, притесняя того к двери. Он заглянул в васильковые глаза со спокойной улыбкой на лице. Нет…Пусть все остаётся как есть. – Мучча, не извиняйся по пустякам. Ты же ничего плохого не сказал. Или тебя что-то волнует? – Н-нет, – растерянно ответил темноволосый. – Да расслабься. Что за атмосфера над тобой? – ободрительно продолжал Кадзуха, все больше приближаясь к губам напротив. Еще пару секунд поиграв в гляделки, он все же затянул Скару в недолгий, но требовательный поцелуй. – Пойдем, а то опоздаем, – с улыбкой ответил блондин прямо тому в губы, а затем отстранился. Мучча демонстративно хмыкнул, явно недовольный тем, что так быстро кончилось, а затем все же открыл дверь. Кадзуха рассмеялся, а затем начал укладывать переноску на чемодан. – Ну, не дуйся, продолжим, как только приедем. – Я запомнил. И снова звонкий смех, эхом раздавшийся по коридору. *** К счастью, перелет и все сопутствующие процедуры оказались благополучными и быстрыми, учитывая, что у них был питомец. С высоты открывались невероятные виды на местность: высокие горы, сменяющиеся низменностями; бескрайний океан; облака. Почти весь полет Кадзуха проспал, уложив голову на плечо Скарамуччи, который, наоборот, так и не смог уснуть, завороженно наблюдая за открывающимися пейзажами в иллюминаторе. Для Тэнку вся эта дорога была более чем стрессовой, поэтому еще до вылета его накормили успокаивающими лекарствами для кошек. Их новый дом оказался весьма обычным: современный интерьер, но при этом все равно выдающий культуру Лиюэ. Прямо по коридору была одна комната, налево от коридора – другая, направо – кухня, по пути ко второй комнате также располагалась ванная. Как и прошлая, она была достаточно просторной и, поэтому, удобной для двух человек и одного питомца. Во всей квартире было светло и уютно, были даже горшки с цветами, местами картины с традиционной живописью. Кроме того, имелось все необходимое для полноценной жизни: и мебель, и техника, и прочие мелочи. Теперь они жили на 9 этаже, а вид, открывающийся с балкона, был просто невероятным: можно было увидеть и центр города, и гавань с кораблями, и сам океан. А на западе были видны горы. Что это, если не рай для всех художников? Да и для писателей тоже. Дорога хоть и была недолгой, но по приезду Скара рухнул на кровать, поскольку сомкнуть глаз до этого не удавалось. Все же они проснулись очень рано, чтобы успеть последний раз все подготовить и проверить. Проспал он недолго и проснулся, когда стрелка часов перешла за полдень. Было еще не лето, но день стал уже значительно длиннее даже тут, в Лиюэ. Скарамучча помог литератору разобрать оставшиеся вещи и приготовил что-то типа ужина на скорую руку. Одну комнату они сделали рабочей, как и раньше, в ней было все необходимое: и письменный стол, и стулья, диван и стеллажи. Вторая же служила им комнатой отдыха – спальней. Тэнку почти сразу освоился в новом доме, изучил, в первую очередь, кухню и спальню, а затем сразу улегся спать на кровати. День близился к вечеру и, поскольку был будний день, а Тарталья так и не выходил на связь, Мучча решил отправиться в банк севера, в попытках найти его хотя бы там. А затем, вечером, они договорились с Кадзухой встретиться где-нибудь в центре и прогуляться. *** – Здравствуйте! Рады видеть вас в банке Снежной. Чем могу помочь? – поприветствовала добродушная девушка за стойкой, одетая по всем официальным правилам. – Добрый день. Скажите, Аякс Тарталья ведь у вас работает? Такой рыжий высокий молодой парень? – жестами Скара показал его рост и прическу. – У него еще такой надменный и довольный вид всегда. – Извините, господин, но мы не можем разглашать посторонним информацию о сотрудниках. – Но я его близкий друг! – Простите, таковы правила. – Ну, он хотя бы появлялся здесь сегодня? – Скарамучча продолжал стоять на своем, но все больше он начинал раздражаться от всего происходящего. Женщина мило улыбнулась и покачала головой. – Простите. Черт! Дерьмовая у тебя компания, Аякс! И ты сам тоже! Неужели так сложно ответить хотя бы, что с тобой все в порядке? Скара продолжал стоять у стойки, нервно покусывать губы и стучать пальцами по столешнице. – Извините, господин, если у вас всё, т… – Да, тогда передайте ему, что он бессовестный друг и сын, хоть бы родителям чаще писал. Хмыкнув, он развернулся и быстро покинул здание. Солнце уже садилось, легкий прохладный ветер с моря развивал темные пряди, в воздухе чувствовалась влага, Мучча немного поежился от резкой перемены температуры. Этот придурок! И где его черти носят? Из-за него теперь хочется закурить снова… Но я не могу… Вроде уже третий месяц, как я завязал? Скара достал телефон, сразу заходя в Итадаку. Он прикусил губу, видя, что друг так и не появлялся в сети. Все же, он решил набрать его номер, но безуспешно. Все звонки перебрасывало сразу на автоответчик. Скарамучча обреченно вздохнул и направился куда-то вдоль улицы. Он решил немного прогуляться и зайти в ближайшее кафе, чтобы дождаться там Кадзуху. Стоя не светофоре, он заметил на противоположной стороне знакомую фигуру темноволосого мужчины, выходящего из кофейни с бумажным пакетом в руках. А он что здесь делает? Как только загорелся зеленый, Мучча помчался к удаляющемуся в противоположную сторону человеку. Хоть он пробежал всего ничего, но дыхание уже успело сбиться. – Профе..ссор… – окликнул его темноволосый, – Профессор Чжун ли… Здравствуйте. Тот сразу остановился и обернулся, озадаченно и удивленно наблюдая за бывшим студентом, одной рукой державшимся о столб и пытавшимся отдышаться. – Здравствуй…Х-м…– мужчина тут же задумался, пытаясь вспомнить имя, – Райден Скарамучча, верно? – Да-да. Скара выпрямился и подошел поближе. – Извините, что беспокою, не ожидал встретить вас в Лиюэ. – То же самое могу сказать и о вас. Повисло неловкое молчание, поскольку Мучча не знал, как следует разговаривать с этим человеком, отчего он нахмурился, погрузившись в свои мысли. Что-то я забыл, в каких отношениях они были с Аяксом в последний раз? Что спросить? И как? Но это почти единственная зацепка, где этот придурок может быть. Чжун Ли должен знать, не из-за него ли он тут? – Скарамучча, если в… – Простите, вы случайно не знаете, где Аякс? – тут же перебил его он. Черт, получилось как-то резко… – Случайно… – профессор переложил пакет в другую руку и задумчиво прищурился, – не знаю. Точно врет! Делает вид, что я не в курсе. Или…не притворяется… Этот рыжий черт не рассказал ему, что я и так все знаю, что ли? Но он говорил, что у них было не одно свидание, и они даже… Блять, не хочу снова представлять, что они там делали! – Вы разве не друзья? – вдруг нарушил молчание мужчина. – Да…Но, видимо, он настолько занят, что забыл про лучшего друга. –Х-м… – Вы точно не видели его? Да он точно что-то скрывает! – Даже если и видел, то я не знаю, где он сейчас. О, Архонты! От него пользы как от дырявого ведра! Скарамучча уже не мог сдерживать своего раздражения, поэтому тут же цокнул языком и накрыл лицо руками, тяжело вздохнув. – Послушайте, – он начал поправлять темные пряди, – я ведь и так все зна… – Думаю, он действительно очень занят, – прервал на полуслове Чжун Ли, – и сейчас, наверняка, тоже работает. Не переживайте, ваш друг точно в порядке. Мучча с подозрением рассматривал стоявшего перед ним высокого мужчину, который, кажется, никак не отличался от того, что совсем недавно вел пары в университете. Его брови сдвинулись к переносице, а голова резко начала болеть. Вдруг он снова поймал себя на паршивом ощущении: звуки вокруг немного приглушились, все вокруг стало казаться каким-то мыльным. Черт…Почему сейчас? Простоял он так недолго, голос профессора вернул его в реальность. – Прошу простить, но мне пора. – Д-да… – ответил Скара, – извините, что отвлек. – Ничего. – Передайте Аяксу, что я приехал по его душу, – серьезно добавил Мучча, а в конце хитро улыбнулся. – Если…Когда встретите его. Чжун Ли сделал вид, что не услышал этого, продолжая смотреть в васильковые глаза, словно пытаясь в них что-то найти. – Вот, можешь взять, – он вдруг протянул Скарамучче пакет, который все это время держал в руках. – сладкое угощение, чтобы поднять настроение. Непонимающие глаза темноволосого метались то к мужчине, то к пакету. – Спасибо…не стоит. – Я настаиваю. А с чего это он перешел на «ты»?! – Я не ем сладкое. – Там еще зеленый чай, крупнолистовой. Уверен, такой мало кто пробовал. Растерянный Мучча все же принял подарок, хоть и не очень уверенно. – Благодарю, профессор. – До свидания, Скарамучча. На этих словах мужчина обошел его, оставляя одного. Он же шел в другую сторону… Какая-то тяжелая атмосфера от него, что ли. Да и от разговора странное чувство. И как только Аякс может с ним рядом находиться? Скара замер, задумавшись, голова разболелась еще больше. Он поднял ее к небу, солнце почти село, последние лучи окрашивали верхушки гор и зданий в ярко-оранжевые лучи, а небо – алыми красками. Из-за гор виднелись надвигающиеся тучи. Надеюсь, дождя не будет. *** Спустились сумерки, двое сидели в сквере на набережной, любуясь окружающим: огни гавани где-то в стороне; поднявшиеся волны, что разбивались о берег и затапливали пеной небольшой пляж впереди, беззаботные прохожие, также вышедшие на прогулку. Каэдэхара в кои-то веки мог расслабиться и вдоволь насладиться прогулкой, не опасаясь, что кто-то его узнает, в маске и очках на лице тоже здесь не было нужды. Это место города было достаточно спокойным, что не скажешь о самой портовой части, где даже ночью кипела жизнь. Здесь едва можно было уловить гул оттуда, однако он заглушался шумом волн, ласкающих слух. Хотя сейчас на обоих были теплые кофты, одну из которых Кадзуха взял для Скарамуччи, прохладный ветер иногда чувствовался каждой частичкой тела. Литератор перевел взгляд на Муччу, что смотрел на свои руки, которые тот сразу сжал и убрал в карман. – Холодно? – спросил он с улыбкой. – М-м… нет. – Врешь, – Кадзу тут же просунул свою руку к нему в карман, переплетая холодные пальцы со своими. Скара хмыкнул и заглянул в алые глаза, которые каждый раз затягивали в багряную бездну, словно волны в морскую пучину. – Чем все-таки займешься завтра? – М-м… Думаю сходить в издательство, – ответил темноволосый. – покажу, что уже смог написать для сборника. – А мне… даже не показывал ничего, – Каэдэхара вынул руку из чужого кармана и сложил обе на груди, демонстративно насупился и отвернул голову. Мучча в удивлении приподнял брови. Это было явно не в его, блондина, манере, но он все равно на миг подумал, что тот действительно расстроился. – Кадзуха! Я же хочу, чтобы это был сюрприз для тебя. – Тогда, – тот снова повернулся, смотря в глаза напротив, – первый экземпляр будет моим. Раздался звонкий смех Скарамуччи, а после он накинул на себя объемный капюшон, ловко поймал в руку подбородок литератора и приблизился, оставляя короткий и нежный поцелуй. – Конечно, твой, – с улыбкой проговорил он тому в губы. Кадзуха с довольным выражением рассматривал васильковые глаза, пока на щеку не упала капля с неба, а затем еще одна. – Дождь? – блондин вскинул голову к небу и поморщился. – Да… – с некоторой досадой ответил Мучча, также подняв взгляд. – Пойдем, я вызову такси, не хватало еще промокнуть и заболеть. Скара поднялся, накинул капюшон на Каэдэхару, уместил его ладонь в своей и повел под крышу здания неподалеку. *** Всего за пару недель им удалось привыкнуть и освоиться в новом месте: и в стране, и в доме. Лето было уже на пороге: дни становились еще длиннее и теплее, что не могло не радовать душу каждой творческой личности. Работа над романом Каэдэхары все также продолжалась, а Мучча все же посетил местное издательство и пообещал, что будет держать их в курсе о процессе написания своего сборника. Буквально на следующий день, после их приезда, объявился Аякс. Вернее, он наконец-то ответил своему другу, сказав, что очень занят и практически не берет в руки этот телефон, ведь для работы у него есть еще один, который ему выдали. Иногда Скарамучча поражался таким деталям и аспектам его работы: и телефон выдадут, и машину предоставят, да даже квартиру здесь, в Лиюэ, ему по-любому выделила компания. И как только его угораздило попасть туда? – кажется, извечный вопрос, которым постоянно будет задаваться его темноволосый друг. Несмотря на все эти прелести и высокую зарплату, работать, бесспорно, приходилось очень много, а теперь еще и с переработками. Рыжик извинился за свое долгое отсутствие и пообещал встретиться, как только закончится его работа, поскольку в июне у него должен быть долгожданный отпуск. Но, прежде всего, он съездит к родным в Инадзуму, а после – расскажет все новости другу уже лично. Их с Кадзухой график работы остался примерно таким же, каким был в Инадзуме: у них было достаточно отдыха, прежде всего у Кадзухи, а у Скарамуччи было время для посещения той самой библиотеки группировки Цисин. Ему было невероятно интересно узнать, что же за книги там хранятся и что нового можно из них узнать. И прежде всего, он надеялся найти какие-нибудь ответы касательно болезни Кадзухи. Хотя, Мучче было любопытно узнать что-то и о своем состоянии или почитать древних писателей, возможно, живших в эпоху правления и войн Архонтов. На самом деле, ему хотелось узнать про все сразу, поэтому впервые оказавшись там, он сильно растерялся, не зная, с чего следует начать. В библиотеке практически не было никого, кроме изредка появлявшихся сотрудников Цисин, один раз Скара даже наткнулся на Кецин, которая была судьей на том конкурсе. В основном, завсегдатаем был лишь он и добродушная женщина-библиотекарь. Именно она рассказала ему, где какие отделы находятся, ведь помещение было больше, чем университетская библиотека: холл имел круглую форму в три этажа, высоченные стеллажи, изобилие самых различных книг. Однако, мест для чтения было не так много. На каждом этаже всего пара столов, стульев и кресел. Иногда можно было встретить отдельно стоящие небольшие стульчики где-то в глубине прямо у стеллажей, поэтому можно было устроиться прямо там, где искал, чтобы отдохнуть или сразу начать читать. Большое пространство внушало восхищение, но, в тоже время, потеряться здесь, как казалось Скарамучче, не составило бы труда. Но даже если он путал проходы к лестнице, то искал в этом только плюсы, ведь можно было остановиться и изучить ближайшие полки. Кто знает, что интересного можно вот так случайно найти? Но не прошло и двух недель, как он почти полностью освоился в библиотеке и все чаще приходил. Все чаще задерживался в ней подольше. Иногда ему, да и Кадзухе, казалось, что тот с радостью согласится поселиться там, если ему предложат. Библиотека закрывалась достаточно рано, поэтому в ней нельзя было провести весь день, или ночь. Но это было только плюсом, Скара приходил пораньше и уходил ранним вечером прямо впритык к закрытию. Такой график и правда берег юношу от бессонных ночей. Чем чаще Мучча посещал библиотеку, а спустя две недели это превратилось в ежедневные прогулки туда, тем больше Каэдэхара начинал скучать по нему, даже несмотря на то, что они и так стабильно 3-4 раза в неделю работали над романом, но теперь уже больше по вечерам. Скарамучча все равно старался уделять ему больше внимания. *** Так пробежала еще одна неделя и еще…Скара все так же продолжал ходить в библиотеку. Место было невероятным – разнообразие книг просто зашкаливало: древние книги, потертые веками или совсем будто нетронутые никем; старинные свитки; и даже новые, раннее невиданные темноволосым письменности. Да, он открыл для себя какие-то новые древние языки, которые никогда не встречал. С помощью библиотекаря он смог узнать, возможно ли выучить эти языки, поскольку в интернете он не находил абсолютно никакой информации о них. И это поражало. Оказалось, что некоторые из них действительно можно изучить по учебникам, находящимся тут же, а некоторые были языками древних погубленных цивилизаций, и никакой информации даже об алфавите не осталось, только единичные книги. Все это настолько кружило ему голову, что казалось, будто он вот-вот сойдет с ума. Однако, все чаще Скарамучча стал уделять внимание медицинской литературе; но чем больше он читал, тем больше расстраивался, так как не находил абсолютно никаких ответов, как он может помочь Кадзухе. Не то чтобы он особо разбирался в медицине, но даже будь он врачом, то вряд ли бы что-то здесь нашел. Именно так он и считал. Кроме того, пугали вновь участившиеся отстраненные состояния, Мучча день за днем чувствовал себя опустошенным, измотанным и чужим: здесь, на улице, на работе – вообще везде. Он думал, что, возможно, причиной всему, – его нездоровая тяга к книгам и знаниям. Но его состояния были абсолютно такими же, как и те предыдущие, поэтому он почти сразу откинул эту мысль. Идти к врачу – не хотелось, но снова пугать и тревожить Кадзуху этой проблемой – еще больше. Скарамучча тяжело вздохнул, отложив очередную малопонятную медицинскую книгу в стопку к другим. Он зарылся руками в волосы, оперевшись локтями о стол. Состояние нереальности тут же овладело им. Черт…Да сколько можно?! – Интересуетесь медициной, юноша? – раздался голос по правую сторону от него. Скара едва вздрогнул от неожиданности, повернулся и поднял голову. Перед ним стоял мужчина с изумрудными волосами, янтарными глазами, очками с цепочкой, безупречно одетый в около-традиционные одежды. У Муччи даже немного перехватило дыхание, от такого статного человека. – Д-да…немного, – он опустил взгляд, – но я не так много понимаю. – Вот как? Вижу, читаете о древних медицинских обычаях? Студент медицинского университета? – неизвестный окинул взглядом стопки книг, а затем снова заглянул в глаза темноволосого. – Нет…Я далек от этого. Просто личный интерес. – Личный интерес? – тихо переспросил тот, задумавшись. – Мало кто нынче интересуется подобным. Наверное, есть причина? Мучча сразу замялся и опустил взгляд. Не каждый день кто-то спрашивает о чем-то подобном, тем более незнакомый человек. Он не знал, стоит ли вообще посвящать кого-то в проблемы не столько свои, сколько Кадзухи. А если это шанс как-то помочь ему? Не знаю…Существует ли вообще такое…? Пока он мучился в сомнениях и мыслях, человек напротив вдруг закашлялся – привлечь внимание или же ненароком, но это все же заставило темноволосого вернуться в реальность. – Кх-а…Из-вините, – раздался немного хриплый голос мужчины. Откашлявшись, он продолжил. – Прошу простить, я даже не представился. Кажется, не притворяется…Это же не заразно?! – Меня зовут Байчжу – врач традиционной медицины и владелец аптечной лавки неподалеку отсюда. Что?! Такие врачи действительно еще остались? Невероятно. И у него даже доступ к этой библиотеке есть… Кто же он такой? – Я Скарамучча, начинающий писатель, только закончил университет и недавно переехал в Лиюэ. Приятно познакомиться, господин Байчжу. В конце он слегка поклонился в знак знакомства и вежливости. – Вот как? Скарамучча, значит… – проговорил лекарь и улыбнулся. – Я сразу понял, что вы не из этих мест. Дайте-ка угадаю…Инадзумец? Но читаете книги на различных языках…? – он снова прошелся взглядом по стопкам на столе. – Неужели все их вы знаете и понимаете? Если это так, я поражен вашим умом. Мучча усмехнулся, а затем с грустью посмотрел на книги. – Единственный язык, который здесь мне непонятен – медицинский. Байчжу негромко рассмеялся и сразу же закашлялся, прикрывая рот тыльной стороной руки. – Простите… – врач сел на стул на противоположной стороне небольшого стола, – И что вы ищите в этих книгах? Я бы мог объяснить, у меня есть немного времени. – На самом деле…– начал Скара, но тут же запнулся, задумавшись. – Это касается болезни моего близкого. Она не лечится – врачи в Инадзуме не смогли толком помочь. Сидевший напротив мужчина задумчиво поправил очки на переносице. – Не лечится…говорите? – Да, но…я хочу… – Мучча сжал пальцами ткань брюк и, как будто бы, весь напрягся, – хочу помочь ему. Хочу верить, что лекарство есть, что он сможет прожить без страданий. Прожить не такую…короткую жизнь. Он стиснул зубы от того, как раздражало его бессилие в этом. Да, он помогал ему с писательством, но это был, по сути, максимум, что он мог сделать в таком положении. И Скарамучча понимал, что Каэдэхара наверняка проживет меньше, чем среднестатистический человек, из-за слабого здоровья. Но об этом он хотел думать меньше всего. – Можете рассказать подробнее о болезни? Скара кивнул и выждал несколько секунд, чтобы собраться с мыслями и рассказать все, что ему самому известно со слов Кадзухи, да и свои собственные наблюдения со стороны. Конечно, он опустил детали об их отношениях, и о личности. Байчжу стал внимательно слушать, откинувшись на спинку стула. Время от времени он то хмурился, сведя брови к переносице, то вновь принимал расслабленный и спокойный вид. Мучча тяжело выдохнул, наконец, закончив рассказ. – Это…звучит очень необычно. Неудивительно, что местные врачи не смогли разобраться с этим. Не хочу давать каких-либо ложных надежд или же наоборот, но мне нужно осмотреть больного, чтобы понять полную картину болезни. Я бы хотел попытаться помочь. Хотя, скорее…это мой долг. Но я не могу ничего обещать о чудесном выздоровлении. – Даже такая возможность будет очень важна, – взгляд темноволосого расслабился, а в васильковых глазах появился блеск надежды. – Спасибо вам, господин Байчжу. Тот слегка улыбнулся, а затем достав из кармашка на груди небольшую карточку. – Здесь адрес и контакты. Обычно запись делает мой помощник, но, когда решите прийти, позвоните мне, – Байчжу достал карандаш и на обратной стороне написал свой номер, а затем передал ее Скаре.

«Хижина «БуБу»

Аптечная лавка

Травы и традиционная медицина»

Врач тут же взглянул на наручные часы и поднялся. – Что ж, мне уже пора. Был рад познакомиться, Скарамучча. Буду ждать вашего визита у себя. – Еще раз большое спасибо, господин Байчжу, – он немного растерянно смотрел то на визитку, то на мужчину, словно не веря своим глазам и ушам. – Пока рано благодарить, – тот по-доброму улыбнулся. – Хорошего дня. Оставшись наедине, Мучча начал спешно раскладывать по местам книги. Сейчас хотелось поскорее вернуться домой и рассказать о приятных новостях. Неужели выход все же есть? Я так надеюсь…Надеюсь, что этот человек сможет помочь Кадзухе. Не зря же Лиюэ славилась своей медициной в древности? Надежда точно есть! *** – Привет, я вернулся. – Мучча? Ты сегодня рано, – удивился литератор, сидевший на диване и оторвавшийся от книги. – Но это хорошо. Я уже соскучился. – Он нежно улыбнулся, наблюдая за вошедшим в кабинет. Тот направился к стулу возле стола и сразу протянул ему карточку, что дал Байчжу. – Что это? – блондин недоумевающе повертел со всех сторон визитку. – Неужели решился и сходил к врачу? Или только пойдешь? – Я встретил лекаря в библиотеке, и он дал мне ее. Мучча подпер лицо ладонью и вздохнул. – Кадзуха… Ты… Нам надо сходить туда. – Ты хочешь, чтобы я сходил с тобой? – Это я пойду с тобой. – Что…? Но…зачем..? – литератор тут же запнулся, поняв, к чему тот клонит. – Скарамучча, послушай… – он встал с места, отложив книгу, подошел ближе к темноволосому. – Ты же знаешь, что все это бессмысленно. От услышанного тот сразу помрачнел и вскочил. – Кадзуха, это бред! Что ты такое говоришь?! Просто давай сходим! Даже если это дорого, вдруг господин Байчжу сможет помочь? – Мучча, – блондин опустил голову, а в голосе чувствовалась печаль. – Меня лечили лучшие врачи Инадзумы. Они не смогли ничего сделать. Повисла тишина, все слова в горле Каэдэхары встали комом, он поджал губы, так и не в силах поднять взгляда. Сам того не замечая, он повернулся к нему спиной, вероятно собираясь уйти. Но рука темноволосого тут же остановила его: он аккуратно взял его за предплечье. – Я же ради тебя это делаю, Кадзу. Пока есть возможность, нужно пытаться. Почему ты сдаешься? – Мучча… я ценю это, правда, но… – блондин снова остановился, пытаясь собраться с мыслями. – Прости, давай немного отложим этот разговор. Я сейчас…Мне нужно все обдумать…К тому же, все документы о лечении остались дома в Инадзуме. Рука темноволосого непроизвольно расслабилась, выпуская из хватки чужую. В груди болезненно сжалось сердце, ноги вдруг оказались словно ватными. Это определенно не то, что Скара ожидал услышать. – Что…? – его голос начал дрожать, – Чт-то тут думать? Просто сходить и… – Ну хватит… – Кадзуха! – воскликнул тот, но сразу замолчал, сжав ладони в кулак и стиснув зубы. Почему? Почему он упирается?! Он не хочет лечиться? Или дело в чем-то другом? Блять! Что же не так?! Я сделал что-то не то? Но я же хочу как лучше, а он… – Мучча, – Каэдэхара нарушил тишину и снова повернулся к нему лицом. – Пока…мы не решили с этим, ты можешь сам сходить узнать насчет себя. – он с грустью улыбнулся, потянулся к чужой щеке, зарывшись рукой в темные волосы. Скарамучча нервно усмехнулся и отвернулся. – Ты хоть слышишь себя? Заботишься обо мне, когда о себе даже не хочешь, когда есть такой шанс! – он убрал его руку от себя, продолжая держать ее в своей. – Но ты делаешь то же самое, Скарамучча, – Кадзуха все также смотрел в васильковые глаза, пока его губы вырисовывали горькую улыбку. Мучча стиснул зубы и нахмурился. Он прав... Черт возьми! Это был камень в мой огород. Что же теперь… – Я… – он сглотнул образовавшийся ком в горле. – Хорошо, я пойду к врачу. – Давай схожу с тобой? – Нет…Я сам. – Хорошо, тогда я пойду при… – Если я схожу, ты пойдешь к господину Байчжу? – перебил его темноволосый. Каэдэхара прикрыл глаза, кажется, даже не собираясь отвечать, поскольку тишина слишком уж затянулась. – К-Кадзу? – голос Муччи снова начал колебаться, а тот тяжело вздохнул. – Я уже сказал, что мне нужно время подумать. Пойми, у нас разное положение: я неизлечимо болен, а ты – даже не знаешь, что с тобой, потому что боишься сходить к врачу. Меня беспокоит твое состояние. Да что там меня, всех твоих близких, если ты не замечал. И я уверен, что тебе быстро и хорошо поправят здоровье, и что ничего страшного в этом нет. Естественно, если ты обратишься за помощью, а не словишь такой же приступ, как тогда. Неизвестно, кто в таком случае может быть рядом и где ты сам можешь оказаться. Я не обещаю, что схожу к врачу, если или когда ты сам сходишь к нему. Но тебе это необходимо. А мне…мне тяжело будет снова проходить через лечебный ад. Ты не знаешь, каково это, как сильно это может влиять на психо-эмоциональное состояние. Поэтому мне нужно подумать обо всем. – Но…я же буду рядом и смогу поддержать… – Я знаю, Мучча, и ценю все, что ты для меня делаешь. Но…все так, как я уже сказал. Прости… В комнате вновь повисла давящая тишина. Скарамучча поджал губы и замер, переваривая все только что произошедшее. Не хотелось вообще верить в услышанное. Все это кажется таким… бредовым, нереальным. Он и подумать не мог, что разговор приведет именно к этому. Он будто…скрывает что-то еще? Или мне кажется… Нужно встретиться с Аяксом как можно скорее. Но плохого же ничего особо не произошло, да? Просто дать ему время…Хорошо, это не сложно…Может потом он все объяснит, как следует? Как бы я поступил на его месте? Я даже не представляю. Я просто пришел и… и ни с того ни с сего заявил, что ему нужно идти к какому-то необычному врачу. Неужели он уже смирился со всем этим? Он вздрогнул, когда голос литератора вновь раздался и вернул его из бесконечного потока собственных мыслей в реальность. – Еда еще теплая, покушай, – Каэдэхара наконец-то сдвинулся с места, направившись в спальню. – Мне нужно отдохнуть. Дверь в комнату рядом закрылась и Скарамучча тяжело вздохнул. Есть совсем не хотелось, аппетит пропал точно так же, как и настроение, как и…былой уют. Вроде и не ссорились толком, но… Так неприятно и… больно. Он сжал ткань одежды в области груди, а затем поплелся в ванную. Хочется смыть все эти неприятные ощущения. *** Атмосфера в доме теперь и правда была другой, неприятный осадок после разговора остался у обоих. В таком духе проходили и последующие дни. Редкие разговоры не клеились и были неловкими, Скара все также продолжал ходить в библиотеку, а после…просто бродил по летним улицам гавани. Погода по вечерам была не сильно жаркой, с моря дул свежий солоноватый ветерок, трепещущий волосы и частички души. Все это время Мучча чувствовал себя паршиво и отстраненно, симптомы не отступали, а только учащались. Хотя, никаких осложнений и критических ситуаций не было. Слова Каэдэхары действительно заставили задуматься об этом непонятном недуге. Но чем больше он думал об этом, тем сильнее не хотел знать подноготную этого. Приходя домой поздно вечером, чаще всего он заставал Кадзуху уже заснувшим на кровати. Бывало, он просто сидел или лежал рядом с ним, с грустью наблюдая за спящим. Это длилось недолго, поскольку в груди больно щемило и он уходил в другую комнату. А ведь Мучча даже не подозревал, что Кадзуха также часто просыпался посреди ночи, после тревожного сна и обнаруживал, что он один в пустой кровати. Еще более взволнованно он вскакивал и ходил по дому, в итоге находя Скару заснувшим на диване с книгой или телефоном. Блондин укрывал его пледом и оставлял короткий поцелуй на чужом лбу, а после отравлялся на кухню, шебурша лекарствами в аптечной коробке. И чем дольше все это продолжалось, тем, казалось, невыносимее становилось. Вероятно, Кадзуха и сам не знал, что со всем этим делать: идти снова к врачу значило бы пройти все тоже самое и, скорее всего, снова не получить результата, – снова потерять надежду. Все это было очень туманно, даже если идти бок о бок с любимым. Но и просто отказать Скарамучче он не мог, даже все объяснив, – это было бы тяжело. Литератор точно не знал, сможет ли тот принять его выбор, учитывая его вспыльчивость. К тому же, Мучча все это затеял именно для него, поэтому ему не хотелось бы обесценивать его труд и заботу. Кадзухе оставалось только переваривать все эти варианты в своей голове, не в силах найти ни одного подходящее решения. От постоянных размышлений он стал чаще и быстрее уставать. Их совместная работа над романом также перестала быть такой, как прежде. Приходилось либо вообще откладывать, либо писать очень мало. Дедлайн был все ближе, и в один день, пока Скарамучча снова пропадал в библиотеке, Каэдэхара сел за главу сам. Но он даже не заметил, как уснул прямо за столом. Пришедший домой темноволосый был вне себя, увидев эту картину и осознав, что Кадзуха работал один. Теперь он начал проклинать себя за то, что не способен нормально работать. Но также был зол и на литератора. Хотелось взвывать от переизбытка негативных эмоций. На кухне Скара обнаружил израсходованную пачку анальгетиков в мусорном ведре, когда выбрасывал пустой пакетик кошачьего корма. Стиснув зубы, он в очередной раз мысленно выругался и направился обратно в кабинет, чтобы переложить литератора на кровать. После Мучча направился в душ, чтобы постоять под горячей водой и смыть весь негатив. Он просидел пару часов за столом с листом бумаги и карандашом, превращая все мысли в складные строчки стихотворений.

«капля по капле

время с ладони стечёт

в чёрную бездну»

«падая в бездну,

поздно о чём-то жалеть –

всё уже в прошлом…»

Некоторые он отправлял прямиком в мусорку, а те, что все же понравились – складывал в свой ящик. Он еще долго сидел и думал о чем-то, но резко поднявшись, Мучча направился в спальню и лег на кровать, рядом со спящим. Обняв Кадзу со спины одной рукой, он прижался поближе и прикрыл глаза, стараясь ни о чем не думать. Как же тепло было лежать вот так, как прежде… Вот бы все снова стало, как раньше… Рано утром Скарамучча снова отправился в библиотеку. *** Непонятно какими путями, но он дошел до того, что снова окунулся в древнюю историю. Точнее, в эпоху архонтов и сёгуната в Инадзуме. К своему большому сожалению, Скара так и не смог найти ничего про кузнеческий клан Каэдэхара и даже близко что-то похожее. Он помнил еще с уроков школы и пар в университете, что такого точно не было. Что таких кланов было мало, чтобы можно было ошибиться. Про искусство Иссин он тоже не нашел никакой информации. Так странно…Неужели Кадзуха соврал? Но зачем? Чем больше он думал об этом, тем напряженнее становился, тем больше появлялось сомнений. Всё вокруг стало казаться еще более нереальным: обстановка, Каэдэхара и его рассказы, сам он. Скарамучча начал вспоминать все, что рассказывал Кадзуха о себе, про друга, родителей, школу… Странно все это…У него, наверное, были какие-то проблемы с родителями? Или… не знаю… Я даже не в курсе, как погиб его друг… Кажется, он не рассказывал. После этой мысли, Скаре пришлось потрудиться, чтобы найти новостную статью об этом случае в интернете. Конечно, не без помощи Аякса, как раз сегодня вечером они и должны были наконец встретиться. Пока Мучча ждал от него ответа, нервно кусая губы, стал думать о том, что мог бы спросить все это у самого Кадзухи. Почему я просто не спрошу? Хотя…ему…наверное, будет трудно об этом рассказать. Лучше не нагружать его этими вопросами, тем более в такой ситуации… Наконец, прочитав не очень большую сводку, Мучча узнал, что друга звали Томо, и что с ним случился несчастный случай – авария на дороге в центре города. Но вместе с тем, от Аякса он узнал еще кое-что шокирующее.

Itadaku

Ayaksik: Он учился в нашей средней школе

Scara:

Что?!

Ayaksik: Но мы никогда не видели его Я так думаю Когда мы перешли в старшую, он только начал там учиться Они с Кадзухой одного возраста

Scara:

Значит

Они с Кадзухой жили где-то поблизости?

Ayaksik: Вероятно В нашем районе

Scara:

Откуда ты вообще взял эту инфу?

Ayaksik: Секрет :) Подожди Проверю Скарамучче опять пришлось томиться в ожидании, но хотя бы не так долго, как до этого. Ayaksik: Томо жил на твоей улице

Scara:

Серьезно, что ли?

Получается, Кадзуха тоже…

Ayaksik: Этого я не знаю О твоей пассии нет вообще ничего Даже основной информации

Scara:

Черт…

Погоди!

Я вспомнил

Теперь понятно, почему Кадзуха так странно стоял у входа в мой дом, когда пришел впервые

По сторонам смотрел, словно задумался о чем-то

И даже был потерян что ли

Спросил, всегда ли я здесь жил

Но на мой вопрос, был ли он здесь когда-нибудь, он так и не ответил

Он прям игнорировал вопрос…

В итоге сказал, что возможно был здесь когда-то

Ayaksik: Ну теперь ясно, почему он так себя вел Похоже бывал у вас на улице, раз Томо там жил

Scara:

Получается, Кадзуха мог жить где-то в другом месте?

В школу то он не ходил

Ayaksik: Возможно…

Scara:

Блять

А ничего, что мы вот так обсуждаем это?

Я же мог и сам у него спросить

Я ужасен

Но сейчас я не могу у него спросить…

Ayaksik: Я не думаю, что ты ужасен из-за этого Мы же не говорим о них плохо Стоп Почему не можешь? Что-то случилось?

Scara:

Да…

Ayaksik: Тогда давай обсудим при встрече Мне тоже нужно многое рассказать Я выезжаю Жди меня Муччечка:) Скарамучча тяжело вздохнул и отложил телефон, а после начал раскладывать книги по местам. Такой болтливый он мне нравится больше, чем игнорирующий все на свете. *** – Привет, товарищ! – Выглядишь паршиво, Аякс, – увидев усталый взгляд друга, его бледность и круги под глазами, сказал Скара и сел на переднее сидение автомобиля. – Это так ты приветствуешь меня? Мы не виделись целую вечность! – рыжик натянуто улыбнулся. – И вообще, я уже несколько дней в отпуске. – По тебе и не скажешь. Тебя совсем там загоняли на работе что ли? – Да, но…теперь она будет более размеренной. – Неужели повысили? – Типа того, – Аякс слегка рассмеялся и все же завел машину. – Ты, кстати, тоже выглядишь как-то…подавленно. – Это еще мягко сказано… – Мучча откинул голову на подголовник и уставился в боковое окно. Погода начинала портиться: тучи сгущались, все вокруг стало вдруг серым и печальным. Хотя ветер был не таким сильным, как мог бы. – Ты голоден? Я купил еды, давай съездим к океану и там посидим. – предложил рыжий друг, и машина тронулась с места. – Давай. Скара продолжал наблюдать в окно за меняющимися картинками улиц. Как бы он сильно не был рад встретить друга, ему по-прежнему было паршиво: на душе тяжело и больно, погода расстраивала еще больше, а мысли хотелось и вовсе отключить. Слова встали комом в горле, поэтому он продолжал молчать. Аякс сразу почувствовал его настроение, хотя ему и самому было нелегко говорить. Он прибавил громкость какой-то более-менее спокойной музыки, и некоторое время они ехали молча. Но затем Тарталья все же начал рассказывать немного о работе, о том, как съездил домой и только сегодня вернулся, сразу направившись за ним. Кажется, Скара даже немного отвлекся от собственных мыслей, внимательно слушая друга. Хоть он почти ничего не говорил, но понимающе кивал или коротко что-то отвечал. Однако в один момент, он снова погрузился в себя, сам того не замечая. – Скарамучча! – позвал его друг, и тот наконец вернулся в реальность. – А? – Я зову тебя уже в пятый раз, – недовольно пояснил Аякс и вздохнул. – Мы приехали. – Прости, я задумался. Скара даже не заметил, как они остановились неподалеку от дикого пляжа. Океан был еще темнее туч, а на горизонте они и вовсе будто бы сливались. Неспокойные волны шумно разбивались о берег белой пеной, мелкие камни бились друг о друга от их силы. Аякс вышел и вдохнул полной грудью свежий солоноватый воздух, несильный ветер трепал волосы, а Мучча некоторое время наблюдал за бушующими водами. Он оперся о бампер машины, куда рыжик поставил еду, и прикрыл глаза, слушая шум океана. И вместе с этим набираясь сил, чтобы все рассказать. Тарталья уже открыл свою порцию лапши и приготовился слушать. Немного отпив еще теплого чая, Скара вздохнул, и, наконец, начал говорить. Он рассказал все, что случилось: про библиотеку; про Байчжу и его помощь; про отношение Кадзухи к этому; про их не то недопонимание, не то ссору; про то, как их общение и отношения теперь не ладились; про отдаление и свои чувства. И даже… про свои странные состояния. Да, он решил вообще ничего не утаивать. Аякс все это время внимательно и серьезно слушал, успев даже доесть и оставшееся время смотрев куда-то за горизонт бескрайнего океана. Чем дольше он слушал, тем больше казалось, что его лицо становилось таким же хмурым, как и сама погода. Уметь слушать и слышать было его, бесспорно, одной из лучших черт, как и умение здраво рассуждать и анализировать. Он еще долго молчал, после того как Мучча закончил. Тот тоже наконец начал есть свою полу-остывшую порцию лапши. – Скара… Знаешь, – позвал его рыжик, продолжая наблюдать за волнами, – когда я говорил тебе сходить к врачу – надо было сходить. Я с уверенностью могу сказать, что ничего того, чего ты боишься узнать, и уж тем более смертельного, в этом нет. И я бы даже мог примерно предположить, что с тобой не так. Но не буду. Разберись уже сам с этим, если не хочешь, чтобы я силой вел тебя в больницу. Я согласен с Каэдэхарой, что все твои близкие переживают о тебе, а ты ничего с этим не делаешь. И это огорчает. Он сделал секундную паузу, выдохнул, а затем продолжил: – Насчет всего остального…Кадзуха… прав. Но не пойми меня неправильно: я не защищаю и не становлюсь на его сторону. Мы в самом деле не можем знать, что чувствует и ощущает человек, который неизлечимо болен. Как бы мы сильно ни старались поддержать и понять…мы не проходили через то, что прошел он. Просто представь, он соглашается пойти к врачу в надежде, что его вылечат или выведут в ремиссию, а на деле это снова окажется невозможным. Подумай, каким ударом это будет для него? И для тебя тоже. Если у тебя опустятся руки – у него и подавно… А если все же и будет шанс на какое-то выздоровление, то представь, через какие тяжести лечения ему опять придется проходить. Не думай, что все так просто: лечение, а тем более какое-то интенсивное, – тоже давление и ноша. Оба варианта неоднозначные. И я считаю, именно это и гложет его. Но… еще тяжелее – рассказать и объяснить это тебе, да еще и так, чтобы ты не вспылил, не обиделся, недопонял. Он боится потерять тебя, поэтому оттягивает с ответом. Я же вижу, что он действительно ценит все, что ты для него делаешь, но принять такое решение для него непросто. Рыжик выдохнул и принялся разглядывать бегущие тучи. – Я думаю, он и так чувствует себя хорошо, когда ты рядом. Ты работаешь с ним, помогаешь, заботишься, любишь. Даже можно сказать, что в каком-то плане у него и так что-то вроде ремиссии, когда он сам не пишет. Но, честно признаться, болезнь у него странная… До сих пор не понимаю, как такое возможно, чтобы суставы болели только при письме... В общем, главное, что с твоей помощью он и так может чувствовать себя полноценным. Я понимаю твое стремление сделать все возможное, чтобы он стал здоровым, и твои переживания. Но постарайся понять и его тоже. Вам просто нужно это еще раз спокойно обсудить, и я не понимаю, почему вы все это время избегали этого. Особенно Кадзуха. Мне всегда он казался спокойным, рассудительным. И вообще, я думал, что вы давно пришли к взаимопониманию. Аякс замолчал и достал пачку сигарет. Он протянул одну другу, но тот отрицательно покачал головой. Рыжик лишь пожал плечами и закурил, смотря как белый дым быстро улетает и растворяется. – Мучча, – снова начал он. – Просто поговори с ним еще раз. Попробуй понять и принять его ответ, независимо от того, какое решение он по итогу примет. – М-м… – темноволосый одобрительно промычал и снова начал разглядывать бушующее море. – Спасибо…Аякс. – Хотя меня больше волнует кое-что другое. Рыжик сделал еще одну затяжку и взглянул на непонимающее лицо друга, ожидающего пояснения. – Скарамучча, скажи, – он спокойно произнес слова, глядя прямо в васильковые глаза. Хотя, на самом деле, в груди у него все сжималось от переживания. – Что ты знаешь о Каэдэхаре? Темноволосый вскинул брови, не совсем понимая к чему такой вопрос, и еще несколько секунд стоял, не проронив ни слова. – В смысле? – Это прямой вопрос. Просто ответь. – Ну-у… Так сходу и не скажешь… – Скара все еще находился в растерянности, не зная, что именно говорить. – Известный писатель, инадзумец, 20 лет. Мы вместе работаем почти год, слабое здоровье. Любит читать классику, писать, смотреть литературные передачи, гулять, много спит. – Что-то конкретнее. – Я знаю его любимых писателей, какую еду любит, не имеет вредных привычек. Что еще…? Любимый шампунь, стиль одежды, фильм, цвет, запах. – он на секунду замолчал, пытаясь вспомнить вот так сходу что-то еще. – Владеет мечом и боевыми приемами. Его научил дедушка, но отец всегда был против. Их семья в древности была кузнецами и владела искусством Иссин. Но честно сказать, я нигде ничего об этом не нашел, даже в библиотеке Цисин. В общем, мне кажется, у него сложные отношения с семьей, раз они заставили его учиться дома. Ну-у…друзья у него тоже были, наверное, хорошо с ними ладил. Томо погиб, и Кадзухе все равно тяжело, когда наступает тот самый день. Скарамучча замолчал и еще долго наблюдал за другом, молчавшим и задумчиво смотревшим в землю. Возможно, тот пытался осмыслить услышанное и подобрать слова. Но вскоре это начало раздражать Скару, – и он толкнул друга своим плечом в бок. – Аякс?! К чему вопрос? Ты так и будешь молчать? – Нет, – рыжик поднял взгляд к морю, смотря куда-то вдаль. – Просто думаю, как тебе сказать. – Ч-то сказать? – растерянно спросил тот. В его груди все немного сжалось от волнения и неизвестности. Тарталья вздохнул и посмотрел тому прямо в глаза. – Никто не заставлял Кадзуху учиться дома, потому что он там и не учился. Он соврал, Мучча. Я понял это на твоем дне рождения, когда мы играли, когда он отвечал на мои вопросы. – Ч-что…? – уголки его губ приподнялись в нервной улыбке. – Мне несложно распознать ложь, и я это сразу понял. Вопрос был слишком простой, и не ответить было бы слишком странно. – Но…почему? – Думаю, он все же учился в школе, причем вместе с Томо. А это значит, что Кадзуха тоже учился в тех же школах, что и мы с тобой, и жил в нашем районе. Это лишь мое предположение на основе всех этих фактов. Но я не знаю, почему он решил это скрыть. Возможно потому, что про него ничего нет, даже в тех же школах. Знаешь, это все очень странно и порой не дает мне покоя. Кадзуха все еще остается очень неоднозначным. Скарамуччу пробило тремором, ему не хотелось верить в услышанное. Сердце начинало биться быстрее, а в груди все с болью сжималось. Кадзуха лгал?... Звучит, как какой-то бред. Но Аякс слишком логично все разъяснил. Может и про их семейные традиции он соврал? Я же так ничего не нашел про их клан в древности и их искусство. Нет, нет, нет! На миг Кадзуха показался ему совершенно чужим, будто он и не знал его настоящего. Никогда. – Но это еще не все, – внезапно нарушил затянувшееся молчание Аякс. – Чжун Ли удалось застать меня дома ночью, прямо после твоего приезда сюда. Вы ведь тогда столкнулись на улице? Так этот старикан знал, где он живет?! И не сказал! – Он сказал, что я плохой друг, – рыжик усмехнулся. Так вот, почему он потом мне сразу написал. – Но это не главная суть. Голос Аякса в миг стал более серьезным, а лицо немного помрачнело. *** Тарталья стоял на балконе, облокотившись о стену и наблюдая, как табачный дым растворяется в воздухе. Капли недавно прошедшего дождя падали с перил на край кафеля. Вокруг было темно и тихо, – поздняя ночь, фонари во дворе немного освещали улицу, ветер трепал рыжие пряди. Аякс прикрыл глаза и вздохнул. Пахло сыростью и было немного холодно, поскольку вышел он в одних лишь штанах. Как же я устал. Скорее бы отпуск. Хочу домой… Аякс собирался лечь спать, так как валился с ног после работы, но внезапный гость в его доме изменил его планы и сон пришлось отложить. Тем более, что и с ним он давно не виделся тоже. Он убрал со лба прилипшие влажные пряди и поежился от дуновения ветра. В это же мгновение на его плечи опустилось что-то теплое. – Заболеешь, – произнес появившийся на балконе Чжун ли. Его волосы были распущены и немного спутаны, а взгляд был уставший. – Спасибо, – Аякс улыбнулся, выдыхая дым и закутываясь в теплый плед. – Я думал, ты уснул. Мучча…Значит они встретились с ним сегодня..? Решил переехать в Лиюэ…? Отличное решение. – Нет, но пора бы нам лечь спать. Тебе рано вставать утром, – ответил темноволосый, – Извини, что так внезапно пришел. Я даже не думал, что ты действительно окажешься дома. – М-гм… Все нормально, я уже успел соскучиться. Надо ему написать, наверное, он злится на меня… А еще, кажется, сейчас подходящий момент… Я так долго откладывал это. – Скажи, ты знаешь что-нибудь о Каэдэхаре Кадзухе? – Тарталья повернулся к тому, смотря прямо в янтарные глаза. Тот прищурился, а затем отвел взгляд куда-то в улицу. Молчание затянулось, рыжик вздохнул и потушил сигарету. – Нет, лучше по-другому: знаешь что-нибудь о нем, чего другие не знают? Тот несколько секунд молчал, сложив руки на груди, выражение его лица становилось все более задумчивым и серьезным. – Ну? Чжун? – Нет, – ответил тот, развернувшись, чтобы уйти обратно в дом. – Куда это ты? – Аякс преградил ему путь рукой. – Не пытайся меня обмануть. – Не могу. – Что не можешь? Рассказать? – Да. – Почему? – Это я тоже не могу сказать. Рыжик нервно рассмеялся. Блять! Нет, ну не может же все быть настолько странно и запутано! – Это какая-то сделка? Молчание. – Значит, да. – Аякс… Брось эти попытки. Любопытство до добра не доводит. – Тц… – рыжик опустил голову на его плечо. – Это ради Скарамуччи. – Я понимаю… Но ничем помочь не могу, как бы сильно не хотел. – А кто может? И может ли кто-то? Почему о нем нет ничего? – Может. – И кто? – Подумай сам хорошенько, – профессор приобнял его за плечи, поглаживая второй рукой по рыжей макушке. Сам Кадзуха…? Думаю, это логично. Но при чем тут Чжун Ли? Что он знает и как связан? Был знаком с его родителями? Они заплатили за молчание? Не понимаю. Все очень странно. Каэдэхара очень загадочный. Даже в голове не укладывается. – Пойдем спать, – раздался низкий и тихий голос над его ухом, – тебе рано вставать. *** – Как-то так… Аякс замолчал, и они еще некоторое время стояли в тишине. Лицо Скарамуччи стало еще более мрачным, точно так же, как и его мысли, а глаза совсем потухли. – Прости, я правда хотел помочь тебе с этим. Но это все, что я знаю, – он подошел к Мучче поближе и приобнял его за плечи, притянув к себе. – Надеюсь, ты спал с ним не из-за этого? – хмыкнул Скара. Аякс тут же рассмеялся. – Нет, – успокоил его друг. – Ну-у…не только поэтому. – Что? – темноволосый отстранился и вопросительно уставился в голубые глаза. – Из-за чувств тоже! Скара закатил глаза и направился в машину. – Отвезешь меня домой? – Конечно. Почти всю дорогу они ехали молча, Скара чувствовал себя опустошенно и с трудом верил во все происходящее. В голове не укладывалось все то, что он узнал за сегодня. Бесконечный поток мыслей вскоре сменился отстранением. Может, все это нереально? Лучше бы так и было. Я так устал. Все это время он смотрел в окно и нервно постукивал пальцами о ногу, покусывая губы. Почему все просто не может быть нормально? Кадзу… Что же с тобой не так…? – Скара! – Что? – тот повернулся к другу, что махал ему руку перед его лицом. – Я тебя третий раз зову. – Прости… – Мы приехали. Скарамучча посмотрел в окна, чтобы убедиться. Но выходить не спешил. – Поговори с ним спокойно, – Аякс положил руку ему на плечо, но тот никак не отреагировал. – Все будет нормально. Мучча кивнул и собирался было выйти, но рыжик остановил его. – Но лучше выпей успокоительное, как придешь, – серьезно сказал он. – Ты стал нервным. – Я очень благодарен тебе, Аякс... – все же ответил темноволосый. – Увидимся. – Удачи, Мучча. Дверь машины хлопнула, а на окнах начали появляться капли дождя. Аякс сжал руль руками и опустил на него голову. А будет ли? Плохое предчувствие. *** Поднявшись в квартиру, Скара обнаружил только Тэнку, спавшего на кровати. Сегодня он вернулся непривычно рано, ведь последнее время возвращался слишком поздно, когда Кадзуха уже спал. Он сразу принялся искать успокоительные, но, к его удивлению, не смог их нигде найти. Перерыв аптечку и все ящики на кухне, Мучча выругался и направился в комнату. В тумбочке возле кровати их тоже не было, хотя раньше Каэдэхара всегда хранил их под рукой. Он сел на кровать и вздохнул. Тэнка проснулся, потянулся и начал копать лапкой возле места литератора. Нахмурившись, Мучча поднял подушку и увидел пустой блистер успокоительных. Он замер на мгновение, пока приходило осознание, а затем взял его в руки, стиснув зубы, кинул куда-то в сторону. – Твою мать! Он выпил целую упаковку за эти дни?! Когда он начал снова их пить? Он опять плохо спит? Из-за меня? Сколько, блять, можно молчать? Скара начал глубоко дышать, пытаясь успокоиться. Тэнка начал тыкаться головой о его руки, чтобы привлечь внимание и получить немного ласки. Он тут же начал гладить пушистый белый комочек, от чего тот замурчал. Поигравшись с Тэнку еще немного, он направился в кабинет. Его взгляд задержался на шарике переплетающем судьбы, которые они получили с Кадзухой на предновогодней прогулке и загадали пожелания. Свой Мучча часто носил с собой, то в сумке, то в рюкзаке. В общем, перемещал вместе с вещами. Либо хранил где-то неподалеку – на столе или в тумбочке. Он подошел к полке и с грустью взял сферу, вспоминая тот день, который, по сути, был негласным свиданием. Недолго думая, он раскрыл его шарик судьбы. Одна половинка упала на пол, звонко ударившись о паркет. Мучча продолжал стоять, его лицо исказило ужасом, ноги предательски ослабли. Стиснув зубы, он сверлил взглядом развернутый маленький листик, что был внутри. Пусто. Почему…? **** Закрыв входную дверь, Кадзуха заметил знакомую пару обуви, стоявшую прямо посреди прихожей, и вздохнул. Он поставил зонтик, пакет с покупками и направился внутрь. – Мучча, ты сегодня рано, – начал блондин, как ни в чем ни бывало. Увидев темную макушку в кабинете, он зашел туда. – Представляешь, под дождь попал, хорошо, что взял зонтик. Он улыбнулся, но это получилось слишком натянуто. Сегодня ночью литератор опять плохо спал. – Привет, – только и произнес Скара бесстрастным тоном. Пальцами он демонстративно перебирал шарик судьбы. Однако Кадзуха не особо обратил на это внимания, поскольку даже не догадывался, что это именно его. – Собрался поработать? – Нет. – Голоден? – уголки губ блондина начали стремительно опускаться. – Нет. – Хорошо, – он снова улыбнулся через силу, – тогда я пой… – Кадзуха, – перебил его Мучча, взяв двумя пальцами сферу и посмотрев сначала на нее, а потом на блондина. – Объяснишь, почему твоя пустая? – он кинул ее прямо в его сторону, та разлетелась на две половинки прямо у ног Каэдэхары. Тот посмотрел вниз, долго сверля взглядом, и не в силах поднять голову. Кажется, теперь Кадзу почувствовал себя виноватым. – А зачем ты открывал? – Случайно увидел, – признался Скара и пожал плечами. – Стало интересно. – Понятно. – А вот мне не очень. Повисла давящая тишина, секунды казались вечными, в отличии от терпения темноволосого. Он откинул голову на спинку стула, крутясь на нем вправо-влево и нервно тряся ногой. – Сколько можно молчать, а?! Кадзуха? И я говорю не только об этой ситуации. Тот так и продолжал стоять, не в силах произнести и слова. – Тебе самому не надоело? Ты выпил пачку успокоительных за эту неделю, я прав? – темноволосый сжал ладони в кулак и глубоко вздохнул. – Тогда… – все же начал он, – я не хотел ничего загадывать, я уже был счастлив. – Что? А здоровье? – Я-я… – блондин сглотнул образовавшийся ком в горле и поднял голову, – не хочу чего-то загадывать. – Почему? – Мучча непонимающе посмотрел в алые глаза, в которых читалось волнение. – Я боюсь. – Чего? Я не понимаю. – Это нормально. – Ни черта ненормально! Это же просто гадания. – Все равно мне ничего не поможет, – его уголки губ на мгновение поднялись вверх. – Это бессмысленно, как и походы к врачам. – Почему? Объясни же! – у него уже кончалось всякое терпение. – Хватит, прошу тебя… – Кадзуха… – Просто поверь мне, и давай не будем поднимать больше эту те… – Что?! Поверить?! – перебил его Скара, усмехнувшись, – Так же, как и в то, что тебя заставили учиться дома? В комнате опять повисла тишина. Кадзуха сел на диван и откинулся на спинку, подняв голову и накрыв лицо рукой. – Ты ведь соврал, я прав? Аякс сразу это понял, но рассказал только сегодня. – Да…простите. Я был немного пьян. – Дело только в этом? – М-м… – Кадзуха, посмотри на меня, пожалуйста. – уже спокойно произнес Мучча. – Тогда, ты учился в школе? – Да, – ответил блондин, глядя прямо в тяжелые васильковые глаза. – Вместе с тем твоим другом? – Да. – В тех, что в моем районе? И в средней, и в старшей? – Да. – Кадзуха… – Мучча поджал губы и прикрыл глаза, вздохнув. – Ты бы мог сразу так и ответить. – Нет…Но я знаю, что ты хочешь спросить. – Да? – демонстративно удивился темноволосый. – И что же? – Почему обо мне там ничего нет. Как, вероятно, и везде. – Объяснишь? – Я… – литератор снова запнулся и с трудом сглотнул. – Это не так легко, как ты думаешь. Я боюсь. Боюсь быть непонятым. Нормальные люди не поймут… – он снова отвёл взгляд, рассматривая комнату перед собой. – А ты хотя бы пробовал? Я уверен, что нет. – М-м… Скарамучча расстроенно вздохнул. – Вот опять, ты молчишь и не хочешь рассказывать. Ты сам не устал молчать? Тебе не тяжело нести все это одному в себе? О всех своих проблемах я всегда делился с Аяксом, даже если не хотел. И мне всегда становилось немного легче, когда он был рядом. – Мне не так просто сделать это. – Кадзу… – Я боюсь, что ты бросишь меня после этого. – Ч-то?! Услышанное с болью отозвалось в сердце Скарамуччи, словно его пронзили тысячи мечей. Он тут же вскочил с места и подошел ближе, взял лицо блондина ладонями и заглянул в потухшие алые глаза своими испуганными васильками. – Кадзуха, это бред! Почему ты так решил, даже не попробовав? Я не собираюсь никуда уходить. Просто хотел и хочу помочь тебе. Мы так отдалились за эти дни, и мне так больно от этого. Настолько, что порой мне хотелось кричать или что-нибудь сломать. Ты не хочешь принимать мою помощь, уходишь от проблемы и молчишь. Я…я тоже был не в себе все это время, прости… Но как тогда мы должны прийти к понимаю, а? Если будем что-то умалчивать…Кадзу, я же так люблю тебя, и никогда даже не подумаю бросить тебя, чтобы н… – Скара запнулся, увидев, как по щеке блондина скатилась слеза, он тут же смахнул ее большим пальцем, – ни случилось. – Я-я…– голос Каэдэхары немного дрожал, – я…тоже очень люблю тебя, Мучча. В мгновение его глаза наполнились влагой, он был больше не в силах держать все это в себе. – Ну чего ты? – Скарамучча взволнованно улыбнулся, быстро стирая с его лица капли. – Прошу, не плачь. Недолго думая, он накрыл его губы своими, затянув в нежный, но короткий поцелуй, затем переходя к соленым от слез щекам. – Ты можешь мне довериться, – сказал он, посмотрев в заплаканные глаза. Тот кивнул, а Скара отстранился, взял его дрожащую руку в свою и сел рядом, начиная рассматривать и перебирать его длинные тонкие пальцы. – И всегда можешь положиться на меня. Кадзуха снова кивнул. – Я не брошу тебя, обещаю. – С-спасибо, Мучча… Литератор еще пару минут молчал, собираясь с мыслями и успокаиваясь, в то время, пока темноволосый нежно поглаживал его руки своими. Атмосфера немного разрядилась, но все равно им обоим было немного волнительно. Скарамучча действительно готов узнать любую правду, ведь чувства к этому человеку были гораздо сильнее. Он не может просто отказаться от Кадзухи не при каких обстоятельствах. Для него он всегда оставался загадкой, даже когда они сблизились и привязались настолько сильно. Нести одному бремя прошлого крайне тяжело. И Каэдэхара наконец-то смог найти того, кому теперь сможет открыться и кто непременно поддержит его. Но начать все равно было нелегко и даже страшно. Казалось, что он так и не сможет открыть рта, с застрявшими комом в горле словами. Он глубоко вздохнул и посмотрел в васильковые глаза, полные взволнованной нежности, руки темноволосого, что держали его собственные, все же немного расслабляли. – С-разу говорю, – его голос был спокойным, но слегка дрожал, – это очень странная история. Скарамучча в ответ лишь кивнул, приготовившись внимательно слушать и уложив голову на спинку дивана. – Все началось с моей…семьи… ***