Волхв

Крепкого телосложения мужчина с силой толкнул едва дышащего подростка на холодную землю, зло фыркнув на слабый хрип боли. Спрашивается, какого хрена Стайлз полез в одиночку спасать двух оборотней из логова старого маньяка-садиста? Без оружия или мало-мальски путной поддержки? Пробраться-то он пробрался, вот только с освобождением вышла загвоздка. Дедуля оказался не таким уж дряхлым и отметелил Стилински по самое небалуй. А когда устал, позвал своих людей – двух амбалов подозрительной наружности. И всё это на глазах у Эрики и Бойда. Стоило подростку едва пошевелиться, как тело взорвалось, казалось, тысячей очагов острой, невыносимой боли, прошившей буквально каждую клеточку в теле. Стайлза затошнило. Отчаяние вперемешку с паникой стремительно охватывало мозг, вызывая учащенное дыхание и непроизвольные слëзы. А как же отец? Что будет с ним, если он сейчас здесь помрет? Он ведь... Его сердце не выдержит второго такого удара! Он не доберётся до дома с такими травмами. Умрёт здесь либо от какого-нибудь внутреннего кровотечения, либо от холода, и найдут его хладный труп лишь через несколько дней, когда отец забьёт тревогу и поднимет половину города на его поиски. Стилински беспомощно всхлипнул, остро желая, чтобы его нашел хоть кто-нибудь. Где же эти сраные оборотни со своим суперслухом и обонянием? В сознание уже медленно проникала темнота, мягко сжимая в своих пуховых объятиях, когда совсем рядом послышались чьи-то тяжёлые шаги, раздававшиеся тихим хрустом веточек на всю округу. Или так только казалось из-за стучащей в ушах крови? Его хрупкое человеческое тело подняли сильные руки с каменно-твёрдыми мышцами – Стайлз ощущал их теми участками, которыми соприкасался со своим неожиданным спасителем. «Дерек?» – подумал подросток, но отмëл эту мысль почти сразу. Благодаря своей детской, совершенно глупой влюблённости, он знал, что от Хейла, помимо обычного мускусного запаха горячего парня, пахло ещё корицей и горячим горьким кофе без молока. Стайлз прижался чуть ближе, насколько позволяло его избитое тело, и, уткнувшись носом в надплечье, втянул почти обжигающий рецепторы аромат раскаленного металла и чего-то ещё... такого солнечного, смутно знакомого, будто из далёкого детства. Руки, что бережно прижимали Стайлза к себе, на секунду напряглись, сжав его бессильную тушку чуть сильнее. Стилински несли долго, целую вечность, за которую он успел пару раз отрубиться и вновь очнуться. Наконец, подростка опустили на что-то твёрдое, но словно пульсирующее теплом. Сразу стало так хорошо, что глаза, приоткрывшиеся всего на секунду, снова сомкнулись, а сам человек погрузился в блаженный сладкий сон, где не было оборотней, каним, сумасшедших дедков с кучей подручных и одного особо вредного Хмуроволка. Единственное, что Стилински успел ухватить уплывающим сознанием, было то, что у его спасителя светящиеся зелёные глаза, внимательно заглядывающие прямо в душу.

***

Дерек раздражённо дёрнул плечами, сведя свои знаменитые брови к переносице. — Какая мне разница, где Стайлз? – сурово спросил он стоящего напротив Скотта, – Если ему, гиперактивному подростку с шилом в заднице, взбрело в голову куда-то свалить в тайне от родителя, то чем я могу помочь? — Стайлз не такой! – в голосе МакКолла звучало отчаяние, – Он бы не пропал на несколько дней, не сообщив отцу. Тем более не бросил бы свой джип! Хейл понимал, что со Стилински-младшим действительно что-то случилось, но упорно не хотел взваливать на себя ещё и эту ответственность. Ему хватало проблем с пропавшими Эрикой и Бойдом, Айзеком, канимой, Арджентами и воскресшим дядюшкой. Но также он понимал, что со Стайлза станется влипнуть куда-нибудь по самое не балуй. — Специально его искать не буду, но если узнаю что-то – позвоню, – наконец сдался Дерек, отворачиваясь от омеги. Тот просиял, быстро поблагодарил и поспешил скрыться с глаз альфы. Старший оборотень вздохнул, чувствуя, что камень ответственности на его плечах стал чуточку тяжелее.

***

Шериф Стилински сидел в комнате сына, бессмысленным взглядом уткнувшись в листовку, которую держал в руках. С белого листа бумаги на него смотрел улыбающийся сын. Сердце мужчины болезненно сжималось при мысли о том, что сейчас Стайлз находится где-то, возможно напуганный, раненый или же вообще... Ноа с силой вжал лицо в ладони. С тех пор, как его сын пропал, мужчина не мог нормально спать. Каждый раз, стоило сомкнуть глаза, пред взором представало истерзанное тело его мальчика, безразличные глаза которого устремлялись куда-то в пустоту. Кофе уже не помогало от симптомов недосыпа, а голова болела, не переставая. Внезапно, внизу послышался тихий скрип двери и едва слышные шаги по первому этажу. Пистолет лёг в ладонь как родной. Джон как можно тише спустился вниз, осторожно перешагивая через скрипящие ступеньки. На кухне горел свет. Шериф в неверие округлил глаза. — Привет, пап, – Стайлз как раз доставал из холодильника оставшуюся со вчера пиццу, – Ты опять вечером не ел? Садись, тебе же завтра на смену – поешь и спать. Ноа грубо развернул парня, вглядываясь в цветное от сходящих синяков лицо. — Сынок... – он зажмурился и с силой сжал подростка в объятиях, тут же отстранившись, испугавшись болезненного «Ай!». Задрав футболку, старший Стилински с замершим сердцем разглядывал синяки всех цветов радуги. — Пап, – ладони Стайлза нежно легли на руки отца, опуская, – Не волнуйся, пожалуйста. Сейчас уже все хорошо. — Кто? Кто это сделал, Стайлз?! Только назови имя и я засажу его за решетку! — Не надо, пап. Поверь, они ещё получат своё. И что-то в голосе, в выражении лица, в глазах сына подсказало Ноа, что это действительно будет так. За эти несколько дней, его ребенок как-то изменился, но мужчина не мог сказать, к лучшему это или нет. — Боже, Стайлз... Хорошо. Твоя взяла. Где там твоя пицца? Пока подросток готовил ромашковый чай, Джон позвонил Пэрришу, отменяя поиски.

***

Две недели спустя

Стайлз ловил на себе взгляды окружающих, но, наверное впервые, ему было по-настоящему плевать. С губ юноши не сходила мечтательная улыбка, а тело двигалось совершенно на автомате. Даже не заметив этого, он прошёл мимо Лидии Мартин, хотя раньше минимум поздоровался бы. Девушка задумчиво проводила парня глазами, гадая, что же случилось с одноклассником. — Стайлз! – МакКолл налетел на друга, сжимая до не громкого хруста. Едва он учуял знакомый запах, ему будто сорвало крышу. Парень старался прижаться всем телом, вдохнуть как можно больше воздуха, в котором витал такой знакомый и незнакомый одновременно аромат. — Стайлз, ты невыносимый засранец! – Скотт грозно навис над улыбающимся другом, пытаясь всем своим видом показать, как сильно он волновался. — Извини, бро, так получилось, – беззаботно пожал плечами Стилински и, обогнув шокированого оборотня, отправился на экономику. — Какие люди! – воскликнул Финсток, стоило парню появиться в дверях кабинета. — И я по вам скучал, тренер, – лукавая ухмылка расчертила лицо юноши. — Не паясничай, Билински. Раздался звонок на урок, в класс забежало несколько опоздавших. — Итак, сегодня у нас важная тема... Дальше Стайлз уже не слушал. Руки будто сами конспектировали занятие, но сознание находилось далеко, рядом с самым важным человеком в его жизни. Связь с ним медленно росла, парень уже мог чувствовать её слабую пульсацию где-то в груди. — Стилински, будьте добры объяснить нам, в каких облаках вы летаете на уроке, – как сквозь слой воды донесся до него мужской голос. — Знаете, мистер Харрис, а я влюбился, – ответил подросток невпопад и счастливая улыбка осветила его лицо. — Я, конечно, рад за вас, – раздалось немного растерянно в ответ, – но здесь вы для учёбы, так будьте добры сосредоточиться на уроке. — Как скажите, – легко согласился Стилински, утыкаясь взглядом в тетрадку, в которой оказалось слишком много новых непонятных записей... — Хей, друг, что с тобой происходит? – Скотт был в недоумении, – Ты что, правда?... — Да. Теперь ты имеешь представление того, как вёл себя первое время, когда влюбился в Элисон. МакКолл покраснел. Пока тот был слишком смущен для продолжения допроса, Стайлз быстро выскользнул из здания школы, направляясь к парковке. Однако, уже там, немного не дойдя до джипа, он увидел Джексона, стоящего возле своего Порше. В голове раздались слова, сказанные им перед расставанием. — Хей, Джексон, привет! — Чего тебе, Стилински? – как всегда в голосе главного засранца школы звучало недовольство и высокомерия. Почему-то это лишь повеселило. Уиттмор удивленно оглядел улыбающегося одноклассника. — Тебя так сильно приложили головой, что ты сошёл с ума? — Ну, кажется пару раз и правда хорошенько долбанули, но на счет сумасшествия не знаю, не проверялся. — Что тебе от меня надо, Стилински? – теперь Джексон правда ничего не понимал. — Я хотел поговорить с тобой. — Так говори. — Не здесь. Пойдем. Уиттмор раздражённо цокнул, но послушно отправился за парнем в сторону леса. — Знаешь, если бы я не знал тебя, я бы решил, что ты хочешь меня убить, – пусть голос Уиттмора звучал уверено, в мыслях же он содрогался от чувства неуютности, что окутывало его с каждым шагом всё больше. — Ты не знаешь меня, Джекс, – прозвучало ему в ответ беззаботно, заставляя парня напрячься ещё больше. — Что ты... — Извини, Джекс, но так нужно, – Стайлз развернулся к однокласснику лицом, но смотрел не на него, а куда-то назад. Сзади раздался шорох, но не успел парень развернуться, как затылок обдало болью, после чего сознание начало стремительно уплывать.