И вновь она

В следующий уикенд в доме семейства Лаудов проходила ежемесячная генеральная уборка, в которой оказывались задействованы все члены семьи, разве что за исключением годовалой Лили, с которой Линкольн радостно отправился играть во дворе своего друга Клайда, что жили буквально через пару домов. Обрадованный выпавшим шансом не убираться, мальчик однако обязался перед родителями вычистить свою комнату по прибытии, на что охотно пошёл, так как в эту субботу проводить заслуженный выходной за нудной уборкой отнюдь не прельщало. На самом деле, за традиционной чисткой комнат, полов, стекол и коридоров отсутствовали не двое, а целых трое детей Лаудов. Луан с родителями осталась единственным ребенком, вынужденным отчищать недельные пятна и протирать заляпанные окна во всём двухэтажном домишке. Везучая Луна отпросилась ещё за пару дней до объявления уборочного дня, так как старшую срочно вызвали на неотложную репетицию к подготовке какого-то мероприятия. Сама Луан лишь с завистью фыркала, обреченная проводить ясный субботний день с тряпкой в руке и ведром полным воды наперевес. Справившись со своими обязанностями по всему дому, девушка сосредоточилась на тщательной уборке их с Луной общей комнаты, что клятвенно пообещала убраться на рабочем столе и рассортировать свой гардероб, однако полнейший беспорядок в сравнении с идеально вычищенным рабочим столом первой нехило мозолил глаза, из-за чего шатенка приняла угрюмое решение хотя бы стопочкой сложить вещи на столе сестры, но вначале протёрла всю поверхность. В то время как предмет мебели обсыхал, Лауд хмуро обвела заваленный страницами и проводами пол их спальни и практически тотчас взялась за избавление его от хлама. Как бы ей в голову не влетала навязчивая мысль злорадно отправить эти скомканные листы и провода, о которые она ежедневно по несколько раз спотыкалась и порой наворачивалась, грохаясь на твердый ковер, на помойку, шатенка не могла быть настолько подлой, потому всего лишь укладывала всё добро Луны на стол, следом взявшись за пылесос. И вот, почти окончившей своё дело, Луан осталось всего на всего разложить листы с текстами песен старшей в стопочку, из которых она различила несколько отличающихся страничек, тут же узнав похожие со страниц дневника. И так как их накопилась всего парочка, Лауд без труда обнаружила потрепанную вещь в плотном переплете, обклеенный разными стикерами с рок, металлом, черепами и так далее, собиралась вложить их внутрь и отставить на место в углу стола. Как тут её зоркий глаз привлекли заинтересовавшие её строчки очевидной лирической композиции, что весьма не походило на врожденный вкус в музыке её сводницы. Облокотившись тазом о край усердно почищенной мебели, Луан умом понимала, как это неэтично — читать чужие дневники. Хотя, что в этом было такого? Тут даже не хранилось никаких личных записей и мыслей, всего лишь невинные рифмы в песенной форме. О том, что это один из многих способов выплеснуть все накопившиеся личные чувства, Лауд предпочла не думать. Неторопливо пробегаясь глазами по строчкам, девушка поражалась тому, насколько поэтичной могла быть её сестра. — И ты твердишь, что я дьявол, Но, ты знаешь, я согласна, Нет, я не вижу вреда. Они скажут: «Ты безумна, просто оставь её, она тебя погубит». Но я хочу быть в твоих объятиях. Отведя на мгновение глаза в сторону, Лауд потребовалось несколько секунд при обдумывании строчек. Было видно, что Луна постаралась над сочинением стихов, так как обычно размашистый почерк стал более аккуратным, каждая буковка была выведена с некой… трепетностью? Важностью? Любовью? Какое слово подошло бы сюда? Мотнув головой, девушка продолжила чтение дальше, усмиряя не столь любопытство… сколько что же? — Мы направляемся глубоко внутрь, убавляя шум голоса, Но я не вслушиваюсь в этот голос, когда твоё сердце бьётся рядом с моим. Я не могу бросить тебя, не могу бросить тебя. Против воли Луан коротко поморщилась, разрастив жгучую, душевную боль в пределах грудной клетки. За сестру. В какие же тяготы, если не мучения были втянуты чувства старшей, что породила своей рукой подобные стихи. Если это не являлось болью, то глубокой, пронизывающей каждую частичку души любовью. Не правда ли? Оставался лишь один вопрос: кому посвящены все эти безудержные страдания? — Когда ты сказала: «Милая, я просто хочу, чтобы ты уложила меня, и мы избавились от боли», Ведь кожа к коже, и я не чувствую ничего, кроме жжения, желания. И это только прелюдия. Здесь уже прослеживался более интимный посыл, который вкладывала автор, явно испытавшая на горьком, между тем, сладком опыте прелести половой связи промеж двух партнеров, дарующие не одно мимолетное удовольствие, а жаждущие спасения в процессе принятия и изучения друг друга. Луан бросило в жар. Она осознавала, что чем дальше углубляется в непредназначенное для любопытных носов стихотворение, тем сильнее опускается на самое глубоководное дно чужого подсознания, как и возвышается в небесные дали собственного. Это глупо, нелепо, столь опрометчиво! Но она уже не была способна остановиться, от того ненасытный взгляд пробежался ниже, и две следующие строки ввели девушку в величайшее сострадание. — Да, я пожалею об этом. Я знаю, что пожалею об этом. Далее рифмы повторялись друг за другом, образуя композиционный текст, и комедиантка просто захлопнула дневник, отложив его на узаконенное место, однако продолжала возбужденно поглядывать на обложку эфемерного ящика Пандоры, наполненного страхами, похотью и надеждами, нервно пожевывая губу. С этого момента шатенка не имела никакого предубеждения по отношению к Луне. Ей не было жаль старшую, вот только, разделив переживания сестры, Луан неосознанно сблизилась с ней на духовном уровне, возможно так и не простив всех обид полностью, зато потеплев к ней душой. Младшая не испытывала на себе, каково это, даже заподлинно не была уверена, как, когда, почему и с кем. До растрёпанной морально девушки начало доходить, сколь же незначительными познаниями она владела, не осведомленная о жизни сестры совершенно никак. Ничем. Теперь её удручал сей неутешительный факт, и Лауд, поразившись самолично, воспроизвела в себе замысел исправить это. Она захотела узнать Луну по-настоящему, хоть немного приблизиться к ней душевно и просто провести мирный саммит без всяких войн. Возможно ли данное хотение, воплоти его в суровой реальности? Оставалось лишь проверить. Вдруг на ум пришла первая догадка, по мнению Луан являющейся самой верной, стопроцентным ответом на все вопросы. Эти стихи посвящены Сэм. Комедиантка не ведала до сих пор, что человек способен любить и страдать на равноценной основе. И уж тем более не могла понять, как персона вроде хулиганки Саманты смогла вызвать столь бурные, нежные и печальные эмоции в душе старшей Лауд. Но кто она такая, чтобы судить предвзято? Не узнаешь, пока не пройдешь в чужой обуви. Не в силах даже отшутиться с использованием отменного каламбура по поводу последней метафоры, Луан с опущенными плечами провела ладонью по лицу и устало вздохнула. Ей следовало привести мысли в порядок, как она сотворила с их общей спальнью, однако в голове царил полнейший хаос, и эта задача казалась невыполнимой. Вот только Лауд не входила в число извечно унывающих, совсем напротив, она всеми силами пыталась нести добро и радость в окружающий мир, невзирая на порой мрачное настроение. Так или иначе Луна не была монстром, пансион действительно повлиял на старшую в благоприятном ключе, и теперь комедиантка разглядела попытки девушки наладить контакт с ней, просто рок-н-рольщица пользовалась собственными, неочевидными для младшей методами. Что ж, раз жизнь вновь свела двух сводниц, что долгое время именовались заклятыми врагами, чтобы помирить их, почему бы не воспользоваться этим шансом? Что они теряют? — Ничего, — с печальным видом прошептала Луан. Единственное, чего она боялась, так это всё того же — лишь бы не было больно. *** В стенах учебного заведения не происходило ничего интересного, всего лишь суматошная подготовка к фестивалю, что значился красной пометкой в календаре, как день икс. Клуб комедиантов уже несколько часов подряд согласовывал кандидатов на участие, приходя то к одному решению, затем передумывая, и отбирая новых. Всё повторялось по одному кругу. Это была лишь одна из многочисленных проблем, которыми наполнялась голова юной Лауд. Помимо подготовки к фестивалю, успокоения заведенных коллег по клубу, значившихся её друзьями, и обсуждением так и не выбранной окончательно идеи для выступления, врожденное чутье неумолимо подвело, и Луан всё-таки завалила географию. Вследствие чего перед девушкой встала жесткая необходимость пересдавать предмет, ведь без более-менее удовлетворительной оценки ей запрещалось посещение клуба. Конечно, новости доходили до неё мгновенно вовремя собраний, благодаря общему чату с друзьями. Вот только шатенка обязана была находиться рядом с коллегами, чтобы помогать в подготовке, отчего острый ультиматум преподавателя географии встал поперек горла. Всю ночь готовясь к предстоящей пересдаче теста, зазубривая названия ручейков, пещер, скалистых гор и каких-то там ещё тайников хоббитов, изможденная, но гордая собой Луан покинула кабинет, сдав тест, в чём она не сомневалась, на отличный балл. Естественно, мистер Хармс понизит ей финальную оценку за пересдачу, но зато она больше может не беспокоиться о предмете, чтобы продолжить заниматься любимым делом в ставшем родным клубе. Особенно в это неспокойное время! Заторопившись скорее попасть в комедийный класс, девушка ускорила шаг, совершенно не глядя вперед, не то что по сторонам. Как говорится, беда пришла, откуда не ждали. Она пребольно столкнулась с идентично не ожидавшим подставы учеником, врезавшись в чужое тело посреди коридора. От удара обе жертвы пошатнулись, но устояли на ногах, отойдя на парочку шагов. Потирая ушибленный лоб, Луан подняла глаза, дабы принести извинение за столкновение, и узнала знакомое лицо, которое не спутала бы ни с кем иным. Луна неприятно морщилась, повторяя жест младшей сестры, только с пострадавшим плечом, и без какого-либо изумления воззрилась на ту. — Йоу, сис. Куда ты так несёшься? — прохрипела девушка, подтягивая лямку с чехлом гитары, висевшую на другом плече. — Прости, я тебя не заметила, — призналась Лауд, — прямое попадание! Неопределенно хмыкнув, старшая вздохнула. — Ты могла бы сбить метеор. — Ам-м? Да, наверное, — пробормотала шатенка, ощущая неловкость, кажется, в последнее время слишком частое при нахождении рядом с Луной. Она тут же вспомнила о времени и удивленно взглянула на Лауд. — А ты что тут делаешь? Уроки закончились, ты могла быть дома. — Ага, но предки запрягли. Не хотят, чтоб ты одна тащилась домой в такой час, — рок-н-рольщица махнула кистью в неизменных браслетах по направлению окна, за которым давно сгустились сумерки, ведь осень отобрала свои права у покинувшего их Ройал Вудс лета, отчего темнеть стало раньше. Луан понятливо приоткрыла рот и тотчас с новыми извинениями проговорила. — Прости за неудобство. Скажи родителям не переживать. Бенни проводит меня. Луна с минуту просто глядела на сестру с безразличным выражением, потому юная Лауд почувствовала себя неудобно под этим взглядом. Словно под проверкой Святой инквизиции. Только она намеревалась высказать нечто ещё, чтобы как-то сгладить это неприятное молчание, как старшая развернулась на каблуках своих ботфорт и коротко бросила «я домой», махнув сестре на прощание. Чувствуя себя виноватой при сложившихся обстоятельствах, Луан совершила рефлекторный шаг за сестрой и импульсивно окликнула ту. Благо, Луна покорно затормозила и полу боком обернулась к младшей, которая, тем временем, набиралась смелости. Она опустила только сейчас замеченную руку, что интуитивно протянула следом, и вполголоса выдала мучавшее её всё это время. Старшая приподняла бровь в недоумении. — Прости, можешь чуть громче? Не ведая, на кого ей злиться, на девушку впереди или же на саму себя любимую, Луан набрала побольше воздуха в лёгкие и повысила голос, выдав, как на духу. — Давай сходим в кино в эти выходные! Прозвучало отнюдь не как вежливое предложение, скорее как требование. Сокрушившись на свою несдержанность, шатенка зарделась и постаралась смотреть куда угодно, лишь бы не на сестру. Однако той, похоже, пришелся кстати сей нажим, она задорно усмехнулась. — Уже лучше. — Отозвалась девушка и незамедлительно добавила. — У нас намечается свиданка? — Это… ну, как бы да, но скорее… в общем, посиделки… кино… и… — невнятно принялась объяснять смущенная Лауд, но Луна восприняла всё по-своему. Впрочем как всегда. Уголки её губ поползли выше, а настроение заметно улучшилось. — Значит, свидание, — с довольным видом утвердила она, не без забавы наблюдая за потугами младшей. Та повержено сдалась и согласно кивнула. — Замётано, сис. Старшая снова махнула ей на прощание и натянула капюшон фиолетовой толстовки по самую макушку, после чего её фигура с гитарой на спине скрылась за углом извилистых коридоров. Комедиантка выдохнула с облегчением, ведь ей удалось таки позвать Луну на «экспериментальный поход в кино», как его окрестила сама Луан. Её чревовещательная кукла мистер Кокос долго издевался над хозяйкой, утверждая, что у неё кишка тонка. А вот и нет! Она предложила, и Луна согласилась. Но следом за эйфорией пришла паника. Чтоб тебя! Луна согласилась пойти с ней в кино! О чём они будут говорить? Какой фильм выберут? А если их вкусы не совпадут, и они снова поссорятся у всех на глазах? А вдруг вернётся прежняя Луна из детства и рассыплет сладкий попкорн ей на волосы? Что делать в таком случае! «Ты снова утрируешь», — отозвался скептически настроенный голос подсознания, — «раз уж она не навредила тебе за всё то время, ведь имела прекрасную возможность, значит, ей просто не хочется. Попробуй расслабиться и получить удовольствие». Медленно выдыхая, Луан не могла не поддержать слова своего внутреннего «Я». Давно пора расставить все точки над «i» и устроить примирение. Чем так плох типичный поход в кино? Все сёстры так делают! — Ага, успокойся, Луан. Это всего лишь кино. К тому же, это ведь была твоя чёртова идея! — Луан? С кем это ты разговариваешь? — донесся голос из-за спины. Мигом обернувшись, девушка неловко хихикнула и пригладила длинный хвостик, неопределенно пожав плечами. — Бенни? Привет, а я тут репетирую перед очередным днём рождения. Приблизившись к Лауд, юноша оставил привычный, легкий поцелуй на её губах и мягко улыбнулся. — Тогда понятно. Ну, что? Ты закончила с клубом на сегодня? А то мне надо спешить, мама названивает из-за позднего часа, — виновато произнес он, потрясая смартфоном в руке. Шатенка тоже виновато поглядела в ответ и негромко вздохнула. — Я ещё даже не дошла до клуба. Только покончила с тестом. — И она тут же добавила, заприметив сконфуженное выражение лица напротив. — Ты иди тогда, а я пойду с Мэдди! — Это отличная мысль! — одобрительно подхватил он и снова оставил не вызывающее никакого трепета касание губ на гладкой щеке. — Только напиши мне, как будешь дома. Буду ждать. Парень спешно покинул здание школы, торопясь по своим делам, в то время как шатенка сама не понимала, к чему это вранье. Мэдди живёт в другой стороне, и Бенни должен об этом знать, так как ежедневно прощался с ней и её друзьями, после чего они за ручку отправлялись на прогулку до дома семьи Лауд. Рассудив, что юноша тоже чрезмерно занят и торопился, а потому мог позабыть о такой незначительной вещи, Луан ощутила разочарование, с которым была не в силах справиться. Уж лучше бы она вернулась домой с Луной.

*семь лет тому назад*

Издевательский смех одноклассников окружил юную Лауд, распластавшуюся на полу из-за незамеченной подножки, что вполне намеренно оказалась под занесенной туфлей девятилетней девочки. Опираясь на подрагивающие от злости ладони, Луан не нужно было догадываться, кому приносило веселье унижать её на глазах у всей школы. Девочка как раз направлялась к кабинету самопознания, беззаботно переговариваясь с подружкой из класса, в тот момент, когда неожиданно потеряла равновесие, запнувшись о вытянутую нарочно ногу старшей сестры. Гневно взглядывая на ту, Луан сжала зубы, облаченные в брекеты, над которыми также частенько потешалась сводница, и спешно поднялась с грязного коридорного пола. Она небрежно отряхнулась, поднимая раскиданные под ногами учебники после неприятного столкновения с твердой поверхностью, она с неприязнью вслушивалась в громкий смех Луны, точно идентичный звук доносился от окружающих её школьников младшей школы, лицезревших унижение. — Попутного ветра, сестра, — насмешливо проговорила старшая, издевательски смиряя ту сверху вниз. Опозоренная Луан спешно покинула место сбора её позора, однако не преминула отомстить. Она подловила одноклассника сестры по имени Мартин, щуплый, худощавый мальчик зубрила в квадратной роговице очков на носу, бедолага был безнадежно влюблен в бунтарку их класса, если не всей школы, её ненавистную сестру Луну чуть ли не с первого взгляда. Втихаря поведав ему о «чувствах» старшей к нему, в качестве доказательства девчушка предъявила пару черновиков со стихами сестры, в которые мальчишка охотно поверил. Весь оставшийся день, как и все ближайшие полугода рыжий зубрила неустанно преследовал утомленную его присутствием Лауд-старшую, размахивая страничками с посвященным ему творчеством. Слушок быстро расползся по стенам школы, и Луна стала посмешищем, хоть и уважение к ней особо не убавилось, зато пострадала репутация. Какая сладкая месть. Луан даже не было обидно, когда старшая опрокинула поднос с едой девчушки на волосы во время обеденного перерыва в столовой, отчего пришлось потратить целый вечер, чтобы отодрать липкую пасту с головы. Только если совсем чуть-чуть. Вот только Луна, завидевшая свои черновики со стихами, сразу же догадалась о злодеяниях младшей сводницы, прижав ту по пути к классу. Они устроили скандал и даже подрались на потеху публике, за что их вызвали в кабинет директора и строго отчитали, назначив наказание — целый месяц отмывать школьную посуду после уроков. Мало им сталось с одного наказания, так ещё и родители были уведомлены о поведении дочерей, после чего им пришлось выслушивать часовую лекцию о разочаровании в них и о том, как важно ладить друг с другом. В конце концов, они остались под домашним арестом на четыре недели, из-за чего Луан не сумела попасть в лагерь юных циркачей, приехавший к ним в Ройал Вудс впервые за десять лет, в то время как Луна пропустила мировое турне любимой группы, на который собиралась отправиться с друзьями в присутствии старшего брата одного из них. Как бы дочери не умоляли родителей, не клялись в хорошем поведении, они их не убедили, ведь всё ещё продолжали открыто ненавидеть и оскорблять друг друга. Они бы не смогли притвориться даже ради намечающихся событий, так как терпеть не могли общество друг друга, а лицемерие для обеих — слишком восхитительная роскошь. В итоге обе остались ни с чем, лишь укрепили ту неприязнь, что и без того прорастала с каждым новым днём. Только заслышав жестокое объявление о решении наказания, Луан гневно взглянула на старшую и с силой сжала кулаки. Никогда она не захочет сдружиться с этим чудовищем. Ни за что в жизни!

*настоящее время*

И теперь Луан, прибывшая в местный кинотеатр на сеанс ещё не выбранного фильма, стояла около кассы, совершенно не вчитываясь в названия недавно выпущенных киноновинок, и предавалась безрадостным воспоминаниям, мысленно поражаясь тому, насколько же кардинально способна поменяться непредсказуемая глава жизни. Никогда она даже не помышляла о том, что научится терпеть общество сестры рядом с собой, но сегодня они собрались провести время вместе обыкновенным походом в кино… не будучи когда-то заклятыми врагами. Родители, узнав от дочери, что та намеревается отправиться на фильм, изначально подумали о сопровождающем её компанию Бенни, однако девушка не оправдала первоначальный вариант старших, мимолетно упомянув, что они с Луной хотят сходить в городской кинотеатр. Счастью глав семейства не было предела, они несказанно обрадовались благому поведению обеих дочерей, что наконец выросли и образумились, заключив долгожданное перемирие. Сама Лауд не могла бы назвать их отношения перемирием, хоть другое слово и не приходило на ум. Она просто решила окрести что бы между ними ни было — способом проверить, а не поубивают ли они друг друга, находясь один на один не в пределах домашнего очага. Ощущая сумбурное волнение и потряхивание в кончиках пальцев, младшая попыталась успокоиться и глубоко дышала, ведь в том, что они впервые планируют развлечься вдвоем не было ничего существенного. Со стороны они вообще выглядели бы как подружки, но, упаси боже, Луан сомневалась, что такое возможно между ними. Это всего лишь способ проверить. Ничего более. Взглядывая на наручные часы, выданные ещё в одном из лагерей по юмору, что посещала девушка, она изрекла, что Луна бессовестно запаздывает. Однако в оправдание та предупредила младшую о том, что в субботу с утра у них проводится репетиция, на которой рок-н-рольщица, как хедлайнер, обязана была появиться. Условились встретиться к восьми, а стрелки отсчитывали двадцать минут девятого. Луан устроилась на одном из диванчиков посреди кинотеатра, взяв баночку колы, параллельно листая новостную ленту в телефоне, когда кто-то потрепал её по макушке, а саму девушку накрыла высокая тень. — Давно ждёшь, сестрёнка? — поиграла бровями подошедшая к ней Луна с неизменной гитарой за спиной. Младшая нахмурилась и в недоумении уставилась на ту. — Зачем ты взяла в кино гитару? — Так я же после репетиции, детка. Не глупи, — как само собой разумеющееся произнесла старшая, — не кидать же мне её где попало. Решив не спорить, шатенка встала и кивнула на экраны около кассы с высвеченными названиями фильмов их времени. — Что хочешь посмотреть? — поинтересовалась юная Лауд. Та неопределенно пожала плечами и вопросительно кивнула на баночку в чужих пальцах в немой просьбе. Луан без слов отдала ей половину своего напитка, пока старшая делала первый освежающий глоток. — Без разницы. Решай сама. Немного поразмыслив о том, что же может из киноновинок понравиться им обеим, девушка просто направилась к кассе и попросила два билета на приключенческий фильм про динозавров. Кажется, это был один из серии фильмов, но такой расклад устроил всех, и когда сотрудница кинотеатра предложила им выбрать места, шатенка удовлетворенно поняла, что зал не будет забит даже наполовину. Как всегда, Лауд намеревалась указать на пятый ряд и на места посередине, но Луна её опередила и взяла им места на предпоследний ряд позади всех, с чем Луан спорить не стала, однако только при кассире. Когда им выдали по билету и выписали чек, девушки отправились за сладким попкорном и вкусными напитками, а по дороге младшая уже недовольно буркнула. — Зачем ты взяла места так далеко от экрана? — Воу, я не знала, что у тебя проблемы со зрением, сис, — подняла руки в примирении старшая, игриво улыбаясь. — У меня нет проблем, — возразила длинноволосая. — Просто я привыкла занимать места поближе. — А в чём прикол похода в кино, если не сидишь в самом конце, — хрипло проговорила Луна и ехидно усмехнулась, — оттуда нас никто не увидит. Шатенка саркастично фыркнула. — Как будто мы кому-то сдались, — вредно пробормотала она. Луна только низко рассмеялась. — Тем лучше для нас. — И она привычно щелкнула сестру по носу. Рассевшись по своим местам, они расставили напитки по подлокотникам своих сидений и уложили миски с попкорном на колени. Тусклый свет в зале ещё не погас, так как до начала фильма оставалось ещё несколько минут, а внутри до них находилось всего пара человек. Хотя нет, вон, народ потихоньку подтягивался, небольшие группы или парочки из посетителей неспешно и с предвкушением рассаживались по местам, вот только большинство из них оказывалось на средних рядах. За ними расположилась троица друзей, а впереди два ряда вообще пустовали. Луан чувствовала себя крайне взволнованно, но быстро расслабилась, так как рядом сидящая с ней Луна вообще не выказывала признаков идентичного волнения, напротив, она находилась в отпущенном состоянии, удобно откинувшись на мягкую спинку сидения. Так почему бы и младшей не получить удовольствия от просмотра? Тем более, фильм обещал быть захватывающим. — Ты хоть первые части смотрела? — обратилась к ней рок-н-рольщица, закидывая в рот сладкий попкорн и медленно пережевывая. — Конечно, смотрела, — тут же отозвалась шатенка. Луна отрицательно помотала головой. — Я про старые части. Ну, знаешь, девяностых годов. — А, — понятливо вымолвила младшая и честно призналась, — тогда нет. — Вот упустишь вкус ностальгии, — весело проговорила Лауд и ткнула локтем в предплечье младшей, — а скриммеров не боишься? — Вот ещё, — буркнула Луан, потирая кожу на предплечье. А она боялась. Но не признаваться же в этом старшей! — Не бойся, — успокоила её Луна и усмехнулась, — я с тобой. Вскоре свет окончательно потух, а зрители негромко переговаривались, ведь по обычаю перед кино показывали трейлеры к предстоящим новинкам и рекламу. Луан больше всего запомнились два из трейлеров: Элвис в честь легенды музыкальной индустрии и мультфильм о Миньонах. К её удивлению, Луна чуть нагнулась к ней, чтобы та расслышала её сквозь динамики, и сказала, что непременно сходит на оба. Ответив взаимностью, шатенка погрузилась в просмотр, попеременно вкушая из миски с попкорном. Всё проходило довольно спокойно, даже весело. Девушки время от времени переговаривались, наклоняясь друг к другу, перед этим делая определенный взмах рукой, чтобы затем прикрыть ладонью рот, чуть ли не в самое ухо делясь своими мыслями или комментируя ту или иную сцену. Не единожды они кивали, просили повторить — хотя Луна прекрасно могла расслышать слова сестры даже через шум, — и даже смеялись, что было просто непостижимо! Вот только Луан совсем не думала об этом, весь процесс фильма занимал её внимание и мысли, ей было некогда размышлять о чем-то постороннем. Как и не было желания. Во время экшн сцен девушка всё же вздрагивала и даже нецензурно выражалась на потеху старшей, что подначивала сводницу и откровенно насмехалась без былого скверного умысла, а вполне по-доброму. Сама же младшая смирилась с этим фактом, зато смогла увидеть в сестре другую сторону. При появлении актеров из старой серии фильмов, глаза Луны загорелись, а сама она по-детски захлопала в ладоши, слегка потрясла Лауд и прижимала руки к лицу, Ребёнок внутри пробудился и эмоционально реагировал, что никак не вязалось с обычно «крутым» поведением рок-н-рольщицы. Луан не представляла, что Луна могла быть настолько озорной и чувствительной. Потому не без забавы следила за сестрой, параллельно наблюдая за действием на широком экране. При очередном комедийном моменте с участием одного из старых актеров, весь зал хохотал, впрочем как и девушки, а Лауд старшая слегка наклонилась к сестре со словами: — Говорю, он потрясающий! Ещё прошла такая шутка, когда главный герой с нововведенным женским второстепенным персонажем, вынужденно разлучившись со второй половинкой первого, только спаслись от очередного динозавра, а женщина повернулась к нему и прерывисто сказала, кажется, пытаясь отвлечься после чудного спасения. — Не бойся, мы найдем её. — Тот молчаливо кивнул, пребывая в мрачном молчании, и дамочка с интересом вопросила. — Любишь её? Он свёл брови и также качнул головой утвердительно, бормоча согласие, как женщина неожиданно выдала. — И я рыженьких люблю. Зрители не могли унять безудержного смеха, а Луна вдруг неожиданно провозгласила. — Обожаю её. Мой любимый персонаж, — и продолжила смеяться. Луан поддержала девушку ответным хохотом и тотчас подумала: «я даже не удивлена, почему». Весь сеанс шёл превосходно, тут подходил третий, финальный акт, и ещё до начала следующего скриммера Луна хрипло предупредила. — Сейчас будет громко, детка. Готовься. Луан действительно приготовилась, но даже так это не помогло. Неожиданно чужая, горячая ладонь накрыла оголённую кожу бедра младшей, по всей видимости, в качестве поддержки, из-за чего Лауд рефлекторно замерла и не двигалась, всем телом ощущая тяжесть работы лёгких, а также прошедший жар по ногам. Чёртов скриммер таки произошёл, и она инстинктивно дёрнулась и прикрыла глаза, испуганно выдыхая, и стыдливо улыбнулась. Рок-н-рольщица издала потешный смешок, но ладони с бедра шатенки так и не убрала. Луан вдруг стало душно, она приоткрыла рот в попытке вдохнуть, однако воздух вокруг неё будто бы накалился и обжигал горло, посылая ещё больший жар по всему телу, хотя основное пламя полыхало именно под кожей руки Луны. Она медленно перевела взволнованный взгляд с экрана на длинные пальцы и кисть с браслетами и задышала чаще, только подначивая гулкое сердцебиение, словно ускоряя работу механизма. Шатенка сжала ладони и поняла, насколько те безбожно вспотели, а мешающаяся чёлка упала на глаза, но девушка боялась пошевелиться. Ей казалось, если она двинется, то Луна неизменно уберет свою ладонь, а ей этого не хотелось. О боже. «Докатилась», — безжалостно пронеслось в сознании, её уже не интересовал сюжет проносящихся сцен, хотя старшая продолжала негромко комментировать тот или иной момент. Ведь до Луан безнадёжно дошло ужасающее и очевидное — она испытывала возбуждение. Не веря своему открытию, младшая попыталась расслабиться и привести взбунтовавшиеся инстинкты в порядок, но это оказалось бесполезным. Она действительно неумолимо возбуждалась только сильнее. «Не может быть», — округлила глаза комедиантка со жгучим желанием свести колени, дабы хоть как-то унять обуздавшее её нутро пламя, — «это… это… Луна?». Не смея повернуться к сестре, так как девушка боялась, что её состояние написано на лбу горящими буквами, Луан тяжело вздымала грудью, чувствуя, как низ живота наливался с каждой минутой. Мягко говоря, её это напугало. А вот в момент нового скриммера, когда загрубелые от постоянной игры на гитаре подушечки пальцев ощутимо сжали кожу, как оказалось, чувствительного бедра, шатенка чуть не лишилась сознания. Кровь прилила к нижней части тела, а трусики очевидно намокли. Всё, о чём могла думать младшая — это «лишь бы она не заметила, лишь бы не поняла». И в ту минуту, как горячая ладонь старшей исчезла, а слабый ветерок охладил нагретое место, Лауд с трудом удержалась, дабы не вернуть это тепло обратно. До конца сеанса она не могла сидеть спокойно, всё время елозя на ставшем неудобным сидении, но вот на экране появились титры, свет облачил помещение, а Луна с большим энтузиазмом махнула в сторону экрана. — Обалденный саундтрек! Скачаю чуть позже. Шум стоял в ушах до сих пор, словно голова девушки была окунута под воду, поэтому она не могла оценить восторг сестры, осторожно поднимаясь на подрагивающие ноги. Они покинули зал, избавляясь от мусора по пути, и через главный холл вышли на улицу с освежающим ветром, который сумел несколько усмирить настрой младшей. По пути домой девушки обсуждали сцены из фильма, а также сюжет и недостатки. К примеру, Луне не понравилось, что парня, помогающего главным героям и работающего на корпорацию антагонистов, раскрыли слишком рано, от того, когда о предательстве узнал безликий злодей, этот момент не затронул, как полагается. Луан охотно подтвердила, но обе согласились, что фильм хорош. Шатенка выразила желание пересмотреть его как-нибудь во второй раз. Пока они неспешно добирались до дома, где-то на середине дороги Луна предложила сестре передохнуть и посидеть на близстоящей скамье. Юная Лауд перекинула ногу на ногу, в то время как Луна облокотила гитару в чехле, которую она не забыла взять из гардеробной кинотеатра, о спинку скамейки, подтянула ноги к груди, уткнувшись подошвой кед о деревянное сидение, и выудила из-за пазухи пачку сигарет. — Только не говори, что собираешься курить здесь, — недовольно посмотрела на неё Луан. — Не скажу, — ухмыльнулась рок-н-рольщица и черкнула зажигалкой, пуская тягучий, сигаретный дым в ввысь. — С каких пор ты куришь? — поинтересовалась младшая. В ответ Луна неопределенно повела плечом. — Ещё с пансиона. — Прохрипела девушка. — Разве вам там позволяли? — округлила глаза шатенка. — Не неси чепухи, глупышка, — низко посмеялась Лауд. — Не-а. Приходилось прятаться. — А кто ещё знает? — вопросила комедиантка. Немного поразмыслив, слегка запрокинув голову вверх, Луна ответила. — Девчонки с пансиона. Ну, и ребята из банды. Вроде Сэм. — А, — отозвалась Луан, опустив взгляд на свои сложенные ладони. Снова эта Сэм! Но как же без неё, если они с Луной, вроде как, встречаются. Эта мысль приносила безрадостные эмоции, что, похоже, отразилось на лице младшей, потому как рок-н-рольщица накрыла макушку длинноволосой свободной рукой в добродушном жесте. — Не кисни, детка. Посмотри, как прекрасен этот мир. — А мне ты дашь выкурить сигаретку? — неожиданно спросила Лауд, вызвав удивленное выражение на лице старшей. — С чего бы это? — уставилась на неё Луна, даже слегка отвела пальцы с зажатой сигаретой подальше. — Почему бы нет? — отмахнулась шатенка, — хочу попробовать. — Что я буду за сестра, — с некой досадой улыбнулась рок-н-рольщица. Луан понуро взглянула на неё из под бровей и устало вздохнула. — Ты правда считаешь меня своей сестрой? — саркастически бросила она. — Конечно, — незамедлительно ответила та, пустив новую струю едкого дыма, — а к чему ты это, детка? — Мы ведь впервые так просто сидим и не ругаемся. — Логично изложила Лауд. Луна снова охрипши рассмеялась. — Ну, так все братья и сёстры ссорятся друг с другом. «Не так, как мы», — мрачно пронеслась мысль в голове комедиантки. — Ты права, — просто согласилась она, не зная, что сказать. Тем временем, почти дотлевшая сигарета доживала последние минуты жизни, а Лауд-старшая легко подтолкнула девушку, в шутку поинтересовавшись. — А ты не хочешь быть моей сестрой? — Мне кажется, родственники не должны чувствовать себя так… так… Луан не могла подобрать слова, пока шатенка выжидательно глядела на неё, позволяя младшей подумать. — Так? — Так, как мы. — В итоге изрекла длинноволосая. Получив сей неоднозначный ответ, старшая инстинктивно нахмурилась. — Что ты имеешь в виду? — напряглась она. Комедиантка лишь устало вздохнула и махнула рукой. — Забудь. Она быстро поднялась и спрятала ладони в карманах ветровки, намекая, что пора бы им возвращаться, пока родители их не хватились. Луна спорить не стала, только притушила окурок и выбросила в ближайший мусорный бак, закинув гитару на плечо. Дальнейший путь прошёл в неловком молчании, хотя они немного переговаривались о фильме и о подготовке к фестивалю. Луан отчетливо видела, что старшая не хотела на неё напирать, а потому пыталась высказываться как можно более деликатно. Она замечала, что пару раз девушка приоткрывала рот в намерении что-то сказать, но тут же захлопывала его обратно, не тревожа возникшее между ними напряжение. Но что шатенка могла поделать? Ведь они действительно не являются кровными родственницами, просто так сложилось, что их родители встретились, уже будучи ответственны за первенцев после неудавшихся отношений. Они жили под одной крышей, носили одну фамилию, у них имелись общие брат и сестрёнка. Вот только Луан могла твердо заявить, что её отношение к Луне отличается от младшеньких или от любви к родителям. Раньше она твердо верила в то, что ненавидит её и знать не желает. Но теперь в ней пробудилось нечто пугающее, но столь… притягательное? Нет, пора отбросить эти бредни и двигаться дальше. В любом случае, раз сейчас между ними всё прекрасно, так зачем портить это умиротворение глупыми, безосновательными мыслями? Это не приведёт ни к чему хорошему.