Падал прошлогодний снег

Обои, отклеившиеся от стены, куски которых так и хочется оборвать, мозолят глаз. На стене висит красный пыльный ковёр с заманчивыми узорами, портреты и колхозные картины. Над старым телевизором скотчем приклеенные к обоям, висят картонки с названиями лекарств, которые следует не забыть купить или выпить. Огромный шкаф, который держится на одном добром слове, вот-вот готов развалиться на щепки от старости. В этом шкафу хранятся шубы, платья, панамки и береты – всё это не носится с 90-х или даже с 80-х. Там же тряпки, бельё и что-то ещё. Под столом, на кухне валяется штук 10 пустых бутылок беленькой, на подоконнике, покрытом слоем пыли и пепла, лежат пустые и полупустые пачки дешёвых Бонд. На кухне, видно, пытались сделать ремонт, пытались отреставрировать помещение, которое больше всего страдает от пьянок и побоищ. Пытались, пока не поняли, что смысла в этом нет. Квартирка на девятом этаже, где окна выходят на старую улицу, напротив стоит точно такой же потресканный дом, мимо которого редко проезжают машины. В ванной плитка и зеркало покрылись плесенью. На грязной стеклянной подставке стоят запыленные щётки и лезвия. Стиральная машина, которая сломана ещё несколько лет назад, служит как полка для полотенец. От каждого сантиметра квартиры несёт перегаром, от каждого сантиметра тошнит. Это клетка, из которой уже не выбраться. Парень, живущий здесь, уже увяз в этом болоте, также как и надежда на «прекрасное далёко». Хочется бежать, хочется вырываться из этих пут, но самыми тугими верёвками связаны руки и ноги. Хочется кричать, но удаётся лишь скулить, хочется дышать, но удаётся лишь задыхаться, хочется видеть, но удаётся лишь смотреть сквозь слёзы на размытую картинку перед собой. И тогда ты теряешь бдительность… «Лучше бы я вообще не мог видеть» –Мама, я буду космонавтом! –Конечно, сыночек, будешь! – молодая мать смотрит на сына и понимает, что он ещё такой маленький, вырастет и сам поймёт, что тут даже человеком стать невозможно. Ведь она сама тоже когда-то шла за руку со своей мамой, мечтая о таком же будущем. Мечтая вырасти и стать счастливой. Мечтая найти прекрасную работу и помогать людям. Она хотела дарить людям добро, заботу, тепло. Она готова была отдать этому миру всё. Ей мало надо было для счастья. Однако здесь его вообще не оказалось. Она искала его. Она не знала, что люди бывают такими жестокими. Она не знала, что они могут предать, подставить, бросить. Счастье. Она не нашла его здесь, продолжая верить и стремиться в светлое будущее. А что она получила? Удар в живот, из-за чего все внутренности, кажется, вот-вот откажут. В голове шум, мысли спутаны. От боли она сгибается и держится за стенку, сцарапывая куски тех самых обоев, которые и так на соплях держатся. Женщина хрипит, плачет и умоляет, её голос дрожит. Слабая, она падает обессиленно на пол. Она очень худая и низкая. Она уродливая и противная. Одни только морщины вместо сияющих глаз, какими они были лет 10 назад. Мужчина смотрит на неё безжалостно и удовлетворительно, мерзко улыбаясь отвратительной, почти беззубой улыбкой. –Будешь знать как бухать без меня и т..таскать сюда других мужиков, –говорит он пьяным голосом, от него несёт перегаром, хотя к этому запаху вроде все уже давно привыкли: и мать парня и сам парень, который как раз в этот момент зажался в угол своей комнатки и закрыл маленькими ладошками лицо, стараясь сидеть тихонечко и не всхлипывать от страха. Мальчик слышит громкий стук входной двери и гробовая тишина. Он ушёл. Малыш тут же выбегает в коридор к маме, спотыкаясь о брошенную обувь, падая перед женщиной на колени. –Мамочка,–кричит он навзрыд,– мамочка, вставай, пожалуйста! Он маленькими ручками берёт мамино уродливое лицо и пытается разбудить её. –Мама, Слава ушёл, пошли, мам,–он берёт её за руку и тянет на себя. –Ма-ма!!! Из голубых глаз ребёнка текут слёзы: Мама не хочет просыпаться. В тот же вечер мать увозят в больницу, а сына оставляют со вторым законным представителем – его отчимом, который как раз-таки и избил жёнку. Сыночек у него послушный, стоит только сказать, что он убьёт родительницу, если он не сделает сам уроки, не ляжет спать, и не дай Бог кому-то расскажет, мальчик повинуется этому зверю. Малыш смахивает слёзы, и старается уснуть под пьяные крики и вопли папкиных друзей на кухне, отмечавших последние события. Это входит в привычку мальчика – не плакать. Плачут только слабаки, верно? А он сильный! Его никто не собирается жалеть. Здесь нет места соплям. Надо сражаться. Он здесь один. Он всегда был одним. За него никто никогда не постоит. Поэтому, как только в носу начинает щипать, а глаза намокают, Лёша сжимает челюсти с такой силой, что слёзы сразу отступают. «Ты должен уметь сказать «руки прочь, прочь от меня», Ты должен быть сильным, иначе, зачем тебе быть?...» И даже когда мать вернулась из больницы, и даже когда отчим Слава от них ушёл, и даже когда мама завела нового хахаля, и даже когда прошло так много лет, ничего к лучшему не изменилось. С самого детства Лёшка был очень весёлым и позитивным мальчиком. Он знал, что все невзгоды скоро закончатся, и настанет счастье, мир и спокойствие. Счастья мира и спокойствия он пока не дождался, но всё ещё верит и ждёт… В таком режиме мальчик прожил все свои 17 лет и стал уже совсем взрослым. Он не пользуется популярностью среди подростков. Скорее всего, он известен в школе всем как Шут или Клоун. Вечно веселит всех, выставляя себя дураком. Падает со стульев, кривляется на уроках, показывает при одноклассниках факи учителям, пока те не видят. А после школы молчаливо, и, как псих улыбается, стараясь уйти как можно скорее. Губы дрожат, а слёзы на подходе. Стирая их с глаз, смеётся с иронией, настолько не понимая от чего: то ли это травма детства, то ли это дурацкая школа, то ли он псих…..и вообще, он хочет курить.

***

Темно. Лёша стоит посреди дворов. Его окружают бесконечно высокие хрущёвки. Падает снег. Такой же обыкновенный снег как и 17 лет назад, такие же дома как и 17 лет назад… А что в принципе могло измениться? Ничего на самом деле. Всё тот же Лёшка, всё те же сигареты, всё та же площадка и буря мыслей в голове. На улице темно, ведь зимой всегда рано темнеет. А зима начинала входить во вкус. Куча снега, метели, завирухи и сугробы. Лёша ненавидит зиму, но в детстве любил её. Он любил с мамой бегать по льду и прыгать в снег, любил играть в снежки и лепить снеговика. Любил, когда его катали на санках, он любил, когда на лице ещё такой молодой и красивой мамы появлялся румянец, и её ослепительная и такая тёплая улыбка грела его даже в самые суровые морозы. Он любил приходить домой и пить тёплый чай, смотря в окно, пока мама готовила что-нибудь вкусненькое. Он любил… Даже в 7 классе у него был прекрасный друг, которого любил так тепло и искренне. Но ещё в детстве, он понял то, что здесь нет места чувствам и любви, особенно такой искренней и открытой, ведь парень, родившись на свет, стоял на пути, открыв свою душу всему. Он хотел всё знать, он был очень добрым, отзывчивым, наивным и щедрым. Из-за этого ему пришлось сильно поплатиться в будущем. И только после того как парень несколько раз ожёгся из-за своей открытости, он закрылся в себе и воспринимал все признаки внимания как желание чего-то поиметь с него. Однако детство было светлым и счастливым. Море было по колено, особенно с Рустамом.

***

Светило слепящее июньское солнце, пробиваясь сквозь зеленые высокие тополя на детскую площадку. В воздухе летал белый пух, словно снежинки зимой. Лёша сидит нахмуренный на железной, тёплой от солнца горке и рассматривает ранку на коленке, которую успел разбить, пока бежал за рыжим котом. –Лёшка, ты чего это там сидишь? – задрав голову наверх, Рустам помахал ему одной рукой, другой, делая тень от солнца, щуря глаза. Лёша видит его и, как ни старается, не может сдержать улыбку. Светясь от счастья он махает другу в ответ. Мальчик съехал с горки и подошёл к Рустику. Они молча пошли и залезли на лавочку, вокруг которой валялось много окурков и полторашек. –Где это ты так? – на белобрысого посмотрела пара обеспокоенных карих глаз. –Да это я за Барсиком гонялся, думал, догоню, а тут ямка. Я её не заметил и упал. Рустам вспомнил того самого старого и противного кота, который никогда не позволял, чтобы его погладили или взяли на руки, поэтому он недолюбливал его. Мальчик быстро посмотрел по сторонам и побежал куда-то в кусты. Пока Рус что-то искал, Лёшка весело болтал ногами (так как сидя на лавочке, ножками до земли он не доставал) и смотрел на машину, под которую спрятался Барсик. Выглядывая из своего «укрытия» он недовольно кряхтел, облизывая лапы, отворачиваясь хвостом к Лёше. Вот наконец вышел из кустов его друг с подорожником в руках. Он присел на корточки перед разодранной коленкой Лёшки и сказал: –Вот подорожник, лучше всякого бинтика! Он вытер песок с листа о свои синие шорты и приложил к ранке. У Лёши в этот момент сжалось сердце, ведь о нём так ещё никто не заботился, кроме мамы, и то, она уже и не обращает на него внимание. Мальчик спрыгнул с лавочки, сильно-сильно обняв своего друга, и поцеловал его в щёчку. –Спасибо большое! –Да не за что,–с яркой улыбкой сказал Рустик,–ты только больше меня не целуй, так только девчонки делают! Лёшке тогда стало так обидно, что он ещё две недели ходил в раздумьях: «Какая же из меня девчонка? Разве поцелуй в щёчку – это не то, что делают все люди, когда кого-то очень сильно любишь?»

***

В детстве ему всё казалось таким волшебным, таким беззаботным, он думал, что всегда всё будет хорошо, пока мамку его не убил алкоголь, сигареты и мужики, которых она меняла один за другим. Сейчас же Лёха проклинает этот холод, постоянно сгибая и разгибая пальцы, чтобы те окончательно не замёрзли. Парню не хочется домой. Он знает, что придёт туда и сразу же закроется в своей комнатке. А потом начнётся всё как всегда. Хотя нет. Возможно, мать с новым отчимом опять поругаются, из-за чего мама опять будет лежать полумёртвая в коридоре, а может напьются и потрахаются. А ещё могут позвать друзей и тогда Лёшке точно конец. По хорошему, ему надо быть уже дома и готовится к контрольной по физике. Парень учится в 11 классе, а ведь этот период один из ключевых, когда дети думают о своём будущем, о том, кем они будут в жизни. А Лёше то чё думать? О каком будущем? «Меня либо убьёт отчим, либо я сам убьюсь…» Парень выбрасывает в сугроб окурок и осматривается по сторонам, засовывая руки в карманы своей куртки и ёжится от холода. Хлопья снега ложатся ему на лицо, чуть только касаясь кожи и мгновенно превращаясь в капельки воды. Темным-темно. Одни фонари многоэтажек, окружившие парня, освещают подъезды. Лёша закрыл глаза и поднял голову наверх, к самому небу, подставляясь под снежинки. «Приятно…» Он высунул язык, как делал это в детстве, пробуя на вкус снег. «Такой же, как и в прошлую зиму». Парень улыбнулся и открыл глаза. Он достал потресканный LG из кармана куртки, чтобы посмотреть время. 01:11 на часах «Возможно уже бухают», - с этими мыслями Лёха немного грустно вздохнул от того, что не особо хотелось уходить отсюда, и от того, что не особо хотелось возвращаться домой. По пути он достал чёрные проводные наушники и, немного покрутив провод, чтобы музыка не заедала, включил свой любимый трек - так иди веселее, тут же забываешь куда ты идёшь и с какой целью. Просто идёшь, просто слушаешь, шагая по заснеженному асфальту, морща лицо от частого попадания снежинок в глаза. Просто добровольно идёшь на верную смерть, Просто по-другому никак. Если бы были варианты, тогда можно бы было подумать, а сейчас выбора нет, да и не было никогда. Подходя к своему подъезду, подросток убирает наушники обратно в рюкзак и достаёт оттуда ключи от дома. Он заходит в сырое помещение, где под ногами хрустит стекло и воняет бомжами. Поднявшись на родной девятый этаж, Лёша замер, прислонившись ухом к двери. По ту сторону слышен громкий пьяный смех. А ещё было понятно, что там много друзей и мамы, и отчима, потому что обоих голосов было слышно лучше всех. Оба пытались перекричать и доказывали что-то. «Пиздец…»,–констатирует парень. Лёша дёрнул ручку двери. «Слава Богу не закрыта», пришлось бы греметь ключами. Он под громкие вопли моментально снял куртку и, захватив рюкзак со школьными учебниками, на носочках проскользнул в комнату, закрывшись на щеколду, даже не включая свет, немного выдыхает с облегчением. –Всё-таки хорошо, что у меня в комнате выход на балкон,–говорит в пустоту парень и достаёт из рюкзака свои любимые сигареты. Лёша дышит в полную грудь. Лёгкие наполняются морозным воздухом, отросшие русые волосы развиваются на ветру. Балкон такой же разъёбанный, как и вся остальная квартирка. Серый бетонный пол, железная перегородка, слабо предотвращающая стремительное падение с 9 этажа и нетронутая за много лет куча хлама, наваленного в одну кучу. Романтика… Парень чиркает зажигалкой и вдыхает горький дым сигареты. Он ни о чём не думает. На улице ни души. Любимое занятием парня по вечерам – рассматривать окна дома напротив. Вот какая-то бабушка с тряпкой в руках протирает подоконник, вот кот сидит на окне, а вон там пара курит, а на втором этаже отец качает ребёнка на руках. «У каждого своя жизнь, своя история, как же это всё-таки интересно»,–думает парень, стряхивая пепел лёгким движением указательного пальца. Докурив, Лёша кидает сигарету вниз и ещё долго смотрит на красную точку, пока та не разбивается о землю, рассыпаясь на тысячи маленьких таких же огоньков. Закрывая плотно дверь балкона, он слышит как на кухне весёлые голоса сменились на грубые крики, звук разбивающейся посуды, маты и вопли. Ему становится не на шутку страшно, когда он слышит как мама очень громко, хрипло, чудовищно кричит: «Не трогай его!!!». Он резко дёргается, когда кто-то очень сильно и настойчиво начинает случать в дверь его комнаты. –Открывай, сучёныш!! «Отчим»,–сердце парня подрывается и бешено стучит от страха, он стоит как дурак посреди комнаты без единого движения. Бежать некуда… Лёша не в силах пошевельнуться. Бежать некуда. Чувство безысходности жжёт в груди. Ещё один стук, и ещё, и ещё. Теперь дверь выламывают ногой. Она слетает с петель и в комнату врывается пьянющий отчим Вадик. Он за два шага преодолевает расстояние и хватает огромными грубыми руками парня, таща его из комнаты. Лёша брыкается и бьёт кулаками мужчину. Укусив отчима за руку, тот шипит, матерясь, и бросает парнишку на пол, а затем бьёт его ногами. Удары прилетают в самые больные места. Лёша старается группироваться, однако он только и мог, что кричать от боли и молиться богу. –Ты чё, думал, что я не узнаю о том, что ты просираешь маткины деньги на сиг..сигаре-ты? Ты д.дд..должен уважаать нас! Сука, кем ты ст-тал, кем ты вырр-рос? Один удар под коленку, другой в живот, третий по позвоночнику, по лицу тоже несколько раз пришлось. Но Лёше больно не от этого. Сердце пропускает удар, когда он сквозь пелену слёз видит маму. Она облокотилась плечом о косяк двери, сложив руки на груди и… смотрела… Она. Просто. Смотрела. Лёше удаётся встать и моментально вылететь из квартиры, пока отчим отвлекается на мамино: «Вадик, не трать на него время, пошли». Парень выбегает на улицу в одной футболке и спортивных штанах. Во рту чувствуется привкус крови, тело ломит, голова раскалывается, из прекрасных голубых глаз вот-вот польются слёзы, то ли от обиды, то ли от ненависти, однако Лёша себе этого не позволяет. Он садится на ступеньку подъезда, достает из кармана штанов помятую от ударов пачку Полл Молл и трясущимися от страха руками достаёт такую же помятую сигарету, опять курит. Его всего трясет и голова не соображает. «И как я завтра в школу пойду?», - думает он и включает фронтальную камеру на телефоне с разбитым экранчиком, покрытым капельками капающей из носа крови.. На скуле виднеется синяк, а бровь кровоточит. Струйка красной жидкости стекает вдоль всего лица. Лютый мороз пробирает до костей, всё тело дрожит то ли от панического страха, то ли от холода. Сердце сжимается от одной лишь картины, которая скорее всего запомнится парню навсегда: мать, которая с равнодушным взглядом смотрит на то, как отчим бьёт её сына, а она не сказала ни единого слова, не сделала ни единого движения, она просто стояла, просто смотрела. Лёша понимает, что долго не протянет, ведь одет он очень просто, а на улице минус пятнадцать, поэтому идёт в смердящий подъезд, где ждёт, куря прямо на лестничной площадке, пока в квартире станет тихо, пока все голоса утихнут. Тогда он снова заходит туда и сидит до утра на своей старенькой кровати, поджав колени к груди, считая каждый удар своего сердца всякий раз, когда слышит любой шорох, любой стук или скрип. В голове спутаны мысли, шум, беспорядок – привычное состояние парня. Не переживайте, он уже привык. А может и нет. Слёзы невольно стекают по щекам, Лёша кусает губы, стараясь подавить это состояние, затолкав поглубже все эмоции. Он царапает ногтями руки, со всей силы сжимая кожу так, что под ней чувствуются кости. Парень худой, очень худой. А кто его кормит? Может мама? А может папа? Смешно. Чтобы успокоится, он достаёт свои наушники и до рассвета слушает музыку, ведь уснуть он точно уже не сможет. Уроки пошли к чёрту, школа пошла к чёрту и «прекрасное далёко» пошло к чёрту. А за окном снегопад…