Когда прошлое стучится в дверь

Тик-так. Тик-так. Часы долбили по воспаленным мозгам, не давая мыслить здраво. Несчастный орган, состоящий из серого вещества, казалось, был напрочь перегрет, хотя за окном стояла промозглая осень, и летней жары не предвиделось по вполне себе очевидным причинам. И тысяча первая бумажка за сегодня, требующая не то его подписи, не то согласования, сводила главу аврората с ума.       Шумно выдохнув, Гарри отложил документ и дотянулся до графина с водой. Хотелось взять и просто вылить ее себе на голову, в надежде очнуться от непонятного марева, которое напоминал сегодняшний день, но вместо этого он лишь плеснул немного в стакан, немедленно осушив его до дна.       Проклятье…       Стук в дверь отдался болью в голове и раздражением, но он привычно сдержал его, позволив визитеру войти. И тот прошел, застыв чуть в отдалении. Гарри поднял взгляд, чтобы поглядеть на этакого скромника, и тоже застыл, встретившись взглядом с Малфоем.       Сколько лет… Столько же бы еще и не видел, честное слово. Но, увы, он видел. Здесь и сейчас, — а хотелось бы лет десять назад… — и здесь и сейчас ему необходимо было решать.       Поттер бы с удовольствием переложил это бремя на кого-то другого и бежал, отбиваясь ступетфаями, экспульсами, сектусемпрами, а может и авадами, но, увы, перекладывать ответственность, как обычно, было не на кого, а потому он приветственно кивнул:       — Мистер Малфой, доброе утро. Присаживайтесь.       — Благодарю, — буркнул тот, стараясь казаться дружелюбным, — ему очень нужна была эта работа, — но избегая произносить ненавистное имя. Не иначе был столь же рад видеть бывшего соученика, как и сам Поттер. Опустился в кожаное кресло, удивительно уютное для кабинета главы аврората. Он помнил этот кабинет другим. И Поттера помнил другим. Но не об этом сейчас. Вообще желательно никогда. Протянул документ, не допуская возможности отказа. — На подпись.       Поттер только кривовато усмехнулся в ответ. Ну да, просьба, даже если она только формальность, — это выше нашего достоинства. Но бумагу все же взял, правда чтобы отложить не глядя, не сводя глаз со своего визави.       — Всегда задавался вопросом, мистер Малфой, есть ли предел человеческой наглости? Смотрю на вас и понимаю, что, наверное, все же нет. — Усмехнулся чуть кривовато, взглянув в досье перед собой. — Какой отчаянной наглостью нужно обладать, чтобы с вашим прошлым просто прийти в министерство и решить, что вы достойны должности невыразимца?       Поджав губы, Драко помолчал, видимо подбирая слова. Да, не так и много вариантов оставалось для ответа, но он сумел найти.       — Не у меня одного прошлое, мистер… Поттер, — наконец выплюнул он имя героя войны. Впервые с момента встречи посмотрел прямо в лицо. — Однако, считаю, что мои таланты вполне позволяют.       Ваши таланты: отсасывать в выручай-комнате между парами по трансфигурации и зельеварению? Язык буквально обожгло вопросом, но Гарри не позволил ему сорваться с губ. Только усмехнулся, ставя росчерк на бумаге.       — Ну раз вы так считаете, не смею перечить.       Малфой сперва забрал документ, чтобы не отобрали назад, вероятно, и только потом позволил себе усмехнуться:       — Такой сговорчивый, даже удивительно. Не иначе необходимость подчиняться правилам благотворно на вас влияет.       Поднялся, собираясь покинуть кабинет.       Гарри только усмехнулся, примостив подбородок на сплетенные пальцы:       — Скорее на меня благотворно влияет то, что сейчас люди играют по моим правилам. И вы теперь тоже будете, — заметив легкую растерянность на лице блондина, чуть улыбнулся. — Хорошего дня, мистер Малфой.       Так и не найдясь, что ответить, а может, не сочтя это необходимым, новоиспеченный невыразимец предпочел ретироваться, оставляя Гарри наедине с собой и воспоминаниями, что всколыхнула неожиданная встреча. Пальцы против воли сжали перо, грозясь переломить. Сцена, что застряла в разуме еще в шестнадцать. Растрепанный, раскрасневшийся, с приспущенным галстуком, на коленях перед Забини, с пальцами последнего, запутавшимися в пшеничных локонах…       Черт! Возбуждение непростительным скользнуло по позвоночнику. И правда, как будто шестнадцать.       «Ты слишком хорошего о себе мнения, я бы больше пяти не дал…» — почти промурлыкал в голове до боли знакомый голос.       И перо таки треснуло, но Гарри не сразу это осознал, точно заледенев от страха. Он не мог вспомнить, когда Волдеморт вернулся, поселившись эхом в его голове, и не являлся ли тот лишь отголосками прошлого, что часто скреблось к нему во снах. Однако для Гарри это было почти равнозначно, и напрасно он твердил себе, ему: «Тебя больше нет»…       — Не мог бы ты как-то предупреждать? Я уже все перья переломал… — раздраженно заметил Поттер, взмахом палочки уничтожая остатки пера и открывая ящичек, чтобы достать новое.       В ответ раздался оглушающий стук, от которого голова, казалось, вот-вот взорвется от остроты ощущений.       «Вот так, пугливый ты мой?»       — У меня много работы и некогда играть в твои игры, — отозвался Гарри, открывая ближайшую папку, пытаясь сосредоточиться на содержании. Хотел бы он быть столь же невозмутимым, каким хотел казаться, но на самом деле, любой из вариантов появления темного лорда, пугал его.       «В игры тут, кажется, играешь, все-таки ты» — хмыкнул Лорд, как-то даже понимающе: — «С Малфоем, конечно. Как бы ты его хотел? Здесь на столе? Рискуя быть застуканным. Или по старой памяти пробраться в Хогвартс? Где тебе больше нравилось? Выручай комната? Ванная старост? Или может исполинская Тайная комната, такая вся пафосная и мрачная?»       — И в мыслях не было, — отказался Гарри от подобных предположений. Он не желал иметь с Драко Малфоем ничего общего. Ну, кроме работы, конечно. Куда теперь от этого денешься. — Держи свои извращенные желания при себе.       Это же Малфой, в конце концов. Они никогда не были по одну сторону баррикад.       «Баррикады? А ты все еще ведешь войну, Поттер?» — усмехнулся Лорд в его голове. — «И вообще, не перекладывай на меня свои фетиши. Стонущих подо мной мальчуганов в слизеринской форме среди них точно не было».       Вместе с мурлыкающим голосом в голову хлынули давно уже позабытые, казалось, образы растрепанного, взмокшего Малфоя, бьющегося под ним как бабочка в паутине.       — Пока ты существуешь, в любой из ипостасей, война не закончится, — покачал головой Гарри, одновременно вытряхивая из памяти пошлый образ. — Убирайся из моей головы, у меня куча дел.       Доказывая собственные слова, поднялся, собрал документы, чтобы отправиться на проверку, которую планировал провести вечером. Все одно не сосредоточиться ни на чем другом.       «Я бы и был рад, Поттер. Или ты думаешь мне интересно быть запертым в разуме рептилии?»       — Рептилии? — мысленно переспросил Гарри, кивая в знак приветствия прошедшему мимо Перси и спускаясь вниз по ступеням в Отдел Тайн. — Ты меня с собой не путаешь, хладнокровный?       «Я? Да ни разу. Рептилия здесь только ты. У тебя интересы только пожрать, поспать да пострадать о собственной несчастной судьбинушке. А, ну теперь еще и трахнуть Малфоя. И послушай моего совета: лучше это сделать пока он не нацепил на себя эту дурацкую мантию невыразимца. Все желание отобьет».       — Я не спрашивал твоего совета, — Гарри покачал головой, улыбнувшись заметившей его жест сотруднице, спешащей мимо с горой документации. Не к нему бы только… Нашел с кем разговаривать, сплошное издевательство и провокация. Продолжая игнорировать лорда, спустился на лифте вниз.       — Все спокойно? — поинтересовался он у аврора дежурившего у дверей.       — Да, сэр, — кивнул юнец в ответ, чуть ли не в рот смотря начальнику, едва не заставив того поморщиться. Осточертело.       И смешок лорда в голове состояния не облегчал. Потому что да, где-то Волдеморт прав. На такой работе тупеешь. Хотя казалось бы, работаешь мозгами. А может, именно поэтому? И ему стоит в кой-то веке взять отпуск и как следует отдохнуть? Не пойдет же все без него прахом?..       Откуда-то слева послышался грохот и, кажется, даже взрыв.       Или пойдет…       Раздраженно прикрыв глаза, Гарри повернулся на каблуках и, взмахнув полами мантии, помчался на звук.       — Что за чертовщина у вас тут творится?! — рявкнул он, влетев одну из залов Отдела Тайн.       Помещение затянуло тяжелым темным дымом, из которого проступили два силуэта, заходящихся кашлем.       — Было же написано: НЕ ВХОДИТЬ! — послышался неожиданно тонкий голос одного из невыразимцев.       Другой фальцет пытался оправдаться, но не мог связать толком и пары слов.       Взмахом палочки Гарри разогнал дым, не обращая внимания на то, что воздух вокруг начал искриться от малейшего воздействия.       Старший Невыразимец и один из его молоденьких авроров. Только-только после Хогвартса. Отлично. Просто отлично. Только этого ему не хватало.       Сколько он получит в Азкабане за два непростительных?       — А у вас тут весело, я посмотрю, — послышалась усмешка за его спиной.       Три непростительных. Три по три. Не меньше.       — Не веселее, чем в Хогвартсе, — как можно невозмутимее заметил Гарри, не оборачиваясь к Драко, разжимая стиснутые кулаки. — Мистер Смит, когда наведете порядок, покажите мистеру Малфою его рабочее место.       С этими словами буквально схватил аврора за шкирку и потащил прочь, не желая даже слушать, что ему скажут: что один, что другой. Боялся не сдержаться. Удивительно, что Риддл смолчал. Уснул что ли?       «Во-первых, я не сплю. Во-вторых, не называй меня Риддлом!» .       — Могу звать Томасом, — мысленно усмехнулся Поттер, стремительно шагая по коридору.       «Я — Волдеморт!» — возмутился лорд, категорически возражая против подобной фамильярности.       Но Гарри это было безразлично. Прочитав подчиненному лекцию о поведении в отделах министерства и особенно Отделе Тайн, он устало вздохнул и отправился назад, в кабинет.       Ну, и какой тут может быть отпуск? Вот когда воспитает новые кадры…       — Гарри!       Распахнутая за спиной дверь чуть не грохнулась о стену, заставив главу аврората почти до хруста сжать в пальцах бокал, который хотел наполнить водой.       Ладно воспитание кадров, научить бы всех стучаться…       — Что такое, Гермиона? — устало поинтересовался он, чуть поведя головой в сторону подруги.       — Малфой! — сходу обозначила та причину визита, врываясь внутрь помещения. — Что он делает в министерстве? В Отделе Тайн, Гарри!       Не скрывала она давней и, чего уж скрывать, справедливой неприязни к выпускнику Слизерина.       Вряд ли Малфой не ответил бы ей взаимностью.       — Очевидно, работает, — заставил он себя отозваться как можно более расслабленнее. Развернувшись, присел на край стола, глотнув воды. Жажда в последнее время все никак не отступала. Стоило бы наладить питание.       «Жрешь всякую гадость…» — проворчал лорд, но Гарри только отмахнулся.       — Это не смешно, — встала Гермиона в позу. И он, отчасти, мог понять ее возмущение, вспоминая о том, что было. — Это же Малфой.       — Верно. И как любой другой, он заслуживает еще одного шанса, — все же возразил Гарри, вспоминая то немногое, что говорило в пользу бывшего врага.       «Жопа-орех в узких брюках вполне говорит в его пользу, согласен», — усмехнулся Волдеморт в его голове, заставив Гарри мысленно закатить глаза.       — Еще один шанс не равно мгновенный доступ к Отделу Тайн, Гарри, — резонно заметила молодая женщина, поджав губы. — Впереди праймериз, общественность может не оценить.       — Общественность оценит милосердие и всепрощение, — не менее резонно отозвался Поттер под удовлетворенный хмык в своей голове. — Для многих война закончилась, Миона.       Точно подводя теме итог, он оттолкнулся от столешницы и уселся в кресло, открывая первую попавшуюся папку.       — Посмотрим, сможет ли он принести пользу, и тогда будем решать: место ему в отделе или нет, — резюмировал он.       — Как скажите, господин министр, — хмыкнула она, словно уже примеряя на него ту роль, что пока ему не досталась. Но не сдержав ни усмешки, ни сарказма.       Они еще оставались собой, и это не могло не радовать. Даже если приходилось делать вид, что все совсем иначе.       — Передавай привет Рону, — бросил он вслед прежде, чем дверь за ее спиной закрылась.       Гарри не сдержал очередной вздох, вспоминая деньки, проведенные вместе в Хогвартсе. Порой, когда он выныривал из водоворота дел и проблем, связанных с ней, ему безумно не хватало друзей, непринужденного общения и… да, нарушения правил и выходок, некоторые из которых до сих пор приятно было вспомнить.       С Роном, после развода с Джинни, вообще как-то не заладилось. Хотя разошлись они тихо. Без скандалов. По обоюдному согласию. Просто разные. Просто не подходили друг другу.       «Ага», — усмехнулся лорд, — «Первичными половыми органами не сочетались. Тебе девичьи не особо подходят».       Не сдержав стона, Гарри обессиленно уронил голову на столешницу.       — Заткнись уже, — попросил он. Постоянное присутствие постороннего в голове порой начинало сводить с ума. То ли дело прежде, когда они соприкасались лишь иногда… Необходимо было расслабиться, побыть в одиночестве, как и любому другому человеку, но, увы, с недавних пор подобная роскошь стала ему недоступна. — Или хочешь остаток дней созерцать белые стены?       «Лучше белые стены, чем стены твоей холостяцкой квартиры», — фыркнул Риддл, брезгливо проворчав: — «Или, тем более, Норы».       Гарри показалось, что еще немного и глаза у него закатятся до щелчка. Куда-куда, а в Нору ему ход был заказан, конечно.       — И откуда такие барские замашки у человека, который десять с лишним лет шатался по албанским лесам и еще по хрен знает каким канализациям, вот чего я не понимаю? — устало отозвался Гарри, дотянувшись до портсигара, чтобы искоркой запалить сигарету и жадно затянуться.       К счастью лорд промолчал в ответ на риторический вопрос и словно бы оставил Поттера в покое, не вспоминая до конца рабочего дня, когда они неожиданно столкнулись с Драко, намереваясь одновременно войти в лифт.       — Может, попробуем по очереди, — предложил Гарри, устало огрызнувшись.       Поджав губы, Малфой раздраженно откинул собранные в хвост белоснежные волосы за спину, но все же кивнул, отступив на шаг, пропуская главу аврората вперед.       Все чудастее и чудастее, как было сказано в одной магловской сказке. И не оставаясь в долгу, Гарри придержал дверь, позволяя Малфою войти следом. Ну не шарахаться же им теперь друг от друга, в самом деле…       — В министерстве лучше смотреть по сторонам, — позволил он себе дать совет. — Не все это делают. К несчастью.       — Затопчут? — усмехнулся Малфой, казалось, чуть устало и даже нервозно.       «Оттрахают», — промурлыкал Риддл в голове Гарри, вызывая у последнего желание побиться головой о металлическую стену лифта.       — Сбить с ног — легко могут. Днем тут все куда-то спешат, — ответил Гарри не глядя на собеседника, боясь выдать свои реакции на вторжение в его разум темного лорда.       — Учту, — дернул слизеринец уголком губ, чуть прикрывая глаза, как показалось Гарри, скользнув по нему изучающим взглядом, отчего самого Поттера неожиданно бросило в жар.       Проклятье! И откуда у него подобные мысли, подобные желания? Ведь в одном Гермиона совершенно права: это — Малфой!       — Только вякни что-нибудь про его задницу, — предостерег он мысленно Волдеморта с его дурацкими намеками.       К счастью, лифт остановился. Драко не спешил, — пропуская начальника аврората вперед — и Гарри не заставил себя ждать, не задерживая случайного попутчика.       «Ну, я уверен, там и передница тоже ничего», — хмыкнул лорд, внезапно терпеливо дождавшись, пока Гарри преодолеет минимум половину пути до выхода, прежде чем… подкинуть в его разум образы обнаженного Малфоя с точеным телом, обманчиво хрупкого, но только коснись и под этой алебастровой кожей окажутся стальные мышцы.       Вот же… Он невольно замедлился, и успевший нагнать его, Драко налетел на Поттера сзади. Растянувшись на надраенном мраморном полу, Гарри не сдержал бранное словцо, и не столько от досады, сколько от звука битого стекла. Впрочем, думать об очках было некогда. Он попытался вывернуться из-под падающего Драко и оказался с ним лицом к лицу.       Твою мать!       Казалось, удар добрался до него только сейчас, и из глаз посыпались искры. А еще… Еще, кажется, что-то хрустнуло. То ли чересчур сжатые челюсти, то ли палочка в кармане под крепкими бедрами Малфоя, то ли самообладание.       — Ну просил же смотреть по сторонам, — пробормотал Гарри, устроив ладони на бедрах блондина. Он хотел его с себя скинуть! Но в итоге так и замер.       — Хотите сказать, это была проверка? — кажется чуть растерянно выдал Малфой, впрочем, не торопясь освобождать Поттера от тяжести своего тела, как и бить по рукам, что точно сами по себе медленно поползли выше. Бесконтрольно. Не в силах остановиться. Отказать себе в этом… удовольствии?       Блять!       «О-о-о… в твоем подсознании ещё какая… Так и хочется намотать эти волосы на кулак и отодрать его как следует, правда?»       — Что? — даже мысль эта прозвучала как-то изумленно тихо. Гарри тупо моргнул, осознавая. — Риддл!       «Оу, извини, я до твоего подсознания просто быстрее добираюсь, чем ты сам».       Смех лорда в голове был словно ковшом ледяной воды за шиворот.       — Не ковыряйся там! — возмутился Гарри мысленно. С едва слышным рыком буквально скинул с себя Малфоя, подскакивая ноги.       «Да больно мне нужны эти авгиевы конюшни из психотравм, комплексов и синдромов разной степени тяжести».       Оставив Малфоя, так и не получившего ответа, на каменном полу, Гарри зло шагал к выходу, припомнив лорду, кто виноват в большинстве этих травм. Это все началось с него! Именно с него и никого больше.       Созерцать стены пустой квартиры ему нравилось не больше, чем Волдеморту, а потому Гарри направился в ближайший бар, чтобы пропустить стаканчик после тяжелого рабочего дня.