Больше чем братья

Ханыль забрали из детдома. Счастью маленькой девочки не было предела. Ей сейчас десять. И все эти десять лет она провела в детском доме. Её мать умерла при родах, а отец, не выдержав смерти любимой жены, спился и оставил девочку в роддоме. — у тебя будут трое старших братьев. — радостно заявила женщина, которая по документам теперь является матерью Ханыль. — они тебе очень обрадуются. Всю дорогу, отец и мать рассказывали о братьях, и причитали о том, как же Ханыль похожа на них. Тёмный цвет волос и глаз, утонченные черты лица и правда походили на черты лица отца и матери. Отдаленно, но всё-таки. Их дом находился загородом. Рядом была школа, детский сад, в общем, все что нужно было этой большой семье. — малышка, но давай договоримся, — внезапно тон матери стал серьёзнее — ты не будешь говорить о том, что ты омега? Скажем, что ты бета? — хорошо, как скажете. — спокойно ответила Ханыль, разглядывая вид из окна. — вот и славненько. Ты и правда очень хорошая девочка, как о тебе и говорила директриса. — пролепетала мать. Отец в целом был молчалив, лишь изредка поддакивал словам жены. Ханыль уже начинала ёрзать на сидении от волнения. Какими будут её братья? Интересно до жути! Наконец, машина остановилась перед калиткой большого дома. Все было в светлых тонах, с небольшими участками темных цветов. Выглядело очень гармонично. Отец попросил мать и Ханыль выйти из машины и идти в дом, пока он поставит машину в гараж. Было заметно, как в их паре царила любовь и гармония. Они явно были истинными друг для друга. Это было заметно. — мальчики, а ну бегом сюда! — крикнула мать. Послышался топот со второго этажа. На лестнице показались три парня. — смотрите, кого мы с отцом привезли! — радостно заявила женщина, наклонившись к Ханыль и приобняла её за плечи. — это Ханыль, ваша сестрёнка с этого дня. Девочка начал заметно нервничать. Опустила взгляд и начали переминаться с ноги на ногу. — сколько тебе? — первым подошёл Техён — самый старший из них. Ему было семнадцать. Парень сел на корточки перед девочкой. — мне десять. — тихо выдала Ханыль. — не нервничай, все хорошо! — мать усмехнулась и потрепала омегу по голове. — пока знакомьтесь, я пойду переоденусь и начну готовить. Как отец зайдёт, скажите, чтобы показал Ханыль её комнату, а потом ко мне на помощь. — сказала женщина, уже из комнаты. — мы сами покажем ей, мам — крикнул ей вслед средний брат — Чимин. Ему было шестнадцать. — окей! — сказала мать, выходя из комнаты в домашней одежде. — пойдём. — Чимин улыбнулся и протянул девочке руку. Ханыль колебалась какое-то время, но взяла парня за руку. — смотри-ка, Чимин, как её рука отличается от твоей. — с интересом сказал Чонгук, самый младший из братьев. Ему пятнадцать. Все посмотрели на маленькую ручку девочки и усилились, издав характерное «авв». — это у него рука большая просто… — буркнула Ханыль, чем вызвала волну смеха у парней. — как скажешь. — с улыбкой сказал Техён и повел всех на второй этаж. Вскоре перед девочкой распахнулась дверь. Светлая комната предстала перед малышкой. — вау… — пробормотала девочка, оглядывая помещение. — нравится? — Чонгук наклонился к девочке с улыбкой. — я помогал родителям выбирать цветовую гамму и мебель. — ага, а потом все остальное делали мы. Да, Чон Чонгук? — старший пнул брата под зад, из-за чего младший альфа не удержал равновесия и упал. Чонгук кинул злобный взгляд на Тэхена, но увидев, что малышка хихикает, успокоился. — потом за это ответишь. — процедил младший, сузив глаза. Чимин усмехнулся. — боже, как дети. Успокойтесь. — усмехнулся средний, все также держа, теперь уже, сестру за руку. Оба альфы закатили глаза, но успокоились. — это теперь только моя комната? Действительно? — Ханыль повернулась к парням, и выглядела очень счастливой. — ага. — кивнул Техён. Видя как малышка улыбается, сам не мог сдержать улыбку. Ханыль в очередной раз огляделась и засмеялась. — прекрасно! — крикнула девочка и плюхнулась на кровать. — а кровать гораздо мягче чем в дед доме. — подметила Ханыль. — все спускайтесь вниз! Ужин готов! — крикнула мать с первого этажа и все помчались в столовую. Ханыль, уже меньше чем за месяц, стала полноценным членом семьи. Это отчасти было из-за того, что уже были морально готовы к пополнению. Трое альф, хотели себе младшего, не только для того, чтобы выплескивать на него всю свою заботу, (на друг друга как-то им не комильфо) но и прикрыться от нежеланных прогулок можно. Почему же мать не родила своего? Организм омеги-матери сильно истощился после рождения трех альф, буквально подряд. Теперь, она в целом не сможет забеременеть. Хотя в свои-то тридцать семь, выглядит на все семнадцать.

Прошло три года До смерти родителей два года

Ханыль четырнадцать. Тэхен и Чимин съехали, как только поступили, и теперь стараются приезжать каждые выходные, если то позволяет расписание. Чонгук пока жил с родителями, но скоро выпуск и младший альфа уже искал нужное учебное заведение. — малышка, все хорошо? Может сегодня не пойдём никуда? — мать сидела подле кровати девочки, смотря как та, держась за живот, корчится от боли. — ты же перед завтраком блокаторы выпила… Как же так… Мать погладила Ханыль по голове, что немного отвлекло девочку. — м-мам… Думаю… Да… — промямлила омега, понимая, что сил нет даже на эти пары слов. Мать цыкнула. — сегодня Чонгук тоже дома остается… — женщина задумалась. — блокаторы нельзя пить как минимум следующие два часа. Если боль будет невыносимая, то звони, или пиши мне. Я отпрошусь с работы и мы сходим к врачу. Ханыль кивнула. Она помнила, что представилась как бета. Откуда у беты течка? Зачем бете блокаторы? Это было тяжело. Мать оставила в комнате у девочки пару упаковок и ушла на работу. Не прошло и двадцати минут, как в комнату к девочке постучал Чонгук. Он явно беспокоился за сестру. — эй, Ханыль. — парень приоткрыл дверь и просунул в щель только голову. — ты как? Мама сказала, что у тебя сильно живот болит. В нос ударил запах цедры. Странный, но очень манящий. Альфа жадно втянул запах носом, пытаясь осознать, что черт возьми происходит? Заметив, как сестра хнычет от боли, и блокаторы на столе возле кровати, пазл подозрений собрался. Парень подскочил к столу и достал две таблетки, после чего, быстро просунул в рот Ханыль. Запах прекратился. — ты омега? — чуть погодя, спросил Чонгук. Он опустился на колени у изголовья кровати, дабы оказаться на одном уровне с сестрой. Девочка хмыкнула и отвернулась, накрывшись с головой одеялом. — я повторяю, ты омега? — более напористо спросил парень, пытаясь аккуратно убрать одеяло с головы Ханыль. У него это получилось, и ему открылся вид на заплаканное лицо сестры. — да — тихо сказала девочка, пытаясь не разреветься. — почему нам говорили, что ты бета? — Чонгук не отступал, надеясь узнать как можно больше. — об этом кто ещё знает? — мама сказала, что так будет лучше. Просто, чтобы перестраховаться. Знаем об этом только я и родители. Ну, теперь ещё и ты… — Ханыль присела на кровать, отодвинувшись подальше от альфы. — мать никогда не была консервативной… Почему она сказала тебе притворится бетой? — Чонгук придвинулся ближе, стараясь заглянуть в глаза младшей. — просто для подстраховки. На всякий случай. — тихо сказала омега, утыкаясь лицом в колени. Чонгук блуждал глазами по этому скукоженному тельцу, словно это могло дать ответы на все его вопросы. — ладно тебе… Неважно кто ты, бета, омега или альфа, моё… Нет наше отношение к тебе не изменится. — альфа сел ближе к Ханыль и погладил её по голове. Девочку это явно не успокоило. Рваное дыхание начало учащаться. Омега подняла голову и посмотрела на брата заплаканными глазами. Чонгук, без лишних слов, прижал Ханыль к себе, надеясь успокоиться. Омега заревела сильнее. Непонятно почему, но эмоции вырывались наружу. Только спустя минут пять, Ханыль попыталась отстраниться, уперевшись руками в грудь Чонгука. — все. Отпусти меня. — буркнула омега. Чонгук выполнил её просьбу. Он молча смотрел, как девочка утирает последние слёзы. — выйди из комнаты. — сказала омега, несмотря на парня. — почему? Что случилось? — обеспокоенно спросил альфа, оглядывая сестру. — все нормально. Просто уйди. — Ханыль шмыгнула носом и легла на кровать, спиной к двери. — хотя стой. — Чонгук повернулся и с надеждой улыбнулся. — никому не говори. Теперь все. Альфа кивнул и вышел. Конечно он послушает сестру и не будет говорить старшим братьям. Пока что.

Прошло пару часов

Ханыль спустилась со второго этажа. В гостиной сидел Чонгук. Пройти мимо него тихо — вот чего сейчас хочет омега. Аккуратно пройдя на кухню, девочка открыла холодильник. Взяв необходимые продукты, омега закрыла дверцу. — есть хочешь? — спросил Чонгук. Он стоял за дверцей холодильника. Его стало видно, только после того, как дверцу закрыли. Ханыль вскрикнула и чуть не уронила палку колбасы. — ч-чёрт! Чонгук! — омега отпрыгнула. — ты… Почему ты так тихо ходишь?! — да ладно тебе. — усмехнулся парень. — пропущу мимо ушей твоё ругательство, потому что напугал тебя. Омега закатила глаза, улыбаясь. Ханыль повернулась к столешнице и начала готовить себе бутерброд, чтобы хоть что-то поесть. — а мне можно? — альфа подошёл сзади, пока Ханыль доделывала свой перекус. Девочка вздрогнула и от неожиданности и ткнула локтем альфе в живот. — Чон Чонгук! Прекрати меня пугать! — возмущалась Ханыль. Парень усмехнулся. — чего ты такая дерганная? Из-за течки? — парень с интересом смотрел на омегу. Та отвела взгляд. — наверное… — Ханыль посмотрела на бутерброд, что только что сделала. — ты хотел? Возьми. Я себе ещё один сделаю. — девочка отвернулась. Омега приступила к повторению недавних действий. Что-то в альфе хотело снова ощутить тот запах цедры. Когда Ханыль пугалась, этот запах начинал быть чуть заметным. Этот запах буквально пробирался в самые укромные места сознания и оседал в душе. Чонгук приобнял девочку за талию, прижимаясь к её спине. Альфа уткнулся носом в шею омеги, что заставило девочку вздрогнуть. — что ты делаешь… — руки Ханыль начали едва заметно дрожать. Омега была напугана. Чонгук вдохнул запах цедры. Такой терпкий и пьянящий. Такой… Приятный… Заметив дрожь в руках девочки, он быстро отошёл. — извини. Просто твой запах очень приятный. Я подумал ничего такого… — альфа виновато улыбнулся и почесал затылок. Ханыль положила свой бутерброд на тарелку и буквально умчалась в свою комнату. Омега быстро закрыла дверь в спальню. Девочка поставила тарелку на стол и села на кровать. Аппетит пропал совершенно. Желание есть сменилось на страх. Парень, которого она принимала за старшего брата, буквально обнюхал её и сказал что запах приятный. Это…пугало… Спустя ещё пару часов приехала мать. Она отпросилась с работы пораньше, чтобы отвести Ханыль к врачу. — малышка, я дома! — сказала женщина, пытаясь открыть дверь в комнату дочери. Поняв, что дверь закрыта, мать забеспокоилась. — Ханыль? Все в порядке? — спросила женщина, постучав в комнату. Дверь открылась. Омега выглядела понуро и устало. — да, все нормально мам. — девочка слегка улыбнулась. — сколько раз говорить, не ешьте в комнате! Вся спальня пропахла колбасой! — причитала мать, проходя в комнату к окну. — так ты даже бутерброд не съела! Что такое? — мам… — м? — Чонгук узнал что я омега… Мать замерла. Ханыль опустила голову и рвано вздохнула. — как только ты ушла, он пошёл ко мне в комнату и… — что он с тобой сделал? — мать кажется разозлилась. Женщина подлетела к омеге, смотря на неё. — он почувствовал мой запах, заметил блокаторы… Он подбежал к таблеткам и дал их мне. После чего, он уточнил, точно ли я омега. Мне пришлось ответить… Прости… — Ханыль шмыгнула носом. — главное, что ты в порядке… — облегчённо вздохнула женщина. — он сказал остальным братьям? — мать обняла девочку. — я попросила не говорить, но не знаю… — омега подняла взгляд на мать. — иди одевайся, а я пока пойду поговорю с ним. — женщина улыбнулась и погладила дочь по голове. Ханыль кивнула и пошла к шкафу.

У Чонгука

Парень сидел за столом и писал конспект. Послышался стук в дверь. — да? — не отрываясь от писанины, сказал альфа. — Чонгук, нам надо поговорить. — строгий голос матери оторвал его от дел и заставил взглянуть на источник звука. — да, мам? — Чонгук сделал руки в замок и положил на бёдра, с интересом глядя на женщину. — ты ничего не делал с Ханыль? — мать сузила глаза, пристально глядя на сына. — я узнал что у она омега и, самое главное, у неё течка. Почему ты скрывала? — не уходи от темы. — нет, мам. Я ничего не делал. — на выдохе сказал альфа. — я лишь успокоил её. Похоже она чувствует вину за то, что раскрыла тот факт, что она омега. — я сделала это ради её безопасности. — ответила на вопрос сына женщина. — я не могла предугадать вашу реакцию на её течку, так что все это время мы с отцом это старательно скрывали. Я вам верю. Правда. Но инстинкты могут взять верх. Понимаешь это? — мать явно чувствовала свою вину. Все же, она заботилась о дочери. Её понять можно. Но поступок тоже специфический. — я… Понимаю… — альфа вспомнил свою поступок на кухне, что сильно напугал сестру. — думаю у нас больше нет вопросов друг к другу? — усмехнулся Чонгук. — пожалуй да. — улыбнулась мать. — только не говори братьям. — на выходе сказал женщина. Чонгук кивнул и вернулся к конспекту. Ханыль стояла у выхода из дома. Заметив мать, девочка убрала телефон в карман и улыбнулась. — поехали — с улыбкой сказала мать.

***

— д-да что такое вы говорите! Ей четырнадцать! — мать негодовала. В какой-то степени, она была растеряна. Глазами она металась по кабинету, словно где-то здесь должен был быть ответ. — к сожалению, это так. — кивнул врач. — ей нужен альфа. Иначе болезненная течка не прекратится. Здесь ещё играет роль то, что она ранняя девочка и то, что она с ранний лет пьет блокаторы. Не нужно именно соитие. Достаточно феромонов. Тут и не любой альфа подойдёт. Нужен именно истинный. Мать закрыла лицо руками. Издав тихий, но полный отчаяния стон, женщина посмотрела на Ханыль. На девочке не было лица. — ну и что теперь делать, малышка? — женщина явно была расстроена, не меньше девочки. — не знаю… — омега опустила взгляд. — альфу искать не обязательно. Течка так и будет болезненной, но в целом на состояние здоровья не повлияет. — пытался успокоить их врач. — а я не хочу чтобы моя дочь страдала! Ну, значит будем искать… — мать горько усмехнулась, уже чувствуя, как же будет нелегко. Врач усмехнулся настрою женщины. Вскоре, омеги поехали домой. Настроение в машине стояло ужасное. Даже мрачное. Мать буквально вцепилась ногтями в руль. Наверное даже следы останутся…

Дома

Отец уже приехал с работы и начал готовить ужин, к приезду жены. На кухне оседали ароматы жареного мяса, риса и овощей. Отец если и готовил, то готовил что-то простое. Как, например, жареное мясо с рисом и овощами. — мы дома! — крикнула мать, снимая обувь. — я занят ужином. Можешь пока отдыхать! — крикнул отец с кухни. — хоть что-то хорошее за сегодня… — вздохнула женщина и пошла на кухню. — иди пока к себе, малышка. — мать повернулась к Ханыль и улыбнулась ей. Омега кивнула и пошла в свою комнату. Несчастный бутерброд до сих пор стоял в спальне. Запах колбасы все ещё присутствовал в комнате, несмотря на настежь открытое окно. Желание есть совершенно не было. Ханыль отнесла тарелку на кухню и быстро вернулась в комнату, надеясь не пересечься с Чонгуком. Желание почти сбылось. Она вернулась и не пересеклась с братом. Только вот он сам пришёл. — привет. Ты не будешь против, если я зайду? — парень просунул голову в щель между косяком и дверью. — д-да, заходи. — отказывать Чонгуку только из-за отсутствия настроения не хотелось. Может он поможет это исправить? — что врач сказал? — альфа сел на самый край кровати. Омега замерла на пару мгновений, а после посмотрела на пол. — моя течка будет очень болезненной, пока не появится истинный. — выдавила Ханыль, обнимая свои колени. — в смысле? — у Чонгука проскочила шальная мысль о том, что нужно чтобы с ней кто-то переспал. Если его догадка верна, то представлять реакцию матери даже страшно. — ну… Достаточно феромонов истинного для того, чтобы уменьшить боль. — альфа выдохнул. Но все же, одна эта мысль об истинном уже как-то странно влияла на Чонгука. Неужели он… Ревнует? — феромоны? Серьёзно? — усмехнулся парень. — ну знаешь, стабильно, неделю в месяц страдать от ужасной боли, такое себе удовольствие. — возмущалась Ханыль, посмотрев на альфу. — извини. — спокойно сказал Чонгук, слегка улыбнувшись. Омега тут же отвела взгляд, заметив мягкую улыбку парня. Странное чувство играло где-то в желудке. — кстати, после завтра Чимин с Тэхеном приедут! — радостно заявила альфа, ожидая реакции девочки. — оба? Это хорошо… — омега слегка улыбнулась, положив голову на колени. — я думал ты обрадуешься. — усмехнулся Чонгук. — я рада, просто сил нет… — Ханыль вздохнула. Парень подсел ближе, чтобы слегка приобнять. Он положил подбородок на колени сестры, тем самым вытесняя голову хозяйки коленей. — тебе нужно хорошенько покушать. — улыбнулся альфа. — за ужином не смей халтурить! — Чонгук тихо хихикнул. Ханыль посмотрела на парня, не понимая, что в нем поменялось… Словно он, хоть и немного, но изменился внешне. Он стал чуть красивее… Возможно девчушка давно не смотрела на его лицо так близко. — я постараюсь. — уголки губ слегка дрогнули, стараясь не пополсти вверх слишком быстро. Альфа чуть приподнял голову с коленей девочки и чмокнул её в нос. — пойдём вниз, ужин уже готов, судя по запаху. — улыбнулся Чонгук, вставая с кровати. Омега кивнула и тоже встала, плетясь к выходу. Как же не хочется, чтобы секрет узнали и старшие…