Вальс созвездий

      Сидящая на краю уступа Люмин отводит взор от синевы ночного неба и вытягивает вперед руку. В её ладони тут же вспыхивают десятки звезд, что складываются в созвездия. Девушка поднимает руку и смотрит то на звезды в ладони, то в небе. От созерцания небесных светил её отвлекает внезапный шорох, раздавшийся совсем рядом. Это Дайнслейф опустился рядом с ней. Люмин поворачивает голову к нему, но, наткнувшись на внимательный взгляд, опускает глаза. Она успевает заметить, как близко он сел к ней. Чуть наклониться, и она сможет положить голову на его плечо.       — Что ты делаешь?       Вопрос Дайна кажется слишком громким в образовавшейся тишине. Люмин отворачивается и обращает свой взор к небу. Звезды. Её окружают звезды. На небе, в руке, даже в глазах Дайна. Быть может, поэтому он так полюбился её сердцу?       — Ищу созвездия из нашего мира.       — А разве могут ваши созвездия быть в нашем мире?       — Не знаю, я ещё ни одного не находила.       Этот короткий разговор заканчивается кивком Дайна. Повисает тишина, но никто из них не спешит её прерывать. Мужчина молчит, а девушка ведет плечами и возвращается к рассматриванию звезд. Люмин водит руками из стороны в сторону, сосредоточенно хмурится, но не видит ничего, что могло бы быть похоже на созвездие родного неба.       — И в Тейвате, похоже, тоже не найду, — маленькие светила в ладони пропадают, а путешественница ставит обе руки за спину. — Знаешь, небо здесь странное. Луна всегда полная, и по двигается только она, а звезды остаются на одном и том же месте.       Компаньон поднимает голову вверх и молчит. Он всматривается в движение луны и звезд, чтобы самому убедиться в этом. Люмин пользуется этим, чтобы повернуть голову и посмотреть на Дайна без стеснения. У него острые черты лица, немного взъерошенные и довольно длинные пшеничные волосы, но не это так привлекает девушку. Его глаза — вот что её так цепляет. Удивительные голубые глаза со зрачками в виде звезд. Поначалу кажется, что они всегда смотрят серьезно и отстраненно, но Люмин знает, что это не так. В них появляются веселые искорки, когда он наблюдает, как она, словно ребенок, перебегает от одной находки к другой. Когда они оба находят что-то неизвестное, Дайн смотрит заинтересованно. Будто он хочет тут же изучить всё вдоль и поперек.       Но что Люмин запомнила, кажется, навсегда — волнение и ярость. Волнение за неё и ярость на напавших гончих Разрыва. Тогда девушка только-только лишилась своих сил, а творения Рэйндоттир были практически везде. Люмин пыталась защититься, но всё же досталось ей сильно. Пожалуй, тогда Люмин поняла, что человек, с которым она путешествует, удивителен.       — Они всегда такие были, — наконец долгое молчание прерывается, и путешественнице приходится поспешно отворачиваться.       — Выглядят искусственно.       — А в твоем мире, значит, по-другому было?       — Было. И жили мы по-другому, — в голове мелькают кусочки воспоминаний, но лишь одно становится достаточно четким, чтобы озвучить его. — Помню, как мы с Итэром впервые попали на бал. Огромный светлый зал, множество людей в изящных одеждах. Кто-то вел беседы, а в центре зала танцевали, знакомились и влюблялись.       — В Каэнри’ах тоже такое было, — Дайнслейф вдруг поднимается с земли. — Если повезет, даже что-то вспомню.       Люмин не сразу понимает, почему её компаньон может помнить подобное, но она быстро соображает, что Дайн был капитаном королевской стражи. Должность высокая, а значит он точно посещал подобные мероприятия. Мужчина вдруг протягивает ей руку и позволяет себе приподнять уголки губ в улыбке.       — Потанцуешь со мной?       Три простых слова отчетливо врезаются в сознание девушки. Она даже сомневается, что ей это не послышалось, но протянутая рука компаньона доказывает обратное. Тогда улыбается, поднимаясь с земли, Люмин.       — С удовольствием.       Она легким движением отряхивает подол платья и берется за протянутую руку. Дайнслейф аккуратно притягивает её себе и кладет правую руку на лопатку, а девушка опускает руку на плечо. Люмин старается не слишком сильно сжимать ладонь Дайна, но его близость заставляет сердце сбиваться с привычного ритма.       — Расслабься, — кажется, с силой она всё-таки перестаралась. — Ты всегда можешь отказаться.       — Нет, давай потанцуем. Пожалуйста.       Дайнслейф кивает, делает шаг вперед, а Люмин не успевает отвести ногу назад. Девушка ойкает, а Дайн извиняется. Поначалу танец выходит неловким — партнеры то и дело наступают друг другу на ноги, пытаясь подстроиться к шагу друг друга, а извинения сыпятся каждые несколько секунд. Дайн неловко отводит глаза, а Люмин поджимает губы, но никто из них не торопится прекращать.       Шаг, шаг и поворот — всё выходит не идеально, но хорошо, и девушка не может сдержать улыбки и веселого смешка. Дайнслейф переводит взгляд на неё и тоже улыбается, а Люмин вдруг понимает, что не может отвести глаз. В их движениях появляется уверенность и легкость. Им даже не нужна музыка. Шелест ветра в траве, далекие крики ночных птиц и стрекот сверчков заменяют им мелодию.       Шаг, шаг, и Дайнслейф прокручивает её под своей рукой, а после мягко притягивает её к себе. Люмин может лишь пораженно выдохнуть. Сейчас её компаньон выглядит таким умиротворенным, и улыбается он не только губами, но и волшебными глазами. Девушка прижимается к нему и расслабляется в его руках, позволяя вести себя.       Рука в руке, глаза в глаза. Сейчас они близки как никогда, и от этого учащается дыхание и сердцебиение, а вместе с этим и скорость танца. Поворотов становится больше, и звезды на небе сливаются в размытые линии. Тогда Люмин сосредотачивает всё своё внимание на звездных зрачках.       Поворот, и Дайн вдруг наклоняет её, перехватывая за талию, а сам почти нависает сверху. Девушка, кажется, перестает дышать на несколько секунд. Они смотрят друг на друга, и Люмин замечает, что на вечно бледных щеках мужчины вдруг проступает едва заметный румянец. Рука на плече поднимается выше, касается его щеки и мягко оглаживает. После быстрых поворотов её движения кажутся слишком медленными, но Дайн и не думает её торопить.       Она тянется к нему, и уже тогда он поднимает её и касается её губ своими. Люмин обнимает его за шею и поднимается на носочках, не веря, что это правда происходит. Дайнслейф — человек, с которым она только что была товарищами по путешествию — сейчас с трепетом прижимает её к себе и целует. В груди щемит от нежности, и девушка не может сдержать влюбленную улыбку. Мужчина отстраняется от поцелуя, но молчит. По глазам путешественница понимает, что он думает, что сказать. Тогда она первая заговаривает:       — У нас танец было принято заканчивать поклоном, а не поцелуем. Но, думаю, я могу сделать исключение для тебя.       Дайнслейф довольно фыркает и позволяет себе коснуться её волос. Люмин тянется к его руке и прикрывает глаза, чтобы насладиться его поглаживаниями.       — В таком случае, могу ли я надеяться, что ты сделаешь мне такое исключение и в будущем?       — Определенно сделаю.