Место ночлега.

Зябкий вечер моросил, дождь неприятно холодил кожу, хотелось скрыться от напасти столь суровой погоды как можно скорее и быстрее, ибо столь отвратные обстоятельства не располагали к времяпровождению участников сервера на улице. Все как раз таки наоборот. Они словно коты, что ненавидят воду, убежали по домам, или же ушли глубоко в шахты, дабы переждать не погоду, а так же можно было накопать необходимых им ресурсов. Те мастера времени, что грамотно распределялись столь важным и грамотным ресурсом собственной жизни, как тот же Диамкей, что пусть и поставил себе жестокие и сложные рамки челенджа, но все же стойко переживал все невзгоды, беря от сложившихся обстоятельств максимум. Очередной раскат грома напоминает Джасту, в каком он сейчас положении. Да, конечно у него было неплохое снаряжение, но оно не спасало от тоски на душе, которой погода словно пыталась соответствовать. Потому он был мокрым до нитки, словно слепой кот, который не знал куда ему податься. Он так же понимал, что из-за того что он в лесу, а нынешняя гроза грозно намекала, что черту явно стоит наконец-то найти ночлег. Яркая вспышка грома вновь осветляет путь бесу, что понимает хотя бы примерный маршрут до спавна. Возможно, было странно то, что Джаст вообще-то является соседом снеговика, да вот только была одна загвоздка: Он чувствовал себя слишком плохо в последнее время, не желая чтобы брат о нем лишний раз беспокоился. Да и смотря на пустую, совершенно чужую теперь для него базу, после того как масочник переехал на свой отдельный остров, оставив демона буквально в одиночестве, на произвол собственных мыслей, что липкой паутиной заставляли задыхаться, постоянно уставать и думать. Много, слишком много. До боли в голове, до искусанных губ, до голоса что шептал, а потом этим же шепотом перекрывал голос разума и реальности, сводя уставший мозг с ума, вновь и вновь чувствуя вину, отвращение и отвратительную по вкусу желчь во рту, заставляя Джаста сплевывать отвратительные сгустки, которые были смешаны с кровью. Мужчина морщится, чувствуя как белые пряди липнут ко лбу. Идти на холодное, совсем чужое теперь, без брата, болота совершенно не хотелось, но вариантов, где он мог бы устроить ночлег, у беса не было. Хотя, он мог бы остаться в пещере рядом со спавном, только вот, он скорее всего простудиться. А хотя, ему это далеко не впервой. Хвост чуть дёргается от очередной порции холодной воды, вновь быстро прячась под плащ, а демон все же выходит к улицам спавна, бродя по ним, но при этом чувствуя себя не уютно. Паренька тошнило, он еле шел, а голова гудела. Видимо, он все же простудился… — Джаст! Почему ты здесь?! — Восклицает до боли знакомый голос со стороны и Джаст делает последнее усилие, дабы натянуть улыбку, да выглядеть более менее здоровым. — Ох, Альцест! Рад встрече, что ты тут делаешь, тоже интересный вопрос, ибо зная тебя, ты бы сейчас явно был бы в своем бунгало. — Да блять, такое дело, что срочно некоторые предметы понадобились, так что мне пришлось выйти в такую блевотную погоду. Собеседник черта фыркает, показывая этим все свое неудовольствие от данного положения, да и от ситуации в целом. Погода и впрямь была удачной, в конце то концов. — А ты то хуле стоишь под дождем? Почему к себе на базу не пойдешь? — Да там…там ведь буквально никого нет… Не думаю, что пока хочу туда идти. — Неловко отвечает уставший до слез на глазах мужчина, подходя ближе к названному отцу, пытаясь почувствовать хоть какое-то тепло. Грибник любезно укрывает собственного, явно не родного сына зонтом, хмуро, но явно обеспокоенно взирая на мокрые белые локоны, — Так почему же не напишешь Алфу, чтобы тот тебя навестил? Или почему к нему не пойдешь на базу? Он точно не против будет. — Спрашивает старший, смотря как сильно дрожит Джаст от ветра и сырости, понимая, что того явно нужно отдать в заботливые руки. Конечно, он, как родительская фигура, мог бы позаботиться о ребенке сам, ибо уже взрослый бесенок навсегда останется для него мелким и слишком активным ребенком, с блестящими глазами и отсутствующим одним передним, естественно молочным, зубом. — Да, я ему писал, даже ответ получил. Но смотреть... Смотреть страшно, неловко. — Честно отвечает паренёк, зябко вздыхая, чувствуя как усталость скатывается по щекам и теперь черт рад дождю, его и без того тихое слезы не так видны. — Джаст, приходи вокруг да около, и посмотри ответ. Вы оба не разлей вода, с самого детства вы липли друг к другу, словно сладкие жвачки, достаточно редко контактируя с другими детьми. У вас редкая связь, но глубокая, до жути искренняя и хорошая. Да ебаный, я никогда не видел столь сплочённых братьев, а поверь, на своем веку я многое повидал. Так что.., — Тяжёлая отцовская рука ложится демону на плечо, чуть сжимая его, пока что не тревожа паренька, давая ему время. Пока Альцест успокаивал, а не заставлял действовать, и пока, это то, что и нужно было черту. — А это не слишком сложно? В плане, ему придется жертвовать своим собственным комфортом, ради меня и… — Сложно помочь брату в беде, когда есть все ресурсы и возможности? Тогда у меня к Алфедову будет много вопросов, Джаст. Младший неуверенно смотрит на родительскую фигуру, впервые за весь только что произошедший диалог. Бывший президент неловко смеётся, чувствуя всю ту благодарность, что выражал черт только глазами, — Посмотри что он ответил. Громкий шум элитр разрезает вечернюю тишину, заставляя пару развернуться по направлению источника шума, — Не нужно. — Тихо говорит Снеговик, смотря на семью красными глазами, — Джуст, пойдем. Спасибо пап, ещё раз. — Я всегда рядом, сопляки, не зря я ваш родитель. — Улыбается Дровосек, передавая Джаста его старшему брату, у которого тоже имелся зонтик, потому с чистой совестью и ресурсами в инвентаре, грибник возвращается на собственную базу, чувствуя удовлетворение и, возможно даже гордость, за достаточно долгое время. В ту ночь он спал без кошмаров, как и каждый из них. Братья смотрят друг на друга с минуту, пока масочник не подаёт голос, — Пойдем же. И Джаст идёт, спотыкаясь, но идёт вслед за братом, пока ноги совсем не устают, а старший ласково шепчет, что они почти пришли, берет беса на руки, наконец-то, приведя его домой. На родное Мангровое болото, которое теперь не казалось столь пустым. Теперь Джаст точно не один, но все же, он спрашивает: — Останешься со мной? — Навсегда. — Обещаешь? — Клянусь сердцем.