pirates of the yellow sea

      Солнце было в самом зените, заставляя омегу прятаться в тени паруса, чтобы его нежная, непривыкшая к такой температуре кожа вмиг не обгорела. Тэхен сидит на палубе в тишине, иногда облизывая пальцы, чтобы легче было переворачивать страницы понравившейся ему книги.       Пираты занимались кто чем, неизменно лишь юнги драили деревяшки, да наблюдатель сидел в вороньем гнезде где-то высоко в небе. Это была единственная часть корабля, до которой омега еще не добрался — страшно рухнуть, все-таки.       — Эй, там, в тени, — Чонгук с улыбкой глядит на младшего, удобно устроившись около штурвала, — Подменишь меня? — Тэхен кинул удивленный взгляд на капитана, робко кивая и поднимаясь на ноги.       — Как правильно? — омега протискивается между рулем и альфой, задницей отпихивая второго подальше от себя. Капитан усмехается, но вида, что ему более, чем понравилось прикосновение задницы омеги к своему паху, не подает.       — Смотри, — Чонгук приближается обратно, лишь слегка прижимаясь к омеге, и берет его руки в свои, укладывая их на штурвал. Тэхен хихикает, когда альфа шепчет ему на ушко, — Кричи сейчас лево руля и выбирай любой градус, чтобы они знатно так испугались.       — Лево руля на сорок! — кричит омега во все горло, чтобы услышал каждый член команды, находящийся на палубе. Альфы вскинули голову на капитана, что стоял позади паренька, и, заметив кивок от него, начали выполнять указание.       Чонгук улыбнулся в затылок омеги, прижимаясь ближе, и помог ему вывернуть руль на нужный градус, слыша чужой звонкий смех. Вот, что мальчишке нужно было — почувствовать себя важным на этом корабле, а не видеть смерть да разбои.       — Выравнивай обратно, — промурлыкал альфа на ушко, перемещая руки со штурвала на тонкую талию, чтобы младший сам все сделал, без его помощи.       — Право руля на сорок! — вновь кричит омега и выворачивает руль, смеясь с реакции пиратов, что бегали перед его глазами в разные стороны, врезаясь друг в друга.       — Хосок, подмени, — скомандовал Чонгук своему старпому, утягивая омегу на нос корабля и останавливаясь аккурат перед бортиком, с которого открывался красивый вид на божественную фигуру омеги, что держит в своих руках солнце.       — Как бы мне хотелось увидеть ее спереди, — мечтательно выдыхает омега, разглядывая статую.       — Скоро увидишь, — невзначай кидает альфа и отворачивается к горизонту, пытаясь там что-то разглядеть. Тэхен вскидывает голову, с прищуром смотря на альфу и ожидая продолжения, — Мы плывем в Циндао, — признается мужчина, — Нужно сплавить товар, чтобы не занимал всю нижнюю палубу.       Тэхен вмиг мрачнеет, вспоминая вчерашний день. Его всего передергивает, и парень старается стереть полетевшие перед глазами картинки, крепко зажмурив глаза. Уж кого-кого, а пирата он больше судить не будет. Точно не на его судне, где спасение для него именно этот капитан.       — Почему корабль называется «Восходящее Солнце»? — интересуется, решая перевести тему. Это действительно важный для него вопрос, ведь в книге, которую он сейчас читает, пиратский корабль называется «Месть Королевы Анны». Автор объяснял это тем, что в то время как раз таки шла одноименная война на территории Европы.       — Потому что он был построен в Японии, — решил не таить альфа, вспоминая те деньки, когда сам участвовал в его строительстве, — Я подумал, что это отличное название для него.       Тэхен кивнул себе под нос, широко улыбаясь своей квадратной улыбкой. Все же этот капитан не такой бесчувственный, каким хочет казаться. Он привязан даже к своему судну, не говоря уже о полностью сформировавшейся команде со своей иерархией и устоями.       — Земля! — крикнул альфа с вороньего гнезда, ловко спрыгивая вниз. Тэхен поежился, боясь, что тот упадет с такой большой высоты и разобьется, — Кэп, шесть китайских кораблей плывут в нашу сторону.       — Военные? — Чонгук кинул взгляд на горизонт и посмотрел в свою подзорную трубу, поджимая губы от своих же догадок, — Ничего страшного, нам же нечего скрывать, верно? — капитан крикнул какому-то юнге, чтобы тот опустил ярко-красный флаг с флагштока.       — У вас же много украденного внизу, — Тэхен опустил взгляд, указывая себе под ноги, — Они же сейчас все проверят и арестуют вас.       — Не волнуйся, у нас есть очень замечательный клерк, — Чонгук усмехнулся, понимая, что бумаги на продажу уже давно подделаны самым умелым клерком из ныне живущих, — Иди к себе в каюту, они не должны видеть омегу на борту.       Тэхен кивнул и без вопросов отправился в свою комнату, запираясь изнутри, чтобы к нему уж точно случайно никто не забрел.       Совсем скоро к Восходящему Солнцу подплывает флагманский корабль, командуя стать на якорь. Пираты начали бодро крутить лебедку, шагая вокруг якорного шпиля, скидывая груз в воду, чтобы судно, зацепившись за дно, наконец остановилось.       С китайского корабля скидывают доски, по которым переходят несколько мужчин, одетых в традиционную военную форму.       — По какому вопросу вы аж сюда за нами приплыли? — интересуется Чонгук на китайском, протягивая руку человеку, на погонах которого было больше всего звезд.       — Пираты разбушевались, — мужчина вскинул голову вверх, вновь убеждаясь, что на флагштоке нет пиратского знамени, — Зачем вы прибыли в Циндао?       — Продать товары, как еще зачем, — капитан смеется, обводя рукой вещи, что уже потихоньку начали переносить на верхнюю палубу, чтобы потом потратить меньше времени на это, сразу же возвращаясь в море.       — Можно увидеть товарный лист? — альфа осматривается, кивая самому себе. Все мужчины перед ним уставшие, но как пираты точно не выглядят.       Чонгук кивнул и подозвал к себе клерка, в руках у которого были нужные бумаги. Офицер внимательно все проверял и, извинившись за беспокойство, вернулся на свой корабль, быстренько отплывая обратно к суше. Все же эти «моряки» не сравнятся с настоящими, ведь выходят в море только по казённой надобности.       Тэхен впервые за несколько дней устойчиво ступает ногами на не ходящую под ними поверхность, улыбаясь во все тридцать два зуба. Он смотрит на альфу, что, кривясь, выходит прямо за ним на сушу. Омега наблюдает за пиратами, что потихоньку выносят товары с судна, и ждет, пока капитан остановится рядом с ним.       Они вместе обходят судно, и омега замирает, разглядывая фигуру на носу. Такой красоты он в жизни никогда не видел, даже статуя тигра на корабле его брата не сравнится с этой.       — Отсюда до дома я доберусь сам, спасибо тебе за все, — Тэхен глядит на бронзового омегу, в чьих руках солнце, и переводит взгляд на лицо напротив, замечая, как оно искажается в каких-то непонятных ему эмоциях. Парень ждет пару минут, и, когда ответа не последовало, махнул на прощание пиратам, на пятках разворачиваясь, чтобы пойти по мостику, что ведет на выход из порта.       — Нет, — Чонгук подбегает к омеге и хватает его за предплечье, разворачивая и утягивая обратно, — Я тебя здесь одного не оставлю.       — Отпусти хотя бы помыться, — Тэхен понял, что спорить с этим альфой бесполезно, поэтому без лишних телодвижений планирует схитрить: вот Чонгук заводит его в отель; вот омега заходит в ванную; вот делает вид, что снимает с себя одежду и включает воду; вот открывает окно, чтобы выпрыгнуть прямиком со второго этажа; вот…       — Только если со мной в обнимку, чтобы не сбежал, — капитан опасно скалится, через плечо кидая взгляд на омегу, чьи планы тотчас разрушились властным голосом с хрипотцой.       Тэхен делает попытку вырвать руку из захвата, но все попытки остаются тщетными — мужчина так просто его не отпустит, сам не понимая, почему так поступает. Зачем ему лишний рот на корабле, он что, заделался нянькой для этого мальчишки?       — Пусти! — кричит омега и свободной рукой лупит альфу по руке в надежде освободиться. Чонгук даже не дергается и не говорит ни слова, просто затаскивает омегу по трапу на свое судно, спокойно удерживая одной рукой.       Капитан ухмыляется, пока связывает руки омеге и усаживает в тенек, чтобы не перегрелся. Тэхен хнычет, когда его жесткой веревкой привязывают к центральной мачте корабля, наверху которой находится воронье гнездо.       — Не рыпайся, чтобы не натереть запястья, — предупреждает альфа и, кинув взгляд на открывшуюся картину, вновь уходит на сушу, дабы сбыть товар.       Тэхен правда не рыпался, но буквально всего пять минуточек, пока мужчина полностью не скрылся из его поля зрения. Он зубами начинает развязывать узлы, морща носик от неприятных ощущений. Звук приближающихся шагов заставил его прекратить старания выбраться.       — Не надо, Чонгук все равно тебя найдет и посадит обратно, не нарывайся, — Юнги подходит ближе и плюхается на пол рядом, наслаждаясь тенью от мачты.       — Не найдет, я хорошо спрячусь, — Тэхен протянул руки боцману, продолжая, — Поможешь?       — Так сильно хочешь, чтобы я стал пороховой обезьяной? Или еще лучше — кормом для акул? — Юнги выгнул бровь, смотря на протянутые к нему руки, но своими в ответ даже не дернул — больно надо ему прикасаться к игрушке капитана.       — Он может за меня даже своего боцмана сбросить? Не смеши меня, я ему не так сильно нужен, как опытный член команды, — Тэхен фыркает, опуская затекшие руки на согнутые в коленях ноги.       — Кто знает, — Юнги пожал плечами и навострил уши, услышав, как его зовут с мостика, — Отдыхай.       Альфа уходит, а Тэхен не заканчивает своих попыток развязать крепко затянутые узлы. Одних зубов ему будет мало, тут как минимум нужны руки, как максимум — нож.       Когда все товары были выгружены и переданы опытным торговцам, пираты один за одним начали возвращаться на борт. Среди них был и Чонгук, на которого омеге сейчас совершенно смотреть не хотелось. Он во все глаза глядел на большой город, что привлекал его своими красками.       После слов капитана: «Отплываем», корабль тронулся с места. Они были на суше всего ничего — примерно два часа, а по ощущениям — всю вечность. Всем поскорее хотелось почувствовать на себе запах свободы, что открывался им только в глубинах моря.       — Ненавижу! — крикнул Тэхен, дергаясь и в последний раз стараясь отвязаться от мачты, что никак не выходило. Омега провожал сушу взглядом, привстав на ноги, сворачиваясь при этом вдвое, чтобы не оторвать руки. Ну, или балку. С таким рвением освободиться от привязи может произойти все, что угодно.       Чонгук усмехнулся, наблюдая за этой картиной, и пошел прямиком к омеге, у которого чуть что и повалит дым из ушей и носа.       — Ненавижу, — повторил уже шепотом, кривя носик, когда лезвие ножа проскользнуло меж веревок, быстро разрезая их. Тэхен развернулся на пятках и быстро побежал к своей каюте, закрываясь на замок.       Чонгук следил за отдаляющейся фигурой, а в груди его разливалось тепло, потому что не отпустил. Он бы не пережил, если бы с омегой без его ведома что-либо случилось. Пока он будет держать его при себе, с ним все будет хорошо, он уверен.       Тэхен вышел из своей комнатушки лишь тогда, когда солнце опустилось за горизонт, погружая все вокруг в приятный глазу полумрак. С верхней палубы не доносилось ни звука, поэтому он сразу же свернул к лестницам, спускаясь в столовую.       Пираты громко поприветствовали его с набитыми ртами едой, не отрываясь от деликатеса — на Циндао они закупились мясом, чтобы хотя бы в один вечер устроить себе пир на весь мир.       — Тебе кто-нибудь говорил, что ты отходчивый? — интересуется капитан, как только омега плюхается рядом с ним, на что Тэхен лишь фыркает, покривив лицо. Отходчивый, ага. Есть-то всем хочется.       Омега обводит взглядом всех присутствующих, пока жует свою порцию, и понимает, что практически привык к этим антисанитарным условиям с вечно пахнущими потом альфами. Честно, он уже не видит себя дома на своих пуховых перинах. О Намджуне он вообще так ни разу и не вспомнил, ведь мысли о нем полностью вытеснял свирепый, но нежный капитан.