pirates of the yellow sea

      — «Восходящее Солнце» мы на море не нагоним, остается лишь ждать его на Тортуге, — расхаживая из стороны в сторону и нацепив на себя маску истинного капитана, произносит Сокджин, окидывая взглядом команду.       — До Тортуги нам плыть почти трое суток, — уточняет один из пиратов, на что омега кивает себе под нос. Сокджин кидает взгляд на паруса, и член его команды сразу же понимает безмолвный приказ, — Поднять паруса, полный вперед! — кричит альфа, сразу же принимаясь распускать белоснежную ткань полностью.       Намджун стоит неподалеку и хмурится, силясь понять, почему этот омега ему помогает. Не может же быть это чисто из доброты душевной? Хотя он уверен, что добра там никогда и не было.       — Слышал? — Сокджин подходит к стоящему поодаль альфе, укладывая руки ему на талию и притягивая к себе, — Трое суток. А так бы вышло пять. Ты рад? — мурлыкает омега на ушко, ухмыляясь. Знает ведь, что рад.       — Чон Чонгук часто бывает на Тортуге? — интересуется Намджун, не обращая внимания на откровенные подкаты омеги.       — О, ты даже не представляешь, насколько, — Сокджин хмыкает и отходит на несколько шагов назад, оборачиваясь через плечо, — Если тебе нечем заняться, можешь предложить кому-нибудь помощь, уверен, они не откажутся, — Намджун на это лишь кивает и подходит к старпому, который вчера зашел в каюту капитана не в очень удачный момент. Альфа интересуется, нужна ли помощь, как слышит в ответ резкое: «Спроси у боцмана».

***

      К вечеру Тэхен выползает из своей каюты во второй раз. Первый был во время обеда — он просто покушал и вернулся обратно, ссылаясь на не очень хорошее самочувствие. Пираты не стали донимать его вопросами, отпуская и желая скорейшего восстановления. Все же они не такие черствые, как он думал.       Тэхен замечает фигуру одинокого альфы, что сидит на бортике своего корабля, свесив ноги к воде. Он крадется ближе, желая не быть замеченным, но в то же время боится испугать Чонгука, чтобы он не свалился в море.       — Чего сидишь? — интересуется омега, перед этим прокашлявшись, чтобы тот точно не дрогнул из-за постороннего звука.       — Задумался, — кратко отвечает Чонгук, даже не обернувшись на подошедшего, ведь сразу стало понятно, кто там к нему пытается незаметно подкрасться.       — О чем? — Тэхен присаживается на бортик рядом, но ноги на другую сторону не перекидывает, так как страшно — утонуть в море он точно не хочет.       — О старой жизни, — альфа все также не многословен, вздыхая после сказанного.       — Поделишься? — омега смотрит на профиль капитана корабля, подмечая про себя, что тот просто безбожно красив.       — Помню, также сидел, смотрел на море и на уходящее солнце. Но не на корабле, а там, — Чонгук махнул рукой примерно в сторону Кореи, хотя взгляда туда даже не кинул, — На суше. Там у меня было все, но в то же время ничего. А здесь же у меня есть все то, чего там не хватало, — альфа перевел взгляд на омегу, с нежной улыбкой смотря на него.       Тэхен вздрогнул, не понимая, о чем он говорит. Неужели Чонгук родился не на судне, как он думал? Омега в тишине ждет продолжения, которое альфа решает вскоре озвучить.       — Я же был раньше таким же, как ты, — признается альфа, протягивая к омеге руку, но не трогает, лишь невесомо проводит по тыльной стороне его ладони, держащейся за бортик, — Таким же зеленым во всех вопросах, таким же невинным, — рука поднимается к чужой щеке, наконец прикасаясь. Чонгук плавно обводит его порозовевшую щечку, усмехаясь, — А теперь я тот, кто есть, и я пугаю тебя.       — Не пугаешь, — выдыхает Тэхен, как только легкое прикосновение исчезает с его кожи, — Совсем не пугаешь, — омега быстро отворачивает голову, пряча свой взгляд от пронзающего насквозь напротив.       — Море неспокойное, — невзначай кидает альфа, не желая заострять внимания на словах омеги, и как в подтверждение этому раздается громкий раскат грома. Чонгук вскакивает на ноги и переводит взгляд на небо, совсем близко замечая приближающиеся сизые облака, — Черт, — мужчина кидает взгляд на закрепленный в одном положении штурвал и бежит на нижнюю палубу будить свою команду.       Пираты с заспанными глазами один за одним вываливаются с нижней палубы, с замиранием сердца следя за сменой погоды. Только днем море было до жути спокойным, а теперь волны бьются о корму и так и норовят заполнить собой весь корабль.       Тэхен затрясся от волнения, не зная, что ему делать. Альфы бежали кто куда, привязывали в срочном порядке все, что нужно было, и держались за мачты, чтобы их не унесло новым потоком воды. Лишь Чонгук неизменно стоял за штурвалом, стараясь удержать его в нужном положении.       Омега не понимал, как погода могла так разбушеваться за считанные минуты. Он держался за бортик, силясь не свалиться с палубы, и медленно продвигался к центру корабля, чтобы помочь смываемым с ног альфам водой сделать задуманное. Тэхен подбирается к центру и, выждав момент, пока корабль накренится в другую сторону, со всей силы побежал к мачте, помогая привязать парус, что так и хотел вновь раскрыться из-за сильного ветра.       В суматохе омега не услышал, как его зовет Чонгук, что он там ему кричит — тем более. Громкий шум волн и ругательства пиратов перебивали все на свете, не позволяя расслышать предупреждения. Все же омега впервые в такой ситуации и совершенно не знает, что делать. Лучше бы закрылся в своей каюте и никому не мешал, чем помогал трясущимися от страха руками, из которых то и дело вываливался канат.       Тэхен наконец справляется, привязав веревку к мачте на крепкий узел, и оборачивается всем корпусом, смотря на капитана. Тот крепко держится за штурвал, разговаривая со стоящим недалеко от него Хосоком, что вцепился за бортик корабля. Омега через считанные секунды ловит взгляд альфы и натянуто улыбается, отпуская мачту и направляясь прямиком к нему.       Парень не рассчитал своих сил и природы, нетвердо делая несколько шагов по палубе, после чего сильная волна, пробравшаяся на борт, сносит его с ног куда-то в сторону, слава Богу, бортика. Тэхен делает вдох в воде и начинает задыхаться. Он упирается руками в пол и старается подняться, но его вновь припечатывает к борту следующая волна.       Из глаз хлынули слезы, омега мысленно попрощался с жизнью, уверенный, что совсем скоро его выкинет за борт. Еще несколько таких сильных потоков воды и его точно вынесет, как пушинку. Он сквозь соленую воду видит, как мимо него пробегают пираты с ведрами, стараясь вычерпать всю воду с палубы, но ему никто не помогает. Такое чувство, будто его даже не замечают, занятые своими делами.       — Тэхен! — слышится омеге где-то на периферии сознания, и он вновь старается подняться на руки, чтобы сделать хотя бы один глоток спасительного воздуха, — Тэхен, — кто-то хватает его за плечи и вытягивает из засосавшей его воды, позволяя вдохнуть воздух полными легкими и начать кашлять из-за попавшей в них воды.       Омега плачет весь и трясется, и Чонгук берет его на руки, направляясь в сторону своей каюты. Альфа опустил его на свою кровать и, удостоверившись, что он выживет, ушел обратно в ад спасать свой корабль. Капитан вновь встал у штурвала, который на несколько минут одолжил своему старпому, крепко удерживая его в одном положении.       Насквозь мокрый Тэхен весь трясся не то от страха, не то от холода, натягивая на себя прохладное одеяло, не в силах остановить дрожь во всем теле. Он что, только что чуть не умер? Омега всхлипывает вновь, стараясь взять себя в руки. Он стягивает с себя промокшую и пропахнувшую потом одежду, в которой бессменно ходил несколько дней, оставаясь в кровати альфы полностью нагим и кутаясь в одеяло, чтобы согреться.       Шум дождя впервые в жизни не радовал, а пугал омегу, заставляя жмуриться и прикрывать ладонями уши, чтобы не так страшно было. Крики с улицы лишь усугубляли его положение, не давая успокоиться.       Тэхен сидел в каюте качающегося по волнам корабля несколько часов, пока шум на улице не стих полностью. Он высунул голову из-под спасительного одеяла, смотря в небольшое окошко напротив кровати, по которому стекали остатки воды. Омега вздохнул и, поблагодарив Бога, упал головой обратно на подушку, прикрывая глаза. Наконец-то этот ужас закончился.       Дверь в каюту распахнулась, и на пороге вырос промокший до ниточки альфа, по волосам которого стекали капли соленой воды. Он, чертыхаясь, подошел к своему шкафу и, распахнув его, начал стягивать с себя одежду.       Тэхен следил за ним одним полуприкрытым глазом, притворяясь спящим. Следил, как альфа снимает с себя прилипшие к телу тряпки; следил, как надевает сухие штаны и как поворачивается, чтобы лечь на свою кровать и урвать нужные ему сейчас несколько часов сна.       Чонгук практически подпрыгнул на месте, заметив в своей кровати кокон, внутри которого мирно посапывал омега. Он мысленно ударил себя по лбу за то, что принес чуть было не утонувшего парня к себе в каюту. Альфа вздохнул и от нечего делать перелез через омегу, укладываясь лицом к стене.       — Все обошлось? — интересуется Тэхен, поворачиваясь к альфе и рассматривая его крепкую спину, которую ничем не спрятали.       — Обошлось, — подтверждает Чонгук и переворачивается на другой бок, подкладывая руку под голову, ведь подушка у него была всего одна. Тэхен робко отодвинулся на самый краешек, позволяя альфе приблизиться ближе. Тот сопротивляться не стал и подвинулся, укладываясь головой на уголок.       Тэхен прикрыл глаза, из-под век наблюдая за уставшим альфой, и поерзал на месте, спрашивая:       — Тебе не холодно?       — Немного, — Чонгук дернул плечом, но на свое одеяло омеги не претендовал.       Тэхен немного помялся, но все же накрыл мужчину свободным краем, стесняясь своей наготы. Он надеется, что к утру не раскроется и не покажет себя старшему во всей красе.