В крови захлебнувшись
21 июня 2023 г., 13:31
***
Некогда спокойная, при этом завораживающе таинственная атмосфера лагеря, стала более, чем нагнетающей. В воздухе витало напряжение, страх и непонимание происходящего. Погода за окном отнюдь не соответствовала происходящему внутри помещения. На улице было слишком безмятежно, свежо, легко. При взгляде на безоблачное, светло-голубое небо, хотелось лишь лечь на толстый слой зеленой травы, раскинуть в стороны руки и ноги и вдохнуть в легкие побольше свежего воздуха, прикрывая глаза. Однако, розовые мечты отличаются от реальности. К сожалению, слишком сильно, и к еще большему сожалению, не в лучшую сторону. Солнечный свет не проникал в отдаленные части казарм, не обделяя при этом своим наличием другие помещения. Полутемный коридор был слабо освещен мерцанием тусклых ламп. На деревянном полу, окруженные стражниками, на коленях стояли два солдата в форме. Перед ними, заложив руки за спину, Генерал собственной персоной, смотрел на них сверху вниз. Его очки поблескивали в полумраке, отражая свет, а в глазах читались презрение и серьезность, не лишенные самодовольства. Худощавый парень с пепельными волосами и заметными кругами под глазами, пребывая все в той же унизительной позе, посмотрел на спутника генерала и язвительно улыбнулся. Не смотря на явно невыгодное для него положение и кровоточащую, простреленную ногу, Яков все так же смотрел на Вальтера, некогда именуемого Немо, исподлобья, с вызовом. Яков никогда не поддавался наивным мечтам, ставя реалии превыше всего, полагаясь лишь на себя и свой разум. Зачастую его считали за это не самой приятной личностью, ставящей своей благополучие превыше всего остального, вернее, всех остальных. Возможно, так оно и было. Этого не знал даже он сам. Отец Вальтера тщетно пытался заставить солдата принести искренние, не источающие язвительности и сарказма извинения за произнесенные ранее слова, однако, особых результатов не приносили даже угрозы. После неудавшейся попытки Оливера сбежать, Генерал еще настойчивей стал добиваться желаемых слов. Он вновь увлекся своей воодушевленной речью, несколько растеряв бдительность. Остальные с трепетом его слушали, чуть ли не заглядывая ему в рот в ожидании следующей реплики. Яков, воспользовавшись моментом, рванул в сторону, стараясь не обращать внимания на боль в одной ноге, что явно его затормаживало. Но вот, как и предполагалось с большей долей вероятности, он распростерся на полу, шипя от боли, сразу после выстрела. Обе конечности пришли в полное бездействие. Его обратно приволокли к ногам Вальтера. Парень вновь уставился на него исподлобья, сверля взглядом. Испытываемая сейчас Яковом боль, нанесенная пулей, давала о себе знать лишь сквозь его стиснутые, обнаженные в желчной улыбке зубы. Теперь это больше походило на оскал, ничего дружелюбного не передающий. - Немо… - Его зовут Вальтер, – не успел солдат произнести и слова, как успешно был прерван. Он нахмурился, самоуверенно держа зрительный контакт с Генералом. В его глазах нельзя было найти даже намека на испуг или смирение, они продолжал смотреть, выказывая свой протест, однако, все-таки поддался. - Вальтер, скажи, что ты сейчас ощущаешь? – он задал сей вопрос с привычным ему ехидством и чувством собственного превосходства в голосе. Ему ничего не ответили. Большую часть времени Вальтер молча наблюдал, не проявляя никакого участия, словно кукла. Никаких эмоций, переживаний, чувств. Только холодный, расчетливый взгляд красных глаз. - Быть может, тебя переполняет радость, гордость, восторг, вызванные твоим удовлетворенным эго? Нравится власть, Немо? – при произнесении последнего слова, его собеседник в кое-то веки изменил выражение лица, насупившись и сжав кулаки. - Меня зовут Вальтер. Все меня так называют, и ты не исключение, – он не сводил с него глаз. - Ты попрекаешь меня после всего, что сделал? Эти дурни тебе поверили, они помогли тебе, ожидая от тебя дружеской помощи взамен. Я почти поверил тебе, – хоть содержание слов и было более, чем эмоциональным, Яков продолжал с все тем же беспристрастным хладнокровием говорить, не искажаясь в лице, будто он был судьей на заседании, а не беспомощным, раненным солдатом. – они надеялись на тебя, и сделали все возможное. «Я почти поверил тебе, Немо» - И это твоя благодарность? – он продолжал, голос его стал слегка дрожащим, едва ли кто-либо, кроме него самого, это заметил. – Все-таки, я оказался прав, Мистер Шпион. Это и есть твой выбор? «Немо, как ты мог…» Вальтер не проявил ни капли сожаления, его лицо не отражало задумчивости или смятения, а глаза все так же, невозмутимо глядели. - Вся твоя напускная доброта, соучастие, желание всем помочь, - на момент губы Якова сомкнулись, но после рот искривился, а парень скептически закатил глаза. – Я знал, что ты, таким образом, прикрывался. Жаль, что никто, кроме меня, не осознавал этого. Как по мне… - Хватит! Слишком много болтаешь, лучше бы говорил там, где от тебя это требуют. – Шмидт старший сопроводил свои слова резким движением руки. – Не забывай, ты всего лишь подчиненный. Мы можем избавиться от тебя в любой момент. Даже одного из вас мне будет вполне достаточно. Он говорил что-то еще, но его голос в дальнейшем лишь отдавался эхом. Яков уже не слушал его, и не хотел слушать. Он смотрел на Вальтера, еще недавно начинавшего казаться ему не таким уж предателем. К сожалению, он разбил все ожидания людей, некогда зовущих его друзьями, подкрепив подозрения Якова своими действиями и утратив ту малую долю доверия, что только начала появляться по отношению к нему. Они не встретились взглядами. Тот смотрел на своего отца, внимательно слушая его речи. Яков словил себя на мысли, что, будучи сосредоточенным, Вальтер имеет довольно приятный глазу вид. Все тот же свет ламп отливался на его шелковистых волосах, бросая на «милое личико» тени. Яков помнил их вечерний разговор в кастелянной. С тех пор сын Шмидта ничуть не изменился внешне, не считая поменявшегося цвета радужек глаз. Но солдат понимал, что за привычной ему, прежней внешностью, уже не тот человек, которого он знал раньше. Это уже не Немо. Не его Немо. Но, если подумать, был ли он когда-нибудь его? Теперь перед ним стоял абсолютно другой парень, он его не знал, это был незнакомый ему чужак, не имевший ничего общего с его бывшим сослуживцем. Казалось, даже деревянная кукла была человечней. Яков вспоминал события прошедших дней одно за другим. Мысли сменяли друг друга быстрее, чем когда-либо. Борясь с желанием понуро опустить отяжелевшую от усталости голову, он продолжал сверлить взглядом Немо, пока тот отвернулся вбок, кивая и поддакивая отцу. Одна из мыслей случайным образом вырвалась из уст солдата, прерывая тираду генерала. - Ты стал другим, Мистер Шпион. Возможно, ты просто, наконец, показал свое истинное обличье. Он вновь не слушал, что ему отвечал безумный папаша, хвалившийся сыном, как достижением науки. Ему было все равно на него. Он устремил свой взор на Вальтера как на экспонат музея. Необычайной красоты, холодный, бесчувственный экспонат. Кто знает, что творилось в его сердце, пока оно еще в нем было. Быть может, не взирая на издевки и недоверие, он все-таки питал к нему какие-то чувства? Лишь сейчас Яков понимал, насколько нужен был ему Немо. Его Немо, не Вальтер. Прошлого не вернуть, как и того самого вечера за дневником Вольфганга, смущенной улыбки на «милом личике» и живого интереса, свойственному молодости, отраженному в глазах. - Я не буду извиняться. Мне не за что. – Яков молчал, несколько секунд обдумывая свое решение. – Я ненавижу тебя, Вальтер. Он знал, к чему приведет это высказывание. Ему не нужен был Вальтер, эта жалкая копия, телесный остаток. Он действительно ненавидел его всей душой, за то, что тот навсегда оставил Немо в прошлом, задвигая собой. Для всех милый мальчик с амнезией умер. В том числе и для Якова. - Я тебя ненавижу, Вальтер – он повторил это вновь. «Я люблю тебя, Немо» Он слышит возмущенные вскрики, щелчок, характерный для заряженного, готового к выстрелу револьвера. Ему уже нет разницы. Он осознал величину потери. Немо не вернуть. Палец без сомнения давит на курок, гремит выстрел, на этот раз, не в ногу. «…Любил» Из отверстия во лбу течет черная жидкость, струей хлынув, а затем, медленно стекая, распространяясь по лицу. В глазах темнеет, а тело вконец ослабевает, не без шума, падая. Яков напоследок открывает глаза. Ствол в руках Вальтера. Тот даже не дрогнул. Он молча смотрел на истекающего кровью, вернее неким ее подобием, Якова. «Я потерял тебя навсегда, Немо» Мир тускнеет, в глазах один только смутный образ смущенного, растерянного, слегка улыбающегося юноши с чужим дневником в руках. Обведенные кругами от недосыпа, веки отступника закрываются. В этот раз навсегда. - Одним больше, одним меньше, в чем разница? Генерал деловито поправляет рукав, похлопав преемника по плечу, и брезгливо переступает безжизненно поникший труп.
