Феникс

Три месяца, отведенных на окончательное улаживание всех дел, истекли и настал долгожданный день Шень Цзылулан стояла перед зеркалом и не могла поверить, что это наконец происходит. Шень Циньин, расчесывающая ее волосы, вздохнула: - Ну и чем сейчас занят твой большой мозг, - голос ее был необычайно мягким, а другие девушки, стоящие в стороне, тут же запричитали. - А-Лан, сегодня же свадьба! - Сегодня твой самый счастливый день! - Ты не должна сегодня грустить! - Я и не грущу, - ответила она, слабо улыбаясь, - я просто до сих пор не могу поверить, что это происходит. В смысле, мне кажется, что еще вчера я забирала вас с тропы Цунцы, объявляя всему миру, что я не согласна с их действиями, а сегодня я – благороднейшая из дев, Несущая Надежду. Невестка, которую с радостью принимает самый праведный клан заклинателей. - Ты себя накручиваешь, - спокойно отвечает целительница под сочувствующие вздохи остальных девушек и начинает плести прическу, - все плохое осталось позади. Клан Цзян не имеет над тобой власти. Вообще, если они даже просто попытаются объявить на тебя претензии – это вызовет политический скандал, а даже Цзян Ваньин не настолько туп. У тебя очень мощное золотое ядро, намного мощнее, чем было в прошлой жизни в этом возрасте. У тебя любящий жених, который, как оказалось, готов ради тебя даже мир разрушить, не то что пойти против правил собственного клана. И брак ваш благословлен самими небесами, что уже известно абсолютно всем в поднебесной. Так что, - прикрепляя на место корону феникса из чистого золота с рубиновыми и бриллиантовыми подвесками, прикрывающими глаза, старшая девушка дует в лицо младшей, - выбрось весь негатив из своей головы. Закончив подготовку, Шень Циньин отходит от невесты и окидывает взглядом ее всю. И не может не восхититься созданным зрелищем. Многослойный алый шелк удачно подчеркивал все достоинства фигуры, золотая и серебряная вышивка расставляла акценты на довольно-таки тонкой талии. Даже слишком тонкой на взгляд целительницы, хотя питается Цзылулан сейчас нормально – следы прошлого голода не скрыть. Широкие ниспадающие рукава струятся за каждым движением и красиво переливаются на свету. Ярко- алые губы, на самом деле сейчас практически не накрашенные, выделяются на фоне благородно- бледной кожи, практически прося что- нибудь с ними сделать. И конечно же большие серебряные глаза, полускрытые за подвесками, окаймленные такими же алыми, как одежда, тенями. - Красотка, - восхищенно цокнула старшая сестра, и остальные сразу же ее поддержали, выкрикивая свои собственные комплементы. Невеста же лишь тяжело вздохнула и неожиданно закружилась по комнате, наблюдая за переливами вышивки. А остановившись, уже гораздо веселее кивнула - Мне нравится! - Вот и хорошо, - вздохнула Циньин, - тогда я пойду и посмотрю, как дела у остальных. - Конечно. * Согласно традиции, жених и невеста должны совершить свадебное шествие от дома невесты до дома жениха. Шествие должно быть медленным и торжественным, а сама невеста не должна выходить из своего паланкина, где кроме нее допускается присутствовать только ближайшим родственникам женского пола. Лань Ванцзи смотрел на паланкин, стоя рядом с ним сейчас, и жалел обо всей этой церемонности. Будь его воля, он бы уже давно объявил свою возлюбленную своей женой, но та сама попросила пышной свадьбы. И что ж, кто такой Лань Ванцзи, что бы отказывать ей в подобной мелочи. Когда он отправлялся с Не Хуайсаном в прошлое, он был готов снова столкнуться с яростным отрицанием и гневным выкриком «Прочь!». Для него на тот момент было важным лишь то, что Вэй Ин будет жить. Пусть не с ним, пусть с какой-то девой, что он возьмет в жены, но он будет жив и счастлив - а это главное. Он совсем не ожидал, что Вэй Ин тоже помнит. И более того, что он - это девушка. Такой поворот жизни стал для него сюрпризом. Счастливым сюрпризом, ведь его возлюбленная ответила на его любовь взаимностью, о чем он даже не надеялся. И ему было плевать, что раньше, когда его чувства только начинали расцветать, он считал Вэй Ина мальчишкой, в то время как на самом деле она – девушка. Он влюбился не в тело, а в душу. В ее светлый характер, в жажду справедливости, в ее смех. И даже спустя смерти и предательства ее душа оставалась чистой, как свежевыпавший снег в горах. Вынырнув из мыслей, второй нефрит Гусу наконец- то решился сделать шаг. Он вошел в Зазеркалье с высоко поднятой головой и тут же столкнулся с улыбающимся Цунлинем. Склонившись перед тем, кто, что тогда, что сейчас защищает Вэй Ин так, как сам он не мог, Лань Чжань застыл в ожидании проверок, но он был не готов услышать: - Моя младшая сестра очень сильно любит тебя, второй господин Лань, поэтому мы не станем сильно тебя мучить, не беспокойся. Тебе всего- то нужно будет испробовать ее готовку, да найти ее запрятанные туфли. Дам подсказку – туфли находятся в пределах главного дома не в личных комнатах. - Благодарю, - он выдохнул, готовый столкнуться даже с чистым перцем, но он совсем не ожидал, того, что ему преподнесли. На тарелке в руках седьмого дядюшки лежали круглые кусочки риса, завернутые во что-то черное с, кажется красной рыбой в центре. - Цзылулан назвала это суши, - добродушно улыбнулся старейшина Шень. Жених, не колеблясь, взялся за палочки и отправил первый кусочек в рот. Он правда был готов к атаке специй на его вкусовые рецепторы, но, к удивлению, в этих суши специй практически не было. Цунлинь, наблюдая за быстро жующим Ванцзи, сказал: - Честно сказать, мы сами их еще не пробовали, поэтому не знаем, какие они на вкус. Я знаю, что они состоят из риса, рыбы и овощей, но я так и не понял, что это такое темное вокруг них. Лань Сичень, услышавший это, с беспокойством посмотрел на брата. - Ванцзи? – он обеспокоенно тронул младшего за плечо. - Все в порядке, сюнчжан, это действительно вкусно. А обернуты они, кажется, водорослями, хотя это сложно понять. - Вот как, хорошо, - Сичень отступил обратно. * Туфли Ванцзи отыскал за половину часа, и всем наблюдающим стало интересно – а как так быстро, они ведь реально были хорошо спрятаны – одна на карнизе за занавесками практически под потолком, другая в дальнем углу за горшком с цветком. И он не сознавался – знал ли он заранее. Дорога от Зазеркалья до Облачных ниш вышла ровно два дня, так что они прибыли как раз к благоприятному времени для церемонии. Сваха, Ха Юэй, стояла на самом краю толпы, приветствующей жениха и невесту в резиденции ордена и мысленно сама себе говорила, что осталось всего немного и она скоро увидит свою семью. Сумев отбросить эту мысль, она наблюдала, как счастливая невеста выходит из паланкина, держась за руку своего возлюбленного. Сейчас Хангуан-цзюню и Сиван-джихуа предстояло шествие до храма предков. Крепко держа друг друга за руки, они двигались синхронно, создавая ощущение, что они не идут, а плывут по воздуху, чем вызывали восторг у практически всех присутствующих. За исключением Цзянов и Цзинь Цзысюня, который смотрел и завидовал прыти Ланей. * Вздохнув, наследник Цзинь прошептал - Ах, какая девушка! Жаль, что не моя. Цзинь Цзысюань, услышавший это, лишь скосил глаза на кузена и тут же вернул внимание главной паре этого дня. Сейчас не было времени разбираться с его поведением, тем более, что он в последнее время, кажется, повзрослел и больше не ведет себя как заносчивый придурок. * А Цзян Ваньин тем временем молча кипел. Мало того, что его ядро исчезло, меридианы повредились а придурочный слуга так и не вернулся, так еще и свадебный прием, организованный Ланями оказался таким пышным, что даже Цзиням их не затмить, если они выбросят на свадьбу все свои деньги. Такая свадьба должна была быть у его сестры, а не у этого куска нефрита и девки из низших. И что он вообще в ней нашел? Чертов Лань! Он продолжал кипятиться, вспоминая предсказания свахи – ведьмы, сулившей этой паре вознесение до божественности. Он искренне считал, что только он сам в нынешнем поколении заслуживал этого, а не этот ходячий свод правил. Посмотрев на ведьму, стоящую практически отдельно от остальных, он сверкнул глазами и мысленно проклял ее, не понимая, зачем она вообще распространяет свои абсурдные заявления. Да, он знал, что все, что она говорила – сбывалось, но в то же время отчаянно отрицал это. А в следующий момент нахмурился и практически одновременно с этим ухмыльнулся – однажды она все- таки ошиблась, а значит и в этот раз ее слова всего лишь ошибка. Она сказала его отцу, что если он женится на его, Цзян Чэна, матушке, то она разрушит секту. Но секту разрушил проклятый слуга, а не матушка. Эта мысль его немного успокоила, и дальше он смог вернуть внимание к новобрачным, не кастеря их каждую секунду в своих мыслях. * Цзян Янли смотрела на пару и завидовала. Черной завистью. Если бы не та драка между Вэй Усянем и Цзинь Цзысюанем, она бы шла также под руку со своим возлюбленным. И Башня Кои была бы в десятки раз лучше украшена, и гостей было бы больше. И никто и никогда бы больше не назвал ее серой мышью и бесталанной дочерью выдающихся родителей, когда она стала бы госпожой Ордена. Но сейчас у нее этого нет – и даже ее мечты оказались лишь пылью под чужими ногами. Когда- то ее братья обещали, что она выйдет за того, за кого сама захочет, и свадьба ее будет самой пышной и красочной за последнее столетие. Но сейчас она понимала, что свадьбы, пышнее этой, ей не видать. И тем более с любимым ею человеком, ведь он начал оказывать знаки внимания другим девушкам, будто бы не замечая ее саму, постоянно смотря сквозь нее. Слезы потекли по щекам девы Цзян, когда она посмотрела на главу ордена Цзинь, держащего за руку какую-то девушку. * Пройдя по дорожке, усыпанной алыми лепестками и украшенной в золотые и алые цвета, Лань Ванцзи и Шень Цзылулан опустились на колени перед табличками с именами их покойных родителей и других предков клана Лань. А в уголке, прикрытые чарами невидимости, прислонились похоронные таблички четы Джонс, чьей дочерью переродилась старейшина Илина, и пары Вэй Чанзе и Сяо Юнлинь. Лань Сичень встал перед брачующимися между табличками своих родителей. Шепот постепенно стих и только тогда глава Ордена Лань начал церемонию. - Первый поклон Небу и Земле. Жених и невеста синхронно сложили руки перед собой, согнули спины и задержались в таком состоянии на несколько мгновений дольше обычного, в мыслях благодаря небеса за возможность быть вместе. - Второй поклон родителям. Ванцзи и Цзылулан повторили свои действия. - Третий поклон друг другу. Лань Чжань и Шень Ин повернулись друг к другу и склонились. Но на этот раз ни один из них не распрямлялся, пока не минула минута. После этого Лань Цижень лично принес чашу, традиционно должную быть наполненной вином, которое в клане Лань обычно заменяется просто водой. Но в этот раз она была наполнена гранатовым соком. Лань Ванцзи снял ленту со своего лба и перевязал их запястья вместе, прежде чем потянуться связанной рукой к чаше. Первым пил жених. Он сделал ровно три глотка, прежде чем передать чашу невесте. Та также сделала лишь три глотка, а остатки они, взявшись за чашу обоими руками, вылили на землю перед табличками. - Теперь жених может поцеловать невесту, - не скрывая улыбки, произнес Сичень. И Хангуан-цзюнь, получив разрешение, немедленно потянулся свободной рукой к вуали, скрывающей лицо девушки. Откинув ее назад, он ни секунды не колебался, прежде чем впиться жадным поцелуем в алые губы. Под оглушительные аплодисменты поцелуй все длился и длился, а Пандора Лавгуд тем временем, хитро улыбаясь, заклинанием заставила вуаль невесты улететь подальше, оставляя закрывать лицо новобрачной лишь подвески с короны. Посетители уже начали перешептываться, когда Лань Ванцзи наконец отстранился от молодой супруги и поднялся вместе с ней. Следуя за величественными молодоженами, все гости прошли к накрытым для торжества столам. * Усадив брата и его жену на специально подготовленное для них место, Лань Сичень удостоверился, что в зале все в порядке, и только после этого сел сам. По его сигналу в павильон вошла вереница слуг, несущих напитки – еда и закуски уже были на столах. Пригубив виноградный сок, Лань Хуань должен был признать, что это гораздо лучшая альтернатива вину, нежели чай. Оглядев зал, он принялся анализировать всех гостей на наличие дурных намерений и пересекся с точно также оглядывающимся Не Хуайсаном. Кивнув младшему брату лучшего друга, он перевел взгляд на хмурого главу Цзян. А-Лан сказала, что золотое ядро полностью вернулось вскоре после празднования нового года, но никаких вестей, подтверждающих это, с Пристани лотоса так и не пришло. Если не считать за таковы отсутствие у Цзян Ваньина меча и Цзыдяня, конечно. И то, что делегация Цзян прибыла на лошадях, а не полетом. Прикрыв глаза, Сичень понадеялся, что теперь, понимая свое положение, Цзян Чэн усмирит свой буйный характер и станет как отец. Мимо сознания проплывали поздравления и подарки, преподносимые молодоженам, а разум фиксировал лишь намерения.